Не по правилам

— Угх… Бля…       Сквозь пелену сна, я почувствовал чье-то шевеление под боком, но глаза так и не открывал. Только когда это теплое шевеление стало медленно отдаляться, руки сами потянулись за ним и веки медленно приподнялись. — Ммм… пф. Суслик, ты куда? — промычал я, невнятно посматривая на сексуальный силуэт Рената.       На бледной спине с изгибами мышц красовались красно-синие синички от поцелуев и розоватые следы от зубов. Хм, а почему суслик? Он так забавно сопит, когда спит. Но вдруг моё сонное нежное состояние было мигом развеяно, хлестким ударом по рукам и лицу. — Ааа, Больно! — я подскочил, усевшись, и потирая горящую щеку, ощущая ещё и вчерашний след от удара. — За что?! — мои глаза расширились от шока и осознания, что сделал. Я отчаянно схватился за голову, прижимаясь к коленям. — Что, муки раскаянья мучают? — Ренат усмехнулся, и посмотрел на меня, и решив всё-таки встать. Все движения явно давались с трудом, и отзывались ноющей болью в пояснице и спине. Невольно прикусил свою губу сожалея. — Данную ситуацию, я бы не назвал изнасилованием, потому что сам поддался, но приятного мало. Хватит истерить, было и было… только не надейся, что я тебя простил. Головой думать надо, а не одним местом о последствиях.       Облокотившись спиной на стену, и зажмурившись, Ренат наклонился за одеждой, видно надоело голой задницей сверкать, хотя поздно, и так то уже всё видел и оценил.       Как он может быть таким спокойным? Я ведь его… Да на его месте, я бы такой разнос устроил, гх. А может ему просто тоже понравилось? Да нет, бред. Я мотнул головой, отгоняя дурацкие мысли, и завалился назад на постель. Так провалялся наверно до обеда, пока не захотелось кушать, но и это не заставило меня подняться. Встав с постели, я налил себе соку оставленный здесь ещё вчера, и снова завалился в кровать. Душевные терзания не давали мне покоя. С одной стороны мне очень понравилось, да и Ренат не так уж сильно злится, вроде. Но с другой, так же нельзя, я ведь теперь такой же как и Виктор. Тошно. — Так и собираешься валяться до ночи? — дверь в комнату скрипнула, и я услышал голос Рена. — А какой толк вставать? Ты меня теперь ненавидишь, а мне что-то не хочется пока с тобой пересекаться. — перевернувшись на другой бок, уставился в стену. — Ну как хочешь… — дверь начала закрываться, но я приподнялся, крикнув вдогонку. — Стой! Нет. Побудь со мной, пожалуйста! Мне плохо, я не знаю что думать, у меня голова разрывается от мыслей!       Услышав мою просьбу, Ренат помялся у двери, тяжело вздохнул, и остался. — Сразу видно кого думать не учили. Даже не подумал, что я могу на тебя злиться. Сильно. А о последствиях ты думал? Нет, не думал. Тебе просто захотелось. А если бы мне захотелось кого-нибудь убить, я бы убил? Нет, не убил, потому что думаю головой, а не задним местом. Хотя я тоже хорош, надо было тебе сразу вломить, как только заикнулся о поцелуе. Плохо ему, а мне не плохо? Я к тебе нормально относился, и что получил в итоге? Мне вот интересно, ты это просто из прихоти или как? Как на тебя не посмотрю, и понять не могу, вроде нормальный парень, а вроде бесовщина в тебе какая-то просыпается. Ты не шизофреник часом? А может у тебя раздвоение личности? Тебя мкнёт конкретно!       Выговорившись, Ренат психанул и ударил кулаком по стене, а потом устало растёр своё лицо руками. С моей глупой выходки мучились оба. — Ладно, на мой монолог можешь и не отвечать. Мы сегодня собирались в город возвращаться, но похоже, сегодня не получится. В город нужно в ближайшее время, я уже тоже не могу пропадать и прятаться. Мой отпуск заканчивается, в таком случае могу лишится всего, а пускать под откос жизнь не собираюсь. И тебе не советую, и так приключений хватает.       