Запах твоих цветов

Утром следующего дня сбежавших кадетов разбудил громкий крик Жана, а потом последующие после него нецензурные слова. На кухню завалился полу раздетый Райнер, из-за его спины выглянул Бертольд и Конни. Проспавшие пару часов после сильного волнения они соображали туго и первое, что подумали — на них напали. — Что случилось? — спросил Райнер, приглаживая растрепанные волосы. — Эрен сбежал! — Жана схватился за волосы пальцами и оттянул прядь, смотря на записку, оставленную на столе. «Я ушел за Армином, местоположение не выдам. Меня не ищите, ждите наших командиров» Все, что было на ней написано. Когда все улеглись спать Эрен встал и быстро оделся, написав короткую записку. Чего бы не сказал тогда Райнер, он не мог просто оставаться в стороне и ждать, пока Армин отдувается за них. Армин был его другом и он рискнул жизнью, чтобы они смогли благополучно сбежать. Оставлять его на произвол судьбы было ни в духе Йегеря. — Что он сделал? — Микаса первый вышла из-за спины Райнера и взяла записку, притянув ее почти вплотную к лицу. Почерк Эрена. На ее лице появились смешанные эмоции, она вроде и понимала причину его поступка, а вроде хотелось стукнуть друга так, чтобы мозги встали на место. Девушка находилась в растерянности, но оно длилось недолго. Спустя несколько минут Микаса вернула себе обладание. — Я ухожу, — коротко сказала девушка и развернулась, собираясь покинуть кухню. Жан схватил ее за локоть, — что? — Подожди, ты-то куда? — он сжал сильнее пальцы, — не дури, этот идиот вернется. — А я нет? — она вскинула брови. — Нам нужно держаться вместе. Саша ранена, Армин арестован, Эрен сбежал, нас итак становиться все меньше, как мы будем друг друга потом искать? — в его словах была доля истины, — особенно, находясь в розыске. Уверенность Микасы немного пошатнулась. Она хоть и безмерно любила Армина и Эрена, старалась всегда быть рядом и заботиться о них, но о товарищах тоже не забывала. Сейчас ситуация сложная, и как минимум до прихода старших они не могут просто так бросаться навстречу опасности даже ради своих товарищей. Они должны прикрывать друг друга, поддерживать, а не разбегаться по городу. — Ладно, я не уйду никуда, — сдалась омега. — Друзья, а если он случайно выдаст наше местоположение? — спросил Райнер, проходя на кухню, чтобы заварить себе чай. — Я его убью в первую очередь, — ответил Жан, скомкав записку в ладони. От нее все еще пахло Эреном, приятный, терпкий аромат суицидника, как он его окрестил, но в которого Жан был крепко влюблен. Он тоже волновался, но держал себя под контролем. Саша постепенно приходила в себя, и ближе к обеду очнулась полностью. Первое, что она сказала, когда села в кровати — это еда. Она была чертовски голодна. Мясо в домике не нашлось, зато было много хлеба, круп, консервов и пока Райнер и Бертольд осматривали территорию Микаса и Жан занялись готовкой. Конни, сидящий возле Саши сразу же подскочил и крепко обнял подругу. Неудивительно, что она проснулась, потому что пахло очень и очень вкусно. — Я хочу есть, — заканючила она, обнимая его в ответ, запах врезался в нос пробуждая зверский аппетит. Она была готова есть воздух, чтобы утолить свой голод. — Скоро будет готово, — ответил Конни, не выпуская ее из объятий. — Все чисто, — Райнер зашел в домик, снимая ботинки, — судя по наблюдениям, мы находимся в северной части города, ближе к лесу. Вокруг нет почти ничего. — Какова вероятность, что нас найдут скоро? — Жан попробовал бульон и убедившись, что соли достаточно, выключил плиту. — Не могу точно сказать, день, два, неделя? — Райнер пожал плечами, — это как лотерея, смотря как повезет и как тщательно нас будут искать. — Самое ужасное, что мы даже место обитания сменить не сможем, — вздохнул Бертольд, посмотрев на Райнера, — идти-то некуда. — Мальчики, что за пессимизм? — Имир зашла на кухню и хлопнул Райнера по плечу, — даже, если найдут, отобьемся. А нет, ладно, арестуют, но казнить сразу не смогут. — Странно, такие слова слышать от тебя, — съязвил Браун на ее оптимизм. Они общались не так близко, скорее просто были в одном отряде и доверяли друг другу во время битв. Он общался с ней, но как человека не знал толком. Что касается их общения вне стен и тренировок — оно было, но не таким близким. Сейчас они все оказались в одной лодке и идти некуда, остается