christmas miracles

      Вокалистом группы быть далеко не просто, и Джуши понимает это на своём опыте. Ежедневные вокальные тренировки изнуряют — ведь ты должен петь равномерно, так, чтобы никто не заподозрил, что шикарный низкий голос — не природный дар, а аккуратно выверенная до мелочей собственная фишка Аимоно Джуши, 14th Moon. На сцене надо уметь держать себя в руках, не показывать слабостей людям, знающих тебя с другой, ненастоящей стороны. В конце концов, в музыкальном бизнесе надо хвататься за любую возможность выделиться на фоне конкурентов, показать себя самой яркой звездой в россыпи созвездий на небесах. Слабый человек бы не зашёл так далеко, сдал бы позиции, отказался бы от борьбы за славу.       Но Джуши не слабый, у него девиз такой — никогда не сдаваться, и от своего жизненного принципа он не отходит ни при каких обстоятельствах.       Наверное, во многом благодаря этому у ArgoξOrchestra наконец-то появляется шанс вырваться на большую сцену, пусть пока и только на разогреве у более популярной и большой группы.       Их продюсер зачитывает электронное письмо с трепетом, будто бы не веря, что у музыкантов получилось зайти так далеко. Джуши лишь самодовольно ухмыляется, вновь закрываясь за крепкими стенами более уверенного себя, и отправляет участников репетировать к концерту. Сам же вокалист направляется к выходу, даже не пытаясь унять счастливую дрожь.       У него есть дело поважнее.

***

      — Хитоя-сан! Хи-то-я-сан!       Адвокат вздрагивает, резко оборачиваясь на звук голоса бегущего ему навстречу Джуши. Парень, кажется, вне себя от счастья: на лице красуется столь прекрасная улыбка, и сам Аимоно выглядит как щенок, готовый с минуты на минуту взорваться от нетерпения и бьющей ключом энергии. Амагуни позволяет мягкой усмешке скользнуть по губам, но всё равно тут же одёргивается и кивком приветствует возлюбленного.       — А, Джуши. Удивительно, но сегодня ты вовремя... Ты хотел что-то обсудить, судя по твоему виду?       — Хитоя-сан, ты не поверишь! Представляешь, ArgoξOrchestra пригласили на Рождественский лайв в качестве выступающей группы! Скажи же, что классно, а? Поверить не могу, что нас наконец-то признали! — несмотря на высокий рост, Аимоно радовался совсем как маленький ребёнок. Адвокат на бурную реакцию музыканта лишь добродушно улыбнулся и провёл рукой по двухцветным волосам.       — Хорошо постарался, Джуши. Ты так вырос, и ты без сомнения заслужил это.       — Ха-а, спасибо-спасибо-спасибо, Хитоя-сан! — Джуши с силой налетел на Амагуни, чуть не сбивая того с ног, и крепко его обнял. Хитоя, сначала опешивший, всё же обнял возлюбленного в ответ. — Хитоя-сан... Ты же придёшь на лайв? — Аимоно отстранился, всматриваясь в глаза собеседника, и адвокат не смог позволить себе отказать жалобному выражению лица.       — Конечно приду. Ты же знаешь, что я всегда тебя поддержу, — и лучезарная улыбка Джуши, согревающая даже на холодном декабрьском ветру, вновь напоминает Хитое о самом главном.

***

      Последние дни перед концертом выматывают как физически, так и морально. На плечи Джуши ложится целая гора обязанностей, с которыми не справляется даже их продюсер: организация репетиций, проведение тренировок, время от времени — даже обсуждение важных вопросов с менеджерами лайва. Ту песню, что они будут исполнять, музыканты отполировали до идеала, и даже их студийная запись не звучит настолько гармонично и синхронно, как то, что выходит в итоге у них. Дальше дело только за самим Аимоно — ведь голос солиста — визитная карточка группы, цепляющая слушателя с первых слов. Впрочем, Джуши считает, что у него получается неплохо, и что в исполнении не хватает лишь парочки финальных черт. На генеральной репетиции выдавая то, что он хочет слышать, вокалист лишь на секунду отвлекается от практики, спеша прочитать сообщение от человека, чьё присутствие на концерте он считал истиной непреклонной, веря в данное обещание.       "Джуши, прости, пожалуйста, сегодняшнее заседание перенесли на завтра, я совсем не смогу успеть на твой лайв. Прости ещё раз."       Телефон падает на стол с звонким клацаньем, и Аимоно чувствует себя вновь таким одиноким и преданным.

