Kim Dokja's Birthday Week 2021

AU, Слэш Мало кто назвал бы это место полноценным убежищем. Всего три ряда стеллажей по семь полок легко просматривались. К тому же школьную библиотеку посещали часто, хотя мало кто задерживался в небольшом читальном зале с довольно старыми крепкими столами и даже четырьмя компьютерами, один из которых никогда не работал. Ким Докча же этого было достаточно. Регулярно занимая самое дальнее от входа место он ценил проведённое здесь время. Хотя, на самом деле было и более укромное место. Небольшая парта в самом углу комнаты за всеми шкафами. Позднее Ким Докча уверился что их жутковатый библиотекарь ранее просто использовал её как место для сна — небольшая подушка была спрятана сразу за стенкой шкафа. Не то чтобы он собирался это место занять изначально, вовсе нет. Просто однажды в глубине школьной библиотеки, он наткнулся на смутно знакомую книгу. Докча помнил что там был билет в страну, что стоил всех средств, которые были у главного героя — и только. Это была одна из тех немногих историй, которые он не перечитывал в детстве достаточно для того чтобы запомнить — когда его мать схватила его и убежала прочь, книги стали последним что бы она взяла с собой. Чувствуя скребущее чувство в горле, Ким Докча сам не заметил как открыл обложку. К тому моменту как он оторвался от книги, его глаза с трудом разбирали буквы. Именно до этого угла не вполне доставал верхний электрический свет, останавливаемый книжными полками. Сразу же после этого он наткнулся на очень внимательный но, казалось, пустой взгляд библиотекаря. Он действительно не помнил как оккупировал это место, увлекшись чтением. Покидал помещение он уже в спешке — тихий, неразговорчивый мужчина приводил в трепет многих впечатлительных учеников, а ему ведь казалось что он уже привык к его присутствию. После этого Докча не появлялся в библиотеке три дня — немыслимый срок для него. Когда он наконец осмелился вернуться и поискать прежнюю книгу, в ранее тёмном углу стояла небольшая лампа. Свет от неё был откровенно неприятным, белый, с синеватым подтоном — излишне резкий для чтения. Но это было лучше чем ничего. Таким образом, с молчаливого разрешения библиотекаря, это стало уже его местом. Докча постепенно начал помогать расставлять книги в необходимом порядке и неизменно находил на своём столе по экземпляру художественной литературы с каждого нового поступления. Даже если в библиотеке не оставалось книг по его вкусу, он всегда мог продолжить читать на своём телефоне. Их молчаливое соглашение было для подростка очень комфортным. Пусть библиотекаря не назовёшь душой компании, да и впечатление он производил пугающее — настолько что у непривычного по первости парня мурашки бежали от пустого, словно никогда не моргающего взгляда, зато тот никогда не спрашивал почему Докча задерживается в школе допоздна, не расспрашивал почему его мама не может прийти на собрание или почему он сидит в одиночестве, о чём порой любил поинтересоваться их классный руководитель, излишне дотошный по долгу службы. Всё здесь успокаивало: почти неслышный запах бумаги и типографской краски, еле различимые разговоры на фоне — никто бы не посмел поднимать шум, находясь под немерцающим взглядом мужчины над высокой стойкой. Даже ставшая дребезжать со временем лампа казалась уже чем-то почти родным. Конечно, кому-то надо было всё испортить. Сначала Докча даже не обратил внимания. Время от времени ученики подходили к дальним стеллажам в поисках литературы, ничего нового. Иногда Ким Докча даже подсказывал где должен стоять тот или иной том, если те не хотели или же опасались узнать это у сотрудника. Поэтому, когда он осознал что шорох рядом с ним продолжается слишком уж долго, Ким Докча оторвался от книги. В нескольких шагах от него парень без особого интереса перелистывал точно такую же книгу, как и у самого Докча в руках. Пока он пытался понять что тому нужно, ученик почувствовав взгляд, пристально уставился на него в ответ. Он чуть было не поёжился от неприятного, неожиданного внимания, но сдержался. Так как посетитель, казалось, не испытывает никаких проблем с поисками, Докча попытался вернуться к чтению, полностью того игнорируя. Юноша слышал тихое покашливание со стороны кафедры — их древний библиотекарь всё ещё был здесь, и он бы точно не допустил беспорядков на своей территории, бояться было определённо нечего. По-крайней мере пока. Докча действительно не знал что тому могло от него понадобится. Они были в параллельных классах и его имя то он запомнил только из разговоров не слишком тихих одноклассниц. Каждый раз, стоило Джинхъюку появиться в обозримом радиусе, кто-нибудь да начинал его приветствовать или обсуждать. Всю младшую и большую часть средней школы его самого сопровождали постоянные перешептывания, так что он знал это чувство. Даже если с переводом сюда это наконец прекратилось, даже если в его случае никто определённо не переговаривался о том какой он привлекательный и как здорово было бы с ним поболтать — и нет, он не вслушивался в разговоры о Джинхъюке, — постоянное внимание всё равно должно было изрядно раздражать. Он даже почувствовал к Джинхъюку мимолётную симпатию. Очень мимолётную. Несмотря на все свои трудности, тот мог выбрать другое место и другого человека, чтобы стоять у него над душой. На самом деле вряд ли тот действительно пришёл устроить ему неприятности — если его и нужно было подкараулить, то точно не в школьном помещении со взрослым под боком — постарался спокойно обдумать всё Докча. К сожалению, больше идей зачем тот торчит рядом с ним не говоря ни слова, в голову не приходило. Ладно. Даже если Джинхъюк действительно по какой-то причине решил его избить — ему определённо придётся подождать пока он не выйдет из школы. А это будет не скоро. Докча решил продолжить игнорировать своего соседа. Рано или поздно тому надоест. Надоест хотя бы стоять.

