Почему ты так поступил со мной?

Прошло несколько дней с той «злополучной» встречи. Как бы Юнги не хотелось понять Пака, понимание не приходило даже после часовых рассуждений вслух, лежа на кровати в ночной тьме даже внутренний психолог не помогал и не подкидывал идей. Если все это чертово время, Чимин жил спокойной жизнью не присылая хотя бы весточку о том, что с ним все в порядке и не стоит беспокоится, это значит лишь то, что ему было наплевать. Ведь Юнги хватило бы одной эсэмэски, с коротким содержанием на подобии: «Я жив, не ищи меня». И Мин бы перестал. Перестал пытаться, проглотил бы боль и попытался идти дальше. В нем копилось все больше ненависти, презрения, и горечи от всей той лжи, что происходила между ними долгие года. Как оказывается легко поверить в то, чего нет на самом деле. Напридумывал себе любовь до гроба, и чувства ради которых не страшно двигаться дальше. Юнги начинало тошнить от своей наивности. Пытаясь найти ответы, Мин погрузился в себя настолько глубок, что не замечал происходящего вокруг. — Эй, Юнги, что с тобой происходит? В последнее время, ты какой то странно задумчивый. — Их небольшая компания расположилась в доме Мина после очередного рабочего дня. Встречи происходили довольно редко в виду профессий, но эти дни всегда были ценны для каждого. — Он разве не всегда такой? — лениво поинтересовался Чонгук потягивая пиво из банки. Этого парня ничего не интересовало кроме своей работы. Юнги видел в Чоне жизнь и страсть, только когда тот с маниакальной внимательностью рассматривал дела жертв. Чонгук человек очень рациональный, отдает себе отчет в каждом своем действии, не желая тратить свои силы в пустую. Холодный, беспристрастный, разумный — то что нужно для старшего офицера. — Чимин приезжал. — Эти слова прозвучали так обыденно, как когда-то очень давно, забытое чувство тепла по привычке начало расползаться внутри. Но теперь это тепло далеко не родное и успокаивающее. Юнги не видел смысла скрывать что либо, ведь это его самые близкие люди на данный момент, да и за последнюю вечность так точно. Если он не поговорит об этом с ними, то больше не с кем. От этого заявления, банка из руки Намджуна выпала, проливая содержимое на ковер, его глаза превратились в блюдце, точно так же как и у Юнги в тот раз. Сам Мин гипнотизируя банку в своих руках не поднимал взгляд. — Это тот, кого ты искал все то время? — в голосе Чонгука не слышалось ни единой эмоции. Ему было откровенно наплевать, кто этот Пак Чимин, ведь лично они не были знакомы, но Чон искренне волновался за друга, да и давно хотелось начистить рожу человека, из-за которого Мин находился в плачевном состоянии продолжительное время. — Он жив? Зачем он приходил? Почему? — воздух в легких Намджуна закончился, потому он остановился закидывать Юнги потоком вопросов. В отличии от Чонгука, эта новость не хило ударила по Киму. Чимин когда-то был и его другом. — Я не знаю Намджун. Я ничего не знаю. — устало выдохнул Юн. Они не стали засиживаться допоздна. После такой шокирующей новости, Намджун не мог прийти в себя, Юнги все так же гипнотизировал банку, а Чонгуку откровенно надоело пытаться завести мало мальски диалог. Проводив друзей, Мин направился к себе в спальню, чтобы поскорее забыться во сне. Он плюнул на испорченный ковер, даже не пытаясь его восстановить. На улице далеко за полночь, а шторки плотно занавешивали окна, не позволяя даже лунному свету пробраться во внутрь. Вся комната была погружена во мрак. Включая свет и попутно вспоминая, что не все в этой жизни взаимно, ведь если он хочет спать, спать далеко не хочет его, первое за что цепляется взгляд Мина, Чимин, вальяжно восседающего на краю рабочего стола. Снова он. Снова этот вредитель ментального здоровья одного конкретного детектива. Что он там говорил про свою крепость? А про отлично охраняемый дом? — Какого черта?! — вскрикнул Мин хватаясь за сердце что сходило с ума. — Извини. — Чимин выглядел немного