Предай меня, если сможешь

      Юхён бесшумно ступала по длинному извилистому коридору, умело маскируя себя пеленой невидимой завесы, когда на пути встречался очередной стражник. Дело близилось к утру. От Лаки вот уже несколько часов не было вестей, и Юхён, забеспокоившись, решила всё-таки прийти к покоям принцессы и узнать, в порядке ли девочка. Добравшись до нужной двери, она выудила из поясной сумки синеватый порошок и бросила под ноги двум стражникам, благодаря чему оба плавно перекочевали на жёсткий ковёр, крепко уснув. Осторожно перешагнув неподвижные тела, Волшебница отперла дверь и заглянула внутрь. Сердце пропустило удар — Лаки именно в этот момент вытаскивала из крепко сжатых рук спящей принцессы злополучный ключ. Как и велела Юхён — заместо него она тут же сунула обычный, сохраняя видимость и, что главное — чувствительность того, что ключ всегда был и есть на месте.       Лаки, крепко сжав зубы, отстранилась от принцессы и, практически не дыша, направилась к Юхён. Отдала той ключ и быстро прошлёпала босиком обратно к своему сундуку — месту, где она вот уже несколько сотен ночей почивала.       Юхён, не медля ни секунды, направилась прямиком к сокровищнице. Наслала заклинание на стражников, как бы замораживая для них время, и проскользнула через них к дверям. Вставила ключ и с громким звуком отворила две массивные двери.       — Во имя Создателя… — прошептала она, окидывая взглядом сокровищницу, масштабы которой действительно впечатляли. Конца и края не было видно: всё было заставлено дивными золотыми украшениями, кубками, слитками и многим-многим другим. Юхён встрепенулась. Найти шкатулку в этом золотом аду будет не так просто. — Так, соберись…       Юхён прикрыла глаза, сосредотачивая всю свою силу в одном месте. Затем резко раскрыла глаза, выпуская мощную сеть, обхватывая каждую частичку, каждую мелочь в окружающем её пространстве. И вот первый улов — справа, в дальнем углу чувствовалась мощь, с которой Юхён раньше встречаться не приходилось. Она ринулась в ту сторону, с благоговением сталкиваясь с мраморным пьедесталом. На его гладкой поверхности почивала она — Третья Шкатулка Одена. При взгляде на неё невольно перехватывает дыхание: около десяти дюймов в длине, сделана будто из чистого золота; бока Шкатулки обложены золотым позументом, а крышка украшена всевозможными драгоценными камнями. Только знающий человек сможет определить в ней самое опасное, самое могущественное оружие во всём мире. Снаружи красивая обёртка, внутри же — непоколебимая власть.       Юхён заставила себя дышать. Протянула руку, невесомо коснулась Шкатулки и прикрыла глаза, убеждаясь, что это действительно она. Достала из поясной сумки обычную коробку для специй. Разместила её параллельно Шкатулки и, касаясь обеих, заставила коробку принять вид Шкатулки Одена. Поменяла их местами и, сунув настоящую в сумку, покинула сокровищницу. Заперла двери, спряталась за одной из колонн и вернула стражу в прежнее состояние — для них не прошло и секунды. Юхён могла бы использовать и сонный порошок, используемый ранее, но, изучив всё досконально, знала, что через пару минут здесь окажется ночной стражник, проходящий мимо сокровищницы каждые десять минут.       