911

— Что делать с приходящими? — уточнила у Томаса Сами, перезаряжая винтовку. — Их гонят сюда, другого варианта просто нет, — задумчиво потёр подбородок Лидер. — Но кто же это может быть? — задумался Галли, делая выстрел. — Ньют напал на след Авы, — спокойно сообщает им Томас. — У неё целое поле трупов. Так, чёрт побери, спокойно, что прям напрягает ещё сильнее. Если весь этот месяц они искали Аву, то почему ничего не сказали. Хотя… Походу не сказали только ей. Первому прилетает Галли в коленную чашечку, потому что он стоит к Сами ближе всего. С Минхо сложнее. Гадёныш приноровился уворачиваться от всех её ударов. Он блокирует пару из них, но пропускает удар локтя в рёбра. Призыв Томаса успокоиться не работает. Когда они собирались ей это сказать? А если бы Ава подобралась ещё ближе? Ньют вовремя подоспел, зря. Если бы пришёл на минут десять позже, то не получил пяткой в подбородок, пока поднимался по лестнице. Зачистка была два дня назад. Сами успела отдохнуть. Сил хоть отбавляй. Галли попробовал схватить её, но этим идиотам стоило уже понять: да, они сильнее, но она быстрее, и ловкости у неё побольше. Скорее всего Соня тоже не в курсе. Она бы точно разболтала. Значит, им влетит ещё и от неё. Они с Брендой смогли поднять над землёй дроны военных. И ей точно не понравится, что имея в запасе такое, эти глупые мужчины пошли в разведку на своих двоих и без её штучек. — Выдыхай, — берет её за шкирку Ньют и приподнимает, пока та целилась брату в живот ногой. — Как вы додумались до этого? — машет ногами и руками Сами. — Это могло быть опасно! — А-а-а, — тянет Томас. — Вот теперь-то ты понимаешь меня и Терезу! — Подойди ближе, — дёргает подбородком Сами. — Я ещё много всего пойму! — Мы не собирались молчать всё время, — оправдывается Галли. — Только пока не узнаем точно. — А вот теперь там нужна зачистка, — объясняет ей нараспев Ньют. — И мы берём тебя с собой. — Целое поле, — повторяет то, что уже сказал Томас, Наёмник. — Слишком много трупов. — Рискованно, — соглашается с ним девушка, показывая Ньюту жестом, что она выдохнула, как он просил, и готова вести конструктивный диалог. — Нет, мелкая жопа, — перехватывает её поперёк живота Главарь, чтобы им двоим было удобней. — Нам нужен разговор, а не синяки. — Я больше не буду! — в доказательство поднимает руки Сами. — Ещё подержи, — советует ему Минхо. — Она слышала не всё. — Вы совсем охуели? — брыкается шатенка. — Вот поэтому тебе никто ничего не рассказывает, — берётся второй рукой за её щёку и оттягивает кожу двумя пальцами Ньют. — Но знай: именно это в тебе я и обожаю. — То, что она вспыльчива? — хмыкает Галли. — То, что она бешеная, — укоризненно смотрит на него блондин, потому что тот сразу не догадался. — Одного тебя хватит, — уверяет его Томас. — Ей надо быть холодной. Именно тогда Сами выдаёт лучшее из своих идей. — А они вам вообще нужны, раз вы такие самостоятельные? — язвит шатенка, складывая свои руки в замок на руке Ньюта. А они им и правда нужны. До Ньюта доходит новость от его людей, что Аве помогают двое мужчин и женщина. Они обмазались кровью или грязью… Не важно чем, важно, что они ведут за собой стадо к городу. Звучит, как очередная жопа. Из рации говорят, что и выглядит это так же. Они пробуют на машинах развернуть «парад». Но всем понятно, что это поможет не на долго. Если эта ебанутая женщина смогла собрать такое количество один раз, то соберёт и второй, и третий… Если они похожи на ходячих, то сколько их может быть ещё в толпе? Такое точно не следовало обсуждать у главных ворот… Но с другой стороны, Ава ведёт целое стадо, где по предварительным подсчётам около пятиста трупов, и людям придётся об этом сообщить. Сами затихает, как и парни. — Нам надо не подпустить их к городу… — говорит Томас, сжимая кулаки. — На всех просто патронов не хватит, — объясняет ему Галли. — А если и хватит, то мы останемся без них совсем. — А если их взорвать? — предлагает Сами. — Где взять столько взрывчатки? — усмехается Минхо, а Ньют меняется в лице. — Я знаю, где достать, — опускает свой взгляд Сами. — Нам нужна точная карта