виновато. — Что ты здесь забыл? Как ты вошел? — Юнги начало потряхивать. Он надеялся больше никогда не встретиться с этим человеком. Даже после того минутного пересечения, его жизнь повернулась на сто восемьдесят градусов. Юнги просто хотелось спокойной, размеренной жизни, с работой детектива и двумя друзьями, можно еще собаку или кошку завести и все. Большего не требовалось. Но снова в его жизнь без предупреждения врываются. — Я здесь не просто так. Ты забыл в прошлый раз, — он кивком указал на стол, где лежал пистолет Юнги. — Нам нужно поговорить. — твердо заявил он, на что Юнги лишь усмехнулся. — Нет, нам не нужно. Проваливай. — не в характере Мина так грубо общаться с людьми, тем более с Чимини. Но что-то меняется. С каждой минутой нахождения Пака рядом, в нем появлялось все больше противоречий. С одной стороны он уже обещал себе, что сможет справится, и даже начало получаться, а разрушив все, Чимин вызывал лишь агрессию. Но с другой, хотелось плюнуть на все свои принципы и прижать его к себе, привязать, приклеить, не важно, просто чтобы чувствовать его рядом. Похоже, тот все прекрасно понимал. Пак опустил голову грустно улыбаясь. Мужчина предполагал, что последует такая реакция. Но как бы он не пытался на протяжении пяти лет убедить себя в том, что Юнги разлюбил и возненавидел его, видеть и слышать все это в живую от любимого, до сих пор, человека, в разы больнее. — Юнги, это очень важно, я бы не стал попросту тебя дергать. Я понимаю, что ты ненавидишь меня, но раньше я не мог появился, на то были причины. Сейчас же, я пришел не затем, чтобы вымаливать у тебя прощение, этим я займусь чуть позже, когда ты будешь готов. Сейчас я должен тебя предупредить. — ровно сообщил Чимин, будто не он отсутствовал эти пять лет. — Вот оно как. Причины говоришь, — садясь на край кровати, Юнги внимательно оглядел Пака. Тот повзрослел, изменился. Выкрасил волосы в свой натуральный цвет, одет в строгий серый костюм, которые он к слову раньше ненавидел. Что-то определенно изменилось. Не во внешности, а у него внутри. По взгляду все сразу становится ясно. Будто всю ту нежность, любовь ко всему живому и жизнерадостность, что были раньше, заменили твердость и осознание жестокой реальности. Чимин и раньше не то чтобы был наивным, глупым ребенком, особенно при своем то статусе, но тогда он мог улыбаться без причины, дарить людям радость, и верил исключительно в лучшее. Сердце предательски кольнуло. — То есть, ты все решил за меня. Прекрасно. А Вы, Пак Чимин, не думали, что я ничего не хочу слушать? — он устремился взглядом прямо в глаза напротив, внутри все бурлило от эмоций, в собственный глазах, а он уверен, лед и ничего больше, в то время как на лице расцветала насмешливая ухмылка. — Ни твоих оправданий, ни предупреждений. Ты хоть понимаешь что со мной происходило все эти пять лет? Я похоронил любимого человека, не мог смириться с тем, что он просто исчез. Но пришлось. Моя жизнь только начала налаживаться, а ты берешь и просто появляешься. Ты думаешь, что можешь так просто взять и разрушить все? Это эгоистичнее того, что ты сделал ранее. — Юнги старался сохранять самообладание, говоря все четко и ясно. Делал вид, что его это уже совсем не трогает. Он из последних сил держался смотря в глаза когда-то самого важного человека, в которых промелькнуло сожаление и боль. Но Чимин ничего не говорил. Их зрительный контакт, продлился до того момента, пока Юнги не понял, что залип и не отвел взгляд, устало вздыхая. — Повторяю. Проваливай. Уходи. Закрой дверь с той стороны. Я не знаю как тебе еще объяснить, чтобы ты оставил меня в покое. Не имею ни малейшего понятия, как ты сюда пробрался, но не забывай, я все еще детектив, который может посадить тебя за вторжение на частную территорию. — А ты все еще должен выслушать меня. — бесцветно хмыкнул Чимин продолжая выжигать в Юнги дырку.