Квартет дурачков: Операция «Святой Валентин»

*От лица Никиты*

Никита: Да где оно может быть?! Крикнул я, схватившись за голову. Паша: Да ты только посмотри, сколько народа на улице. Наверняка всё уже скупили. Никита: Кто же знал, что День Святого Валентина здесь справляют по-серьёзному, а не как у нас?.. Я и Паша уже примерно час бегали по всему торговому проспекту, заглядывая почти что в каждый магазин, попадавшийся нам на пути. Подготовка к празднику превратилась в настоящий хаос (собственно, как и ожидалось). Обычным шоколадом мы уже успели закупиться так, что пакеты еле выдерживали. При этом на нас очень странно косились продавцы да и вообще все прохожие, словно мы были какими-нибудь безумцами, ну или просто дурачками. Хотя… не буду отрицать, что двое парней, сметающие с полок весь шоколад, это действительно удивительное зрелище на грани момента, когда тебе хочется ударить ладонью по лицу. Вообще, на Родине мы никогда не справляли День Святого Валентина, за праздник его вообще не считали, даже несмотря на то что все стабильно получали одну-две валентинки каждый год. Собственно, и в этот раз мы собирались не изменять своим традициям, если бы не вид того, как усердно все вокруг готовятся к этому празднику. Совместными думами мы решили, что будет как минимум грубо не поздравить наших новоиспеченных подружек и не порадовать их маленьким сердечком с шоколадкой. Вот так мы и начали подготовку ко Дню Святого Валентина. Всё почти что было готово, не хватало только последней детали: ещё одного единственного шоколадного подарочного набора, который так усердно рекламировали по телевидению всю неделю чуть ли не на каждом канале. Такой агрессивный маркетинг здорово заинтриговал нас и заставил направиться на просторы интернета. Говорят, что это самый вкусный, качественный и дорогой шоколад во всей Японии, и получить один такой на День Святого Валентина подобно подарку самой судьбы. Ну… мы и подумали, что если дарить шоколад нашим μ's, то только самый лучший. Ради этого подарочного набора я и Паша целый день простояли в гигантской очереди, но когда дело дошло до нас, то в наличии осталось всего восемь штук. Никита: НЕНАВИЖУ ЗАКОН ПОДЛОСТИ! Паша: А кто ж его любит? Никита: ВСЕГО ОДНА ШТУКА! Мы с Пашей решили, что сдаваться ещё рано, и где-нибудь наверняка ещё остались эти наборы. Да только нигде и ничего нам найти пока что так и не удалось, а оббегали мы порядка пятнадцати магазинов. Хорошо хоть, что обычным шоколадом мы додумались закупиться заранее. Хоть по срокам не закосячим. Паша: Давай ещё в этот зайдём. Никита: Мне кажется, что мы в нём уже были. Паша: Вполне возможно. Честно говоря, я успел запутаться во всех этих петляющих улицах. Никита: Я тоже. Интересно, а откуда мы пришли? Паша: Кажется… Никита: Разве не от… Вот чёрт! Паша: Некит! Давай только не будем паниковать! Никита: Мы заблудились, а ещё так и не смогли найти последний подарочный набор. Ситуация — хуже некуда. Паша: И, думаю, уже вряд ли найдём. Всё-таки День Святого Валентина оказался слишком популярным в Японии. Никита: И не говори. С лавок сметают абсолютно всё. Паша: Ещё бы: вокруг этого праздника витает такая романтичная и приятная атмосфера. День, когда ты можешь открыть свои чувства, показать другим, как они дороги тебе. А если вы ещё и пара, то… Никита: Лично мне не нужен отдельный праздник для того, чтобы сказать кому-либо добрые, ласковые слова. Паша: Видимо, оно так не для всех. Никита: Полагаю, дело в том, что большинство просто верит во всякие бредни и прочие мистические городские легенды, приуроченные к этому дню, оттого вокруг него и такой ажиотаж. Паша: Это какие ещё? Никита: Ну, знаешь, на уровне того, что, если ты подаришь кому-то шоколадку, то этот человек обязательно полюбит тебя, вы пройдёте рука об руку всю жизнь и умрёте в один день. Паша: Но это ведь так романтично! Хоть и слегка бредово, тут я соглашусь. Никита: Вот именно. Людей привлекает не столько сам праздник, сколько ареол вокруг него. Они ждут его в надежде, что в этот раз точно найдут любовь, признаются в своих чувствах, смогут покорить другого человека, затратив при этом минимальные усилия — шоколадку да открыточку. Паша: Выходит, что в России мы на это не велись. Забавно. Но ты в чём-то прав: печально, что люди ждут какого-то определённого дня, чтобы рассказать о своих чувствах. Никита: Естественно, есть и те, кому этот праздник как серпом по яйцам. Ну, знаешь, у всех вокруг любовь, романтика, а я сижу совсем один перед компом в своей холодной квартире. Правда всё это скорее сопли ради соплей… тем, кто по-настоящему одинок, глубоко фиолетово на весь этот День Святого Валентина. Паша: И всё же быть одному, когда все вокруг ходят под ручки, немножко некомфортно и печально. Никита: Одиночество — выбор каждого. Я тяжело вздохнул и огляделся. И опять мы увлеклись философской беседой, совершенно позабыв обо всём остальном. Но, увы, проблем меньше не стало. Всё ещё нужно было что-то решать с недостающим подарочным набором и материалами для открыток. Никита: Ладно, от этого стояния нам ни холодно, ни жарко. Давай выбираться отсюда. Нам ещё за канцелярщиной зайти нужно. С этими словами я достал телефон и открыл карты. Паша кивнул. Нужно было что-то делать и срочно. У нас всё ещё есть шанс спасти праздник.

