Сдвиг в область снов

И вновь, уже четыре грёбанных дня ничего не получается! Нет, я всё понимаю, сбитый график сна, непривычная поза и всё такое, но должно же это хоть как-то работать! Я по пять-десять минут валяюсь в шавасане, полностью расслабленный, и раз за разом считаю до сотни, представляя, что вот он я, в Хогвартсе. Причём сказать, что я плохо воображаю, будет несколько несправедливо: шорох ветра, пощипывающий кожу лица морозец, переливы сверкающих на солнце снежинок, голубизна неба, тёмный костюм и тёплые ботинки. Меня хватает, чтобы представить это всё разом, но время от времени один-два пункта выпадают, или же я заменяю их на Филча с его бормотанием о распорядке дня. Да, ощущения только процентов на тридцать соответствуют реальным, но ведь и во сне примерно также, разве нет? Обобщим, я немного зол, самую чуточку… Ух, как же я горю! Контрастный душ и в кроватку, хрен с этим Хогвартсом — сегодня просто спать, причём пораньше и подольше. Хочу упомянуть, что с персонажами я немного ознакомился, как и с местной магией. Трындец, скажу я вам, особенно зелья! Я не знаю, как будет действовать амортенция и её аналоги на моё сознание во сне, но проверять как-то не хочется… Спокойная ночь, ничего не снилось, обычное утро, дневные заботы, тренировка, вот и близится очередной вечер. Уже лёжа в кровати решил заглянуть, что нового появилось почитать за последний месяц. Попал на безумный кроссовер Гарри Поттера и Вархаммера. Я ко многому был готов, но к такому… Ладно, два часа ночи — это два часа ночи, но совсем не повод пропускать очередную попытку забуриться в зимний Хогвартс. Переворачиваемся на спинку, расслабляемся, начинаем счёт и фантазирование на темы Хогвартса: раз, два, три, … сто-о-о…

***

Летнее утро, светает, прохладный, чуть влажный воздух освежает лицо. Иду по коттеджному посёлку, построенному в типично английском стиле. Вдруг раздаётся несколько хлопков. Что это? Прозвучало слева-сверху, весьма громко, чем-то напоминает пневмат… Шмяк. Какого х…а? Отпрыгиваю к кустам магнолии и оборачиваюсь. На дороге лежит существо, отдалённо похожее на гибрид птеродактиля, совы и летучей белки, истекая гноем и кровью. Пипец… В это время от дома, со стороны которого раздавались хлопки, послышался звук открывающейся двери и шаги. Шли явно два человека, большой и маленький: я слышал редкие грузные шаги и значительно более лёгкие, семенящие. К сове подошли крупный усатый мужчина с монтировкой в руках, и вслед за ним мальчик, лет десяти-двенадцати на вид, с пневматической винтовкой в руках. Их лица выражали смесь удивления и отвращения, с небольшой щепоткой страха. Обсуждая происходящее, они не заметили меня, привалившегося к кустам и тихо охудевающего от происходящего. Но вот мужчина отправляет ребёнка домой сообщить о произошедшем другим жильцам, как сам поворачивается в сторону дома и замечает меня. — Ты кто, мужик, и что тут делаешь? — спросил он с подозрением в голосе, — я тебя в нашем городке никогда не видел. — Я не местный, здесь вообще проездом оказался, иду себе, гуляю, никого не трогаю и вдруг слышу хлопки, а потом эта хреновина чуть ли не на меня падает… — всё ещё в некотором шоке отвечаю на его вопросы, — у вас такое норма? Что это вообще за фигня? — продолжаю, но уже на тон выше. — Эк тебя накрыло! Ну что тут сказать, я сам в несколько удивился, когда эту тварюшку увидел, хотя довелось мне повоевать… Слушай, пойдём к нам, отойдёшь чутка, а я в полицию позвоню, там, в службу отлова животных, пускай они разбираются. — неожиданно предложил мужчина. — Спасибо! Чёрт подери, мне сейчас действительно нужно немного прийти в себя! Мужчина подошёл ко мне и протянул крепкую мозолистую ладонь, помогая подняться: «Вернон Дурсль». Принимая руку помощи, я тоже представился: «Мэтью Карлсон. Очень рад знакомству!». Между