***

Через несколько дней Ким Докча пришлось признать что его место перестало быть таковым. Джинхъюк должно быть просто осознал насколько здесь приятнее находиться, нежели в общем читальном зале, заявляясь теперь почти с той же частотой что и сам Докча. Честно говоря, он испытывал раздражение и ревность — в конце концов именно он первый сюда пришёл, он занял эту парту, и что что тут есть место для двоих? Он так переживал когда садился здесь первые разы, оставаясь готовым немедленно освободить место. А Джинхъюк просто заявляется, притаскивает стул и остаётся здесь, в наглую раскладывая домашнее задание по столешнице (ещё и вызывая тем самым приступы совести у Докча) даже не дёргаясь от ходящего поблизости библиотекаря. Тому, как оказалось на поверку, вообще всё равно кто здесь сидит и что происходит, лишь бы было спокойно. Но, как бы он не кипел внутри себя от обиды, по сути никаких прав на это помещение он не имел. А вступать в конфликт с самим Джинхъюком, когда он только в этом году начал познавать спокойную школьную жизнь и вовсе нерационально. После он просто привык. Ю Джинхъюк не был самым плохим соседом: сидел смирно, занимаясь либо заданиями, либо отвлекаясь на смартфон, не шуршал едой, не клеил жвачку к столу (хотя после того как на его глазах старшекурсника вышвырнули за одно поползновение в эту сторону, вряд ли кто-то вообще мог до этого додуматься), не пытался разговорить его — если он вообще был способен к непринуждённой беседе. Лично сам Докча в этом сомневался. Единственное, что порой напрягало, его привычка замереть в одном положении, вероятно крепко задумавшись. Ким Докча изо всех сил старался игнорировать такие моменты, но если к немигающему взгляду библиотекаря он успел приноровиться, иммунитета к Джинхъюку у него пока не было. Будни вошли в свою колею: Джинхъюк появлялся в библиотеке, проводил там пару часов занимаясь своими делами и уходил, даже аккуратно задвигая за собою стул. Иногда оставался допоздна, покидая помещение с самим Докча. Ничего необычного. Иногда Докча по-прежнему натыкался на него в коридорах, но учитывая что они даже никогда не разговаривали, мысли здороваться или как-то общаться у юноши даже не возникало. Особенно учитывая что тот или был в окружении друзей, или стоял тихо задумавшись, бездумно наблюдая за проходящими учениками. На самом деле, Докча к месяцу их совместных посиделок было действительно немного любопытно о чём тот постоянно размышляет — нет, серьёзно, даже он сам так часто не погружался в мир фантазий как Джинхъюк. «Возможно прямо в этот момент он планирует убийство. С особой жестокостью», — выражение лица у соседа никогда не было особенно дружелюбным. Но узнать наверняка он конечно же не мог: спрашивать об этом без повода было как-то странно, а читать мысли подросток пока не научился. Впрочем, со временем и это перестало его тревожить. Однажды под конец дня, Докча поймал себя на мысли что давно стал называть своё место их местом. Осознание заставило его резко замереть и невольно бросить взгляд на соседа. Джунхёк каким-то звериным чутьём моментально это заметил, повернулся к нему и поднял бровь. — Задумался, извини, — попытавшись как можно дружелюбнее улыбнуться, слегка смущённый Ким Докча вернулся к своей книге. «Скорее всего он даже и не обратил внимания» — краем глаза он заметил что сосед вновь погрузился в себя.

