Ода нашей любви

Мой звонкий смех прошелся по всему дому, раздаваясь эхом. - Ну надо же, ты знаешь такие слова? – саркастически изогнув брови, проговорила я. - Не только слова, я это могу еще и чувствовать! Я засмеялась еще больше, а он, не теряя времени приблизился ко мне. Когда я, практически, дышала ему в грудь, смех исчез. - Давай закончим этот спектакль, - сказала я, когда он подошел еще ближе и практически дышал мне в губы, одаривая их теплым и таким долгожданным дыханием,- давай разведемся. - Нет, - сказал он, специально сильно выдохнув, щекоча дыханием губы. Поджав губы, я отвернула лицо в сторону. Влад резко перехватил мой подбородок и повернул мое лицо, заставляя смотреть в глаза. - Запомни, моя дорогая, можешь делать что хочешь, как хочешь, где хочешь, но развода ты не дождешься, - прошипел мне в губы, не отрывая взгляда он. - Отлично, тогда ты не будешь против, когда я приведу сюда любовников, - на этой фразе, его пальцы сжали подбородок еще сильнее, заставляя поморщила от дискомфорта. - Только попробуй, напомнить тебе, чем это закончилось в Мексике, хочешь повторить? - продолжил он говорить, приближаясь на опасно близкую дистанцию, - только имей ввиду, если тот паренек ушел домой живым, я не обещаю, что из нашего дома не придется выносить труп. На этих словах в глазах промелькнул страх, страх от того, что я это просто на просто представила. Тяжело выдохнув, я попыталась вырваться из его хватки, но никак. Он словно дикий лев, загнавший в угол косулю. - Дай. Мне. Развод, - устав бояться, чеканила я каждое слово, смотря прямо ему в глаза. Он снова сжал челюсти, давая взглянуть на очертания его лица. Тяжело задышав, он практически припал к моим губам и прошептал прямо в них. - Нас сможет разлучить только смерть. После этих слов, он резко припал к мои губам. Влад целовал напористо, страстно, как и присуще ему. Сердце трепетало, а вот разум не смог смириться с таким исходом. Я начала выворачиваться, пыталась отпрянуть, била кулаками по его плечам, спине, груди. Но чем больше я вырывалась, тем больше он злился. Подхватив меня под бедра, он понес меня, выбивающуюся в спальню. Как только он переступил порог нашего бывшего супружеского ложа, я стала выбиваться еще больше. Он повалил меня на кровать, переходя губами ласками на шею, ключицу. Я упрямилась и кричала в его руках. - Нет! – кричала я, - не трогай меня, ты мне противен, ты же животное, которому на все плевать! Он резко застучал кулаком по кровати, прямо у моего лица, что заставило меня успокоиться и замолчать. - Животное? – уже перешел на крик он. – Думаешь я ни о чем не жалею. Думаешь мне легко осознавать, какой я был сволочью? – его лицо начало обретать легкий красный оттенок, что говорил о его внутренней злобе, но уже на себя самого. – Думаешь мне было легко, узнать о смерти ребенка, не зная о его существовании. На последних словах он тряс меня за плечи. На моих глазах выступили слезы. Матерясь, он снова ударил по кровати и резко встав, вышел из комнаты, громко захлопывая дверь. *** Мужчина стоял на балконе с сигаретой в руках, которые изрядно трусились. Поднося дымящуюся трубку к губам, судорожно вдыхая и выдыхая ядовитую струйку дыма. - Думаешь мне легко было тебя отпускать? – в тишину полушепотом проговорил он, сжимая еще горящую сигарету в руках, обжигая кожу. «Судорожно одеваясь, матерясь и крича на секретаршу мужчина пытался застегнуть пуговицы. - Катя! – кричал он, выбегая из кабинета. - О, Влад, а где Катя, - он услышал едва знакомый голос, на обладательницу которого не сразу обратил внимания. Зарывшись руками в волосы и потершись о них, он судорожно выдохнул. Из дверей выбежала запыханная и потрепанная секретарша. Александра резко, поняв что произошло, побежала вниз, в надежде нагнать подругу, которая испытала, самую жестокую шутку красивой, по ее мнению, жизни. Уже десять ночи, ее не было дома. Сидя за столом, на котором он хотел увидеть изобилие блюд, приготовленных его женой, но увы, сейчас на нем стояла лишь бутылка виски и стакан, меньше, чем на половину наполненным янтарной жидкостью. Обзвонив всех знакомых и всевозможных свидетелей, ответы не менялись, ее никто не видел. Выпив залпом остатки виски, он услышал вибрацию телефона. Незнакомый абонент: - Фирсов Владислав Викторович? - Да. - Фирсова Екатерина Андреева ваша супруга? – сердце мужчины пропустил удар.  - Да. - У нас плохая новость, ваша жена попала в аварию. Спеша по коридорам больницы, Влад искал нужную ему палату. Из неё вышел врач и руками показал, что внутрь нельзя. - Здравствуйте Владислав Викторович, состояние вашей супруги стабилизировалось, однако есть повреждение в поясничном отделе спинного мозга, а также сотрясение мозга, - мужчина, с виду суровый и сильный, присел на скамью, из-за неожиданно ватных ног, - к сожалению ребенка спасти не удалось, а так же имеются трав…. - Ребенок? – осознав, сказанные врачом фразы, Влад поднял недоумевающий взгляд на врача. - Да, ваша жена была беременна.» Выкинув остатки сигареты в пустоту, он вошел в дом. Когда мужчина зашел в комнату, увидел женщину, которой сломал жизнь и которую так хотел спасти от своих же совершенных ошибок. Она сопела на его кровати, нет на их кровати. За все эти полгода он ни разу не был с другой. Все произошедшее тога, полностью поменяли его ценности и смысл жизни. Смысл, который был лишь в ней. Я проснулась из-за насыщенного запаха кофе. Встав с кровати я обнаружила на себе плед. Осмотревшись, я ужаснулась, осознав, что заснула в ненавистной мне комнате. Видимо, действие успокоительных. Босиком я вышла из комнаты. На кухне обнаружила Влада, который варил кофе и разливал его в две чашки. На столе также стояла тарелка с тостами. Увидев меня, Влад неуверенно улыбнулся. - Добро утро. – Произнес он, поставив чашку кофе на стол, напротив меня. - Доброе, - кивнула, осмотрев его. Синяки под глазами. Не спал. Странно прошло полгода, но такое ощущение, что ничего не изменилось. Я хотела продолжить так думать, даже улыбнулась. Но улыбка пропала, стоило мне вспомнить самые страшные моменты. Мы молча пили кофе. Никто не решался ее нарушить. Так и не притронувшись к тостам. Влад допил кофе и кинув тихое «Я в офис» ушел. Я же так и осталась сидеть за столом, смотря в одну точку, ею оказалась кружка, с которой недавно он пил кофе. После того, что произошло ночью, меня мучали разные мысли, разные чувства сейчас переполняли меня. Любовь к нему, ненависть, тоска. А из мыслей было лишь одно – эгоистка. Я вела себя эгоистично, когда думала, что потеряла только я, однако эта мысль сразу же отпала, как только ей на смену пришла другая «В этом виноват он!» Весь остаток дня я была занята приготовлениями к похоронам. Разговоры с дальними и некоторыми незнакомыми родственниками. Влад присоединился к нам лишь поздно вечером, чтобы забрать меня из отцовского дома. Ехали мы молча. Странно, сегодня никто ничего никому не говорит. Видимо оба были обессилены морально. - Во сколько похороны? – разрушил тишину Влад, подъезжая к дому. - В девять. В доме мы оба занимались своими делами – я готовила, Влад в своем кабинете сидел за ноутбуком. Когда еда была готова я пошла звать его поужинать. Постучав в дверь, тихо зашла к нему в кабинет. - Я ужин приготовила, - тихо произнесла, не осмеливаясь посмотреть ему в глаза. - Спасибо, я не голоден. Его слова заставили на него посмотреть. Он подпер голову рукой, что-то нахмурившись рассматривая в экране монитора, не нужно гадать, что это были какие-то документы. Я сделала шаг вперед, осматриваясь. На стене висела наша свадебная фотография. Он держал меня на руках, мы смотрели друг на друга и улыбались. Тепло пронеслось по телу. Воспоминания нахлынули. Они остановили мое время. Они дали разлиться теплу по телу от приятных моментов, ведь, если сказать, что вся жизнь с ним была адом - ложь. Когда омут мыслей меня отпустил, я только тогда почувствовала его руки на своей талии. Он меня обнял. Я опешила, начала вырываться и старалась убрать его