Убедившись, что стража ничего не заметила, она быстрым шагом направилась обратно к принцессе. Стражники всё так же мирно посапывали. Юхён открыла двери и бросила взгляд на сундук. Лаки её услышала и тут же направилась в её сторону. Получив обратно ключ, она тем же способом поменяла липовый на настоящий и, кивнув Юхён, вернулась в сундук.       Юхён зашагала к своей комнате и уже добралась до лестничного пролёта, как вдруг резко замерла, заслышав приглушённые голоса. Они раздавались из-за неплотно закрытой двери, в которой Волшебница узнала почивальню самой Королевы Милены. Она хотела пройти мимо, но слух резануло одно имя, вынуждая её приблизиться и вслушаться в происходящий диалог:       — …и мы обязательно успеем уладить эти дела.       — Я на это очень надеюсь! — гневно произнесла Королева, заставляя пожилого слугу вжать голову в плечи. — Магистр Рал должен остаться доволен визитом в мой дворец. Он должен знать, что здесь его любят, чтят и каждый день, как и положено, читают во имя нашего Лорда молитвы.       — Конечно, Ваше Величество, — поклонился старик.       — Уже практически утро, — обращаясь в пустоту, сказала Королева Милена. — Лорд Рал прибудет ровно в полдень. — Она вновь вперила жёсткий взгляд в слугу. — Отправь несколько стражников к Южному мосту, нужно встретить Лорда Рала как следует. И помни, к его приезду всё должно быть готово, старик, один маленький изъян — и твоя голова будет украшать пик подле дворца…       Волшебница прикусила губу и поспешила ретироваться в свою комнату. Что, если это их шанс? Что, если просто спрятать Шкатулку Одена будет недостаточно? Рал так просто не сдастся. Он будет сметать всё на своём пути, оставляя позади море крови и костей. Не пожалеет никого — любой, кто имеет хоть малую толику информации об Искателе и Шкатулке Одена, окажется в его пыточной камере. Выколет глаза, отрежет пальцы и заживо сдерёт кожу, после принимаясь вытаскивать орган за органом, надеясь прочесть столь желанные сведения. И он найдёт — сомневаться не приходится. Даркен Рал использует любые средства, чтобы подобраться к своей цели. Цели, стоящей его жизни.       Юхён вбежала в комнату и заперла двери. Прислонилась к ней спиной, плавно скатываясь вниз. Мысли продолжали настойчиво затрагивать её воспалённые извилины: ещё никогда они не были так близки к Лорду Ралу и вряд ли когда-нибудь будут. Упускать возможность появления Рала прямо под носом… Да, идея сомнительная, опасная. Одна ошибка — лишиться можно не только возможности убить его, но и Шкатулки Одена. Этого допускать, конечно, нельзя, но и шанс напасть на Рала исподтишка всё же есть. В конце концов, Шкатулка уже у неё. Когда Рал прибудет, ни её, ни Шкатулки здесь уже не будет.       Недолго думая, Юхён поднялась на ноги и схватила чистый лист пергамента. Оторвала от него маленький кусочек и настрочила несколько строк. Свернула и вложила в миниатюрный кожаный тубус, предназначенный для передачи писем при помощи птиц. Открыла нараспашку витражное комнатное окно и приманила магией белого голубя. Прицепила к его лапке письмо и, что-то прошептав ему на ухо, подкинула вверх, наблюдая, как птица быстро мчится к нужной цели — к Искателю Истины.