*От лица Германа*

Тёмик нервно ходил взад-вперед по залу, изредка поглядывая в сторону входной двери. С его губ то и дело слетало раздражённое ворчание. Артём: Ну и где их носит? Герман: Никита написал мне, что они чуть задержатся. Артём: Мы такими темпами ничего не успеем! И чего они там возятся? Герман: Сказали, что столкнулись с непредвиденными обстоятельствами. Артём: Какими ещё? Герман: Самому бы хотелось знать. Наконец, Артём сел на диван и скрестил руки на груди. Артём: Эти двое как девочки: их отправили по магазинам только за самым необходимым, а они решили вообще все магазины города оббежать. Артёма можно было понять. Сегодня абсолютно все были слишком взволнованы, и чувство какой-то скрытой тревоги не покидало никого ни на секунду. Всё же решение о том, чтобы поздравить девочек с Днём Святого Валентина принялось как-то чересчур внезапно и будто бы само собой, из ничего, к тому же прямо сегодня за завтраком, а поэтому за один день нам нужно было успеть абсолютно со всеми приготовлениями. Нервничали все. Сразу же после завтрака Никита с Пашей убежали за покупками, а я и Тёмик остались сидеть дома, томимые мучительным ожиданием. Конечно, и нам было поручено своё ответственное задание… Герман: Давай лучше вернёмся к нашим… Артём: Баранам? Герман: Нет. Девочкам. Артём: Аааа… Герман: Кто будет поздравлять Эли? Артём: Очевидно, что Некит. Он ей ближе всех нас. Герман: О'кей… Артём: Думаю, что всех членов студсовета должен Никита поздравлять. Герман: Звучит вполне логично. Он всех там знает лучше всех нас вместе взятых. Артём: Нико предлагаю тоже ему отдать. Герман: Ну это само собой разумеется. Другого варианта и быть не могло. А что делать с Хонокой и Котори? Артём: Никите? Герман: Выходит, что так. Он больше всех с ними общается, да и им с ним интересно. Артём: Насобирал себе гарем… везунчик. Герман: Ехех, ну не ворчи. Его популярность легко объяснить: он ведь и староста, и помощник в студсовете, и президент клуба биологии, и руководитель школьной исследовательской группы… Он всегда всем помогает, а ещё Никита очень умный и рассудительный, но при этом добрый и какой-то слишком милый… Артём: Чуть что — девочки сразу же к нему бегут!! Герман: Так он наш лидер. Неудивительно… Артём: Даже Уми! Вижу ведь, как она о чём-то с ним секретничает. Неужели он её любов..! Герман: Не говори глупостей, прошу. Маки тоже порой общается с ним наедине, но, пойми, для них Никита — хороший друг-мужчина, который и поддерживает соответственно. Посуди сам: мы для девочек всё равно что книга: глубокие и полные неизвестности, тайн и загадок, а от этого и интересные. Они и обращаются к Никите, чтобы узнать о нас получше. Артём: Но разве не мы должны стать теми самыми мужчинами? Герман: Ты слишком торопишься. И вообще, мы отвлеклись! Как быть с Ханаё? Кто её поздравлять будет? Артём: Хм, сегодня утром Паша, вроде бы, был не против. Герман: Это и будет правильно. Я понимаю, что ему самому, возможно, будет немного тяжело, но Ханаё ведь всё ещё… Неожиданно раздавался звонок. Рядом со мной завибрировал телефон. На экране высветился номер и весёлая мордашка Никиты. Я взял трубку. Герман: Да.