как слепым котятам держаться друг за друга и поддерживать. Криста была лучом их команды. Она милая, добрая и нежная, всегда поддержит и окажет помощь, хотя Райнер видел, что девушка тоже не так проста, как кажется. Винить за это не мог, в конце концов, каждый из них что-то скрывает, Райнер сам иногда забывал, что частью команды не был. Хотя, в последнее время этот факт становился больше бременем, нежели спасением. Каждый раз, смотря через что им приходится проходить, он мысленно добавлял в голове, что сам стал частью проблем, обрушившихся на них. Сколько тогда погибли, когда они пробили стену во второй раз? Представить сложно. А сколько погибли, когда Энни напала на них вне стен. Еще сложнее представить. Он хочет думать, что все на благо, хочет себя утешать этим, но со временем становилось тяжело покрывать огромное чувство вины этим пластырем. Когда перед ним предстанет выбор, что он выберет? — свою семью и дом за океаном или эту? Конни помог Саше спуститься, и она сразу же набросилась на еду. Конни причитал, чтобы она ела медленнее, а Жан качал головой, наблюдая за ними. Он порезал почти батон хлеба, но для Саши этого оказалось мало, и она просила еще. Наблюдающий за ним Райнер выглядел глубоко задумчивым и отрешенным. Бертольд заметил это в нем, но промолчал. Он максимально оставался безучастным к эмоциональным качелям друга, справедливо считая, что тот сам разберется со своими тараканами.

***

— Ты серьезно? — Леви смотрел в полном шоке на небольшую брешь в стене. Не совсем брешь даже, скорее маленькое отверстие, в которое едва ли пролезет человек. Придется очень постараться, чтобы оказаться на другой стороне. Им пришлось оставить лошадей и повозки, чтобы не привлекать внимания, повезло еще, что титанов не было поблизости, словно сегодня удача расщедрилась на них. Моблит знал об этом месте, поэтому не выглядел удивленным, они вместе это обнаружили очень давно, просто придержали информацию до лучших или худших времен. Сейчас, видимо такие настали. — Вполне вероятно, что нас могут даже в город не пустить, либо арестуют сразу же, как мы зайдем, — сделала вывод Ханджи, пока они добирались до нужного места. — Почему вы думаете, что все так плохо? — недоумевал Майк. Его вопрос остался без ответа. Бете было сложно понять двух командиров, понять логику их мышления и тем более он не понимал, откуда взялись такие выводы. Справедливо он пытался в этом разобраться. Он сам понимал, что в последнее время король и аристократы себя странно вели, позволяя вылазку после такого большого провала и разгрома в городе, но бета верил в лучшее и старался не списывать их со счета раньше, чем это сделала верхушка. — И как давно ты знаешь? — Леви зацепился крюками за стену и осмотрел небольшую дыру. — Так давно, что даже и не вспомню, — она пожала плечами и первая прошла, оказавшись за стеной. Выход привел к небольшой поляне, вокруг ни души, даже животных не было. — Ты оказывается полна сюрпризов, — Леви хмыкнул и нырнул следом за ней. Было непривычно так делать, обычно они привыкли возвращаться через главный вход под пристальным вниманием гражданских людей. Здесь, один рывок и вот они снова в безопасности, где не нужно напряженно осматривать горизонт и ждать нападение. Нанаба весь путь молчала, прикидывая ситуацию. Чутье у девушки было развито хорошо, а потому вне стен она чувствовала почти каждую надвигающуюся опасность в их сторону, но самое странное то, что оказавшись внутри она также ощущала вокруг опасность. Причина была далеко не в титанах. — Так, мы должны переодеться прежде, чем зайдем в город, — сказала она, приземляясь на землю, — здесь недалеко есть домик, там оставим наши приводы и замаскируемся. — Зачем мы это делаем? Леви посмотрел на Майка странным взглядом, а потом слегка ухмыльнулся. Такого Леви можно было редко увидеть, почти никогда и потому Майк напрягся. — Как давно ты подозреваешь меня в связи с Арлертом? — голос его звучал спокойно. — С тех пор, как учуял от тебя его вонь, — ответил Майк, напрягшись сильнее, — к тому же, я стал присматривать к тебе и ему, заметив странное поведение. Значит не зря? — Хм, — Леви пожал плечами, — мы спим, а еще он мой омега. О беременности пока говорить не стоит, на сегодня с Майка хватит шокирующей информации. Бета сначала замер, а потом схватил Леви за ворот, притянув