Маленькая договоренность

Гермиона никогда не думала, что окажется восприимчива к обаянию Люциуса Малфоя, но все же оказалась с ним рядом, позируя с ним и министром Шеклболтом для «Ежедневного пророка». В обмен на его поддержку ее закона о домовых эльфах она согласилась сделать колдографии и выступить с ним на публике. И могла только предположить, что все это было сделано лишь для улучшения его имиджа. — Хорошо, хорошо, — сказал фотограф. — А теперь, я хотел бы снять только мисс Грейнджер и мистера Малфоя… Кингсли отступил в сторону. Гермиона же протянула руку Люциусу, чтобы он задрожал и усмехнулся, подумав, вероятно, что он просто ненавидет прикасаться к ней. Однако потом она должна была отдать ему должное: он устраивал по-настоящему великолепное шоу. Ничуть не дрогнув, он схватил ее за руку. Фотограф заставил их встать ближе: — Как будто вы друзья — вот так. Гермиона подарила Люциусу свою профессионально довольную улыбку, пока их снимала колдокамера. А когда журналист упаковывал свое оборудование, Люциус кивнул Гермионе на прощание: — С нетерпением жду этого вечера. Доброго вечера, министр. — Что с ним происходит? — подозрительно спросил Кингсли Гермиону, глядя вслед Люциусу. — Ничего. Я встречаюсь с ним за ужином, — пожала она плечами. — По-твоему, встреча с Люциусом Малфоем за ужином — это ничего? — Спасибо, что уделили мне время, министр, — подмигнула Гермиона, собирая подписанные документы и спеша покинуть его кабинет. Она не хотела признаваться министру Магии в своем сговоре с бывшим Пожирателем Смерти. ______________________________________________________________________________ На первом снимке два человека ужинают в интимной обстановке. Ничего особенно примечательного в этом не было. Фотографу удалось поймать их посреди какого-то вдумчивого разговора, с улыбками на лицах. Второй выглядел так, будто эти два человека были застигнуты в момент поцелуя. Рука мужчины выглядела так, как будто она обнимала повернутое к нему лицо Гермионы, хотя на самом деле он просто жестикулировал. Третья колдография выглядела еще более смешно, чем первые две, поскольку на ней и был изображен поцелуй, предсказанный второй чертовой колдографией. С точки зрения фотографа, мужчина и женщина определенно обнимались. Гермиона запомнила, что она споткнулась, и Люциус галантно (и совершенно неожиданно) поймал ее, прежде чем она упала. Объективно глядя на эти колдографии, Гермиона почти поверила заголовку «НОВАЯ МИССИС МАЛФОЙ?» _____________________________________________________________________________ Когда Люциус Малфой вошел в ее кабинет и закрыл за собой дверь, Гермиона несколько успокоилась, увидев, что он совершенно не злорадствует. — Вы видели «Ежедневный пророк» сегодня утром? — спросила она прежде, чем волшебник успел сказать хоть слово. — Видел. По-моему — просто неудачная ситуация, — ответил Люциус, устраиваясь поудобнее. — Я знаю, что за этим стоите вы, мистер Малфой, — огрызнулась Гермиона. — Почему это вы так думаете? — обиженно спросил ее он. Губы Гермионы скривились в улыбке, не имевшей ничего общего с весельем, казалось, она говорит: «У меня есть свои секреты, у вас свои». Было до боли просто обратиться в редакцию газеты и потребовать объяснений у фотографа. В комнате воцарилась напряженная тишина. Гермиона ожидала объяснений, а Люциус ждал… ну, Гермиона понятия не имела, чего он ждет. — В эти выходные для ветеранов войны будет устроена благотворительная акция, не хотите ли вы сопровождать меня? Гермиона моргнула. Теперь она знала, чего он ждет — что бы она ответила согласием. Скрестив руки на груди, она ледяным тоном произнесла: — Назовите мне хотя бы одну причину, по которой мне следует это сделать. Люциус улыбнулся и небрежно сложил пальцы домиком: — Я так понимаю, сейчас вы разрабатываете закон о правах кентавров… Мысли Гермионы на мгновение спутались, а затем и вовсе понеслись галопом. На самом деле она не раз задавалась вопросом, как заставить Люциуса Малфоя поддержать ее предложение, и вот он здесь, предоставляя ей эту возможность. Была ли это равноправная сделка — замена вводящих в заблуждение колдографий в обмен на пользу законодательной поддержки? — А потом... Мне нравится ваше общество, — мягко добавил он. Поверила она ему или нет, но Гермиона оценила его попытку лести. Он определенно выглядел искренним. — Можете забрать меня в семь...