*От лица Никиты*

Никита: Тогда мы видвигаемся домой. Потом всё расскажем, хорошо? Всё, давай, до встречи. Я бросил трубку и убрал телефон в карман куртки. Паша: Ну что там? Никита: Всё, больше ничего не нужно. Паша: Фух, наконец-то. Никита: Да, теперь можно идти по направлению к дому. Они там как раз почти всё распределили. Паша: А что спрашивали? Что ты им собираешься позже рассказать? Никита: Аааа! Да это Тёмик интересовался, куда мы запропостились. Паша: Волнуется за нас. Никита: Или скорее за то, что мы ничего не успеем. Об этом, правда, в глубине души переживал каждый из нас. Никита: Ладно, идём. Я махнул Паше рукой, и мы вместе направились в сторону дома. Шли спокойно и даже размеренно: за весь сегодняшний день ноги сильно устали и теперь чудовищно болели. Впрочем, появлялась возможность получше рассмотреть пейзажи предпраздничного Токио и проникнуться атмосферой грядущего торжества. Весь город был окрашен в красные и розовые тона, повсюду блестели яркие гирлянды, переливаясь озорным блеском множества непоседливых огоньков, улицы пропахли тонким и слегка сладостным ароматом цветов и шоколада. Вокруг сновала суматошная толпа. Людей было настолько много, что они сливались в одну непроходимую живую изгородь или даже морскую волну — такую же стихийную и неспокойную. И почти все они подбирали подарки для своих знакомых или, может быть, своей второй половинке. Неудивительно, что мы с Пашей умудрились заблудиться, ведь посреди всей этой толпы было просто-напросто невозможно разобрать путь. Благо с нами были смартфоны с установленными электронными картами. Слава тому человеку, кто впервые додумался до такой функции. Сегодняшний поход по магазинам вышел на удивление весёлым. Во всём этом волнении было что-то привлекательное и будоражащее. Что-то, что заставляло сердце биться чуть быстрее. Выбор и покупка подарков, подготовка к поздравлению сами по себе казались чем-то невероятно душевным и чувственным. Вероятно, суть этой магии заключается в том, что девочки из μ's уже успели стать для нас близкими людьми. Вместе с ними мы пережили множество увлекательных приключений, волнующих событий, радостных и печальных моментов. Мы вместе преодолевали сложности, смеялись и иногда даже плакали, вместе шли к мечте и вместе делали то, что когда-то казалось невозможным. Наверное, во всём мире нет ничего, что могло бы выразить наши чувства к ним сполна… Омрачало только одно… Я оглядел пакеты. Никита: Последний подарочный набор мы так нигде и не нашли… Печально. Паша: Это точно. Не подумал бы, что он окажется настолько популярен. Никита: И что теперь делать? Паша: Похоже, что кому-то придётся обойтись без него. Никита: Предлагаешь обделить одну из них? Но это нечестно и неправильно! Ещё подумает, что мы её не любим. Паша: Ну почему? Этому невезунчику мы просто подарим больше обычного шоколада. Тем более, что у нас его вон сколько. Паша приподнял руку, в которой держал пакет со сладкими подарками. Он был практически полон шоколадом различных форм, размеров и вкусов. Мы специально решили взять побольше, чтобы потом каждой из девушек подобрать индивидуальный набор. Паша: Смотри, какая красота есть. Он достал из пакета небольшую розовую коробочку шоколада в форме сердечка, которая сбоку была перевязана шёлковой жёлтой лентой. Выглядела она и вправду очень красиво и мило. Никита: Красиво, конечно, но разве будет честно, если все получат по подарочному набору, кроме одной? Паша: Не спорю, что получится не очень хорошо. И всё же важен не сам подарок, а наши чувства в этот момент. Никита: Ты прав… наверное. Мне всё равно было не по себе. Почему кому-то достанется всё самое лучшее, а кому-то придётся довольствоваться дополнительной долей простого шоколада? Понятное дело, что упуская что-то одно, ты получаешь другое. Всё находится в равновесии. Но… но… Паша: Кстати, Некит, я целый день хочу спросить… Никита: Что же? Это что-то очень важное? Паша: Думаю, что да. Никита: Тогда говори сейчас. Паша: А мы будем поздравлять Цубасу и остальных? Никита: Серьёзно?! Тебя это правда волнует? Паша: Ну да. Никита: Ты знаешь моё к ним отношение… а оно крайне и крайне натянутое. Паша: Знаю, но ведь… Ведь они любят тебя, Тёмика и Германа. Мы не можем просто так игнорировать их чувства. Никита: А вот тут ты не прав. Можем. Паша: Мне было бы больно. Никита: Понимаю. Но, честно, не знаю, что и делать. Раньше думал, что если буду игнорировать Цубасу, то и чувства вскоре завянут. Паша: Однако оно так не работает. Вот уж