***

      — Бора, сзади!       Бора развернулась и парировала резкий удар мечом. Скрипя зубами, она отбросила врага назад и, извернувшись от второго, ринулась вперёд, вонзив меч в уязвленный участок мужчины — в незакрытое латами бедро. Кровь хлынула рекой, раздался долгий протяжный крик, эхом прокатившийся по лесу. Бора вновь парировала удар другого противника, но запнулась о гулко стонущего мужчину и повалилась наземь. Шиён подоспела вовремя — она схватила Д’харианца за волосы и оттянула голову назад, перерезая тому глотку. Выпустила его из рук, позволяя ничком повалиться на землю, и резво приблизилась к другому — с перерезанным бедром. Мужчина прокричал отчаянное «нет!», но деваться от рук Исповедницы ему было некуда. И время для Шиён остановилось. Вновь это чувство — безграничная власть и величие. Ни один смертный не мог увернуться от уготованной его кары, ведь всё — и власть, и время — было в руках Исповедницы. Мир замирает, сила Матери-Исповедницы пробуждается и выходит наружу. Рука лишь коснулась шеи, а магия проникла в саму суть существования обречённого мужчины.       Прогремел беззвучный гром, заставляя Бору сжаться от фантомной боли. И вновь её косточки будто бы пересчитали, всеобъемлющий гул пронёсся в голове. Но она заставила себя открыть глаза и цепким взглядом наблюдать уже когда-то представшую перед ней картину.       Шиён отстранилась от мужчины и осела на холодную землю. Бора встретилась с её зелёными глазами, в них читались усталость и бессилие.       — Приказывайте, госпожа, — всё ещё хрипя от боли, произнёс исповеданный Д’харианец.       — Откуда и с какой целью вы явились? — стальным тоном спросила Мать-Исповедница. Её недавней усталости будто бы и не было.       — Цель — разведать обстановку перед визитом Магистра, моя Госпожа. Мы прибыли прямиком из Народного Дворца.       — Народного Дворца? — посмотрела Бора на Шиён.       — Резиденция Лорда Рала, — ответила Шиён, поднимаясь на ноги. — Уже много тысячелетий династия Ралов управляет Д’харой, а теперь и Срединными Землями, именно оттуда.       Бора кивнула и вернула взгляд к мужчине.       — Когда и для чего Рал должен прибыть сюда?       Мужчина промолчал и посмотрел на Мать-Исповедницу.       — Отвечай ей, — повелительным тоном сказала Шиён.       — У принцессы Виолетты сегодня десятый день рождения, Лорд Рал прибудет ровно в полдень, — смотря только на свою госпожу, ответил Д’харианец.       — Почему ему так важно посетить этот праздник? — вновь спросила Бора.       — Это в знак доверительных отношений между королевой Миленой… и Лордом Ралом, — прокряхтел мужчина, сжимая зубы от неутихающей боли.       — Ему осталось недолго, — сообщила Шиён, равнодушно глядя на его резаную рану. — Что планирует Рал?       — Он заберёт Шкатулку… в обмен на пожизненную защиту принцессы Виолетты.       Бора крепко сжала эфес меча и посмотрела вперёд — оставалось чуть меньше мили до дворца Королевы Милены. У них ещё есть время, чтобы добраться до Шкатулки раньше Рала. Бора посмотрела на своих лошадей — уставшие и явно не готовые к очередной поездке. Далеко на них не уедешь, да и быстро дворец также не покинешь. Не вариант. Бора перевела взгляд на коней Д’харианцев. Вполне здоровые и свежие, с массивными копытами, можно отправиться на них. Искатель вдруг прищурилась. Её взгляд привлекла массивная пухлая сумка, что покоилась на одной из Д’харианских лошадей. Убрав меч в ножны, она направилась к ней.       — Моя госпожа, я сожалею о содеянном, — глаза мужчины наполнились слезами. — Я был коварен и жесток. Сейчас я счастлив, вы принесли мне долгожданное упокоение. Наконец я могу предстать перед Создателем и искупить все свои грехи.       — Не сомневайся, так и будет, — холодно сказала Шиён и, отвернувшись от мужчины, посмотрела на Бору. — Ты что-то нашла?       — Думала, что найду что-то полезное, — ответила Бора, показывая Шиён довольно большую потёртую книгу. — Но это просто книга, ничего интересного… — Бора уже была готова вложить книгу обратно, но Шиён перехватила её руку. Забрав внушительный талмуд, она открыла его и вчиталась в рукопись.       — Как я и думала… — наконец произнесла она. — Это Книга Пути.       — Книга… Пути? — не понимала Бора.       — Смотри, — Шиён показала Боре исписанную страницу.       — «Отправляйтесь через горный массив, через Велингтон. Давно не видно писем от наместника»… «Отделились от основного строя, идём на запад»… «Искатель пересёк Границу…» — Бора запнулась, посмотрев на Шиён удивлённым взглядом. — Они с кем-то переписываются!       — И докладывают о каждом своём шаге, — подтвердила Шиён. — Смотри вот здесь, — Шиён открыла последнюю исписанную страницу. — Они докладывали минувшим вечером о предстоящей проверке Южного моста. Похоже, именно по нему Рал и прибудет сегодня.       — Шиён… — Бора вдруг посмотрела на неё долгим взглядом. — Мы впервые точно знаем, где и когда будет находиться Лорд Рал.       Исповедница нахмурилась. И действительно, впервые они как никогда были близки и к Шкатулке, и к Ралу. Но стоит ли гнаться сразу за двумя зайцами?       — Бора…       Разговор девушек прервал гортанный воркующий звук. Задрав головы, они недоумённо следили за приближающимся к ним голубем, конечным пунктом назначения которого были явно они.       Голубь плавно опустился за вытянутую руку Шиён, позволяя той забрать письмо. Улетать не спешил — приземлился на ветку рядом стоящего дерева.       — И кто же может слать нам письма? — недоумённо спросила Бора, невольно напрягшись.       — Тот, кто точно знает, где мы находимся, — ровно произнесла Шиён, открывая маленькую крышечку тубуса. Вытянув миниатюрный свёрток, вчиталась в неаккуратные строки:       «Рал. Южный мост. Шкатулка у меня».       — Довольно странно… Прочти, — Шиён передала записку Боре, которую та тут же жадно прочитала. Её брови нахмурились.       — Это… это мог написать только один человек.       — Ким Кателлус Юхён! — осенило Исповедницу. — Значит, она во дворце.       — И сумела забрать Шкатулку, — кивнула Искатель. — «Рал. Южный мост»… Она хочет, чтобы мы занялись Даркеном Ралом.       — Судя по всему.       Бора видела — Шиён не особо готова идти на такой риск. И это будет очень даже обоснованно — Шкатулка Одена у них, нужно хватать и бежать со всех ног, желательно в Вестландию. Закопать её под каким-нибудь деревом и ждать в укрытии наступление осени. Осталась-то всего пара месяцев. Даркен Рал тут же погибнет, не получив желанную вещь, а Срединные Земли и другая часть мира станут свободными.       Это привлекало, но Бору совершенно не устраивало. Её близкие сейчас там, прямо под носом у Рала, и она не может просто так взять и бросить всё позади, чтобы затем несколько долгих недель прятаться по углам, как серая мышь. Бояться каждого шороха, наловчиться не доверять никому — даже, возможно, самым близким. И, что самое страшное, оставить на растерзание её братьев и сестёр, ради которых она, собственно, и согласилась стать Искателем.       Если шанс избавиться от Даркена Рала действительно есть, она ни за что его не упустит. С Шиён или без неё.       Исповедница смотрела на Бору, на её глубоко задумчивый взгляд, и понимала — Искатель последует указу Великой Волшебницы и попытается остановить Рала. Шиён твёрдо решила, что последует за Борой хоть в огонь и воду, давно научившись доверять инстинктам Истинного Искателя. Она последует за ней, каким бы ни был её выбор.       — Я иду к Южному мосту, Шиён. Ты со мной?       Шиён улыбнулась краешком губ.       — Как и всегда, Искатель.