***

Джинхъюк методично собирал книги в сумку. Тот кто знал бы его чуть меньше чем Хан Союнг ничего бы не заметил, но она видела его насквозь все его маленькие уловки. — И куда ты торопишься? — дразняще протянула девушка, покачиваясь из стороны в сторону. Джинхъюк проигнорировал подругу, продолжая собираться к выходу. Нет, на этот раз она его так быстро не отпустит. — Знаешь, на данный момент уже можно выбрать другое место для свидания, не… мгх! — в одну секунду оказавшийся рядом парень закрыл ей рот ладонью. — Не болтай лишнего. И это не свидание, — Джинхъюк вызывающе посмотрел на неё и та, закатив глаза, отодвинула чужую руку от лица. — А могло бы быть, — уже на порядок тише проговорила Союнг и улыбнулась замешкавшимся у входа одноклассникам. — Если ему так нравится читать, пригласи его в манга-кафе. Он читает мангу, кстати? Что насчёт веб-романов? — было очевидно что интересует её в первую очередь. — Читает. Я видел у него то же приложение, что и у тебя, — парень задумался. Несмотря на личность советчика, идея казалась даже полезной. Только вот была одна неприятность. — Просто спроси его уже. И познакомь нас! Я обращу его в армию своих читателей. — Я подумаю об этом, — Союнг вцепилась в его локоть, не давая отвернуться. — Пригласи. Его. Если ему нравятся романы и манга у него нет причин отказывать, — внезапно девушка поняла что что-то не так. Она ещё не знала что, но зловещее ощущение предстоящей головной боли лизнуло виски. Джинхъюк прекратил свои попытки уйти, спокойно глядя на неё. — Мы не так хорошо пока знакомы. Но я подумаю об этом позже. — Вы общаетесь уже второй месяц, — одноклассница закатила глаза, — Поверь мне, этого вполне достаточно чтобы позвать приятеля провести время вне школы. — Мы не общаемся. Пока что, — почти спокойно добавил Джинхъюк. Бам. — Подожди, что? — зашипела Союнг, — Вы сидите бок-о-бок по несколько часов в день, как вы можете не общаться? — Обычно он занят чтением. Мы не так много раз говорили, — в основном это были лишь бытовые отдельные фразы вроде «Разреши пройти» и «Ты не видел мою ручку». Но пояснять это Джинхъюк конечно не собирался. — И что, он просто игнорирует тебя? — В основном, — сколько бы он не находился рядом, Докча не обращал на него внимания дольше полуминуты, всегда погружённый в чтение. — Вау, как безнадёжно, — Хан Союнг никогда бы не подумала что есть кто-то, кто не захочет идти на контакт с её другом. Сомнения начали медленно переполнять её, отразившись во взгляде. Помолчав ещё пару секунд, Джинхъюк нехотя выдавил: — Я, возможно, тоже не очень стремился завязать разговор. Мыслительный процесс девушки был на некоторое время приостановлен. Этого просто не могло происходить на самом деле, верно? Атрофированное с детства чувство юмора должно быть решило проявить себя в неподходящий момент? Джунхъюк не выглядел так, будто бы шутил. На самом деле он казался... раздосадованным? Хан Союнг вздохнула. Ещё раз. Оглядела уже опустевший класс. Взгляд остановился на приоткрытой двери. Девушка максимально спокойно встала и плотно прикрыла её. Джинхъюк защитно сложил руки на груди. Ей потребовалось немного времени чтобы подобрать слова. — Ты хочешь сказать что за всё это время ты не нашёл повода поговорить с парнем на которого пялишься с самого начала года? — очень спокойно и взвешенно. И, не видя никакой ответной реакции, Союнг только ещё раз вздохнула. Поначалу это было забавно. Теперь приступы веселья сменила усталость. — Джинхъюк. Перестань распространять тоску, открой рот и поговори уже с ним. — Тебя это не касается. — Мне буквально неловко находиться рядом каждый раз когда ты начинаешь таращиться в его сторону. — Твои трудности. — Ладно, тогда я сама с ним познакомлюсь и позову в кафе. — Держись подальше. Боже, дай ей сил.