не только города, но и окрестностей, — заключает Томас. — Чтобы выложить импровизированное минное поле, а остальных перебьём вручную. — Я не особо уверен, что это будет легко, — сомневается Галли. — В одном фильме я видел, что зомби прям обходили такие места, а тут ими ещё и управляют… — Ты собираешься поделиться с нами всеми своими познаниями в кинематографе? — наиграно вздыхает Ньют, косясь на часы и склоняя голову в бок. — Просто времени маловато. — Ну, вообще-то, — возмущается Капитан, грозя ему пальцем, — если бы не мои знания, почерпнутые из видеоигры, мы бы никогда не отрегулировали работу постов и график дежурств. Пока парни меряются тестестероном, Сами судорожно припоминает всё, что знала о взрывчатке, и с ужасом понимает, что без гугла она располагает минимальным количеством информации. По крайней мере о том, что важно сейчас. Им же не кинуть её надо, а создать цепь из нескольких штук. Спустя несколько минут все замолкают, как и она. Шатенка хлопает блондина по руке, и тот наконец-то отпускает её. Они погружаются в тишину, которую нарушают только звуки мёртвых за воротами. Их, похоже, и правда там очень много. Сорок? Шестьдесят? Сами не имеет понятия, и честно, знать особо не хочет. Скорей бы их убрали. Галли встаёт с корточек и идёт к лестнице. Она по привычке идёт следом, но останавливается. Девушка смотрит на брюнета. Он стоит неподвижно. Смотрит куда-то вдаль, будто не замечая ничего вокруг. — Чего тормозишь? — обращается к нему Сами. — Ты сама сказала, что нам надо отдыхать друг от друга, — пожимает плечами парень. — Решил послуслушным стать? — закатывает недовольно глаза она и возвращается, хватая того за ухо. — Не вовремя, Минхо. — Да шучу я, шучу, — тащится за ней Наёмник, прижмуривая один глаз. — Помнишь, что может произойти из-за плохих шуток? — хмыкает она, разжимая пальцы. — Ты пойдёшь туда? — сглотнув, спрашивает Ньют. — Так спрашиваешь, будто есть выбор, — говорит вроде нормально, а звучит всё равно обречённо. Сами тяжело набирает в лёгкие воздух и проводит ладонью по волосам, убирая прядки, падавшие на глаза. Эти чувства из прошлого к ней иногда возвращаются. По коже будто ветерок проходит. Она клялась себе, что больше никогда туда не вернётся. Не зайдёт внутрь. Но возвращается. Слово «никогда» потеряло свой смысл, и пора бы уже смириться. Ньюту тоже не по себе, что бывает так же редко, как снег где-то в пустыне. Они вдвоём вешали замок на дверь и на свои воспоминания. Раз уж им придётся её открыть, то вместе. Даже как-то символично выходит. Главарь кладёт руку на её плечо. Единственный, кому Сами готова это показать, — Минхо. Похоже, Ньют тоже не против, ведь он сам кидает ключи от своей машины парню. Наёмник отличался своей понятливостью. По ним двоим было видно, что они не горят желанием брать кого-то ещё с собой. Хорошо, что Ньют угадал с машиной сегодня. Модифицированная со всех сторон. Конечно, такую зловонную кучу тел не растолкает, но по лежачим проскачет. Пока разведка Норы тормозит делегацию Авы, Галли берётся за ходящих около ворот. В первую очередь отстреливает тех, кто ближе всего. Ворота лучше не открывать просто так. Людей надо готовить к бою и возвращать рыбаков. В запасе у них не больше дня. Осталось надеяться, что их тайник не отсырел за эти годы. В рукопашную попробовать можно, но скольких тогда они потеряют… Кое-как усмирив нервную дрожь, Сами плюхается на заднее сиденье автомобиля. Шквал выстрелов стих, а значит пора. Повисла такая тишина, что можно было услышать каждый вздох и, казалось, биение сердца. Вот он. Ещё один пункт в её личном списке проёбов. Нельзя ничего оставлять за собой, потому что именно это и станет твоей болевой точкой. Мистер Шон явно был бы не доволен… Если бы был. Его нет, и с этим надо было смириться ещё в тот день, когда он, защищая их, подставился под зубы мертвеца. Может быть, если бы… Столько этих может быть и если бы она и Ньют прокручивали после, но, как и полагается по закону вселенной, это ни к чему не привело. Они сделали всё, как он просил. Закрыли его лавку насовсем. Он и тогда смеялся, что