руки, но он лишь сильнее обнял. - Прошу, - прикрикнул он, когда я интенсивнее начала продолжала уходить из объятий, - прошу постой так несколько минут. - Влад, прекрати. – Устало проговорила я,- уже ничего не вернуть. - Я знаю. – его грубый бас резко вонзился в уши. – Я не пытаюсь вернуть, но и потерять не хочу. Он развернул меня к себе. Взял лицо в руки и прижался своим лбом к моему. - Я лишь хочу начать заново. Прошу дай мне шанс. Я был сволочью, последней сволочью. Но то, что с нами случилось, поменяло меня, я уже не тот. Я дотронулась ладошкой до его руки и вздохнула. Сжав его руку, заставив ее отпустить мое лицо. - Я не хочу ничего нового. – смотря в его голубые глаза, в которых читалась горечь. – Я хочу развод и новую жизнь, без тебя. Я отошла от него в сторону выхода. - Ужин на столе, если не хочешь, можешь поставить в холодильник, а можешь выкинуть. - Кать, я хочу измениться в лучшую сторону, прошу дай мне шанс, последний шанс. - Какой шанс, Влад, из-за тебя я была на грани жизни и смерти, я могла остаться инвалидом, - сорвалась я на крик, - из-за тебя я возможно не смогу иметь детей, а ты мне говоришь о каких-то шансах? Он посмотрел на меня с последней надеждой в глазах. Но мои слова их не оправдали. Он выпрямился, вдохнул и теплый взгляд стал жестким. Я же ушла в свою комнату. Похороны прошли тяжело. Я отпускала единственного родного человека, который был со мной до конца. Влад ходил весь день за мной тенью. Вот и покинул меня еще один родной человек. Я чувствовала себя разбитой. Еще больше становилось хуже из-за слов врача который не давал шансов обрести моего личного родного человека: «Екатерина Андреевна, к сожалению, шансы зачать ребенка у вас очень малы». После похорон, все гости и родственники, направились в дом отца. Мое внимание все время привлекала неизвестная женщина в черном. Она была статной, губы покрывала красная помада и взгляд, в котором читалось ликование. Странная. - Сейчас мы поедем в дом твоего отца, дождемся нотариуса с завещанием, - изредка поглядывая на меня, говорил Влад. – После посидим там, а затем поедем домой. Я ухмыльнулась, глядя в окно, всегда решает он. Ничего не ответив, я тяжело вздохнула, удобнее устроилась в кресле. В гостиной стояло напряжение, гости побрели в свои комнаты, отданные им на время прибывания в Москве. Остались лишь я, Влад и родственники. Все с нетерпением ждали нотариуса. Мое внимание снова привлекла женщина, которая не давала мне покоя на похоронах. Она стояла в углу комнаты, поглядывая в окно и прикрывая лицо шляпой. Наконец зашел Игорь Валентинович – личный нотариус моего отца. Сел в кресло напротив нас, открывая папку, с документами, из которой достал одну бумажку. Прокашлялся и начал пробегать по тексту глазами, затем зачитал вслух. После прочтения основной части, дело дошло до оглашения имени получателя наследства: - Мария Александровна, - проговорил Игорь Валентинович, поправляя очки на носу, посмотрев в сторону незнакомки. Она же, победно улыбнувшись, направилась в нашу сторону, взяв в руки документ. Я встала и посмотрела на нотариуса взглядом недопонимания, который он понял: - Мария Александровна – любимая женщина вашего отца, - на его словах женщина с улыбкой протянула мне руку в знак приветствия. Я же, опешив посмотрела на тетю Валю, которая опустила взгляд в пол, на Влада, который поджал губы, но резко вернул себе былую уверенность во взгляде. - То есть, вы хотите сказать, что я одна ничего не знала?  - спросила я всех находящихся в комнате, - человек, которого я никогда не знала и не видела, получает все. Начиная от жилплощади, заканчивая бизнесом. - А откуда тебе знать обо мне, ты же развлекалась в Мексике, тебе не до отца было, - ядовито прошипела мне она, смотря прямо в глаза с вызовом, - хоть бы раз позвонила. Кинула она шепотом, но так чтобы я услышала, смотря на документ и улыбаясь. - Ну что ж, я никого не выгоняю, все могут остаться в доме на неопределенный срок, я еще официально не хозяйка, - горда подняв голову громко сказала она, - прошу всех к столу, помянуть усопшего. Мне стало противно от нее, поминать она будет, как же. Такой счастливой на похоронах не бывают. Сжав кулаки, я в последний раз осмотрела всех присутствующих людей в комнате, стыдливо опустивших взгляды и лица. Выдохнула, выбегая из дома. - Поехали домой, - тихо проговорила я Владу, который пошел сразу за мной. - Нет, мы останемся, - жестко проговорил он. Дрожь в теле усилилась, я обняла себя руками. - Я приготовил тебе сюрприз, - тихо произнес он, кивая в сторону головой, чтобы я обратила туда свое внимание. Я увидела Сашу с мужчиной идущих под руку и ее маму. Она подбежала ко мне сразу же обняв. Что меня успокоило и снова пробило на дрожь, но уже от счастья. Отойдя, обняв за плечи и осмотрев меня сверху вниз, Саша улыбнулась: - Я так соскучилась, подруга, - проговорила она, отходя. Я только сейчас заметила, что у нее слегка округлившийся живот. Она с нежностью смотрела на меня, но как только с ней поздоровался Влад, улыбка с ее лица пропала. Не обращая на него внимания, она попросила незнакомого мужчину подойти: - Позволь тебе представить - это мой муж – Максим, - обнимая мужчину под руку проговорила она. Я приветственно улыбнулась и поклонилась, в ответ на приветствие Макса. - Очень приятно, - проговорила я. Влад же просто пожал ему руку и призвал всех проходить. Пересилив себя, я вошла в столовую и заняла стул рядом с Владом и Сашей. Руки затряслись то ли от злости, то ли от волнения, но Влад сразу же взял меня за одну из них и сжал. В ответ на его жест по моему телу прошлось тепло. Сердце пропустило удар. Я почувствовала себя маленькой девочкой, за которой приглядывает строгий мужчина, которого она любит и боится одновременно. Видя восхищенные взгляды родственников от нашей пары, я не стала ее вырывать и в какой-то момент, я словила себя на мысли, что благодарна ему. За поддержку? Когда прошло время официальных прощальных тостов все стали разговаривать друг с другом на бытовые темы. В какой-то момент все начали поздравлять Сашу и Макса с ожиданием первенца, что заставило меня улыбнуться, но в какой-то момент мама Саши произнесла: - Катюш, а когда у вас уже детки будут? В горле застрял ком. Снова нахлынули воспоминания и вперемешку с пережитым сегодня, тело снова затрясло с двойной силой. Из глаз пролилось пару слезинок. Влад сильнее сжал мою руку, что пробудило меня. - Прошу меня простить, - прочищая горло от кома, произнесла я, выходя из-за стола, направляясь в сторону ванны. Открыв кран с водой, я промывала лицо водой, пытаясь прийти в себя. В дверь постучались. Я открыла ее и увидела Влада. - Я попрощался со всеми, поехали домой, тебе нужно отдохнуть. Нервно сжав полотенце, я грустно улыбнулась. Снова, снова он решает все за меня. Но в данный момент, я не видела смысла оспорить его решение. Как только я переступила порог дома, я сразу же заперлась в ванной, где позволила себе выплеснуть все эмоции. Я кричала, била себя в грудь, чтобы убрать из себя эти чувства, что душили и скребли кошками изнутри. В дверь снова стучали, но я знала кто там и не хотела открывать. - Катя, открой дверь! – грозно проговорил он. Снова стук, уже сильнее. - Открой! – крикнул. – Я ее сейчас снесу! Но все его слова я не воспринимала всерьез, продолжала изливать душу, отражению в зеркале. Через некоторое время, дверь отворилась, он ее выломал. В ванну зашел разъяренный Влад, который исподлобья смотрел на меня и тяжело дышал. - Я же сказал открыть! – крикнул он в мою сторону. Я всхлипнула, прикрывая рот рукой, отходя от него. Но его это не испугало, он резко подлетел ко мне, затем поднял меня на руки и занес в душевую кабину, которую закрыл, чтобы не выпускать меня, в то время как я вырывалась из его объятий. Он включил воду, позволяя каплям намочить одежду. - Смотри на меня, - схватив меня за лицо, говорил он. Но я не смотрела, не хотела, не могла.  Разозлившись и рыкнув, он словил своими губами мои, сплетая их в жарком поцелуе.