поистине наглядная иллюстрация к выражению: «Чем меньше женщину мы любим, тем лучше нравимся мы ей…» Никита: «И тем вернее губим средь обольстительных сетей». Поэтому мне совсем не нужно, чтобы она любила. Паша: Восхищён твоим познанием «Евгения Онегина». Никита: «Персонажи-бесчувственные-хрыщи» мои самые любимые. Паша: Но все они по итогу влюблялись. Никита: И тем самым делая себе только хуже. Паша замолчал. По всей видимости, он решил, что затевать очередной бессмысленный спор — глупое и лишнее занятие. Только время зря потратим. Паша: Ты говорил с Цубасой? Я кивнул. Никита: И не один раз… но всегда слышал один и тот же ответ, что она обязательно сделает так, чтобы в один прекрасный момент я полюбил её. Паша: Ого, очень смело. И крайне самоуверенно… Никита: Для A-RISE недопустимо поражение. Паша: А что по поводу остальных? Никита: Об Анджу и Эрене особенно не интересовался, но они, кажется, настроены таким же образом. Никита: И умеем же мы впутываться во всякие истории. Магия какая-то. Паша: А в особенности ты, Некит. Вот ты и раскрыл нам свою скрытую сущность. Никита: Ты о чём? Паша: Да так… К слову, как там поживают девочки из Ниджичто-то-там… Никита: Ниджигасаки? Паша: Точно. Никита: Лучше некуда. Под предводительством Юу дела в гору пошли, и сейчас они входят в пятёрку популярнейших групп школьных айдолов. Паша: Не это. Я имел в виду то, как дела у девчонок, а не самой группы. Никита: Аааа! Здесь трудно сказать. Мне пишут только Аюму и Юу и то нечасто. Когда-то ещё Касуми писала, но потом перестала. Паша: А что у девочек из Уранохоши? Никита: Вот тут вообще ничего не знаю. От Чики никаких вестей. Последний раз я списывался с Рико, но это было давно. Паша: И что она тогда сказала? Никита: Что всё в порядке и что они обязательно будут сиять. Как обычно, в общем. Паша: Понятно. Никита: Наверное, День Святого Валентина станет неплохим поводом, чтобы навестить их. Паша: Давно бы пора… ???: Эй, это же они! Nick and Paul! Вдруг откуда-то из толпы послышиль до боли знакомые возгласы. Мы с Пашей огляделись, но не сразу заметили тех, кто нас и окрикнул, поэтому решили выбраться из толпы, чтобы получить лучший обзор. Правда, нас нашли быстрее. Норман: Давно не виделись! Это была американская пятёрка. Они стояли перед нами в полном составе и внимательно осматривали пакеты с праздничными покупками. Каждый из них также держал в руках по праздничному пакетику, в котором точно что-то было. Кроме Алекса… Флойд: Всем привет! Альберт: Сердечно приветствую вас. Майкл кивнул, и только один Алекс не подал никакого приветственного знака, а лишь странно прищурился, смерив меня и Пашу взглядом. Да и держался он чуть вдалеке от остальных. Такое поведение было для него вполне обыденным, и всё же мне сразу это не понравилось. Паша: Да, привет, парни. Никита: Не ожидали увидеть вас здесь да ещё и в такое время. Норман: Могу сказать то же самое. Альберт: Но, I guess, что мы здесь по одной и той же причине. Он указал на пакеты. Паша: Ехех, выходит, что так. Никита: Этот праздник кого угодно с ума сведёт. Флойд: Стойте, а это you столько для своих накупили, что ли? Никита: Ну, вот этот пакет для девочек из Отонокизака, а вот этот для девочек из Уранохоши и Ниджигасаки. При виде наших покупок лица американцев немного потускнели. Они даже слегка растерялись. Алекс: И что же это выходит? Вы решили подкупить девочек при помощи шоколада? Никита: Нет. Мы просто решили, что наши хорошие подруги достойны большего, чем одной шоколадки и одной открытки. Пусть немного побалуют себя сладеньким. Паша: Да-да. К тому же этот праздник — хороший повод, чтобы отблагодарить их за всё, что они сделали для нас. Никита: Хотя, боюсь, этого не хватит, чтобы сполна выразить наши чувства. Мы с Пашей переглянулись и глупо усмехнулись. Алекс лишь фыркнул в ответ и отвернулся. Образовалась неловкая пауза. Паша: Вы ведь тоже по магазинам ходили сейчас? Норман: Yes. Решили, что традиции всё же лучше продолжать. Никита: Традиции? Норман: На родине мы каждый год праздновали День Святого Валентина и в этом решили не пропускать. Никита: Аааа! Ну конечно! Извини, я на мгновение забыл, откуда вы приехали. Норман: Ничего страшного. Паша: Да, не сказать, что у нас этот праздник сильно популярен. Никита: По правде говоря, мы и празднуем его впервые. Паша: Наверное, поэтому и хотим сделать что-нибудь эдакое: торжественное и большое… Флойд: Ну вы, конечно, крутые. В тот момент мне почему-то было спокойно, хотя обычно при любой встрече с