Тот даже ответить не успел, как Пак бесцеремонно продолжил: — Это касается следующего дела, которое в скором времени поступит к вам в отдел. Не берись за него. — повисла недолгая пауза. Юнги с расширенными глазами уставился на Пака, а после коротко усмехнулся. — Ты мне еще будешь указывать? — Мин сложил руки на груди пристально смотря на мужчину. — На этот раз даже я не уверен, что смогу должным образом защитить тебя, — вкрадчиво продолжал Пак. А пазлы в голове Юнги продолжали не складываться. — Не хочу чтобы ты подвергал свою жизнь опасности. — Во-первый, подвергать свою жизнь опасности — это моя работа. Во- вторых, почему ты в этом так уверен? — признаться, Юнги заинтересован. — Я просто знаю это. Серьезно, не делай глупостей. Пожалуйста. — Чимин был абсолютно серьезен. Но даже несмотря на это, Юнги не мог ему доверять, тем более выполнять просьбы. — Пока ты мне не объяснишь, почему я не должен, я не собираюсь этого делать. Ты прекрасно знаешь, что я не изменю своего решения без весомых причин. Если на этом все, могу показать где выход. — Юнги, ты сейчас не в том положении, чтобы ставить мне условия. — нахмурился Пак. — Да что ты говоришь! — Юнги с каждым новым словом закипал все больше. Ярость затопила глаза, не давая подумать над сказанными словами. Вставая с кровати и подходя к Чимину вплотную, он ткнул пальцем в его грудь возобновляя их зрительную войну. — Это ты не в том положении, чтобы давать мне советы, как лучше работать. Ты можешь умереть. — Чимин пытался найти аргументы достаточно весомые для того, чтобы его послушали. — Сейчас просто не время. Я не могу подвергнуть тебя опасности, а поверь, зная слишком много, тебя прирежут в первой же подворотне. За мной следят круглые сутки, даже сейчас. Но как только это дело закроют в вашем отделе, ты узнаешь все в мельчайших подробностях, — Пак аккуратно отодвинул Юнги и направился к выходу. — Не задавай лишних вопросов. Я знаю, что ты слишком гордый и упрямый, в таких ситуациях, делаешь то, что считаешь правильным, но сейчас я осведомлен побольше твоего, поэтому, если хочешь жить, то просто делай так, как я сказал. Чимин определенно стал наглым и слишком самоуверенным. Юнги снова ничего не успел ответить, как Чимин скрылся за дверями его спальни. Детектив устало завалился на кровать, несколько раз ударяясь лицом о подушку. Этот разговор дался ему слишком сложно. Морально. Чимин не давил на него, не заставлял говорить о том, о чем не хочет. Дал совет, настоятельно рекомендовал, называйте как хотите, но было понятно, что делал он это с благими намерениями. Даже это понимание не помогало забыть воспоминаний прошлого, обиду. Вся та желчь, что скопилась в нем за это время, выходила наружу. Мин не мог это контролировать, умом понимал, что у Чимина скорее всего были на то весомые причины, но внутри затаилась обида, за то, что он его бросил. Но в том то и была проблема. Юнги не знал масштаба причин, ведь тот сам не говорил об этом. Потому, хотелось быть вредным и доводить до белого каления. Не хотелось понимать Чиминово «Сейчас не время». В какой то мере, Юнги хотелось сделать Паку так же больно, чтобы он почувствовал каково ему было. Но Мин прекрасно осознавал, что никогда так не поступит. Но чувства собственной важности и гордость были слишком задеты, чтобы просто взять и все отпустить. Делать назло, вот что обычно происходит в таких ситуациях, и Юнги не станет исключением. Он не дурак, понимал, что даже после всего, чувства остались. Одного взгляда хватило для того, чтобы его сердце заходилось, как бешеное. Что с ними стало? Что же стало с Чимином? Почему он говорил о какой-то защите, что он имел в виду когда говорил «на этот раз»? Почему так сильно измениться внутренне? Было слишком много вопросов, ответов на которые, к сожалению, не имелось. Утром, Юнги как обычно отправился в отдел. Начало октября — завал с бумажной работой. Каждый месяц начинался с отчетов за прошлый, и этот бесконтрольный круговорот скоро точно доведет его до ручки. Детектив всю ночь обдумывал «просьбу» Пака, но