Все оттенки оранжевого

Твой скрытый фетиш дал о себе знать…

Эндрю не показывал эмоций — это было прочной истиной, которую все знали. Эндрю. Не. Показывал. Эмоций. Все знали, что он может чувствовать, но все также знали, что он прекрасно умел сдерживать все. После проигрыша Воронов; после смерти Рико; после того, как они освободились от гнета этой мафиозной семейки — прошло полгода. Долгих шесть месяцев, когда все Лисы просыпались от того, что у кого-то из тройки — Эндрю, Кевина или Нила — были кошмары. Они даже спали в одной комнате — у Мэтта и Нила, свалив матрасы и одеяла с подушками в одну кучу, чтобы удобно было прижиматься друг к другу. Дэн волновалась, что Эндрю не будет принимать участие в этой акции поддержки, когда он вечером зашел к ребятам, а увидел эту вакханалию. Он хмыкнул себе под нос и вышел. Ники сделал вид, что не заметил, как погрустнел на глазах Нил, лежащий между Дэн и Рене. Парень даже подумал, что будь Джостен настоящим лисом, у него бы ушки опустились. Но Эндрю умудрился удивить всех, когда ввалился в комнату в черной (Мэтт сцедил улыбку в кулак) пижаме, кинул подушку около Нила, сдвинув Рене, и рухнул на мягкое, нагретое девушкой место, собираясь спать около парня. Его взгляд все еще выражал угрозу для остальных, поэтому комментариев не последовало. И все же, несмотря на этот момент, все Лисы без исключения знали, что Эндрю Миньярд не проявляет эмоций. Это знал и Нил, но ему не нужно было подтверждений. Нил знал, что блондин не показывает свои эмоции, чтобы ему не сделали больно. Но это не значит, что он не заботится о Лисах или о нем самом. Он знал это. И все. Простая истина. Но недавно все изменилось. Последние пару дней Эндрю избегает его. Кевин пожимал плечами, Ники хмурился, остальные тоже ничего не знали, но все заметили. Эндрю Миньярд избегал Нила Джостена. Причем избегал его с паническим ужасом. Когда рыжий (да, он решил больше не красить волосы) протянул ему утром чашку кофе, Эндрю почти свалился со стула, пробормотал что-то и вылетел из комнаты общежития так, как будто за ним гналась вся якудза. — И что это сейчас было? — пробормотал Аарон, пораженный скоростью и испугом брата. — Нил, ты что сделал? — Что? — возмущенно поперхнулся парень. — Я ему просто кофе протянул! — А до этого? — Да, — активно закивал Кевин, который после смерти Рико перестал походить на надутый шарик недовольства, страха и возмущения, — может, ты сказал ему что-то? Свои муси-пуси? — Отъебись, Дэй, — закатил глаза Нил, запрыгивая задом на столешницу, — я его уже несколько дней нормально не видел. — Проблемы с глазами? — Ники, блять! — А что я? А я ничего! — Он меня избегает, — фыркнул рыжий, почесывая макушку. — Значит, — Элисон изящно слезла со стула, — тебе придется попотеть, чтобы вернуть нам нашего вратаря, ясно? — девушка цепко обхватила Джостена за подбородок, многозначительно вскидывая брови. — Да, мамуль, — улыбнулся ей Нил. Он еще узнает, что с блондином не так. И не дай бог нашлась та тварь, которая обидела Эндрю.

