Жасминовый чай и нежный цветок сливы

Уже поздно вечером, после отбоя, бледная тень скользит по коридорам ГуСу. Она мастерски обходит редких патрульных и уверенно направляется к своей цели. Ей нечего бояться, ибо она знает, что в столь поздний час весь орден уже спит. Почти весь. Вот она огибает последний поворот, а затем так же незаметно проскальзывает в покои старшего нефрита. Там ее явно не ждут. Лань Сичэнь, стоит в одних лишь нижних одеяниях, готовясь ко сну. Мужчина закончил все свои дела на этот день и теперь как и положено по правилам ордена, собирался отдохнуть, точно не ожидая кого либо, Но это совершенно не мешает девушке замерев в дверях засмотреться на эту прекрасную стройную талию и мягкий шелк волос. И лишь спустя несколько минут любования, бесшумно подойти со спины, обнимая омегу за плечи. Мужчина тут же вздрагивает, ощущая неожиданные прикосновения к своим плечам, но принюхавшись, он успокаивается, расслабляя напряженные мышцы и отдавая себя во власть своей истинной альфы. — А-Юэ что ты тут делаешь? Сичэнь откидывает голову на плечо племянницы, заглядывая ей в глаза. — Уже ведь поздно, если Ванцзи не увидит тебя в постели, потом отправит переписывать правила… Но Вэй Юэ совершенно не обращает на его слова никакого внимания, словно бы она и не слышала их вовсе. — Ты был сегодня таким плохим мальчиком. Неожиданно мурлычет альфа в миг покрасневшее ушко своего омеги, опуская руки на стройную талию. — Что это еще за тайные аудиенции с Цзян Ваньином? Сичень не спрашивает, откуда его альфа знает о личной встречи с главой ордена Цзян. Впрочем ему и не нужно знать. Вэй Юэ всегда знала о каждом его шаге и старшего нефрита это больше чем устраивало. Осознание, что твоя альфа беспокоиться за тебя и защищает буквально всегда, ложилось приятным теплом на сердце, позволяя успокоиться. Она рядом, она знает. Она переживает. Мужчина выгибается под знакомыми сильными ладонями, плотно прижатый к стене. Это единственное, что он может сейчас себе позволить, точнее что ему разрешает его альфа. Он смотрит на нее удивленно несколько секунд, а затем расслабляется. Сичэнь знает, что его альфа никогда не причинит ему вреда. Она слишком любит своего прекрасного главу и совсем не удивительно ревнует его к любому потенциальному сопернику. — Пожалуйста… Тихо хнычет Лань, голос его тихий из-за возможности быть пойманным, а он совершенно не желает, чтобы у его альфы были проблемы. — Прошу тебя… Ощущения сильных ладоней на бедрах совершенно не помогает ему сосредоточиться и собрать мысли в кучу. Как вообще можно собраться, когда твоя любимая альфа, наплевав на правила пробралась ночью в покои, только для того чтобы доказать всем, что Лань Сичэнь принадлежит ей! Большое количество одежды из-за которой невозможно почувствовать жар чужого тела, заставляет мужчину подставляться под чужие касания сильнее, выказывая свою нетерпеливость и позорно хнычет. Его поведение совсем не подобающее главе ордена, хотя кого это сейчас волнует? — Разве ты не помнишь правила? Забыл как должен просить у меня что-то когда провинился? Или мне стоит наказать тебя? Первый нефрит вновь жалобно хнычет, но все же произносит так как нужно. Как хочет его заклинательница. — Прошу прощения, моя госпожа, пожалуйста не оставляйте этого омегу без внимания. Он сожалеет, что заставил вас усомниться в своих правах на него… Слышится тихий шелест одежды, а затем ткань мягко сползает с его плеч, обнажая молочную кожу. Секундой позже он ощущает как его резко переворачивают и взгляд темно медовых глаз встречается с серебристым. Пока он мягкий словно расплавленное серебро, но потом, Лань Сичэнь еще пока не знает, он превратиться в настоящую сталь, но это потом. А сейчас его весьма недвусмысленно подтолкнули к кровати. — Ты же умный мальчик, знаешь как нужно извиняться перед своей госпожой? Сичэнь знает. Знает как любит его альфа, когда внутри нее закипает злость лишь при одном взгляде на любого кто смеет подойти слишком близко к её омеге. Знает как сильно она любит его и боится потерять. Даже несмотря на разницу в возрасте Вэй Юэ всегда старается его защитить. Омега осторожно опускается на колени, опасливо жмурясь и уже было потянулся губами к достоинству альфы о котором знали не многие, лишь только самые близкие члены семьи, но оказался вновь мягко опрокинут на кровать. — Не сегодня котенок. Он непонимающе смотрит на девушку. Неужели их тайное свидание настолько сильно встревожило Юэ? Или дело в том что она думает будто между ним и Цзян Ченом и правда что-то было? — Юэ… моя госпожа ты злишься? Мужчина смотрит на нее едва ли не таким жалостливым взглядом, что