Будь у нас немного времени

Плакать она начала лишь оставшись в одиночестве. Медленно, держась за стену, Яс дошла до своей кровати и рухнула, уткнувшись носом в синее покрывало. В ТАРДИС ничего не изменилось, точно её не было всего несколько дней. Пахло жасмином и старыми книгами, и этот будто законсервированный воздух заставлял Яс задыхаться от слёз и отчаянно зажимать себе рот, чтобы не побеспокоить этим Доктора. Да, всё казалось прежним. Только это было совсем не так. Десять месяцев. Десять месяцев ада для Ясмин, какое-то — Яс даже не знала наверняка, но явно значительно большее, если учесть, что всё происходило за пределами Земли — время ада для Доктора. У Яс была хотя бы её семья. Доктор была одна. Во всей этой сумасшедшей гонке за далеками Яс никак не могла поговорить с Доктором, а оставшись с ней наедине, поняла, что не может вымолвить ни слова. Подавив всхлип, Ясмин обняла Доктора и почувствовала, как её руки судорожно вцепились в Яс. Так, точно она осталась единственной, кто мог помочь ей. Единственной, кто может удержать её над пропастью. Они стояли неподвижно, не в силах расцепить объятия. Наконец Доктор выдохнула и отстранилась. Глаза у неё были чуть покрасневшими, едва-едва; никто кроме самой Яс и, должно быть, Джека и не заметил бы. — Чай? — шёпотом произнесла Ясмин. — У меня в сумке есть тот черничный, который тебе нравился. — Да, пожалуйста! — едва отстранившись, Доктор вновь надела маску я-всегда-в-порядке, и на недолгое время Яс соглашалась с этим. Им надо было отдышаться. А потом поговорить, только начистоту, по-настоящему. Так, как Яс давно хотела, а потом на протяжении десяти месяцев говорила по ночам, шёпотом, надеясь, что где-то там, далеко, Доктор её слышит. Иногда Яс казалось, что она слышит Доктора — та почему-то пересказывала любимые книги Ясмин, то Властелина колец, то Гарри Поттера, то Ветер в ивах. Спросонья Яс все время удивлялась, откуда Док помнит все эти огромные книги наизусть — и почему читает их ей, точно даже на расстоянии заботясь о том, чтобы Яс могла подремать. Спала она скверно. Первые ночи после возвращения Яс лежала и смотрела в потолок, не понимая, как она могла допустить это. — Надо было идти вместо неё. Надо было идти вместо неё. Я могла её спасти, — она бормотала и бормотала это часами напролёт, пока не засыпала на несколько коротких часов. Иногда Яс просыпалась от кошмаров, и тогда к ней прибегала мама. Она пыталась выяснить, что в конце концов стряслось, и однажды они с Яс всё-таки поговорили. — Она тебя бросила? — напрямую спросила её Наджия. Она сидела выпрямившись, скрестив руки на груди так, точно едва сдерживалась. — Ты поэтому едва жива? Что она сделала? — Она пропала, — едва выдавила Яс, — Я не могу её найти. — А как же полиция? Что они говорят? — Ничего. Совсем ничего, — она закрыла глаза и тяжело вздохнула. Уже привычная головная боль пронзила лоб, и Яс попыталась нашарить рукой обезболивающее, — Она как в воздухе растворилась, и я ничего не знаю. — А остальные твои друзья? Вы же были компанией? — мама выдохнула и села спокойнее, точно убедившись, что загадочная Доктор ни при чём. По крайней мере, происходящее с Яс едва ли её вина. — Они тоже обеспокоены, — Ясмин пожала плечами, — Наверное, им тоже невесело. — Наверное... — с сомнением произнесла Наджия. Она не стала рассказывать Яс, что видела Райана с какой-то девчонкой всего полчаса назад. В конце концов, кто-то жил дальше — может, это для них и к лучшему. На вторую неделю Яс собрала вещи и, кое-как объяснившись с семьёй, поволокла свой скарб в оставшуюся им ТАРДИС. Может, та пока и не могла унести её в другой конец вселенной на поиски Доктора, но здесь было тихо. Здесь Яс могла сосредоточиться. Ей нельзя было продолжать тосковать и плакать ночи напролет. Доктор нуждалась в ней, может быть, как никогда раньше. И Яс начала поиски. Теперь, вновь оказавшись в ТАРДИС, Ясмин не могла сориентироваться, что ей делать дальше. Нужно было извиниться — Яс и сама понимала, что то, как она встретила Доктора, было глупой детской реакцией, похожей на поведение после смерти родителей. Дети злятся на умерших, точно те