к себе. — Ты! Ублюдок! Он твой подчиненный, так еще и мелкий! — прорычал мужчина ему в лицо. Ханджи закатила глаза, но не стала их разнимать сами разберутся. Нанаба и Моблит, которые стали свидетелями этой сцены пребывали в шоке. Чтобы кто-то из обычных рядовых стал лезть к одному из офицеров, так еще и стать его парой. Немыслимо! Армин, этот милый омега, от которого меньше всего подобного ожидаешь. Он всегда казался самым адекватным, самым ответственным и не будет творить что-то подобное. Эту информацию было сложно принять. Будто титаны все резко стали разумные и ведут с ними светские беседы. — Тебе какое дело, — Леви не выглядел тем, кто был встревожен подобным исходом, он отодрал руки Майка от себя и поправил одежду, — так вот, я почувствовал беду через Армина и решил, что разумнее всего будет вернуться. Майк еще не принял до конца тот факт, что обычный солдат сошелся с кем-то из офицерского состава. Сделал он это намеренно, чтобы получить повышение или случайно — не важно. Результат очевиден, их двоих казнят, но если мелкого шкета не жалко, таких пачками жрут титаны, то Леви довольно ценный кадр. — Ты в этот момент чем думал? Членом или башкой? — Тебе какая разница, — равнодушно ответил Леви и пошел дальше. — Было и было, — Ханджи все же решилась встрять в эту перепалку, — нечего сейчас ссориться из-за этого, если он прав и у них что-то случилось, то нас ждут большие проблемы. — Так ты знала? — он резко повернул голову, — и молчала? — А что мне было делать? — она пожала плечами, — бежать и жаловаться? Орать на всю округу? Это сложно, но Леви прав, тебе не должно быть до этого дело. Он альфа, причем с очень хорошим авторитетом. — А о мелком вы подумали? — Майк не верил своим ушам. Так просто говорили об этом, будто ничего страшного не произошло, — что будет с ним? — Я его защищу, — Леви оборвал его, — достал, хватит истерить, у нас сейчас других проблем полно, все остальное буду решать по мере поступления. А проблемы настали почти сразу. Стоило им зайти в город, новости встретили не самые хорошие. Арест Эрвина и Армина, вся остальная разведка скрылась в неизвестном направлении и теперь они объявлены в розыск. За каждого дают кругленькую сумму, как и за информацию, которая будет полезна в розыске. Леви выхватил газету у торговца, вчитываясь в текст. Текст в газете написан скомкано, перемешивая факты и вымысел. Их застали за преступлением, они сопротивлялись, Эрвин угрожал всех убить, а Армин ему помогал. Куча бреда, написанного на коленке. Хотелось найти редактора и сломать ему пальцы, чтобы больше не занимался этим делом. Народ охотно верил, обсуждая между собой, прочитанное. Леви сжал пальцы на бумаге, порвав ее. Его взгляд ничего не выражал, но Ханджи видела и знала, что альфа сейчас находился в бешенстве. Леви старался держать себя в руках, но феромоны, которые он начал выпускать делало воздух вокруг него тяжелее. Ханджи накрыла его плечо ладонью. Она понимала, что альфе ничего не стоит сейчас туда заявиться и устроить им разнос, а причина — эти двое. — Успеем еще, сейчас нужно вернуться обратно в замок, - сказала она, - посмотреть что случилось и по возможности найти наших новобранцев. Там их тоже ждал не очень приятный сюрприз. Налет прошел, оставив за собой мусор и разорённый подчистую штаб разведки. Остался только Эрд, который сидел в коляске возле входа. В момент штурма его не было на месте, причина до невозможности смешная - он задержался в городе и вернулся слишком поздно. А сейчас совсем не понимал происходящего. — Капрал, майор, — он подъехал на своей коляске к ним ближе, смотря в полном замешательстве, — что тут произошло? Я вернулся, а тут никого. Пули в стенах, бардак, а потом такие новости, Армин и командир… они живы? — Надеюсь, что да, — ответил Леви, стягивая с головы капюшон, - ты не видел ничего? Не замечал странного что-нибудь? Мужчина покачал головой, а потом осмотрел всех, кто пришел. Не верилось, что кто-то вернулся, он подумал, что так и сгниет здесь в одиночестве. Леви находился в состоянии тревоги и напряжения. Ханджи видела прекрасно, что альфа готов в любую минуту устроить не только полиции, но и верхушке кровавую баню. Он был силен, умен и она, как никто другой знала, что в прошлом он убивал, поэтому у него нет никаких ограничений. Когда дело касалось Армина, тем