этой шайкой-лейкой меня не покидает ощущение, что сейчас точно что-нибудь произойдёт, что они что-то скрывают и что хотят нам насолить. Но сейчас американцы казались такими… обычными. В том плане, что мы с ними похожи: так же, как и мы, они покупают и готовят подарки к завтрашнему дню; так же, как и мы, волнуются. Чем дальше это всё заходит, тем больше убеждаюсь в том, что мы очень и очень похожи. Норман: Слушай, Ник, можно я ask тебя кое о чём?.. Никита: О чём же? Норман: Не мог бы ты завтра кое-что отдать кое-кому?.. Никита: Ты имеешь в виду подарок? Норман слегка смутился. Норман: Да, я бы отдал его тебе, а ты передал. Никита: Без проблем! Даже с радостью. На лице Нормана засияла добрая улыбка. Флойд: О! In that case… могу я попросить тебя о том же? Никита: Не вижу причин отказываться. Флойд: Спасибо! Огромное! Альберт: I guess, мне бы тоже не помешала помощь. Майкл: Мне, to tell you the truth, тоже. Никита: Это немного неожиданно… Естественно, я всё прекрасно понимал, и всё же в моей голове крутился один единственный вопрос. Никита: Но разве вам не будет намного легче, если вы подарите из сами? Норман: Понимаешь… Начал он, но неожиданно прервался на полуслове и махнул рукой. Норман: Впрочем, it doesn't matter. Никита: Как скажешь… И только Алекс всё так же стоял позади всех и даже не смотрел в сторону своих друзей. Его взгляд был устремлён куда-то в толпу. Наверняка что-нибудь задумал. Завтра следует быть начеку. От этого парнишки можно ожидать чего угодно. Вдруг из раздумий меня вывел Паша, легонько толкнувший меня в плечо. Паша: Некит, глянь-ка туда. Он указал мне на магазинчик сладостей, находившийся в отдалении. Я сощурил глаза. Никита: И что там? А то я снова забыл надеть линзы. Паша: Мне показалось, или туда сейчас зашла Хонока? Никита: Чего? Я сощурился ещё сильнее, но ничего не увидел. Паша: Кажется, всё-таки показал… И не успел он закончить, как из магазина вышла, что-то крепко прижимая к груди, девушка. Паша: Вот же! Никита: Это Хонока! Но что она здесь делает? Паша: Нельзя допустить, чтобы она нас увидела! Никита: Бежим скорее! Туда! Норман: Вы чего? Что-то wrong? Никита: Эм, нам срочно нужно спешить домой. До завтра! Норман: Встретимся в десять a.m. Мы подойдём к воротам вашей школы. Никита: Ок, буду ждать. Даже толком ни с кем нормально не попрощавшись, мы с Пашей стремглав устремились подальше от этого места. Фух, пронесло: если бы Хонока нас заметила, то на завтрашнем сюрпризе можно было ставить крест. И что она здесь забыла в это время? Никита: Пахан, ты не увидел случаем, что Хонока держала в руках? Паша: Кажется, какая-то коробочка… большего не скажу. С каждой новой минутой этот день только набирает обороты. Но пора бы уже перейти к его кульминации…

*Дома*

Если бы я только знал, что по возвращении домой получу нагоняй от Артёма, то и не пришёл бы. Артём: Вы же понимаете, что опоздали? Никита: Более чем. Артём: И как собираетесь это объяснять? Мне кажется, вы относитесь к этому как-то легкомысленно. Паша: Тёмик, мне кажется, ты слишком сильно… Никита: Возникли кое-какие технические проблемы. Артём: Какие могут быть проблемы?! Или вы не до конца осознаёте важность завтрашнего дня? Мы должны подготовить всё в превосходной степени! Если даже не в супер-пупер-мега-превосходной. Никита: Это как раз мы прекрасно понимаем. И мы купили всё необходимое… Артёма: Разве это проблема?. Никита: Всё, кроме одного подарочного набора. Артём: Да вы, должно быть, издеваетесь… Паша: Кто ж знал, что они окажутся настолько популярными. Никита: Это точно. Мы целый день простояли в очереди, а по итогу нам не хватило всего одного. Паша: И, как назло, нигде больше таких нет! Мы все магазины в округе оббегали, но так и не нашли. Кажется, после нашей душещипательной истории Тёмик чуть подостыл. Герман: Вот уж не повезло. Артём: И что нам теперь делать? Герман: В теории всё довольно просто: компенсируем кому-то отсутствие подарочного набора дополнительным шоколадом. Паша: Мы так же подумали, поэтому специально накупили побольше. Артём: Ааааа! Всё коту под хвост! Ну почему нельзя хоть раз что-нибудь нормально организовать? Герман: Справедливости ради стоит сказать, что принимать решения в самый последний момент — тоже не самый ответственный поступок. Артём: *тихо сопит* Всё! Всё кончено! Теперь они возненавидят нас, начнут избегать и шептаться за нашими спинами. Никита: Из-за шоколадки?.. Артём: Дело не в шоколадке. Это другое! Герман: Признаться честно, я пока что тоже слабо