сознательно выбрали бросить их. Так и Яс, увидев, как Доктор говорит о своей пропаже как об очередном приключении, просто не выдержала. Да, Доктору было гораздо хуже, и Яс действительно не могла представить, через какой ад нужно проходить в космической тюрьме, если и земные тюрьмы были омерзительны. Всё было так. Но и Ясмин прожила худшие десять месяцев своей жизни, движимая лишь одной отчаянной целью — найти и спасти Доктора. Может, раньше она боялась смерти и жертв. Может, от этого и сбежал Райан, утянув за собой Грэма — в какой-то момент их приключения перестали напоминать сказку. Может быть. Но теперь Яс хотя бы была готова. Джек открыл Ясмин больше, чем, возможно, хотел сам. Он-то видел, должно быть, с самого начала понял, что Яс... Он видел, что Яс любит Доктора. Не то чтобы от этого что-то зависело, они в любом случае стали одной командой, но... По-настоящему Джек говорил только с Доктором и с ней. «Наверное, он всё видел по их глазам... — задумалась Яс, мысленно возвращаясь к пережитому. — Я тоже знала...» Яс действительно не сомневалась в том, что всё этим кончится. В то время как она не могла ни простить себя за бездействие, ни отпустить Доктора, Райан жил дальше. Он виделся с друзьями, работал и вёл себя так, точно не он посещал загадочные миры и разгадывал сложнейшие загадки. Только иногда в его глазах проглядывало что-то прежнее — не то дело было в его приобретённой уверенности, не то в опыте командной работы, не то в чём-то ещё. Райан встал на ноги, и Грэм, всегда волновавшийся за внука ещё больше, чем показывал, оставался с ним. Постепенно он адаптировался к изменениям и заходил всё реже. Должно быть, Яс оставалась для них ярчайшим напоминанием о прошлом. Может, им было стыдно, только к моменту возвращения Доктора Яс с её друзьями не виделась уже месяца два. Ясмин их не винила. Она была зациклена на Докторе, так зациклена, что не могла говорить ни о чём другом. Доктор тоже это заметила. Растерялась, когда зашла вслед за Яс и Джеком во вторую ТАРДИС, недоуменно уставилась на интерактивную доску, бросила взгляд на спальник. — Ты жила здесь? Почему? — Жила. И если ты не возражаешь, я закину кое-что тебе в ТАРДИС, иначе я останусь без большинства вещей разом. — Конечно, — пожала плечами Доктор. Когда Яс поочередно вытаскивала две дорожные сумки, то заметила, как пристально Доктор смотрит то на стол, то на заметки, зафиксированные на доске. Почему-то от знания, что Доктор понимает, что ей никогда не было всё равно, Яс становилось легче. Чувство вины и ужаса от потери будто отступало, оставляя Ясмин хоть сколько-то пространства. Скептически посмотрев на себя в зеркало, Яс покопалась в одной из своих сумок и пошла в душ. Меньше всего ей хотелось начинать разговор с Доктором с того, чтобы та её пожалела и ещё раз почувствовала себя виноватой. «Хватит, — зло подумала Яс, ещё раз вспомнив их последнее совместное приключение, — Хватит винить её во всём. Удивительно, что Доктор простила нам то, что мы фактически оставили её на смерть. Я бы не простила...» Но стоило Яс оказаться под струями горячей воды, как слёзы потекли снова. Она не понимала, что оплакивает так сильно, и оттого не справлялась со своими эмоциями. Когда дело касалось Доктора, Яс только эмоциям и поддавалась. Как никогда отчётливо Яс поняла, что любит Доктора, услышав о том, что Галлифрей мёртв. Тогда она смотрела на Доктора и не могла сказать ни слова, поражённая тем, что ей пришлось вынести. О том, что случилось бы с ней, если бы на её глазах Земля погибла и обратилась в пепелище, Яс предпочитала не думать. Но у Доктора оставались силы бороться — хотя бы ради них. У Яс оставались силы бороться ради неё. В какой-то момент мысль о том, что она сможет вернуть Доктора и всё исправить, стала навязчивой до того, что Яс начала писать на всех черновиках одно и то же. исправь это, исправь это, исправь это исправьисправьисправьисправьисправьисправь Наверное, стоило радоваться, что Яс не всадила ручку себе в шею, а всего лишь месяцами изводила бумагу. Она никогда не теряла людей. Мало ли сколько влюбленностей и нелепых попыток отношений Яс