более. Эрвин играл немаловажную роль, но они не сговариваясь поняли, что возможно, это был его план тоже. Попасться им и устроить переворот изнутри, просто Смит по своей прихоти не поделился этим, и даже выгнал их в экспедицию. Только о новобранцах никто не подумал и вышло, что вышло. — Что будем делать дальше? — Майк скрестил руки на груди. — Я видел открыт секретный проход, возможно сто четвертый сбежал оттуда, — Эрд поджал губы, — страшно представить, как они сейчас напуганы. — Не маленькие, после вылазки должны стать выносливее, — равнодушно ответил Леви и посмотрел на Ханджи. Она уже понимала, что у него созрел план и для его реализации она была нужна. Альфа в ответ кивнула коротко, и они направились в кабинет Эрвина, все остальные за ним. Без преувеличения, Моблит ревновал к близкой связи этих двоих. На самом деле оснований у него было не так много это делать, он прекрасно знал, что Ханджи и Леви в разведке очень давно, не считая командира смогли выбраться живыми из всех походов за стену. Они действительно имели иную связь, как два близких друга и товарища, доверяли друг другу. Учитывая последние новости об омеге Леви не было сомнений, что между ними ничего не было, но Моблит не мог ничего поделать с собой. Майк и Нанаба тоже направились в кабинет, придется проделать большую работу. Им всем. Они единственные остались из офицерского состава.

***

В ту ночь, когда Зик выпустил Армина так до конца и не осознав свой порыв, в таких смешанных чувствах он направился в камеру Эрвина Смита. Он собирался его убить, как того нужно, а потом уйти, покинуть это жестокое место, где готовы были казнить омегу только за то, что будучи в армии она посмела понести от кого-то ребенка. Зику стало до тошноты противно, значит не зря они решили их уничтожать. Не зря. Так он думал, пока шел. Камера командира находилась чуть дальше, и тот явно не ожидал гостей посреди ночи. Он приподнялся на жесткой кровати, смотря в сторону открытой двери. — Командир Смит, — Зик прошел в камеру и прикрыл за собой дверь. Голос мужчины показался ему знакомым, только вот вспомнить Эрвин не мог. Воспоминания ускользали из головы, как бы сильно мужчина не цеплялся за них. Из-за темноты Эрвин не видел внешность гостя. — Я пришел за твоей жизнью, — слова звучали слишком пафосно, но Зик говорил только правду. Эрвин сел в кровати, пригладив свои волосы. Несмотря на то, что он был под арестом, находился в грязной камере, величие этого человека было отрицать сложно. Зик замер, держа ладонь на ручке двери. Он видел перед собой не пленника или командира почти вымирающего взвода в этой помойной яме, а солнце. Он сиял ярко, смотря на него уверенно своими голубыми глазами. Даже после слов о смерти, Эрвин не выказал никакого протеста, не просил пощадить или договориться. Он усмехнулся. — Раз так, то сделай это, — ответил Эрвин так просто, словно его пригласили выпить чай, а не отправить на свидание к смерти. — Ты даже не спросишь кто я такой или зачем это делаю? Казалось, цель перед тобой, только нанести удар и чужое сердце остановиться навсегда, но Зик медлил. Он ощутил какую-то обиду, будто цель к которой он столько шел не оправдала себя. Все казалось таким легким, а Эрвин даже не спросит кто он такой. А ведь они уже пересекались и даже вели разговор, тогда между ними определенно возникла какая-то связь и вот этот человек смотрит на него и не узнает. — Это имеет смысл? — Эрвин пожал плечами, смотря на тень возле двери, — мне это что-то даст? Ответит на мои личные вопросы. — Нет, но так ты хотя бы узнаешь из-за чего лишился жизни, — Зик настаивал на своем, хмурясь сильнее. — Зачем? Мне это даст что-то полезное? В конце концов, если ты хочешь это сделать, значит есть за что, а причин может быть много. Он говорил легко, непринужденно, ведя разговор по сути с незнакомцем. Эрвин такой сложный человек, но одновременно простой, как пять копеек. Зик поразился то, настолько просто он принимал реальность и подстраивался под новую. Он продолжил медлить, пытаясь утолить свое любопытство. — Например? - Зик вытащил из кармана сигарету и обхватил губами. — Я погубил столько невинных жизней, ведя их каждый раз на смерть, — ответил Эрвин, — ради своих эгоистичных желаний, чтобы узнать о том, что находиться там. Даже отец погиб из-за меня, а сейчас новобранцы оказались в