понимаю связь. Паша: А я, кажется, понял, что хотел сказать Тёмик. Но, как я уже говорил Некиту, самое главное — это то, какие мы будем в тот момент. Один любящий и душевный подарок будет стоить как тысяча, если не больше, обычных. Герман: Поддерживаю. Никита: Тогда… давайте хорошенько постараемся и выложим в наши подарки всю душу. Осталось только определить того «счастливчика», кто не получит подарочного набора. Герман: Простите, если прозвучу слишком эгоистично, но жертвовать Маки я не буду. Никита: Всё в порядке. Я так и думал, что Маки, Уми, Рин и Ханаё мы обязательно подарим по набору. Паша: Тогда… Артём: Хм… Герман: Эм… На этой ноте и закончилось наше эпохальное и архиважное обсуждение. Мысли кончились. Мы зашли в тупик, сами не зная, почему. Где-то внутри до сих пор не хотелось признавать то, что кого-то придётся оставить без подарка. С чего-то вдруг мы сумели сами себя убедить в том, что девочки обидятся, хотя, естественно, решать за других — глупо. Эх, вот бы вернуться в прошлое, на пару дней раньше, и всё предотвратить. Никита: А может… Ай, забудьте! Выбрать кого-либо казалось невозможным. Каждая из μ's заслуживала получить этот набор, да и относились ко всем им мы одинаково любяще и уважительно. Артём: Бесполезно! Как бы долго мы не думали, мы все равно ничего не решим. Никита: Похоже, что так. Просто не хочется никого обидеть… Паша: Мы опять упёрлись в ту же проблему, что и раньше. Не хотелось признавать это, но Паша попал в точку. Что бы ни произошло с нами до, сейчас нам фатально, как и раньше, не хватало уверенности. Чувство, что где-то прячется подвох, а мы что-то делаем не так, слишком сильно засело в наших умах. Где-то внутри себя мы прекрасно понимали, что девочки слишком сильно любят нас, чтобы обижаться из-за недостающего набора, но… то ли не могли принять это, то ли ждали того самого подвоха. Герман: Слушайте, может сделаем так: пока ничего решать не будем, а завтра за нас всё решит рандом. Артём: Ничего не понял, но очень интересно. Герман: Будем дарить наборы по мере того, кого встретим из девочек. Кто станет последней… ну, видимо, такова судьба. Никита: Крайне безответственный шаг с нашей стороны… Паша: Но ничего лучше мы и вправду сейчас не сообразим. Никита: А если последними нам попадутся сразу две девушки? Артём: Тогда даже лучше для нас! Подарим набор и скажем, что это на двоих. Никита: Хорошо… звучит более-менее логично. Герман: Отлично! Паша: Фух, я уж было начал волноваться. Ехехе. Однозначно неплохо, что мы смогли прийти к единому решению в этом вопросе и тем самым решить главную проблему завтрашнего дня. Конечно, если подумать, то наш план был до ужаса абсурден. Но лучше так, чем вообще ничего. Артём: Вернее даже не «мы будем дарить», а «ты будешь дарить»… Артём указал на меня и при этом подмигнул. Чего? Что он имеет в виду? Никита: Ты о чём? Герман: Мы тут с Тёмиком подумали и пришли к решению поручить тебе поздравить остальных девчонок. Никита: Что вы подразумеваете под «остальных»? Герман: Я поздравляю Маки, Артём — Уми, Паше достались Рин и Ханаё. А другие… Никита: Какого чёрта?! От таких новостей у меня аж волосы встали дыбом. Я скривился и начал судорожно размахивать руками. Это переходило все границы! С какого перепуга на меня взвалили разом всех оставшихся девочек? Своих девушек они, значит, первым делом разобрали, а мне… Ну уж нет! Такое ощущение, что Герман и Тёмик просто решили спихнуть на меня всю ответственность. Либо же у них есть какой-то хитрый план, о котором я даже не подозреваю. Никита: Подождите, подождите… Это по какой логике вы к этому пришли? Герман: Что же, рад, что ты спросил… Герман странно улыбнулся и устроился в кресле поудобнее. Мне стало немного не по себе. Герман: Если говорить объективно, что с Эли и Нозоми ты общаешься больше, чем мы. Кроме того раньше вы вместе работали в студсовете. Никита: Ну допустим здесь вы правы, но в остальном… Герман: Стоять! С Нико ты также больше нашего знаком. Ещё с тех самых времён, когда вы по очереди гонялись друг за другом, маша кулаками. Никита: Эм… ну… Герман: Хонока и Котори к тебе чуть ли не хвостиком повсюду пристраиваются. Никита: Мммммм… Вот чёрт! Кажется, я проигрываю! Полундра!!! Да, аргументы явно на стороне Германа, а мне ему даже нечем ответить. Оставался только один единственный вариант… Никита: Ну не смогу я! Я упал на колени. Никита: Мне будет жутко неловко, и стеснительно, и… Почему мы не можем поздравить их вместе? Артём: Нет уж. Никита: Да в смысле?! Паша: Ехех, прости, Некит… Герман: Давай-ка и ты будешь девочкам внимание уделять. Они будут счастливы получить от тебя подарок на День Святого Валентина. Герман бросил эту фразу как-то слишком холодно и таким нравоучительным тоном, что я начал ещё больше сомневаться в себе. Но по итогу мне всё же удалось взять себя в руки. Никита (про себя): Ладно… я справлюсь. Я справлюсь. Я справлюсь. Никита: Хорошо, по поводу наших решили. А что с Нидж… Герман: А, точно, пока не забыл. Девочек из Ниджигасаки и Уранохоши тоже поздравляешь ты. Никита: Что?! Прям всех?! Герман: Прямо всех. Никита: Только я??? Герман: Только ты. Никита: Ты изверг! Герман: Это ты у нас слишком успешный ловелас. Никита: И вообще, любви нет! Герман: Скоро появится. Никита: Кто вообще принял это гениальное решение и на каком основании? Герман: На это у нас тоже есть аргументы. Артём: Мы ожидали, что ты станешь сопротивляться. Герман: С девочками из Ниджигасаки мы почти что не знакомы, а вот ты им ближе всего. Никита: А что по Уранохоши? С Аквами мы знакомы все… Герман: Ну, понимаешь… Артём: Тут такое дело… Никита: Так-так-так, вот вы и попались… Чего это глазки вдруг забегали? Герман: Мы уже запланировали пойти на свидание после школы. Артём коротко кивнул. Герман: Мы бы и рады съездить в Номадзу, но, боюсь, времени совсем не будет. Никита: Но… Паша! Я обернулся и с надеждой глянул в его глаза, но он лишь виновато улыбнулся и тихо произнёс: Паша: Наверное, я и сам хотел бы сходить куда-нибудь с Рин после школы. Никита: Гммм! Да вы точно издеваетесь… Вот ведь хитрые жучилы! Пока они там будут развлекаться со своими девушками, предаваясь любви, мне предстоит колесить по всему Токио туда-обратно. Жизнь не только несправедлива, но ещё и жестока. Но во всей этой ситуации определённо были и свои плюсы, а главный из них… Ладно, это я уже просто пытаюсь устроить самого себя. Если в моих завтрашних приключениях и есть плюсы, то они явно того не стоят… С другой стороны это шанс, например, хотя бы чуть-чуть задобрить Ландзю. А в присутствии парней такое было бы невозможно. Артём: Так, вы время вообще видели? А мы даже не начинали делать подарки! Герман: Да, Тёмик прав. У нас не так уж и много времени в запасе. Паша: Тогда предлагаю сейчас поужинать и приступать за работу. Артём: Отличное предложение! Герман: Значит, так и сделаем. Никита: Можно последний вопрос? Герман: Конечно. Что такое? Никита: Для своего «гарема» мне подарки тоже самому делать? Герман: Угу. Артём: Каждый делает тому же, кому и дарит. Я сделал глубокий вдох. Затем выдох и ещё один глубокий вдох. Никита (про себя): Тише, тише… Спокойствие, только спокойствие. Но по итогу я не выдержал… Никита: ДА КАК ЖЕ ВЫ ЗАЕ…!!! *Несколько часов спустя* В зале творился полный артхаус. Везде, где только можно и нельзя, валялись изрезанные листы цветной бумаги и ткани, блёстки, рюшечки, какие-то блестяшки, сердечки, бисер и чёрт знает что ещё. Конечно, до полнейшего бардака было ещё далеко, но и на приличное жильё это место сейчас не походило.

***

Часы показывали 23:15. Мы закончили делать подарки минут десять-пятнадцать назад. Поначалу у нас мало что получалось, но в конечном счёте мы получили массу удовольствия и весело провели время. А главное — было что-то тёплое и любящее во всём этом процессе. Вид того, как Герман, Паша и Артём стараются, чтобы порадовать своих девушек, заставлял умиляться и искренне радоваться за их счастье. Но и я старался не сильно отставать от них. Мои открытки получились ничем не хуже: такие же яркие, красочные и наполненные тонной светлых чувств. Работая над поздравлениями для каждой из девушек, я невольно вспоминал моменты, проведённые вместе, и на душе становилось как-то теплее и приятнее. Чистые и прекрасные образы наших знакомых-айдолов отчётливо и ясно всплывали в моей голове, что определённо помогало мне выразить свои чувства по отношению к каждой из девочек. Не мешали даже мысли о том, что завтра мне это всё в одиночку придётся дарить, мотаясь туда-сюда. Я был доволен своей работой. Открытки получились настолько индивидуальными и клёвыми, что лишь по одному внешнему виду можно было определить, кому она предназначена. Конечно, в одиночку я бы не справился: парни помогли мне в оформлении и приклеивании всяких украшений. Вот так и появились эти произведения искусства. В общем и целом, мы были готовы к завтрашнему дню, даже несмотря на один отсутствующий подарочный набор и мои непрекращающиеся возмущения, и с энтузиазмом ожидали его начала.