***

Миньярд наяривал круги по полю, надеясь выкинуть это из головы. Надеясь хоть как-то избавиться от навязчивой идеи. Когда парень впервые обратил на это внимание, его почти скрутило. Это было так непривычно для него, так странно и вообще ужасно, что он не сразу допер, что происходит. А потом это начало случаться гораздо чаще. И вот тогда Эндрю охватила паника. И его сегодняшний побег стал апогеем ужаса, который парень переживал. Потому что. Он. Засматривался. На. Чертову. Рыжую. Макушку. Нила. Мать его. Джостена. Он смотрел на мягкие (теперь, после жутко долгой лекции Элисон о том, как ухаживать за волосами) пряди, переливающиеся в свете солнечных лучей. Он смотрел на мокрые рыжие волосы, с которых капала вода. (то, что он смотрел за путем капли, это вообще отдельный разговор). Он смотрел на его волосы и не мог оторваться. Эндрю всегда веселился и издевался над фетишем самого Нила, который целовал его в шею, а тут у него появился его собственный. И это настолько ужасно! Во-первых, он в принципе перестал нормально смотреть на людей, когда они касались волос Нила, монополию на которые Миньярд мечтал получить и заверить у нотариуса. Позавчера, когда Дэн, засыпая, потрепала рыжего по волосам, Эндрю подумал, что еще никогда и никому в жизни так яростно не хотел сломать руку или пальцы. Когда он понял, что это всего лишь Дэн, он пересмотрел свою реакцию, но доволен все равно не был. Во-вторых, где бы они ни были, куда бы они не ехали, Эндрю залипал на рыжую макушку парня. Если Нил шел впереди, то Эндрю шел прямо за ним, ведомый неведомой силой его ярких прядей. Иногда это становилось опасно, потому что блондин забывал, что он за рулем и отвлекался на Нила. В-третьих, это начало походить на одержимость. Если Эндрю не видел перед собой рыжих волос Джостена, он сходил с ума и начинал практически кидаться на людей. Рыжие, мягкие завитки волос стали его новыми таблетками, без которых парень, казалось, не мог прожить. И сейчас на поле, где все было выкрашено в рыжий, Эндрю ненавидел себя за то, что вообще приехал, потому что этот цвет, казалось, вырезался на радужке его глаз и перекрывал собой все, что только можно. Хлопнула калитка, послышались шаги. — Ты рванул, как гончая за мясом, — весело сказал этот кусок дурака, перекидывая ключи из одной руки в другую. — Ну так не надо было ходить за мной, — огрызнулся Миньярд, садясь прямо на центр поля, выдыхая. — Что происходит, Эндрю? — абсолютно серьезно спросил Нил, неотрывно смотря на парня. — Ты меня уже какой день избегаешь. И ты сам точно знаешь, что, если скажешь мне «нет», я отступлю. Так что с тобой? Эндрю молчал. Минуту. Две. Три. Нил успел отбарабанить несколько последних хитов пальцами по паркетному покрытию, а блондин все еще не произнес ни слова. Потом он вдруг вздохнул, опустил голову вниз (это Нила очень насторожило) и что-то пробормотал. — Что это? Что ты сейчас сказал? — не понял Нил. — Мнрвттявосы, — буркнул Эндрю, боясь смотреть на рыжего. Ну, во-первых, потому что это его фетиш, с которым надо бороться. И плюс он же сейчас все слова забудет, если увидит перед собой рыжину мягких прядей. А во-вторых, Эндрю банально боялся увидеть в голубых глазах осуждение, непонимание или вообще отвращение. Презрение. Неприязнь. Короче, любую отрицательную эмоцию. — Что блять? — уже более раздраженно переспросил Нил. — Чувак, вытащи язык из задницы. — Мне нравятся твои волосы! — почти заорал на него Миньярд, и Джостен аж дернулся. — Доволен? И снова повисла тишина. — Тебе…нравятся…мои волосы, — уточнил парень. — Да. — И ты поэтому вел себя, как еблан? — Я не вел себя как еблан. — Ну да, ты просто еблан. — Хорош, Джостен, — закатил глаза Эндрю. — Эй, — Нил вдруг оказался прямо перед его носом, решительно смотря в глаза, — да или нет? — Да, — Миньярд кивнул, уже готовясь его поцеловать, как вдруг… Нил просто боднул его головой в грудь, а потом устроил лоб в ключичной впадинке. Эндрю замер. — Ты там живой? — Погоди, я учусь заново дышать, — прохрипел блондин, не двигаясь. — Учись быстрее, — со смешком попросил Нил, — у меня шея затекла. Эндрю осторожно положил ладонь на его затылок, мягко оглаживая волосы, а потом ткнулся носом ему в голову. Нила повело, но блондин его удержал, пытаясь осознать, что действительно трогает его волосы. Восьмилетняя девочка внутри парня верещала так, что сердце сжалось и не разжималось некоторое время. — Ты мог просто мне сказать, — мягко пожурил его Нил. Эндрю не ответил, только выдохнул рыжему в волосы и зарылся носом глубже, вызывая в теле Джостена дрожь. — И меня еще за фетиши стыдил, — расхохотался парень, легко подаваясь вперед и целуя Миньярда в ключицу, — ребята переживают, поехали обратно. — Если ты им хоть слово скажешь, — хватка в волосах стала более ощутимой. — Я буду молчать, — пообещал Нил, отрываясь от блондина. И едва смолчал, увидев в глазах Эндрю неподдельное разочарование из-за потери прямого контакта с волосами. — Поехали, — проворчал блондин.

***

Никто и ничего не говорил, потому что все пришло в норму. Они все еще собирались, чтобы посмотреть кино и показать Нилу последние (и не очень) новинки. Знакомили его со свободным миром. И спали все вместе. Как-то раз Ники сказал, что им надо сегодня поспать в своих комнатах, чтобы не мешать друг другу. Нил не смог ему возразить и мучился всю ночь из-за кошмаров. Первым в его комнату в ту ночь завалился Дэй, улегся на второй половине кровати и приказал лису спать. Потом пришли Дэн, Рене и Элисон, за ними Мэтт, Ники, Эндрю и даже Аарон. Так что — Лисы все еще спали вместе. Изменилась лишь одна маленькая, но значительная деталь. Эндрю Миньярд получил монополию на волосы Нила Джостена. Когда они смотрели кино, когда они просто сидели, даже когда они ездили в Колумбию — рука блондина всегда была в волосах парня. Все тихо цедили улыбки, потому что это было очень мило. Но, помня об острых ножах, молчали. /// На следующее Рождество Нил получил фотографию в рамке. На ней — все Лисы, спящие вместе, словно в настоящей норе, прижавшись друг к другу. А в центре — Нил и Эндрю, даже во сне держащий руку в его рыжих волосах и прижимаясь к ним губами. А потом кто-то ночью написал на лбу Ники зеленкой «мудила».