Совесть белого тигра

Обе щеки болят от резких ударов ладонью и зонтиком. В уши будто ваты напихали. А где-то далеко слышно сердитое шипение и очень знакомый голос, который он предпочел бы не слышать еще лет сто. Голова будто могла взорваться. От крика становилось только хуже. — Просыпайся, мальчишка! К сожалению, это были не галлюцинации от удара по голове. Стоило Ацуши открыть глаза, и перед ним во всей своей красе показалась Кое. Обладательница дара золотого демона и бывшая наставница Кёки. Она ненавидела этого юношу всем сердцем и сейчас это ярко демонстрировала. Еще несколько ударов заставляют парня подать признаки сознания. — Наконец-то. Зачем ты сюда явился? Его подбородок она поднимает кончиком катаны. Как будто показывая, что может убить парнишку в любую секунду. Может, не услышав ответа на поставленный только что вопрос. Или же просто брезгует подходить слишком близко к представителю светлого стороны Йокогамы. — Отвечай! На шее появляется небольшой порез, прямо под подбородком. Но для появления крови этого вполне достаточно. Блондин едва держится в сознании. Руки скованы за спиной наручниками, а он сам прикован к креслу с помощью толстой и жесткой веревки. — Я… я с миром пришел. Озаки только смеется, оставаясь на своем месте. Катана входит в кожу еще на миллиметр, постепенно добираясь до мышц, пищевода и дыхательных путей. — Ваш мир — бессмысленная маска. Опять какие-то глупые фокусы Агентства! Скрипнули металлические двери. Из темноты было плохо видно, кто зашел в помещение, что было похоже на подвал, а освещение давала только одна-единственная лампочка. Шаги и несколько секунд противный звук царапания металла о цементный пол. — Достаточно, Кое. Нам же нужно, чтобы он был в состоянии говорить. На свету, сидя на раскладном железном стуле, как на троне, сидел Глава Портовой Мафии. Мори Огай. Он с интересом и холодом во взгляде смотрел прямо в лицо неожиданного гостя. Буквально десять минут назад ему доложили о том, что мальчишка с ВДА, что утром пришел на территорию чужой организации и был пойман и нейтрализован на некоторое время, сейчас начал подавать признаки жизни. Озаки нахмурилась, но начальника послушала и забрала свое верное оружие от шеи ненавистного эспара. И села на другой стул рядом с Боссом, не переставая сверлить мальчишку ледяным взглядом. Мори сложил руки домиком, еще некоторое время разглядывая Ацуши, как экзотическую зверюшку. — Что он успел наговорить? Тон спокойный, уравновешенный. Наверное, у бывшего врача было хорошее настроение. — Только то, что пришел с миром. Больше ничего. — Интересно, интересно. Какая же цель твоего прихода в нашу скромную обитель? Неужели не страшно, что тебя сейчас могут легко застрелить и выставить как пропавшего без вести? В твоих интересах говорить правду, и как можно быстрее. Смерть от потери крови, конечно, эффектна, но неприятна и медленна. Будешь врать или молчать — увеличишь свои шансы познать ее во всей своей красе. Эти слова заставили Накадзиму встряхнуться и начать говорить, чувствуя как по шее медленно стекает вниз кровь, поддаваясь законам гравитации. — Я хочу перейти в Портовую Мафию. На лице обоих сидящих напротив отразилось, по крайней мере, легкое недоумение. Все остальные эмоции были закрыты созданными за много лет маской. Огай хмыкнул, не отводя взгляда от собеседника. Он честно не ожидал услышать подобное от юноши напротив. — Почему? Надоело быть вечно на свету? Язвительный тон Озаки откровенно бесил. Но тигр внутри молчал. Без дара Фукудзавы способность придется приручать самостоятельно. Долго и нудно. — У меня есть на это свои причины. Голос был хриплый, и ответить достаточно громко было довольно трудно. Ацуши опустил голову, чувствуя, как его тошнит. Вскоре горло и нос обожгло тем, что он ел сегодня на завтрак. Только в менее презентабельном виде. Тело задрожало, а сам тигр закашлялся. Ужасный вкус и испорченная одежда с полом шли в комплекте с симптомами сотрясения мозга. — Какие же? У тебя не такое положение, чтобы уворачиваться от прямого ответа. Члены Мафии даже не поморщились. Видимо, чувство отвращения просто затупилось с годами. Но Ацуши было дико противно быть в таком виде. Кровь текла дальше, вниз по коже, окрашивая рубашку в красный. — Я человека убил. Это было случайно. Но факт это не отменяет. Я недостоин больше работать в ВДА. Особенно, после оправдания в суде. Теперь засмеялся уже Мори. Причем не сдержанно и вежливо, а как какая-то лошадь. Громко и пронзительно, а эхо этот звук только усиливало. Приступ смеха прошел довольно быстро. Но улыбка с лица не исчезла. Она больше собой напоминала оскал. — Совсем забыл, что у тебя еще есть совесть. Звучало будто издевательство. В Портовой Мафии совесть — зверь неведомый и невиданный. Но для Накадзимы это был персональный способ пыток. В основном, нравственных и душевных. Плюс панические атаки, кошмары и недосып из-за них. В какой-то момент он просто не выдержал и пошел туда, где только убийцы и не совсем честные люди. — А знал ли ты, тигр, что известный тебе добрый и мудрый директор был когда-то наемным убийцей правительства? Серебряный Волк. Некоторое время мы с ним работали как напарники. Его катана носит на себе столько крови, что ты и представить не можешь. Но спросить у него, так ли это, ты все равно не сможешь. Последнее предложение дошло до парня не сразу. Только через полминуты. А потом появилось желание побиться головой о стену. Его уже никуда отсюда не отпустят. — Твоя способность будет очень полезной для нашей организации.