Эмоции не чужды.
Я плачу, гневуюсь, смеюсь.
Но буду честной — это нужды,
На самом деле их боюсь.
Не различаю их я вовсе,
Где ложь, где правда — все одно.
И ощущая искренних, я после
Дрожу словно под ветром полотно.
Я к имитации привыкла,
Действуя словно точный механизм.
Вот только следствие автоматизма
Не удосужилась предположить.
Эмоции не чужды, это правда.
Но сложность глубже, чем улыбка на лице.
Ведь всех трезаний, что чувствует в литературе дама,
По мне, бессмысленно, как поиски отличий в близнеце.
Не вижу лиц, не понимаю чувств.
И страшно лезьть мне в эту яму.
Ведь это слабость, крови алой во рту вкус,
Такой прекрасный способ начать в жизни драму.
Я не борец, да и не робот,
Но столь привыкла прятать рядом нож,
Чтобы услышав подозрительный мне ропот,
Выдать привычным образом оборонительную ложь.
И нет, эмоции не чужды.
Но я забыла время, когда понимала их.
Хочу вписать подобный пункт я в нужды.
Вот только помню ли те годы, в которые я чувствовала их?