***

      Найдя в сумке Д’харианца пожелтевший от влаги кусок бумаги, Бора оторвала кусочек и, смочив слюной карандаш, мелко написала:       «Моя семья во дворце. Займись их освобождением. Найди нас, как всё закончится».       Вложив листочек в маленький тубус, Бора свистнула, призывая голубя обратно к себе. Он туже приблизился, позволяя на своей лапке зафиксировать кожаными ремешками тубус. Когда голубь отдалился достаточно далеко, Бора обратилась к Исповеднице:       — У тебя есть идеи?       Шиён задумалась.       — Южный мост находится в том направлении, — указала рукой в противоположную от дворца сторону. — До него миль шесть.       — Если постараться, мы доберемся до него за пару часов. — Бора присела на корточки и, взяв в руки упавшую ветку, начертила за земле дворец Королевы Милены и Южный мост. — Мы здесь, — отметила крестом, — сейчас не раньше восьми утра. Если двинемся сейчас, у нас в запасе будет ровно два часа.       Шиён кивнула.       — Скажи, ты ведь здесь уже бывала?       — Конечно, — вновь кивнула Исповедница. — Правда, до того, как Королева Милена решилась перемкнуть к Даркену Ралу.       — Не суть, — покачала головой Бора. Она вдруг посмотрела Шиён за спину и указала веткой на с виду тяжелый арбалет. — Я умею стрелять из него.       Шиён недоверчиво взглянула на Искателя.       — Д’харианский арбалет, конечно, гораздо массивнее и тяжелее, чем те, с которыми я когда-то имела дело, но не думаю, что это сильно скажется на навыке стрельбы.       — Допустим, — кивнула Шиён, — и что ты предлагаешь?       — Так как ты была здесь, наверняка не раз пересекала и Южный мост. Скажи, есть ли рядом окружающие его, скажем… горные хребты, скалы или любые другие возвышенности?       — Исключено, — покачала головой Шиён. — Место, где был построен мост, было выбрано не случайно. Любой пересекающий его может видеть раскинувшиеся поля на многие мили вперёд.       Бора цокнула.       — Иного варианта не вижу, Шиён. Нос к носу мы с ним столкнуться не сможем — одна только стража чего стоит, а их, я уверена, будет немало. Выход один — убить его на расстоянии, под носом ничего не подозревающих стражников.       — Разумно, но совершенно точно невыполнимо, — с грустью отметила Исповедница.       — А если… — Бора вдруг внимательно вгляделась в Книгу Пути, сиротливо лежащую на прохладной земле. Взъерошила пятернёй волосы и предположила: — Д’харианцы не успели доложить Ралу о прошедшей проверке Южного моста. Новость заканчивается сообщением о текущих планах.       — Не совсем понимаю, к чему ты клонишь.       — Мы можем написать, что мост, предположим, завалило камнями после пронёсшейся бури, или, например, что он слишком шаткий для перехода достаточно большого количества народу.       — Мост деревянный, но крепкий, в своё время он переправлял на тот берег многотысячную армию, — покачала головой Шиён. Она крепко задумалась. — Был один случай, когда река под ним неожиданно быстро и сильно прибывала. Мост банально смыло водой, его затем долго восстанавливали.       Бора активно закивала головой.       — То, что нужно. Напишем в Книге Пути последние новости Ралу: к сожалению, Южный мост смыло водой, к передвижению по нему он не годен.       — Думаешь, поверит? — с сомнением спросила Шиён.       — Если напишет он, — Бора кивнула в сторону еле живого Д’харианца. — Книга была в его сумке, наверняка строчки были написаны именно его рукой.       — Допустим, Рал поверит. Что дальше?       — Нужно предложить ему альтернативный путь, который идеально подойдёт для исполнения нашего плана.       — К западу отсюда есть ещё один мост, — тут же нашлась Шиён. Она подняла с земли палочку и пометила крестом на импровизированной карте указанное место. — Он не такой большой, пользуются им нечасто, но он тоже ведёт ко дворцу Королевы Милены. Он со всех сторон окружён лесистыми холмами.       — Подойдёт идеально, — кивнула Бора. — Сколько до него добираться?       — Часа два-три.       — Дойдём за два, — уверенно сказала Бора. Она кивнула в сторону Д’харианца. — Идём к нашему умирающему другу, пора известить Даркена Рала о текущих неутешительных событиях.