пережила. Значит, то, что было между ней и Доктором — кроме совместных путешествий, многих разговоров и аккуратных взглядов не было ничего, но Яс и этого хватило — была любовь, настоящая. Именно об этом и стоило поговорить когда-нибудь, только начистоту и без недомолвок. — Сейчас, — размышляла вслух Ясмин, вытирая волосы большим темно-коричневым полотенцем, — было бы бесчеловечно заставить её думать о моих эмоциях и о том, как бы понежнее сказать, что она меня не любит, при этом не лишившись меня и как спутницы. Я всё равно буду здесь для неё, пока не придёт... Время? Пока я не умру. Думать о смерти было всё ещё страшно, но в то же время совсем привычно, так, точно Яс была готова заключить договор со смертью, лишь бы до конца оставаться с Доктором и постараться ещё раз её спасти. От этих мыслей избавиться было очень трудно, и Яс уже начинало казаться, что у неё основательно съехала крыша. — Наверное, у неё сейчас посттравматическое расстройство, — Яс продолжала думать вслух, пользуясь тем, что никто кроме самой ТАРДИС её не слышит. — Интересно, а в космосе есть психотерапевты? Что вообще делают инопланетяне, когда не могут справиться с чувствами или переживают что-то ужасное? Тут Яс немедленно вспомнила всех инопланетян вокруг неё и хмыкнула, осознав, что лучшей стратегией всё ещё было подавить в себе всю боль так надолго, чтобы сначала выжить, а потом оплакивать потери. Или держать всё в себе, как предпочитала делать Доктор. — Или вложить всю себя в одну безнадёжную цель, забыв обо всём ином, а потом удивляться, почему не заканчиваются слёзы, — фыркнула Яс. — Кажется, я мастер копинг-механизмов. Наконец Яс натянула на себя чистые джинсы и футболку, заплела ещё влажные волосы в хвост и, вытащив из-под кровати тапки, вышла из комнаты. — Где сейчас Доктор? — шёпотом спросила Яс. Она надеялась, что ТАРДИС подскажет ей, иначе придётся путешествовать по коридорам бесконечно. Точно откликаясь на её слова, в конце коридора замигала красная лампочка. Медленно, сознательно сдерживаясь, чтобы не перейти на бег, Яс подошла к двери и постучалась. Раз, другой, третий — никто не отзывался. Тянуть дверь на себя не хотелось; Яс сама достаточно любила уединение, чтобы не позволять себе врываться в чужую комнату. «Посижу здесь... — устало решила Яс. — Попробую постучаться попозже, или она сама откуда-то выйдет» Яс уселась на пол и через пару минут неожиданно для себя уснула спокойным глубоким сном. *** Она проснулась от того, что Доктор обеспокоенно склонилась над ней и аккуратно погладила её по плечу. — Яс? — Доктор говорила почему-то шёпотом, точно от большой тревоги. — Что-то случилось? Яс сонно потянулась и посмотрела на Доктора в ответ. — Нет, я просто... Хотела с тобой поговорить но ты не ответила на стук и я решила подождать. — Могла бы зайти так, я всё равно не спала... — пожала плечами Доктор. — Пойдём? Яс поднялась и пошла за ней. Во время сна она растеряла всю свою решимость и теперь отчаянно пыталась собраться с мыслями. Комната Доктора была основательно захламлена. Тут и там валялись бумаги, карандаши, детали загадочных механизмов и приспособлений, о назначении которых Яс и догадаться не смогла бы. Ещё были книги — часть из них была хаотично разбросана по кровати, а остальные стопками расставлены по шкафам и на полу. Что-то, подразумевавшееся как стол, было плотно занавешено темной тканью, из-под которой периодически шипели. — Там маленький дракон. Не беспокойся, он не вырвется, — улыбнулась Доктор, поймав взгляд Яс, — он в инкубаторе. Я выпущу его, когда он повзрослеет, но это будет нескоро. За прошедшее время он вытянулся всего на пару сантиметров. — Как в Гарри Поттере... — усмехнулась Яс. — Мне всё время снилось, как ты читаешь эту книгу. Я удивлялась, откуда ты помнишь её дословно. Доктор подняла голову и удивлённо взглянула на Яс. — Но... Я так и делала. Там, в заключении, — она поморщилась от воспоминаний. — Это помогало сосредоточиться. — И «Ветер в ивах»? А три тома «Властелина колец»? Доктор только кивнула, не сводя с Ясмин пристального взгляда. Она точно изучала её, но почему-то Яс это совсем не смущало. — Это помогало