делом, по пути к дому, Вернон попросил меня не упоминать о пневматике в руках племянника, а наоборот, сослаться на него. В доме же за столом сидели два пацана и дольно худая высокая женщина с бледным лицом. Мистер Дурсль представил меня собравшимся и пошёл звонить в полицию. Женщина, назвавшаяся Петуньей, заварила всем чай и накапала немного бренди для Вернона. Вскоре хозяин дома вернулся, и мы начали пить чай. Повисла неловкая тишина. — Знаете, я неплохо знаком с биологией, с генетикой, видел всякое в анатомических музеях, но такого никогда! — предпринял попытку разбавить тишину я, — у этого существа помимо крыльев ещё четыре лапы, но это совершенно ненормально для крупных животных, как с точки зрения эффективности, так и по происхождению — как показывает наука, все мы происходим от предка с четырьмя конечностями. Единственный вариант, который я могу предположить — это сиамские близнецы, но нет, не похоже, да и для птиц совсем не характерно… — Да что вы всё про эту птицу, лучше расскажите откуда в наших краях, как в Англии оказались? — решила перевести разговор на другую тему Петунья. Так мы болтали, попивая чай, пока не приехала полиция. Они приехали весьма быстро, окружили то место ленточками, взяли у нас показания. Затем прибыли люди в костюмах биологической защиты (они же противочумные), взяли пробы воды, воздуха, оставили номер, попросив связаться при изменениях в самочувствии, а также соблюдать изоляцию в течении пары дней. На моё замечание, что живу я в Лондоне, настоятельно попросили дом не покидать, предварительно уточнив у Дурслей, что особых проблем с этим не будет. Их коллеги в это время куда-то дели тушку причины наших злоключений. Потом началось что-то совсем странное: на смену людям в стильных костюмах, приехали люди в не менее стильных костюмах, но в этот раз с цистерной какой-то химической дряни и обработали дорогу, да так, что аж трава на газоне пожухла; затем приехали строители и, сняв большой пласт дорожного покрытия и положив новое, уехали уже ближе к вечеру. За эти часы я неплохо успел познакомиться с коллегами по несчастью. Оказалось, Вернон десять лет назад ушёл с военной службы, поднакопив капитал, чтобы основать свою фирму, а потом им непутёвые родичи подкинули племянника, ничего не сказав. А племяш-то оказался крут! Не по годам умён, победитель олимпиад — гордость семьи и учителей. Солнце клонилось к горизонту, тревожно пели сверчки. Все в доме нет-нет, да и поглядывали на небо. Тут Гарри, взглянув в окно, схватил лежащую рядом пневматику, но не успел даже прицелиться, как раздался выстрел от кого-то из соседей. Народ потянулся на чердак. — Парень, стрелять умеешь? — спросил Вернон, доставая оружейный ящик из чулана. — Из пневматической стрелял, не снайпер, но весьма неплохо, из настоящего оружия — нет. — Хммм, да и фиг с ним, подойди, если ещё полетят. Я выдам что-нибудь и по началу присмотрю, чтобы не убился. Но об этом ни слова! — не это я ожидал услышать, совсем не это. Мне вручили цинк патронов и отправили на чердак. Через минуту подошёл и глава семейства с небольшим арсеналом в руках. Вдруг с улицы послышался ещё один выстрел. Дадли, сидящий у окна, повернулся к нам, бледнея на глазах, и прошептал: «Их там под сотню…». Вернон, не сдержав крепкого словца, выдал пистолет жене и по спортивной магазинной винтовке двадцать второго калибра ребятам. Посмотрел на меня, о чём-то задумался и выдал такую же винтовку, как пацанам. — На людей не направлять, на дома не направлять, когда закончите стрелять и перед перезарядкой, убедитесь, что оружие разряжено и стоит на предохранителе. Вот предохранитель, так переключать, перезарядку сейчас продемонстрирую, — мы слушали со всем вниманием, — все эти винтовки пристреляны на полсотни метров, падение на сотне около тридцати