так и не пришел к конкретному выводу. Ему нужно увидеть дело. Его ему всучили как раз при самом входе, как заказывали. Не обманул. Заходя в кабинет, он внимательно начал просматривать имеющийся материал. Дело №245 Подпольная продажа наркотиков. Пройдясь по тексту, детектив крупно засомневался в словах Чимина. Мелкая банда наркодилеров, продающая порошок в районе Итэвона. Ничего особенного или опасного для жизни. Такие неумехи задерживались чуть ли не каждую неделю, попадались на откровенном тупизме. Некоторые просто напросто предлагали каждому прохожему, что конечно не скрывалось и от патрульных. Ну а эти отличились, втюхивали дурь одному из полицейских. Хмыкнув, он отложил дело на стол, облокачиваясь на спинку стула и откидывая голову. Какая тут угроза для жизни? Что за бред? Эти сопляки способны только лажать. Телефон неожиданно завибрировал в кармане куртки, а на экране высветился неизвестный номер. — Просто откажись. — голос Чимин звучал угрожающе и серьезно. Юнги от неожиданности передернуло. — Это плевое дело. И вообще, откуда ты узнал что я уже получил дело? — Не только за мной могут следить. У меня глаза и уши по всему городу. Не переводи тему. — Ты сам прекрасно знаешь, что скорее твоя недосказанность сведет меня в могилу, но никак не это дело. Что именно ты знаешь? — Юнги начинал уставать от этих ни к чему не приводящих разговоров. Конкретика — залог успешных переговоров. — Почему ты такой неугомонный? — раздраженно выдохнул Пак. — Это не телефонный разговор. Если только ты пообещаешь мне, что откажешься, я расскажу. — Я не могу тебе что-то обещать. — Я заеду за тобой на перерыве. — без лишних слов Чимин сбросил трубку. Это было уже прорыв. Юнги вновь откинулся на спинку стула проводя рукой по волосам. Мысли крутились в голове не давая сосредоточиться на чем-то конкретном. Все казалось таким нереальным. Прошло всего пару дней после появления Пак Чимна, но Юнги будто зажил новой жизнь. Пока было непонятно к лучшему это или нет. Но единственное в чем Мин не мог признаться даже себе, то, что в глубине души был счастлив, от осознания того, что Чимину на него не наплевать. Не хотелось питать ложных надежд на их будущее, поэтому все что оставалось Юнги, так это не занимать свою голову мыслями о будущем. Жить сегодняшним днем, пока у него есть такая возможность. С каждым новым диалогом все запутывалось лишь сильнее и сильнее, не давая ни малейшего намека на разгадку. Чувство, будто ответ крутится прямо перед носом, но Юнги в упор его не замечает. Хотелось бы сказать, что время обеда подкралось незаметно, но это было бы самой большой ложью. Мин не сводил взгляда с часов, дожидаясь своего законного перерыва. У него все еще не укладывалось в голове, что он согласился на встречу по своему желанию. Догадки о том, что Чимин определенно был кем-то повыше, нежели заместителем директора сети отелей, сами появлялись из сказанных им слов. Конечно, такие люди тоже имели определенную власть, но у Пака ее было в разы больше. Юнги был в этом уверен. Выходя на парковку он сразу заприметил Чимина, стоящего возле какой-то навороченной тачки. На этот раз он был одет менее официально: черные джоггеры, высокие ботинки, белая безрукавка, черно белый бомбер, а весь образ завершала бандана на голове. Юнги одернул себя, понимая, что задержал взгляд дольше положенного. — Давай быстрее покончим с этим. — без формальностей кинул Мин проходя мимо Чимина и садясь на пассажирское сидение. Все произошедшее за последние дни все еще не отменяла того факта, что Мину было тяжело находиться рядом с Чимином. Даже если в душе таилось что-то большее, чем просто раздражение и злость. Какими бы прискорбными не были его подозрения, Мина нельзя за это винить. Работа детектива научила относиться к людям с подозрением, даже близким. Колючки сами собой вырастают только при виде бывшей пары. Юнги не мог контролировать себя. Возможно это было эгоистично, но он не собирался