Живи во тьме, живи во мне

Меган лежала в своей постели. Десять минут до отбоя. Она давно ушла в себя, в свои мысли, думая о разном. Но в основном часть её мыслей занимала вчерашняя ситуация, произошедшая с близнецами. Картинки одна за другой всплывали у неё в голове. И её это раздражало. Она всячески пыталась отбросить это, заострить внимание на чём-то совершенно другом, но все же, она безуспешно возвращалась в то утро. — «Мерзкие и тупые» — Подумала девушка перевернувшись на другой бок. Взгляд её устремился в стену. Глаза уставали и начинали медленно закрываться. Спустя несколько минут девушка проварилась в сон. *** Pov Меган: Большой зал кипел жизнью. Отовсюду доносились голоса учеников Хогвартса, звуки посуды и прочее. Всё это я с успехом пропускала мимо ушей, ковыряя вилкой яичницу. Бесят. Все. Раздражают. Я люблю тишину и очень ценю уединение. Ненавижу этот невыносимый шум. Но, к огромному сожалению, я нечего не могу с этим сделать. Пережевывая свой завтрак я медленно возвращалась в реальность. Громкие голоса людей стали более отчётливо слышны. Однокурсники бурно обсуждали что-то, тыкая пальцем в «Ежедневный пророк». Если честно, мне было абсолютно плевать на всё то, что происходило в мире. Главное, чтобы это не касалось меня. Я вдруг почувствовала себя как-то странно. Не знаю, как это можно описать. Я подняла голову и пробежалась взглядом вокруг. Внимание зацепил стол Гриффиндора, и уже через мгновение я поняла, что кто-то пристально смотрит на меня. Я ужаснулась когда наконец поняла кто именно. Резко перестав пережёвывать пищу, я остановила свой взгляд на карих глазах. Один из близнецов Уизли прожигал меня взглядом. Зрительный контакт, обожаю. Без лишних раздумий я начала въедаться в его глаза своим непринуждённым, таким же холодным и высокомерным взглядом, от чего его челюсть сжалась. Но он не отвёл глаза. Этому я удивилась, не подавая вида, конечно. Мы оба смотрели друг на друга исподлобья. Не знаю, что чувствовал он в этот момент, но я чувствовала невероятное желание громко выразить своё возмущение на весь зал. До боли противный. И кем он себя возомнил? Для меня явно было в диковинку так долго смотреть кому-то в глаза. Ведь многие не то что и минуты моего взгляда выдержать не могут, они категорически не желают с ним сталкиваться, не выдерживают напряжения, даже не пытаются смотреть в мои глаза. Никто. Не осмеливаются. А этот чёртов Уизли? Что он вдруг почувствовал? Веру в себя? К чёрту его. Лицо парня выражало весь спектр негативных эмоций. Я мысленно усмехнулась этому. Мы слишком долго смотрели друг другу в глаза, и мне начинало это надоедать. Пожалуй, самые долгие гляделки в моей жизни. И самые надоедливые. Но взгляд отводить я не собиралась, это слишком унизительно для меня. И Уизли видимо тоже. Я невольно заметила, что второй близнец, совершенно не обращая внимание на своего брата, вёл оживленную беседу с остальными Гриффиндорцами. Желание отвести глаза возрастало с каждым мгновением. Внезапно, я стала замечтать, что ученики медленно стали подниматься со своих мест. Второй близнец также последовал примеру остальных и встал. Он плавно перевёл взгляд на своего брата выражая недоумение. Резко дёрнув его за плечо он окликнул его по имени, от чего тот встрепенулся и, наконец-то, отвёл свой сердитый взгляд. Мои губы невольно расплылись в ухмылке. Нашёл с кем в гляделки играть! Не долго думая я поспешила уйти. Странное удовлетворение разлилось по моему телу. Я снова чувствовала своё превосходство. *** Тишина. Запах старых книг. Золотые лучи солнца падали на стеллажи. Библиотека сейчас пустовала. Мы с Гермионой заняли один из дальних столов. Каждая погружена в свои мысли. Гермиона листала какие-то, совершенно неизвестные мне книги, а я в свою очередь скучающе осматривала всё вокруг. Томно вздохнув, я перевела взгляд на подругу. На самом деле, весьма странно называть Гермиону моей подругой. Мы общаемся с начала этого года , всего три месяца, но всё же, за этот, столь короткий период времени, мы сблизились. Не скажу, что сильно, но думаю, всё будет. Гермиона всегда могла поддержать, правда, я не нуждалась в этом. Она мало знает обо мне, критично мало. Даже не смотря на то, что разговоры на личные темы у нас были. В этих разговорах я не упомянула нечего важного, сказала лишь что-то малозначащее, дабы поддержать разговор. А ведь она не знает кто я, она не знает всей моей гнили. И пугает меня лишь то, что будет если она узнает. Хотя последствия вполне предсказуемы. Как бы там ни было, мне совершенно не хотелось думать об этом. Гермиона - единственное что у меня есть. Звучит это довольно странно, но факт остаётся фактом. До неё у меня не было подруг. Абсолютно. Грейнджер подняла на меня свои большие глаза, отрываясь от книги, захлопнув наконец её. Мы несколько секунд смотрели друг на друга, пока Гермиона не нарушила тишину: — Ты чего? — Спросила она, видимо, заметив мой пристальный взгляд. — Просто задумалась. — С привычным безразличием отрезала я. Я ещё раз глубоко наполнила легкие воздухом, облокачиваясь на спинку стула. Гермиона сложила книги в одну стопку и отодвинула их. — Я давно хотела поинтересоваться, — Помолчав немного разговорила девушка. — Куда ты собираешься на рождественские каникулы? Домой? Я пару раз хлопнула глазами. Безразличие смешанное с уверенностью в одно мгновение сменилось удивлением и растерянностью. К таким вопросам я не была готова, и что отвечать я совершенно не знала. Я начала быстро переворачивать все, что было в голове, идя ответ. Мысли играли в догонялки, перегоняя друг друга. Моё молчание слишком затягивалось. Я разглядела насторожённость в лице Гермионы. — Я, да, я еду домой, — Ответила я, неуверенно, отводя взгляд. Гермиона, уловив резкое изменение моего поведения, вскинула брови. — Что-то тут не так... — Произнесла она. Я быстро подняла глаза. — В смысле? — Только и выдавила я из себя. В ответ я получила лишь напряжённое молчание.