сантиметров. Я тихо охреневал, но старался запомнить, Гарри с Дадли пребывали примерно в таком же состоянии. Правда Гарри держался очень хорошо и, кажется, был даже более спокоен, чем мы с Дадли вместе взятые. Затем Вернон быстро нас опросил и отправил к окнам отстреливаться. Сначала под его присмотром, а затем и он сам к нам присоединился, откуда-то достав AR-15 с глушителем. В прицел эти мутанты выглядели не так страшно, а может просто я уже начал привыкать к происходящему вокруг безумию. Первые выстрелы ушли в молоко, но понемногу дело пошло, отстрелял первый магазин. За это время Вернон успел сбить десятка три-четыре «птичек», не сидели без дела и соседи, тушки сыпались с неба дождём, но казалось, что меньше мутантов в воздухе не становится. Вдруг кто-то коснулся моего плеча. Немного вздрогнув, я обернулся — Петунья протягивала мне полный магазин. Поблагодарив её, начал перезаряжать винтовку, мазнув взглядом по ребятам у соседнего окна. А они хорошо держатся, кажется им даже немного весело! Глаз зацепился за какую-то странность, но я не обратил внимания и, закончив перезарядку, вернулся к стрельбе. Всё вокруг затянуло сизой дымкой, кисло пахло сгоревшим порохом. Я уже морально начал уставать отстреливать этих мутантов, которых только становилось всё больше и больше. Из-за окна всё громче и громче начали раздаваться какие-то хлопающие звуки. Вернон прекратил стрелять, остановил меня и выглянул в окно. Впрочем, вскоре причина стала видна и мне — боевой вертолёт. Из него раздалось оповещение с просьбой для тех жителей, кто может, эвакуироваться, а тем, кто не может — спрятаться в подвале. При этом вертолёт, заходя снизу, пытался перемолоть как можно больше этих существ лопастями. Вдруг Вернон окликнул Гарри по имени, я тоже повернулся на этот звук, переводя оружие на предохранитель, и проверяя отсутствие патрона в патроннике. У Гарри из винтовки сочилась неясной природы розовая жижа, а сам же он, почти не переставая, жал на спусковой крючок. — Ты отстрелял уже около сотни выстрелов без перезарядки — сказала Петунья, когда тот повернул голову. Гарри опустил взгляд и сразу же отбросил оружие от себя. — Всё потом! Сейчас быстро грузимся в машину и валим отсюда, — взял слово глава семейства, — Мэтью, хватай вон тот цинк и в машину. Все держим оружие при себе, проверьте предохранители. Дадли, Гарри, проводите Мэтью до машины, я скоро буду. Петунья, ты с ними. Всё, побежали! До машины добрались быстро, буквально через минуту пришёл Вернон с ещё одним цинком. Амуниция отправилась в багажник. Ребята вместе с Петуньей сели на заднее сиденье, Вернон — за руль, а я — на переднее пассажирское. Заревел двигатель, начала открываться шторка гаража. Мы буквально вылетели с территории дома. Даже через закрытые окна до нас доносился хруст костей и отвратительный запах от тушек этих тварей, покрывающих всё вокруг. Вскоре птички заметили наш автомобиль, и не прошло и десяти секунд, как помимо фарша из-под лопастей вертолёта, на нас полетели ещё и живые мутанты. Они буквально облепили машину, и Вернону приходилось вести её практически в слепую, с чем он замечательно справлялся. Грянул гром, я выругался и… проснулся. Ещё минут сорок я просто лежал, смотря в потолок и пытаясь осознать, что со мной произошло. Нос всё ещё слышал запах горелого пироксилина, в ушах ревел мотор и грохали по крыше тушки «сов». Немного отойдя от всего этого, я перевернулся на бок, выключил телефон и провалился в тёмно-серую муть беспокойного сна. Да, у меня должна была состояться встреча в Скайп, но и фиг с ним! После такого просто необходимо проспаться. Встал с трудом, часам к десяти. Руки и спина чувствовались неважно, голова гудела, а перед глазами стоял этот безумный сон. После такого приключения, я зарёкся читать книги этого автора на ночь!