вопрос времени, когда эта клятва нарушится. А другого и ожидать не стоило. Он же как помешанный собирал и обменивал всё на гранаты, бомбы, мины, динамит и прочее в этом роде. Если бы Ньют не создал Нору, тогда бы этот склад обчистили ещё раньше. Такую золотую жилу не оставили бы даже неопытные проходимцы. А что тут говорить об опытных? Не по себе, что Шон приютил их, научил, дал кров и подобие семьи, а они… Но с другой стороны, Ньют и Сами создали то, что он и хотел. Мир в мире, в котором это попахивало фантастикой. Шон выгнал большую часть ненормальных, и в этом только его заслуга. Ну и его коллекции, потому что никто не ожидал, что машины начнут взлетать в воздух, а мины станут обыденностью. Правда, последний его фейерверк вышел из-под какого-либо контроля. Весь остаток рынка ждал, что Шон придёт, и не ошиблись. Им это не помогло выжить, но его задело рикошетом. Ньют дольше не мог в это поверить, а вот Сами, как след от зубов увидела, поняла, что конец приходит тогда, когда его меньше всего ждёшь. Она бы тоже кричала и плакала, как тогда, когда потеряла маму и папу, но Шон не любил нюни. Розовые сопли мужчина и сам не распускал. Он взял лишь пистолет и одну пулю, а затем заставил их заколотить все входы в бывшую лавку сладостей. — Если я включу музыку, это будет напрягать сильнее, чем угрюмое молчание? — не выдерживает Минхо, обращаясь к двум людям, у которых лица кирпичом. — Всё будет хорошо, — похлопывает сам себя по плечу Ньют с ироничной улыбкой. — Мы справимся с этой тупой поебенью. — Он только что меня обозвал? — вскидывает в вопросе бровь Наёмник. — Нет, — усмехается Сами. — Ты ему нравишься, просто его основная манера общения – это сарказм. — Да, — врезается на ходу в зомби блондин. — Ты мне нравишься, но если трупы будут нас преследовать, я тобой пожертвую. — А вот это уже пошло в ход враньё, — открывает окно и высовывает пистолет наружу Сами, прицеливаясь в ходячего на их пути. — Всё, — наиграно психует Ньют. — Врубай музон, а то она всё обо мне выдаст. Подпевать песне не уместно, но необходимо. Шон был классным, он был их примером для подражания. Мужчина втянул их в круговорот событий этого городка. А ещё научил их создавать те самые события себе на пользу. Сами бы никогда так не смогла стрелять, если бы однажды он не вручил ей снайперскую винтовку и не показал, как надо, а как нет. Ньют бы в жизни не взял в руки тесак и не крошил головы мёртвых и живых, если бы не он. И Чак… Чак бы просто не выжил на рынке. Кучерявый был тогда совсем ребёнком… Шон собрал их в кучу и не бросал до последнего. Зачем он это делал? Они спрашивали. Много, много раз и много, много подобных вопросов. А ответ всегда был один: «Хочу, чтобы вы смогли увидеть то, что не смогу увидеть я». А дальше обычно следовал смех и куча баек, анекдотов, выдуманных историй… А может и не выдуманных, кто знает? О нём вообще удалось узнать лишь малую часть… Ведь именно Шон смог объяснить им, что всё происходившее до катастрофы вообще не имеет значения. Когда-то у него была жена, но к сожалению ей не удалось спастись… Когда-то, как и у большинства, у него была любимая работа телохранителя… Когда-то Шон жил в обычном доме и спал в своей постели… А потом бум – и он уже воспитывает троих лоботрясов, которые ему приглянулись. Ну что сказать? Справился Шон отлично. В отличие от тех самых лоботрясов, которые сидят в машине и торащатся на стеклянную витрину… Только им известно, что подвал этого здания намного больше, чем себе можно представить… Что вид с этой крыши ночью позволяет рассмотреть по кругу ближайшую территорию, а ещё звёзды… Что там лежат четыре матраса и стоит гриль… Что внизу оборудованная столовая и даже рабочая кухня… Что там внизу потрёпанный диванчик коричневого цвета… Там они начинали свой день и заканчивали его. Там они болтали ни о чём и обо всём. Там они были дома, когда даже это слово звучало абсурдно. А ещё там либо тело мёртвого Шона, либо ходячий… И тут не знаешь, что лучше. Узнать, что он умер в одиночестве, или самый сильный человек не нашёл в себе смелости завершить свою жизнь, как