гори, гори ясно...

       кэйя улыбается приветливо, в поклоне вежливом склоняется, но слишком холодны его глаза. не от крио, что наполняет мужчину. от чего-то иного, ломающего ментально и физически. душу выворачивающего наизнанку. и не забыть о друге старом…        и хочется дилюку сжечь в огне сердце оледеневшее чужое. и своё собственное пусть догорит спокойно. пеплом развеется и больше никогда и никого не полюбит.        у кэйи руки всегда мёрзнут, вкус к винам поразительный, глаз один прикрыт козырьком кепки либо локонами синими. у кэйи волосы длинные; пидорские. и пахнут они алкоголем дорогим, парфюмом, кофе, морозом…        — ну тебе же нравится, — ухмыляется мужчина в ответ. не так как раньше: беззлобно и дружески — иначе.        между ними словно пропасть необъятная, бездонная. дилюк понять не может, в какой момент жизни всё пошло под откос? они же знают друг друга с детства далёкого. вместе учились, жили по соседству.        когда-то даже встречались, будучи глупыми подростками, что прелести первых отношений решили вместе пережить.        «что, блять, не так с тобою кэйя?»        не спросить дилюку этого. они видятся каждый вечер в одном и том же баре. когда-то давным-давно этот бар принадлежал семье рагнавиндра, но со смертью отца заведение решили продать.        кэйя изменился в то же время, припоминает мужчина., а потом цветок пиро где-то в грудной клетке расцвёл, сердце жадно пожирать начал. душу на муки вечные заклинает. и дилюк ненавидит себя за чувства неправильные, за спокойно пьющего рядом мужчину, олберича за холод, вгрызающийся до самих костей.        на губах мужчин проклятье запечатлено. сердца противоположные, мятежные, покоя в друг друге найти не могут.        «что, блять, с нами не так, кэйя?»