мне спать. И... Верить, что ты жива. Яс опустила голову и сцепила руки в замок, смутно вспоминая, что её мама вела себя точно так же, когда ей предстоял тяжёлый разговор. — Я... Мне жаль, что я так отреагировала, когда ты появилась. Я пыталась сделать что-то, найти тебя, но с Земли это было практически невозможно, а я не знала, как разбудить ТАРДИС. Я надеялась увидеть тебя ещё раз и ужасно растерялась. — Яс, всё хорошо. Ты не сделала ничего плохого, и тебе не за что оправдываться. — Доктор встала и нерешительно подошла к Яс, точно боясь, что та оттолкнет её. — Ты осталась. Всё в порядке. — Я оставила тебя! Там, на Галлифрее, я оставила тебя умирать, хотя должна была просто пойти вместо тебя, чего бы мне это не стоило! Я оставила тебя, хотя ты единственная, кого я никогда не хотела бы потерять! Ты наверняка думала, что тебя все предали, и я даже не знаю, сколько ты провела в заключении и что с тобой произошло. Я подвела тебя, и даже сейчас я говорю только о своих чувствах, хотя должна пытаться помочь тебе! — Яс задыхалась от рыданий, но больше не могла остановиться, точно некая плотина глубоко внутри рухнула и всё, что она подавляла на протяжении долгих месяцев, вдруг хлынуло наружу. — Я не могу потерять тебя, но я знаю, что это случится ещё раз, и я снова ничего не смогу сделать, потому что я просто человек. Я снова буду бессильна тебя спасти. Доктор смотрела в пол, закусив губу, и какое-то время Яс думала, что она сделала только хуже. Но прежде, чем она начала извиняться и пытаться исправить ещё хоть что-нибудь, Доктор прижала её к себе, давая ей выплакаться. Она не знала, что сказать ей в ответ. Яс понимала это, зная и социальную неловкость Доктора, и то, как тяжело ей открываться людям. Не раз Ясмин задумывалась, что должна была пережить Доктор, чтобы закрыться настолько и отказываться от любой помощи, даже будучи на пределе сил. Ей неоткуда было узнать это — Доктор мастерски меняла тему, всегда уходя от личных вопросов, и порой Яс не покидало ощущение, что Доктор не до конца доверяет им. Что ж, учитывая последние события, это было заслуженно. И это была ещё одна вещь, которую Яс намеревалась исправить. Может, она и была всего лишь человеком, но стать достойной доверия Доктора ей было по силам. — Двадцать три года, — вдруг тихо начала говорить Доктор. Она всё ещё не могла разжать рук, и Яс отчётливо поняла, что Доктор просто не хочет, чтобы Яс видела её лицо. — Там не было ничего... Ничего, что напоминало бы земную тюремную систему. Вообще ничего кроме одиночества. Я всё время думала, только и всего. Джудуны заперли меня за то, что я была собой, но беда в том, что я больше не знала, кто я — у меня отобрали память, и оказалось, что моих реинкарнаций на самом деле было гораздо больше, и я родилась не на Галлифрее. И, будто этого недостаточно, я снова сожгла свою планету. Мастер показал мне это — иногда и я не могу выиграть. Ты говоришь, что ты лишь человек, но именно люди славятся тем, что никогда не сдаются. Ваши жизни коротки, но вы успеваете сделать больше, чем многие за сотни лет. Я видела твою карту во второй ТАРДИС. Я знаю и ни в чем тебя не виню. Яс чуть отодвинулась и всё-таки взглянула в лицо Доктору. — Я тоже ни в чем тебя не виню, никогда не винила. Ты показала мне самые прекрасные и самые ужасные вещи в мире, но дело не только в этом. Ты всё ещё лучший человек, которого я знаю. Всегда им будешь. Доктор улыбнулась и тихо покачала головой. — Хочешь шоколад? Он помогает. Яс кивнула и улыбнулась в ответ. — Будем считать, что ты сбежала из Азкабана и мы стараемся справиться с последствиями от дементоров. — Хорошая отсылка, Яс! Десять очков! *** Выйдя из комнаты, Яс на мгновение зажмурилась и закусила губу. Ей не верилось в то, что она услышала, но дышать вдруг стало гораздо легче. — Когда-нибудь я скажу ей. Скажу, и будь что будет. У меня ведь ещё есть время. Даже если у меня нет времени... — тихонько проговорила Яс. — Даже если ничего не останется. Доктор, конечно же, это слышала. — Если будет время, — повторила она. — Если бы у меня было достаточно времени, чтобы рискнуть — и будь что будет. Если бы.