***

      Минджи сжала прочные железные прутья. Её отделили от них. Посадили по разным сырым темницам, лишая возможности быть рядом в столь тяжелое для всех них время. Непрошенные слёзы скатились по грязным щекам, сердце защемило в груди, не давая дышать от невыносимой боли. Они все надеялись на неё, давали понять, что они сильные, они всё выдержат, ведь знают, верят, что их старшая сестрёнка обязательно вызволит их. Она давала им ложную надежду, не позволяя падать и сдаваться, но уберечь их все-таки не смогла — они оказались здесь, в лапах Королевы Милены, что с превеликой радостью скормит Ралу семью Искателя. И Ким Минджи, одна из последних ныне живущих Исповедница, не смогла защитить близких ей людей.       Она не заслуживает быть той, кем является.       — Ким Минджи, — девушка вздрогнула от внезапного шёпота. Она повернула голову, вглядываясь в черноту впереди, но разглядеть что-либо было практически невозможно.       — Кто здесь?       — Где остальные, Минджи? Где твоя семья?       Минджи нахмурилась.       — Кто ты такая? Покажись, я не собираюсь разговаривать с тенью.       Что-то зашевелилось. Сгусток тьмы начал медленно приближаться, пока тусклый свет фитиля не явил до боли знакомое лицо. Минджи тут же отвернулась, пряча взгляд от цепких ореховых глаз.       — Разве не узнала? — недоумённо спросила Юхён.       — Вас трудно не узнать, Ким Кателлус Юхён, — голос девушки отчего-то дрогнул, что не ускользнуло от ушей Волшебницы. — Раз вы здесь, значит, и Бора с вами?       — И да, и нет, — не сразу ответила Юхён. Внутри неприятно зашевелился червячок сомнения, не позволяющий ей всецело доверять старшей сестре Искателя. Она что-то скрывает? — Скажешь мне, где остальные? Времени мало, нужно выбираться.       — Я точно не знаю, — качнула головой Минджи, продолжая стоять спиной к Волшебнице. — Нас разделили на лестнице, ведущую к темницам. Возможно, они находятся на уровень ниже.       Юхён молчала. Минджи чувствовала прожигающий её спину взгляд, но со сжатыми кулаками продолжала стоять. Вскоре услышала отдаляющиеся шаги, пока оглушающая тишина вновь не заполонила собой всё пространство. Минджи вновь осталась одна, наедине со своими мыслями и терзаниями.       «Трусиха», — пронеслось в голове, из глаз с новой силой хлынули слёзы. Раздался громкий щелчок, дверь темницы со скрипом отворилась. Минджи резко повернулась, но темница по-прежнему была пуста. Утерев рукавом слёзы, она покинула сырую комнату и быстрым шагом направилась к выходу, ведущему к лестнице. Тут-то её и поджидала Волшебница, прислоняясь спиной к стене. Юхён смотрела прямо и, когда Минджи приблизилась, направилась вниз по лестнице. Минджи мысленно благодарила Волшебницу за тактичность, но внутренне была готова к вопросам, что обязательно последуют, когда они выберутся отсюда.       Одним взмахом руки Юхён заставила стражников прилечь на холодный пол. Вступив в узкий коридор, тут же заметила детей, тесно прижимавшихся друг к другу. Отперла магией старый замок, позволяя Минджи проскочить вперёд и крепко обнять недоумённых братьев и сестёр.       — Простите меня! — прошептала она. — Я не должна была вас оставлять.       — Онни, всё в порядке, — радостно, но устало произнёс Чимин. — Ты ведь нашла нас.       Минджи улыбнулась. Оглядела каждого и вдруг вздрогнула, будто громом поражённая. Чимин, Минни, Юци и Чонгук. Четверо… Поему же четверо?       — Чимин, где Гахён?       — Её практически сразу увели, как только забрали тебя, — ответил мальчик.       — Куда? — тут же спросила Минджи. — Её забрала стража?       — Я не думаю, что это были стражники, — качнула головой Юци. — Это были женщины.       — Женщины? — нахмурилась Юхён.       — Страшные, очень пугающие… — съёжившись, прошептала Минни. — Это были женщины в коричневой коже.