девушка не выдерживает. — Лань Цижень сказал отцу, что глава ордена Цзян хочет взять тебя в мужья… она замолкает всего на мгновение. — Это правда? — Что? Только и может вымолвить первый нефрит. Замуж? За главу ордена Цзян, когда у него рядом есть любящая истинная альфа? Нет… Нет. И еще раз Нет! Он не променяет свое счастье не на кого то и уж точно сам не отдастся в руки чужого альфы. — Он по этому приезжал сюда? Просил твоей руки? Юэ смотрит слишком печально. В ее прекрасных глазах плещется такая боль, что Сичэнь, непроизвольно тянется к ней, обвивая руки вокруг талии и утыкаясь носом в родной живот. — Нет… не хочу. Он не ты. Девушка мягко опускает пальцы в черные шелковистые пряди, массируя кожу головы. — Если он в открытую попросит твоей руки я нечего не смогу сделать. О нас ведь никто не знает. Только мой брат. Альфа прижимает своего омегу к себе словно желая забрать всю его печаль. — Оставь на мне метку. Тихо просит глава куда-то в живот. Он не хочет становиться чьим-то чужим. Не хочет уходить, не хочет ее терять. И поэтому готов на отчаянный шаг. — Но А-Чэнь, если все узнают что я твоя альфа, что скажут родители? — Они поймут. Ванцзи поймет и Усянь тоже. А остальные… зачем им знать? Он поднимает такой грустный взгляд, что девушка лишь вздыхает и прыгает в этот омут с головой. Наклонившись к впадинке между плечом и шеей она оставляет след от зубов. Весьма болезненный, чтобы первый нефрит не сдержал громкого вскрика, но альфа тут же начала зализывать метку, успокаивая и даря приятное тепло. — Теперь ты. Неожиданно произносит она, на что глава неожиданно распахивает до этого зажмуренные глаза в удивление. — Юэ? — Давай, хочу чтобы все омеги знали, что у меня уже есть свой прекрасный омега. Он нерешительно тянется к ней, но замирает у самой ключицы, а потом неожиданно поднимается выше и сам целует алые губы девушки. — Моя. Моя Юэ. Копирует он Лань Чжаня и девушка не может сдержать короткого смешка от такой схожести с ее отцом. — Конечно твоя. Она вновь опрокидывает его на кровать жадно целуя ключицы. — А ты только мой. Мурлычет она, опускаясь поцелуями ниже. А-Чэнь не знает сколько это длиться. Он просто старается быть хорошим мальчиком, послушно раздвигая ноги, позволяя альфе устроиться между ними и скрещивает их за ее спиной, притягивая еще ближе к себе. Он правда не знает как так вышло, что его истинной альфой, оказалась его же племянница. Он не знает что она нашла в нем, то что у его Юэ были партнеры поопытнее он не сомневается. Разве может омега быть настолько глупой, чтобы пройти мимо такой замечательной альфы? Характером девушка явно пошла больше в Ванцзи, и в него самого хоть он и не хотел этого признавать. Но она выбрала именно его. Именно своего дядю. Пришла на запах течки почти из другой части здания и сделала все, чтобы облегчить его метания. Омега внутри него хотел признания. Хотела, чтобы его приласкали, чтобы его любили хотя бы одну ночь. И он получил намного больше. Он получил безграничную любовь альфы, которая сейчас привычно входит в него одним плавным толчком, заставляя закусить ребро ладони, чтобы не застонать. Ее движения медленные, но глубокие, она двигается так как любят они оба. И ему хорошо. Хорошо и от того он тянется к ее шее, чтобы все же оставить свою метку. Его. Она только его Юэ! И уж точно никакая другая альфа ему не нужна. Лишние мысли окончательно уходят из его головы, оставляя приятную пустоту. Сичень чувствует, что уже на грани, а потому начинает сам подаваться бедрами вперед. Их подобные встречи всегда помогали ему, давали новые силы и заставляли усталость отходит на второй план. Сичэнь хороший мальчик, а потому послушно смотрит в глаза своей госпоже, когда тело содрогается в сладком оргазме. Она тоже держится не дольше его, делая еще несколько движений, а затем бурно кончает на кровать. Первый нефрит тихо всхлипывает, когда альфа, вместо того чтобы лечь с ним рядом, садиться на кровать, свешивая босые ноги на пол. — Юэ. Тянет он, обвивая племянницу за талию и утаскивая к себе на постель. — Побудь со мной еще немного. Девушка мягко смеется. Мол куда ж я тебя такого разнеженного и милого то оставлю и укладывается рядом. Они оба не знают, что за дверями в покои брата все это время стоял Лань Ванцзи. Он еще с самого начала решил проследить за дочерью и ничуть не удивился, когда та нырнула в покои его брата. Второй нефрит уже давно подозревал что их связывает нечто большее чем семейные узы, еще когда учуял исходящий от брата запах жасминового чая и лотосов. И он вовсе не был против. Просто он знал что его брат находится в надежных руках близкого ему человека.