положено. Как было в убеждениях Шона. Пора. Чем дольше тянуть, тем меньше времени останется, чтобы разобраться, как всё установить. У Сами был один опыт с гранатами… Знаете, такой, который повторять не советуют. А тут динамит и мины… Это уже совсем другая история. Когда её мозг выдал эту идею, она не казалась безумной, а вот теперь не то что кажется, а прям мигает неоном об этом. — После тебя, — Ньют пропускает по-джентльменски Минхо вперёд. — Нет, — отмахивается от его предложения парень. — Это место связано с вами, и я не могу… — У тебя лом, — с пунцовым выражением лица сообщает ему Главарь. — А, да, — опомнился брюнет. — Секунду. Замок они повесили прям то, что нужно. Самый здоровый и надёжный подобрали… А вот ключи выбросили зря. Секунда превращается в минуту, а затем в несколько минут, а чуть позже к ним добавляется ещё парочка. Сами опирается плечом на стеклянную витрину и уже подумывает расфигачить её, но так делать нельзя… Во-первых, доски, что закрывают бо́льшую часть прозрачного стекла, надо будет снять… Во-вторых, шум привлечёт ходячих, а в городе их развелось не мало. Даже в худшее время их столько не было. Что сказать, Ава зря не теряется. Немного пыхтения, щепоточка силы, малюсенькая доля мата – и вуаля, замок падает около ног Минхо. Знал бы он, что ещё дверь с петель надо снять, так бы не улыбался. Это ещё цветочки, ведь задний вход Ньют вообще заколотил чуть ли не беспросветно. Сами вздрагивает, ведь Минхо перестаёт церемониться и просто пару раз ударяет ту ногой, а затем через образовавшуюся щель подцепляет ту ломом. А вот теперь можно улыбаться, но лично у неё это не получается. Ньют чувствует себя, как хозяин этого местечка. Он гордо выхаживает по скрипучему ламинату, насвистывая мелодию, которую они слушали в машине. Вообще блондин везде чувствует себя, как хозяин чего бы то ни было, поэтому Сами нисколечко не удивлена. Минхо вот наоборот чувствует себя неуютно и не спешит сильно осматриваться. Что тоже не удивительно, ведь парень до ужаса старался не переходить личные границы других людей. А вот Сами чувствует отменный запах гнилья… Так пахнет ностальгия? Что-то она в этом сомневается. Главарь не церемонится и прямой наводкой отправляется в подвал, шатенка спешит за ним, прося Минхо присмотреть за входом. Что-то эта шустрота её напрягает. В конце концов очень легко притвориться бесчувственной заразой. Ей ли не знать. Она обводит взглядом полный стакан воды на прилавке, который был для них кухонным столом, а затем быстро скрывается за открытой дверью. Ступеньки очень узкие, поэтому Сами аккуратно ступает на каждую, чтобы не съехать по ним. Нет. Это было бы фееричное появление, но явно болезненное. Ньют стоит, зависнув напротив двери в чулан. Не напротив полочек с тем, за чем они пришли. Чёрт. А она-то зачем стоит около него? На двери висит записка, и ни один из них не дотрагивается до неё. А Шон её ещё так повесил, что и не видно содержание. Лишь пару букв… Сами прислушивается. Никакого щёлканья зубов или чего-то, что указывает на ходячего. Пора это завязывать. Вместо того, чтобы оторвать от двери бумагу, пронзённую ножом, она распахивает дверь. В нос ударяет такой запашок, что девушка и парень автоматически делают шаг назад. Шон выстрелил себе прямо в висок… Этого достаточно, поэтому Сами со всей дури закрывает дверь обратно. А вот теперь пришло время записки, которую дорогой для них человек писал в одиночестве. Ньют будто пощёчину получает. Он выдёргивает нож и разворачивает лист бумаги. На его глазах наворачиваются слёзы, а на губах сияет улыбка, когда он пробегается по тексту.       Вы спросите: знал ли я, что так закончится? Естественно, нет. Почему Вы? Потому что я надеюсь, что ты, неугомонный ребёнок и наш личный комик с маленьким протеже, до сих пор живы. А ещё, что Вы всё же рядом, ведь мы и так многое растеряли по дороге в эту чудную лавку. Но единственное, что я знаю точно, кто-то вернётся сюда. Наверное, перед смертью в голову должны лезть важные вещи, вроде как ты обязан проанализировать все свои поступки, все чужие поступки, но мне вот лезет грязная посуда в раковине, которую никто не помыл… И не помоет, потому что сегодня дежурит Ньют. Я хотел сделать для кого-то мир чуточку лучше, надеюсь у меня получилось. Это письмо будет поводом для улыбки, а не для слёз, поэтому перестаньте вешать носы, мне не страшно и мне не жаль.       