проявлять альтруизм и давать второй шанс за просто так. Он никогда больше не позволит обидеть себя. — Я бы с удовольствие отвез тебя в ресторан, — садясь в машину заговорил Пак — Но этот разговор должен быть конфиденциален. — Мне плевать. Просто побольше конкретики и поменьше воды. — грубо кинул Мин, но Пак никак не отреагировав, завел двигатель. Они ехали в гробовой тишине. Чимин сосредоточенно вел автомобиль, пока у Юнги взрывался мозг. — Что значит «в этот раз» ты не сможешь меня защитить? — не выдержав, задал вопрос Мин. Он повернулся корпусом к водителю, у которого на лице все так же не мелькало ни единой эмоции. Чимин никогда не умел хорошо скрывать свои эмоции. Его лицо всегда выражало хоть что-то. Но не сейчас. Буквально, как кирпич. Ничего. И это немного пугало. — То и имел в виду. — уклончиво ответил Пак. — Не притворяйся идиотом. Ты прекрасно знаешь о чем я. — Юнги сложил руки на груди, прищуриваясь. Пак с тяжелым вздохом съехал на обочину, понимая, что Мин не станет ждать. — Сейчас не об этом. Чуть позже, но не сейчас. — нахмурился он. Хорошо. Пока Юнги с этим согласиться, утвердительно кивая. — Вот и отлично, а теперь слушай внимательно и не задавай лишних вопросов. Я думаю ты слышал о мафии? — неожиданно. Конечно Юнги слышал, но считал что это всего лишь легенды. В отделе всегда ходили слухи о проделках мафии, но никто и никогда их не видел. Это как с премией. Она вроде существует, но никто ее в глаза не видел. Юнги не был дураком и догадывался, что мафия есть, ведь иногда в городе проходил какой то хаос, а позже так же неожиданно прекращался, и это все решалось без вмешательств полиции. Если судить по тому, что они еще ни разу не были где либо засвечены, то ими руководили не просто умные люди, а гении. — Так вот, люди которых вы задержали — люди из северного клана. Северный клан славиться своей жестокостью, безрассудством и живет по понятиям, — смешок. — Они за своих людей горой. Готовы жизнь отдать. И им наплевать от кого придется избавиться, будь то обычный прохожий или президент. Поэтому убрать следователя им не составит труда. — весь рассказ Юнги сидел с открытым ртом. Он что, сейчас серьезно? — Откуда ты все это знаешь? — Юнги не верил ни единому слову. Что за кланы? От куда всю эту информацию взял Чимин? Это слишком неожиданно свалилась на голову Мина, потому что мафия в их профессии была чем-то эфемерным, ненастоящим. Пусть он и догадывался, но догадываться и знать совершенно разные вещи. — Это не важно. — Чимин пристально посмотрел в глаза. Он понимал, что своими ответами только еще больше вызывает подозрение. — Ты думаешь, что я поверю в этот бред? — насмешливо бросил Мин. — Ты весь такой герой-спаситель появляешься из неоткуда после пяти лет пропажи. Просишь следовать своим указаниям и говоришь о какой то мафии. А самым весомым твоим аргументом и объяснением является фраза «у меня есть на то причины». Почему я вообще должен тебе верить? — А ты думаешь, я это с потолка взял? — Чимин начинал злиться. — У меня есть свои причины, которые я пока не могу тебе озвучить. Да как ты не понимаешь, что я хочу защитить тебя?! — мужчина бесновался стреляя молниями из глаз. Наконец-то на его лице появились эмоции. Юнги устал слушать весь этот бред. Он не вчера родился и шел сюда за конкретной информацией. Легким движением руки он резко выуживает пистолет из кобуры, приставив ко лбу Чимина дуло. Пак на мгновение замирает, а после расплывается в коварно-игривой улыбке. — Детектив Мин, а вы не с пустыми руками. — кокетливо заявил Пак. Эта резкая перемена в настроении очень настораживала и немного пугала. Похоже гипотетическая дырка во лбу его совсем не напрягала. Конечно, угрожать пистолетом, возможно слишком, но Юнги хотел поскорее закончить с этим цирком и вернуться к своей рутине, где не существует Пак Чиминов, мафий и душевных переживаний. — Чимин, я не собираюсь играть в твои игры. Ответь на мои вопросы и мы мирно расходимся, иначе