Рассеяно обдумывая его слова, я хмурился и злился, не на него, а на самого себя. Я с одной стороны и жалел, и не жалел. Нужно было это сделать аккуратнее, а не в лоб. И я ведь вижу, что тоже ему нравлюсь. Так бы не полез. — Да, захотелось. Я всегда получал, то, что хотел, наверно только грубость отца и спорт, не дает мне размякнуть, и превратиться в сопляка, который только и может, что потешать себя на родительские купюры. Я же добивался чего-то и только как мог, силой. Захотел и взял, на пролом, по-другому не научен. Вот и тебя мне тоже захотелось, а по-другому, не прямо, не умею. А больной — не больной, да я уже сам не знаю, со всей этой хренью не разобраться. Может и вправду больной, раз у меня всё через жопу. И бизнес я отцовский профукал, я уже в этом уверен, с моей башкой только другие башки разбивать. Бляя, ну это ж надо, ещё и у мужика втюриться. Только потому, что он ко мне нормально относился, не как с ребёнком. Да не подарок, не я ему не он мне, но всё-таки друг с другом считались…. А теперь? Дерьмо… — я не поднимал глаз, уставившись в пол, потом просто завалился на кровать, отворачиваясь опять. — Почему я приношу одни несчастья, … надо было остаться тогда с Виктором. Может быть он рядом со мной окочурился, я б обрадовался. — прикрыв глаза, больше не шевельнулся. Не хотелось, и на душе стало чуть спокойней от того, что высказался. — Хм, как самокритично. Но в некоторых аспектах ты ещё не всё просрал, да простят меня за грубость. Отцовский бизнес вполне ещё можно спасти, и выход у тебя один. Если мы в ближайшее время появляемся, разруливаем с полицией, и пишем пару заяв, что на нас покушались. Потом появляешься как обычно, словно чёрт из табакерки, и говоришь «Вот он я! Наследничек!». А так же тебе придётся забить на остаток учёбы, и честно заплатить за то, чтоб аттестат получить нормальный, после сдачи экзамена. В фирме тебе нужно сделать передел, найти тех, кто предан фирме, и оставит её на плаву, из них сделать совет директоров, остальных повыгонять поганой метлой, нанять работников и найти толкового взрослого человека, который обучит тебя всем тонкостям, и будет страховать во всех делах. Тогда ты его да, не просрёшь. «Миссия не выполнима», но реальна.       Я задумался над едкими словами Рената, но они были словно спасение и реальным выходом из проблем. Да и он, похоже, о чём-то задумался. — Ам, а Виктор… он что? И почему? Причина всего этого? Так он вроде нормальным адекватным, казался… правда, не жалею, что врезал ему тогда. И давно? Мне просто любопытно и о том, что было между вами раньше. А то, что тут сказано будет, лишние ведь проблемы не нужны, будем считать грязным бельём, про которое выбросили и забыли. Дай хоть сяду, а то впервые себя чувствую так ужасно, вот она плата за плотские утехи, хах.       Ренат явно ещё злился, но меня уже убить не стремился. И был очень задумчив. — Дааа, херовый я наследничек для папки. Хорошо ума хватило свалить во время, хоть живой. Я так и не знаю, кто эти придурки, и зачем им меня убивать. Но сейчас вроде уже и смысла в этом нет. Я дожил до дня рождения, удачно спрятались. И реально этому радуюсь.- ответил я так и не открывая глаз, только чуть подвинулся, ощущая, как Ренат сел рядом на постель. — Эх, бизнес… а может ты будешь тем толковым взрослым человеком? Замом моим пойдешь? — открыл я один глаз и посмотрел на него, неуверенно улыбаясь. — Ладно, как знаешь. Если сейчас рядом со мной опасно, то кто знает как будет потом. — чуть поворочавшись, я лёг по удобнее, всё ещё ощущая голод. Но пока терпимо. Я ведь ещё не ответил о том гаде, хотя: — А о Викторе.