Ваш Гуру (Шон). P.S. Если всё же будет время, помой тарелки, мы не на помойке живем. Сами улыбается. Всё это так на него похоже. Он не позволял им грустить, и даже свой уход попробовал преподнести с юмором. Ньют не воспринял его смерть и письмо, похоже, тоже. Парень напрягается всеми клетками тела. Для него это стало большой трагедией. Шон заменил ему отца, которого он потерял ещё до апокалипсиса. Если с первым он смирился, то со вторым никак не мог. Слёзы сами потекли по его щекам, как бы он ни усмирял их. Такого Ньюта она уже видела… Как-то раз Главарь, который тогда был простым мальчишкой, разревелся вечером, когда вспоминал маму… Это был переломный и сложный момент для них двоих. И вот опять… Ньют не позволял своим истинным эмоциям вырываться наружу. Как Сами успела усвоить, именно это тебя и подкосит в самый неподходящий момент. Так было у неё. — Ты выйдешь отсюда другим человеком, — берётся за его ладонь шатенка. — Иначе останешься здесь, — угрожает ему она. — Чак не должен знать, он мало что помнит… — прямо рукавом проводит по своим глазам он. — Но он должен, — объясняет ему Сами. — Когда вернёмся, он должен узнать. Ради твоего же блага. Просто представь, если когда-то он сам догадается, или ещё хуже, кто-то догадается и расскажет ему. Ты теряешься, когда он задаёт вопросы, а если он начнёт задавать их в самую суть? — спрашивает и сама отвечает девушка. — Ты, наверное, инфаркт словишь… — Узнать, что я убил нашу мать, потому что она хотела убить нас? Или, может, что отец бросил нас, а только потом умер? А может, что Шон спас его не от зомби, а от людей, которые хотели… — не договаривает вслух Ньют, потому что такое и говорить стрёмно. — Или может рассказать, что он, спасая нас, умер? Или что Чак мне не родной… — Да, именно так… — уверенно кивает шатенка. — Он уже вырос. — Так быстро… — наконец, постепенно приходит в себя Главарь. — Всё вокруг изменилось, — выпускает его ладонь из своих пальцев она. — И тебе пора. Ты хороший старший брат, поэтому справишься. — Выбора ведь нет, да? — усмехается парень. — Его никогда не было, — улыбается ему в ответ кареглазая. — Но разве это нам мешало? 📞📞📞 — Хватит махать своей палкой! — возмущается Тереза, когда Томас со всей силы втыкает её в голову уже мёртвому ходячему. — Пойдемте уже, — ёжится Соня и хмурится, смотря вдаль. — Нам нужно убедиться, что они не встанут и не заденут тут что-то, — задумчиво бормочет Галли, проверяя соединения. — Вы психи? — рукоплещет Алби на крыше. — Быстро возвращайтесь! Я их уже вижу. Сами оборачивается. Да. Они идут. Девушка хватает Минхо за воротник кофты и притягивает к себе, впиваясь в его губы. Кто знает, какой поцелуй может стать последним? Если уж выбирать, то именно этот похож на то. Через пару минут они станут неплохой закуской. Но у них есть эти пару минут. Иногда их достаточно. Сильные руки обхватили её талию и прижали к себе. Она чувствовала, как бьется сердце Наёмника. Его тёплое, обрывистое дыхание опаляло ей щеку. Сами давно пропала в его обворожительном взгляде. Она однозначно врёт. Две минуты — мало. Тут даже бесконечности не хватило бы. Только время – беспощадный механизм, и оно неумолимо бежит вперёд, как и Ньют с Джеффом, которые помогли сбить стадо с курса и привести его прямо к ним. Сами нехотя отрывается от Минхо и следом проводит ладонью по его щеке. Парень улыбается ей, но она знает, что страшно тут абсолютно каждому. Она не исключение. Больше терять никого не хотелось. — Вы придумали какой-то код? — тормозит около них Джефф, борясь с отдышкой. — Беги нахуй. Быстрей, быстрей! — подзывает всех к лестнице Галли, призывая подниматься. — Значит кода нет, — пожал плечами Главарь, поднимаясь наверх. — Или он очень фиговый. Если всё пойдёт по плану, то большая часть трупов разлетится на куски, а