***

После этого все стали потихоньку готовиться ко сну. В зале остались только я и Герман. Нам предстояло убрать за собой весь этот бардак. Тёмик направился на боковую первым. Неудивительно: он, наверное, взволнован не меньше моего. Это можно было легко понять из того, как сильно он переживал за девочек и наши поздравления. Паша также сильно волновался, но как обычно пытался скрыть это за своей милой улыбкой, чтобы не снижать командный дух. А Герман… казался равнодушным сухарём. Его словно уже ничего не интересовало. Он был чересчур спокойным и серьёзным. И хоть обычно под этим камуфляжем мне всё же удавалось разглядеть его истинные чувства, но не сегодня. Убирались молча и крайне усердно и в один момент решили чуть-чуть передохнуть. Мы сели на диван, и Герман был первым, кто нарушил тишину. Герман: Как думаешь, а девочки тоже готовятся к празднику? Никита: Разумеется, для японцев это важная традиция. Герман: Я просто подумал: вот мы готовим для них подарки, а что, если они нам совсем нет… Никита: В смысле, что они не подарят нам ничего? Герман: Угу… или то, что вместо нас есть другие. Теперь понятно, что его тревожило всё это время. Герман, как и все мы, боялся, что наши труды окажутся напрасными или ненужными. Понять его было легко. Сейчас это чувство частично переполняли каждого из нас. Никита: Я тебя умоляю! Кому ещё они могут сделать подарки? Герман: Да, разумное замечание. Никита: К тому же, когда мы с Пашей ходили по магазинам, видели Хоноку. Она выходила из кондитерской с шоколадом. Герман: Правда? Никита: Абсолютно. Герман: Так, постой! Вы, надеюсь, спалиться не умудрились. Никита: Не-не, мы сразу же рванули оттуда. Герман: Фух… это было близко. Он громко выдохнул, а затем мягко улыбнулся. Герман: Значит, она покупала кому-то шоколад… Никита: До сих пор поверить не могу, что буквально за каких-то полгода мы сумели добиться такой популярности. Герман: А ведь раньше думали, что от дискриминации нам здесь не спастить. Никита: Выходит, это была не такая уж и серьёзная проблема. Герман: Признаться, популярность тоже оказалась не такой уж и лёгкой штукой. Никита: Воу-воу! Смотрите-ка, аж корона на голове засветилась! Герман: Я серьёзно. Из каждого уголка слышишь разговоры о себе. И я уже забыл, когда в последний раз я, прогуливаясь по улицам, не встретил бы группу девчонок, спрашивающих автограф. Никита: Это всё потому, что кто-то пишет слишком прекрасную музыку… Герман: Даже не знаю, о ком ты… Никита: Паша тоже весьма популярен: записи его концертов собирают миллионы просмотров, а его музыка не менее известна, чем твоя. Герман: Артёма теперь знает практически каждый спортсмен в Японии, особенно если это стрелок из лука Эх, что же с нами стало?.. Никита: Что ты имеешь в виду? Герман: Почему именно в Японии мы смогли расцвести и показать всему миру свой скрытый потенциал? Что такого есть в этой стране, чего нет в нашей? Никита: Ну, насчёт всех я бы не согласился… Герман: Да брось! Никита: На публике я бываю нечасто. Так что до вас мне ещё очень и очень далеко. Герман: Не соглашусь: среди фанатов айдолов ты вполне известная личность. Никита: Думаешь? Герман: А как же? Вдохновитель Aqours, помощник μ's и один из авторов проекта клуба школьных айдолов старшей школы Ниджигасаки. В ответ я только смущённо улыбнулся. Мне было максимально неловко осознавать, что все эти титулы описывали мою персону. Отчасти потому, что эта информация должна была остаться секретом, но в одном из интервью Чика проболталась, что именно благодаря нашему квартету Aqours начала своё существование как полноценная группа. Вскоре закономерно всплыл также факт нашего участия в формировании μ's, а немного погодя и Аюму рассказала всё о формировании айдол-клуба в Ниджигаку. Я ожидал, что информация о причастности русских школьников в создании популярных японских групп будет воспринята в штыки, оттого и попытался изначально удержать её в секрете, но по итогу народ, к нашему удивлению, даже был рад такой интеграции. Но главной причиной моего смущения всё же было полнейшее непринятие таких громких и торжественных слов в мою сторону. Герман: Удивительно… Герман вдруг встал с дивана. Видимо хотел спародировать меня перед чтением пафосных мотивирующих монологов. Но вместо пламенной речи с его губ срывалось лишь молчание. Герман: Только представь, как глубоко в твоей голове сидит убеждение о собственной ничтожности, раз ты наотрез отказываешься принимать любые добрые слова и вечно скатываешься в отрицание всего и вся. Никита: Неправда! Герман: Ахах. Я только сейчас понял, что произошло, и рассмеялся вместе с Германом. Герман: Но завтра всё решится. Никита: Это к чему? Герман: Посмотрим, у кого из нас будет больше всего валентинок. Никита: Предлагаешь устроить соревнование? Герман: Почему бы и нет? И тогда мы раз и навсегда решим, кто из нас популярнее. Никита: Для меня здесь всё очевидно. Герман: А мне всё-таки интересно. Ненадолго комнатой овладела тишина, прерываемая лишь ритмичным ходом секундной стрелки настенных часов. Герман: Всё же… как думаешь, Маки готовится к празднику? Никита: Уверен, что она сейчас взволнована не меньше тебя. Как и каждая из девочек… Между нами опять повисло молчание. По всей видимости, это был знак, что что-то мы заговорились. Пора бы уже доубираться и отправляться спать. Завтра предстоял важный день, который нужно было встретить в лёгкости.