я же вроде говорил.- хмурюсь, пытаясь припомнить тот вечер и что тогда сказал. — Да, но ты скрыл некоторые детали. Может, расскажешь? — на слова Рената, я чуть помедлил, определяя стоит ли говорить или нет, но потом кивнул.        Вздохнув, всё же решил говорить начистоту, хотя раньше об этом никому не рассказывал. Морально было тяжело, но лучше быть с ним честным. Хотя не надеюсь на понимание. — Он приставал ко мне. Часто. Иногда перегибал палку и лапал меня. Часто говорил:"Я без ума от тебя», если это можно считать причиной. — ради того, чтобы передать всю тягость и неприязнь воспоминаний, я даже открыл глаза, и хмуро глянул на старика. Кажется, у него сейчас глаз выпадет. Понимаю, ему тяжело о таком помыслить. — И…как давно? — сглотнув, еле выдавил он. Я выдохнул. И отвел тяжёлый взгляд в сторону, снова хмурясь, но потом, расслабляясь, и облокотился на руки. — Достаточно давно. Я уже подростком был. Я сейчас то ещё смазливый, тогда сильнее был. Может, помнишь. После нескольких встреч, он стал уделять мне больше внимания. Оно ненормальное, и мне не нравилось. Этот липкий противный взгляд. Потом хватания за руки, вечно капал на мозг. Я ему пару раз вдарил, да только, что этому лбу будет. Он же военный. Меня каждый раз от него, и его приторных чувств и ненормальной влюблённости, выворачивает. После его хватаний, конечно, оставались следы, и мне приходилось носить водолазки с длинным рукавом и горлом. Радует, что сходили они быстро, три дня и уже жёлтые. Но в школе всё равно было тяжелее скрыть. Большинство думает, что эти синяки я получаю на тренировках, и даже Крису, я сказал не правду. Не совсем, сказал кто, но не от чего. Он думает, что Виктор меня избивает, и от него знают и несколько одноклассников, отчасти правда, а отчасти нет. Х, когда развод начался, я был даже рад, что никогда больше его не увижу. Но один раз после школы, когда у меня должна была быть тренировка, он забрал меня сразу от входа. Просто затолкал в машину, пока никто не видел, и привёз куда-то поговорить. Опять мне признавался в любви. Ну мы с ним и серьёзно подрались. Потому что он меня взбесил. А силы и у меня и у него много. Мне пришлось, потом пару недель на тренировки не ходить, кисть вывихнута была, даа… вот как бы. Что-то ещё хочешь узнать? Пф, ладно. Просто, просто, правда, от этого на душе погано, но с тобой не так. Не знаю почему, но по-другому. Ты даже целуешься… не так как он.- я как-то смущенно улыбнулся и прибавил ещё тише. — Мне нравится. Ты мне очень нравишься. И я рад тому, что между нами случилось. Пусть и так по-идиотски.       Выражение лица Рената просто было не передать словами. У самого аж в груди защемило. И стало грустно, но рано или поздно, всё равно рассказал бы. Он не тот человек, что будет глумиться. Захотелось его обнять, но побоялся, что опять психанёт, и двинет мне. — Ладно, ты меня прости, кое-чего говорить не стоило. И это всё ставит в тупик, даже мой принцип " Всё когда-то стабилизируется и приходит к конечной точки», не действует. Пора пересмотреть всю свою жизнь по новому, у меня, похоже, разрыв шаблона.       