остальное они уберут вручную. Ава же главная мишень для неё и Минхо. Найти её в толпе – та ещё лотерея, но скорее всего, как и у всех, её инстинкт самосохранения сыграет им на руку. Она попробует сбежать снова, и это её выделит. На всякий случай ворота заставили контейнером, а с Фермы убрали всё, что только можно, даже некоторые растения были выкопаны и доставлены на безопасную территорию. Животных завели в здание, с чем те были категорично не согласны, но так они будут живы. Людей, кстати, тоже пришлось в срочном порядке отправлять в море на лодках. Остались только те, кто может оказать сопротивление. И вроде всё звучит очень здорово… Блин. Звучит-то звучит, но такую толпу Сами видит впервые и вряд-ли увидит ещё раз. Казалось, что у Авы ушло пару лет, чтобы найти столько мертвецов… Хотя, может, и правда ушло, ведь чем занималась Ферма, кроме поедания людей, не известно. Все на позициях. Трое на крыше главного здания, остальные по периметру. Естественно, снайперам лучшая обзорная точка, а для подстраховки с ними остается Галли. Пора начинать шоу. Сами ложится на живот и ставит около своего лица рацию. Она вглядывается в толпу и прицеливается в мертвеца, который выделяется своей живостью. Но курок так и не был нажат, потому что Минхо её опережает. Шатенка крайне недовольно хмурится, поднимает руку и показывает средний палец своему парню. Он смеётся прямо из динамика ей в лицо. Надо искать следующую цель, иначе Наёмник выиграет в этом поединке талантов. Своего рода игра успокаивает и помогает сосредоточиться. Ньют насчитал пять последователей, но на деле их, похоже, больше. Томас ещё пытается наладить диалог с Авой из динамиков, но она молчит. Что очевидно, ведь никакой дурак не станет орать в толпе трупов. А ещё Ава прекрасно понимает, что стоит ей показаться, и Сами с Минхо её прикончат. Зомби разделаются на три части. Они окружают Порт. Блять. Точно пропустили двоих. Сами заметно теряется… Она вскакивает на ноги и нервно сглатывает. Взрывов нет… Это всё пиздец как плохо. Галли пускает ток по лестнице, когда один из мертвецов дотрагивается до неё своими окостенелыми пальцами. Он орёт в рацию, что план потерпел провал. Сердце шатенки пропускает удар. Она стреляет, уже не ища кого-то конкретного. Не на это была надежда, но Порт Сами просто так не отдаст. Тут всё, что ей нужно, тут все, кого она так любит и в ком, чёрт возьми, нуждается. Минхо смотрит на её руки и только тогда до девушки доходит, что те дрожат. Впервые не от злости, а от волнения. Даже в первые разы, когда Сами стреляла из винтовки, те оставались в полном покое… Шатенка поворачивает голову и осознаёт, что по периметру тоже открыли огонь. Соня делает залп из РПГ прямо около воды. Значит трупы подобрались и туда. А там мин нет. Ровно три залпа, и снаряды кончились… Что ж её никто не тормознул… Их бы запустить в динамит… Галли пробует отозвать Алби с людьми, которые протыкают головы ходячим, через сетчатый забор, но те отказываются уходить. Шатенка кивает Минхо, показывая, что она тут с Капитаном справится, и он меняет своё положение, целясь в тех трупов, которые заходят с правой стороны. Если хоть одна мина не сработает в ближайшее время, то горка трупов скопится большая, и другие начнут по ней лезть. Пусть лучше так, чем они угодят в море. Там лодки и туда им точно нельзя, иначе людям придётся высаживаться не на положенной точке, а там лишь те, кто не сможет постоять за себя… Поэтому будут стоять они здесь и сейчас. — Надо валить, — выдаёт в рацию, сжав зубы, Ньют. — Куда? — откликается Бренда. — Ты предлагаешь в толпу бежать? — Корабль, — лишь одно слово, и Сами хватает рацию в свои руки, нажимая на кнопку. — Если Ава узнает, что мы его починили, всему конец! — заявляет шатенка. Корабль орёт. Это громкий звук. Куда пойдут трупы? Правильно – к воде. А если, ну допустим, они подплывут к винтам и допустим, что-то там забьют своим месивом, которое будет? Что-то может просто полететь, ведь именно в винтах Хорхе искал причину такого звука… — Тогда надо уплыть быстрее, — слышно, как Ньют бьёт кого-то,— они хотят