я застрелю тебя на месте. — Да брось, — это еще больше раззадорила Чимина. — Во-первых, мы оба знаем что ты не выстрелишь. — Юнги поджал губы, потому что да, не выстрелит. А может и нет. Тут как повернется ситуация. — Во-вторых, дуло пистолета меня уже давно не пугает. Но хорошо, я отвечу на твои вопросы. — Чимин явно что-то замышлял. Но Юнги не заботился об этом, его интересовали только ответы. — Отлично, почему я не должен брать это дело? — настойчиво спросил Мин. Прошлый ответ его не удовлетворил. — Я уже ответил. — пожал плечами Пак. — Хорошо, — протянул Юнги — Мы вернемся к этому позже. Ты следил за мной? — Да. — все так же легко ответил Пак. — Зачем? — Юнги не понимал, что происходило в голове у Чимина. — Потому что беспокоился о тебе? — в тон ему вторит Пак. — Хорошо, — снова недоверчиво протянул Мин — Если ты следил за мной, тогда почему не появился раньше? Почему бросил? — эти вопросы были самыми важными в жизни. Ему было плевать, что изначально он собирался узнать лишь о деле, а личную жизнь отбросить на второй план. Чимин тяжело вздохнул а взгляд из игривого превратился в стальной и уставший. Он на секунду прикрыл глаза, после чего резко схватил Юнги за руку выбивая пистолет и заводя ее за спину, пригвоздив его щекой к стеклу. В машине это было сделать довольно проблематично, но у Чимина получилось. Юнги от неожиданности вскрикнул. — Я понимаю, что доставил тебе слишком много боли, — раздалось грозный шепотом возле уха. Мурашки побежали по спине. — Но сейчас я повторяю, что на эти вопросы не могу дать ответ. Только после того, как все устаканится, когда дело закроют и эти придурки перестанут пытаться захватить пол города. — ничего не понимающий Юнги не рыпался пытаясь вслушиваться в слова, а не думать о том, какой же сексуальный голос у Чимина и как сильно его хочется поцеловать. — Сейчас тебе придется играть по моим правилам, если хочешь узнать почему я так поступил, то прошу тебя, — умоляющим голосом сказала Пак. — Доживи до этого момента. Все что я тебе сказал о мафии правда, мне не смысла тебе врать. — Допустим, я соглашусь. Что мне нужно сделать чтобы это прекратить? Если откажусь я, то возьмется кто-то другой, соответственно убьют его. — Мне нужно время. Я не думал, что дело пойдет в ваш отдел. Мне бы было наплевать на кого-то другого. Думал, что успею взять ситуацию под контроль, но не рассчитывал на то, что первым кто возьмет это дело, будешь ты. — обреченно выдохнул Пак. Не подходящая ситуация, но чужие слова согревали душу. Какая же ты все-таки сука, ебаная любовь. — Ты должен понимать как все это абсурдно звучит. Именно поэтому я не могу поверить в твои слова. Я не смогу с бухты барахты отказаться от дела, потому что это моя прямая обязанность. Но если ты так настаиваешь, я буду чрезмерно аккуратен. Обещаю. — Чимин за его спиной обреченно вздохнул отстраняясь. — Если ты сдохнешь, я клянусь богом, что спущусь за тобой в чертов ад и убью. — проведя ладонями по лицу Пак завел машину выезжая на трассу. — Если ты позволишь, хочу угостить тебя обедом, раз наш разговор так быстро закончился. — Позволю, слишком много моей энергии ушло, чтобы я смел отказать. — вальяжно раскрываясь на сиденье заявил Юнги. Он решил чуть позже подумать о том, где Чимин научился самообороне. — И вообще, почему сразу в ад? Вариант рая не рассматривается? — Юнги поддался спонтанному чувству продолжить диалог. Все же, не чужие друг другу люди. Чимин перевел скептический взгляд на Юнги, а после снова на дорогу. — Ты — Мин Юнги, и этого уже достаточно, чтобы не пускать тебя в рай. — Юнги не удержался от рвущегося наружу смеха. Ему так чертовски не хватало Чимина. Его эмоциональности в моментах, его легкой улыбки, что так преображала серьезное лицо превращая парня в один комок света. Ему так хочется увидеть ту, прежнюю, искреннюю, открытую улыбку, хотелось услышать заразительный смех. Юнги хотелось почувствовать, что Чимин снова рядом. Как раньше.