***

      Наконец, наступает день концерта, но Джуши уже совсем не уверен в своей способности не подвести группу. Гитарист обречённо вздыхает, а басист ободряюще хлопает по плечу, но настроение у Аимоно всё равно паршивое. Музыканты вновь прогоняют песню в последний раз перед выходом на сцену, и солист не может не скривиться, слыша свой внезапно глухой и безжизненный голос. Барабанщик как-то пытается разрядить обстановку, но времени катастрофически не хватает: за кулисами уже их ждут.       — А дальше на сцене — молодая, но уже столь многообещающая группа — ArgoξOrchestra! Поприветствуем же их аплодисментами!Под оглушительный рёв толпы Джуши выводит участников своей группы на сцену, и, пока музыканты настраивают инструменты, подходит к микрофону и окидывает взглядом зрительный зал.       Знакомых кофейных волос он не видит.       Аимоно Джуши молчит.

***

      Столь ужасное и запутанное дело, в принципе, было не таким уж и сложным — стоило Амагуни надавить на "потерпевшего" чуть сильнее, чем все остальные в зале суда, как тот сразу же начал путаться в показаниях, не сумев предоставить внятных доказательств вины подсудимого. Однако, пусть заседание и прошло быстрее, чем ожидалось, на концерт Хитоя без сомнения опаздывал, молясь на то, чтобы группа Джуши вышла чуть позже.       "Только бы успеть, только бы успеть," — про себя думал адвокат, хмуро выбегая из такси и направляясь к концертному залу. Не глядя кинув свой билет на контроле, Амагуни, ловя ртом воздух, буквально ввалился в просторное помещение, сразу же устремив взгляд на человека, стоящего посреди сцены. На Джуши не было лица, и парень молчал: редкое явление перед живым выступлением. Мелодия уже набирала свои обороты, когда глаза Аимоно встретились с глазами Хитои. Адвокат одними губами извинился, и вокалист переменился в лице и, самодовольно усмехнувшись, схватился за микрофон.

***

      — Ты всё-таки пришёл.       Хитоя вздрогнул, выпуская зажжённую сигарету из рук, когда после выступления за его спиной раздался тихий, но всё такой же звонкий голос. Аимоно Джуши собственной персоной аккуратно приобнял руку возлюбленного, беззащитно кладя голову на плечо, несмотря на разницу в росте. Амагуни лишь пригладил пушистые чёрно-жёлтые волосы, от теплоты и уютности момента прикрывая глаза. Так, в тишине, наслаждаясь друг другом, пара стояла ещё долго, пока взволнованный Джуши не выхватил из кармана куртки телефон, смотря на время.       — Ой, мы почти пропустили Рождество! Хитоя-сан, смотри, осталось-то всего ничего!       Адвокат лишь мягко хихикнул, опираясь на стену, и устремил взгляд в небо. Ответом неба был мягкий пушистый снег, начавший заваливать их двоих.       — Выглядит волшебно... Хитоя-сан, так это и есть оно? Рождественское чудо?       На столь детский вопрос Амагуни лишь тихо засмеялся, располагаясь так, чтобы видеть лицо Аимоно. Взяв парня за руку, чтобы привлечь его внимание, старший мужчина набрал побольше ледяного воздуха в лёгкие.       — Знаешь, Джуши... Почему я сегодня пришёл? Понимаешь ли, я абсолютно ненавижу и презираю две вещи. Первое — работа в Сочельник. Второе — расстраивать близких людей, нарушая данные обещания. Понимаешь?       Вокалист уставился на Хитою, переваривая услышанное и пытаясь понять, чем он заслужил такое. Улыбнувшись как маленький счастливый ребёнок, Аимоно наклонился к возлюбленному, погружаясь с головой в поцелуй и не замечая пиликающего телефона. Наконец закончив начатое, пара смеётся, продолжая стоять под ослепительно белым снегом и думая о том, как им повезло в этой жизни найти друг друга.       — С Рождеством, Хитоя-сан!       — С Рождеством, Джуши.