отодвинуть контейнер. — Чем? — удивляется Томас, попутно матерясь. — Ну, не знаю, — тянет загадочно Ньют. — Может, той хуйней, которая мчится сюда? Где они взяли этот, блять, трактор, останется загадкой века. Прошло двадцать минут с начала нападения, а они уже в жопе полной. Трупы создали мини горку из тел. При большом желании по ним можно будет скатиться, как со снежного склона. Сами краем уха слышит скрежет и понимает, что сетка на Ферме не выдержала. Она спешит к Минхо, чтобы прикрыть людей, которые оказались там. На самом деле им хватает пары минут, чтобы забежать через контейнер в защищенный круг. Они теряют двоих. Женатую пару, чьи дети на лодке в море… Блять. У них остался дедушка, но это ведь не подходит для утешения. — Он не сможет стартануть от берега, как ракета, — сообщает Хорхе. — Но давайте пробовать. — Кто-то останется, — горько констатирует Алби. — Закрой свой рот! — орёт на него Сами через динамик. — Просто хоть раз закрой его! — Я всё равно не жилец, — он поднимает руку так, чтобы она смогла увидеть, и показывает укус. — Когда? — опешил Минхо, ведь он старательно отстреливал всех за хлюпеньким заборчиком. — Я останусь, — выдаёт Галли. — Сбор через три минуты около ворот. — Ты не можешь, — одёргивает его за плечо Сами. — Это было похоже на вопрос, малявка? — треплет её волосы рукой Капитан. Нет. Это нисколько не похоже на вопрос. Минхо лишь кладёт руку на плечо Галли, показывая, что в какую бы кашу он не влез, брюнет пойдёт с ним и, кажется, Сами пережимают горло, ведь дышать становится невозможно. Если это паника, то она ей не нравится. Раз, они идут к лестнице в здание. Два, они спускаются вниз и проходят коридоры. Три, они выходят на крыльцо. Четыре, перед ними стоят люди, которые ждут, что делать дальше…. А дальше только безумие и выживание. Добро, мать его, пожаловать на войну во время зомби апокалипсиса. Пора принять суровую реальность. — Алби, — негромко зовёт парня Сами, расталкивая других людей и идя прямо к нему. Он лишь улыбается. Он всё понимает. Все понимают. Шатенка обнимает его так крепко, как только может, и стискивает зубы. Алби тоже обнимает, отдавая остатки своего тепла. — Ты это дерьмо вывезешь, — шепчет парень ей в ухо, проводя рукой по её спине. — Держись рядом с ними. Они не так бесполезны, как кажутся. — Алби, — вздыхает Галли и морщит нос. — Прости. — Ты шутишь же? — откуда-то доносится голос Бренды, которая должна быть на корабле. — Тебя не укусили! — подходит она и начинает задирать окровавленный рукав его кофты. — Стой, — тормозит её с улыбкой на лице он. — Ты бы пошла со мной на свидание? — поднимает её подбородок пальцами брюнет. — Обязательно, — кусает губы шатенка, и по её щеке катится слеза. — Ты не хочешь обидеть умирающего? — смеётся он, вытирая мокрую дорожку с кожи большим пальцем. — Нет, — дрожа, произносит девушка. — Нет. Мы просто не успели…. — Этого достаточно. Ты успокоила все мои сомнения, — легонько касается губами её лба он. Сами ужасается, ведь судя по всему, её другу пришла в голову просто отвратительная идея. Может она и не совсем понимала, что именно он сделает, но её это очень беспокоило. Парень жмёт руку Минхо и Томасу, а затем говорит что-то в ухо Ньюту, тот лишь кивает и кладёт руку на сердце. Бессрочное обещание… Алби идёт в здание и зовёт с собой только троих. Томаса, Минхо, Ньюта. Наверное, так проще, ведь Сами бы его остановила… Не смогла бы так отпустить. Их с Галли отправляют обратно на крышу. А другие создают шум по периметру, чтобы разогнать немного мертвецов. Алби появляется прямо из окна с зажигательной петардой в руке и с гранатой во второй. Он лишь напоследок посмотрел на Сами и улыбнулся. Она сглатывает, когда её друг хватает в руки связку динамита и поджигает ту… Цепная реакция не заставила себя ждать… Ава выдает себя, как и предполагалось. Женщина пытается бежать, и это её ошибка. Жаль, она так и не поняла, что разговоры не для Сами. 