Сказав это, Ренат устало упал на кровать и вперил взгляд в потолок. Его эмоции так и плескались через край, но что ещё сказать он явно не знал. И я тоже не знал, как быть. Приподнявшись на руках, я посмотрел Ренату в глаза, спрашивая: — Ну и что делать будем… Рен? — Жить. И надеяться, что ещё больше я не сломаю себе мозги. Это выше моих сил, и я так точно седым стану, и кому я такой нужен буду? — Мне нужен. — ответил я на вопрос, который не требовал ответа. — Ага, и теперь ты всеми силами пытаешься добиться моей седовласости? — с язвинкой, сказал Ренат, переведя на меня взгляд. А потом снова уставился в потолок. — Сильно болит? — невпопад говорю я, скача с темы на тему. Отвлекая. — Уже не очень. — Тебе могут помочь некоторые упражнения, если займёшься разминкой со мной, тебе станет легче. И кстати. — я перевернулся, завалившись на Рена, но не ровно, голова моя оказалась у него на животе. — Что у нас есть поесть? Я ужасно голоден! — видимо пора уже вставать, весь день сегодня в постели провалялся, и чувствую себя, мягко говоря, помято. — На кухне рис с мясом, и раз голоден, то оторвал задницу и пошёл есть.       Скинув меня с себя, Ренат решил выйти. Видно лежать ему надоело. Последовав его примеру, натянул на себя быстро шорты и спустился вниз на кухню. Рен заботливо поставил мне разогреваться еду, а сам налил себе кофе, роясь в пакете со сладостями. — Рен, посиди со мной, я не хочу один сидеть. Пожалуйста.       Он вздохнул и с тоской посмотрел на небольшой угловой шкаф, где оставляли алкоголь. — Поедем в итоге когда? Завтра? И у меня отпуск, заканчивается уже после завтра, а если не появлюсь, попрут с работы и плакала моя лицензия. — Ну может не всё так плохо? — Не знаю.       Раздражённо ответив, Рен отвернулся и уткнулся в чашку с кофе, догрызая конфеты, всё равно я их не люблю, и покупал ему. — Ладно, завтра так завтра. Думаю можно уже и телефон включить. — уплетая мясо, я положил телефон рядом на стол, ожидая когда он засветится. — Оп, тут и пропущенные и смс. Хм, больше от Криса и матери, есть несколько от неизвестного, так, а это из полиции. По сообщениям видно. Так один звонок от гада, эко как он меня любит, сука…- стал комментировать в слух, всё что мне начал выдавать телефон, а некоторые сообщения зачитывать, когда просил Рен. — Так, а это я не знаю. Хм, просят приехать в порт, даже адрес есть. Написано что предзаказ, то есть на моего отца и на моё имя. Может подстава очередная? — я положил телефон на стол и пихнул ближе к Ренату. — Перезвони и уточни. — телефон опять проехался по столу, только уже в мою сторону. — Здравствуйте, это Джейкоб Свон, у вас заказ точно на моё имя… точно? А куда? О… ну хорошо, да, до свидания. — Чего? — Отец, когда жив был, делал у них предзаказ… обалдеть подарочек с того света. И что тогда, поедем заберём? — Что забрать? — Машину.       В комнате повисло молчание. Ренат явно удивился. Ещё раз взял мой телефон и проверил документы, что выслали мне на почту. Удивляясь не меньше меня. — И правда подарок с того света. Всегда поражался продуманности твоего отца. Ну, можно заехать посмотреть, от сюда часа три езды, может меньше до порта. А там видно будет, что с подарком сделаешь. Всё оформлено на тебя. И ты не в курсе был? — Нет конечно. И сам знаешь. Я в бумажках не смыслю. Может где-то чего-то когда-то между делом. — Понятно. Ты не в курсе. Да и уже бы все уши прожужжал.       Я был в небольшом шоке. Ничего себе подарочек, от покойничка. Честно, не ожидал от отца. Возможно, он даже знал, что не доживает до моего дня рождения, но почему ничего не сказал? Почему? Я прикрыл глаза рукой, но потом провёл по лицу, взяв себя в руки. — В итоге придётся раньше выехать, готов?       Уезжать отсюда мне не хотелось, но вечно я тут не просижу. А Ренат и подавно. Как он будет объясняться со своей женой, меня не интересовало, а вот проблемы с работой звучали существеннее. А мне ещё с полицией и прочим нужно было разобраться. Чего я не хотел, и явно не понимал, как это делать. — Не готов, но куда деваться.