опасности потому, что я докопался до того, что не следовал знать. Этого вполне достаточно, чтобы лишить жизни меня, хоть это и не покроет даже половину из совершенных мною злодеяний. Значит вот ты какой, Эрвин Смит, солнце солдат. Терзаемый чувством вины, губящий себя просто за свои желания, идти солдатам с ним или нет, выбор исключительно их. Он лишь подталкивает к этому, дает надежду, что они не сгниют в стенах и, в конце концов, они умирают свободными. Зик очень хорошо понимает, что такое быть в оковах, он понимает тех, кто отдал свою надежду другому человеку. — А ты уверен, что все так? — он чиркнул спичкой и приставил огонек к сигарете. Пара секунд и комната заполнилась табачным дымом. Если в первую встречу Эрвин Смит привлек его внимание, то теперь в нем пробудился огромный интерес к этому человеку. Такое у него было довольно давно и последний человек, к кому его тянуло это был прошлый шифтер его звероподобного титана. — А разве нет? — Эрвин горько улыбнулся, — сколько раз мне приходилось смотреть в глаза матерям и говорить, что их ребенка больше нет? Сколько раз я снова и снова привлекал новых солдат, чтобы собрать как можно больше народу. Та свобода, к которой я так стремлюсь, а она есть? Ее нет — подумал Зик, но молчал. — Или это всего лишь бред сумасшедшего, у которого в жизни больше нет никаких ориентиров? Зик помотал головой, отрицая его слова. Жажда новых знаний, жажда к свободе это качества, которые присущи исключительно уникальным людям. — А может лучше не знать, что находится там? Может там и есть что-то, но оно не будет радо нас видеть? — Эрвин рассуждал вслух, а Зик все больше отходил от изначального плана убить его. И он прав. Там есть тот, кто не будет рад их видеть. Только это люди ненавидели тех, кто даже не подозревает об их существовании. Люди на острове просто живут, по-своему развиваются, пытаются идти к цели, но для других они - враг. Они постыдное существование и их нужно уничтожить. Поэтому колоссальный пробил стену пять лет назад, поэтому он сделала это во второй раз. И поэтому Зик тут. Это странно, немного запутано, но оно действительно так. Зик всего лишь механизм, как и все они, кто согласился стать шифтером и сократить годы своей жизни. — И титаны являются теми, кто защищает нас от врагов, — Эрвин посмотрел в сторону небольшого окошка, через которое просачивался лунный свет. Зик чуть не поперхнулся после последних слов Смита, почти отступая. Звучит глупо, но он передумал убивать этого человека, ему интересно теперь не только его будущее, но и к чему приведет стремление узнать больше. А еще, произошло кое-что, он не скажет этого вслух, даже не признает, но Зик ощутил то, чего не чувствовал уже давно — надежду. Это дорогого стоит и может быть, Эрвин Смит надежда не только для людей за стенами, но и вне их, которые к сожалению оказались в плену у тех, кто имеет над ними куда большую власть. — Не зря о тебе многие говорят, Эрвин Смит, — резюмировал мужчина, докуривая сигарету, — оратор, который ведет людей вперед. — Ты хотел сказать на убой? — Я хотел сказать, что те, кто за тобой идут считают тебя особенным, — Зик покачал головой, — я бы может и сам пошел, не будь у меня иной путь. — Так… кто ты? — Эрвин поднял голову, но рассмотреть собеседника так и не смог, — ты пришел за моей жизнью, так чего ждешь? — Ты так легко сдаешься? — Нет, я никогда не сдаюсь, но рано или поздно мое время придет, но мои желания и стремления не канут в неизвестность, есть люди, которые продолжат мой путь. Он подумал о Ханджи, что так жадно изучала титанов. Леви, который отдавал всего себя ради великой цели без тени сомнений. Подумал о новобранцах, они после первой вылазки стали взрослее, они готовы идти вперед и подумал об Армине. Мальчишка уже подает огромные надежды, он буквально протеже Эрвина. Только раза в два лучше. Сам этого еще не осознает, а командир все видит. — Ну уж нет, Смит, — Зик усмехнулся, — ты так просто не уйдешь на тот свет. Поживи еще. С этими словами он покинул камеру. Как и тогда в городе, он вновь засомневался в своих действиях. Стоило увидеть Эрвина, залезть к нему в душу, решимость сразу отступала, а на ее место приходили иные чувства. Умеющий читать души, Зик сам себя не понимал и свои эмоции. Нужно еще немного времени, так считал омега и скрылся в неизвестном направлении.