📞📞📞 — Берегите там себя, — смеётся из динамика Томас. — Если вы наткнётесь на кого-то и что-то пойдёт не так… — улыбается в микрофон шатенка, поправляя длинные волосы, которые спадали прямо на лицо. — Мы ни за что не приведём их в нашу Гавань, — на том конце заканчивает за неё брат. — Нет, — усмехается Сами. — Приведите, и мы надерем им зад. Галли стучит по деревянной раме, и её час разговора с братом официально завершён. Они уплыли только две недели назад, а такое чувство, что прошёл месяц. На самом деле Сами рада за Томаса. Он наконец нашёл то, что доставляет ему моральное удовольствие. Прям как Хорхе быть Капитаном своего корабля. Полгода назад они и правда привезли отличных выживших и нашли запасы крупы на пару месяцев вперёд. Их Гавань заняла собой целый город и каждый, кто о таком слышал, спешил попасть к ним. Нору пришлось потеснить, но они не растерялись и заняли пригород, что было кстати, ведь их порыв создал защитный круг, а Ньют грандиозно руководил процессом. Галли естественно ему в этом помогал. Куда же они без Капитана на суше? Сами хоть и считала их тактику не очень убедительной, но она имела место быть. Бренда вон с Соней вообще взялись за модификацию всего, что им попадалось под руки. Даже машины начали переделывать, в чем им очень сильно помогает Джефф. Ферма вообще цветёт и пахнет под руководством Эриса. Они урожая собирают так много, что и на закрутки остаётся. Зимой это самое то. На удивление, они очень скорешанились с Ньютом. Может быть Главарю подсознательно необходимо кого-то опекать, ведь после признания Чаку ему пришлось немного снизить свой контроль. Тереза наконец смогла довести больницу до ума. Всю больницу. Это уму не постижимо. Четыре года назад такое даже не представить было. Она, кстати, взяла много учеников, которые перенимали её опыт. Минхо тоже решил податься к врачам, попробовать. Получалось у него хорошо. Ну, как хорошо… Он старался, а это самое главное. Сами же отдала свою душу Порту. Там они встречали новеньких и рыбачили… Ну, ко второму Шатенка не особо была причастна, там больше орудовал повзрослевший Чак. Он рыбу вялить и солить научился. Повар, честно, был из него не очень, а это прям его. И вроде всё на своих местах, но иногда ей чего-то не хватало. Тогда они с Минхо отправлялись на охоту. Оказалось, что кроме убийства людей и зачистки у неё тоже есть то, в чём она отвлекается. Можно сказать, полезное хобби. Галли просто тащился от оленины и диких уток. Сами вышла на улицу и вдохнула прохладный воздух. Зима выдалась снежной и не по погоде сейчас кататься на качелях, но это уже вошло в привычку. Девушка всегда, когда ждала Минхо, сидела именно на этой плащадке и думала обо всём, что с ними произошло. Как-то странно в самом конце возвращаться в начало и вспоминать их небольшую историю длинною в жизнь. Как знакомились. Неловкость в общении, не знать, как сложить пару слов, чтобы никто не подумал, что ты безумец. Когда появлялись первые приколы, первые споры, первые важные решения, первые потери, первые находки… Всё это привело их именно сюда, в этот момент… Наверное, оно того стоило. Жаль, что многие так и не увидели эту Гавань… Но Сами верит, что где-то наверху она у них ничуть не хуже. — С первым днём зимы, — обнимают её за плечи со спины тёплые руки. — Не думала, что доживу до него, — улыбается Сами, сжимая большую ладонь. — Заболеешь ведь, — укоризненно качает головой Минхо, натягивая на её голову капюшон. — Тогда будешь лечить меня, — глядит из-под него на лицо Наёмника девушка. — В Порту мало лекарств, — напоминает он ей. — Тогда почему не остаёшься здесь? — кивает в сторону больницы шатенка. — Потому что там ты, — говорит и следом чмокает её в нос брюнет. — Как на счёт зайти к Ньюту в гости и украсть ягодный чай? — лукаво щурит свои глаза Сами. — Я уже, — снимает рюкзак с плеч и достает небольшой термос парень. — А я взяла печенье, — вытаскивает из кармана свёрток довольная до нельзя девушка. Шёл не пойми какой день апокалипсиса. Два человека сидели на детских качелях и пили чай один на двоих с шоколадным печеньем. Они думали, у них впереди целый вечер. Но на самом деле у них впереди была целая жизнь… Ведь они от ресниц до самых мелких точек стали друг для друга причиной дышать.