Герцогиня Аллана

У входа в спальню герцога я остановилась и, обернувшись, положила Марио руку на грудь. - Найди Шермана. Пусть ждет меня с 20 львами в полном вооружении во дворе замка, - счастливый, что его заметили, парень стрелой убежал выполнять приказ. Я подошла к дверям, и львы скрестили алебарды. - Откройте, я желаю проведать наложницу, - сняв шлем, обратилась я к стражам. - Как прикажешь госпожа, - с поклоном отошел в сторону Перси. - Сожалею, госпожа, но мне приказано никого кроме львов в спальню не пускать, - второй страж встал перед дверью, закрыв собой вход. - Мной же и приказано. С дороги, лев, - воин покачал головой. - Как знаешь. Я выхватила из-за пояса плетку. Кожаная змея оплела ногу стража и швырнула на пол, не дав опомниться, я нанесла ему несколько ударов по ребрам и животу. - Перси, открывай. - Ключи у Лейфа, - я сорвала связку ключей с пояса строптивца и кинула Перси. Тот отворил двери, и мужчины замерли на пороге, открыв рот. Посреди комнаты стояла Альма с задранным до шеи подолом платья. Я подошла к ней, ударила по лицу, одернула платье и, заломив руки за спину, связала ее, кинутой мне Сэмом веревкой, так, чтобы юбка не задиралась. - Сэм, сможешь ее нести? – барс кивнул и взвалил девицу себе на плечо. – Перси, ты идешь со мной. Втроем мы спустились во двор замка. Там меня ждали Марио с Шерманом и львами, мои барсы и командир оставленного мне мужем гарнизона. Конюхи держали наготове оседланных коней. - Госпожа, лучники готовы, ждут только твоего приказа, - поклонился мне командир гарнизона Бальтазар. - Нападающие требуют хозяина замка. - Хотят, так увидят. Щит мне. Со щитом в руке я поднялась на стену замка. Возле рва перед замком выстроились полукругом около пятидесяти всадников. - Кто спрашивает хозяина замка? – закрыв грудь щитом, спросила я зычным голосом. - Я желаю видеть владельца замка, а не ряженную воином бабу, - выехал вперед рыцарь. Стоящий возле меня ратник вскинул лук и прицелился. Я положила ему руку на плечо и покачала головой. Он кивнул и ослабил тетиву. - Назови себя, ряженная в рыцаря кукла, - я усмехнулась. – Простая вежливость требует, чтобы гость назвался первым. - Я – рыцарь Риган, племянник барона Морана. Я приехал проведать свою кузину Альму. - Мое имя – Дикая Кошка, герцогиня Дикая Кошка. В отсутствии мужа я владелица и госпожа этого замка, – по моему приказу Сэм внес на стену Альму и поставил возле меня. – Вот, дочь барона Альма. Можешь убедиться, что она жива и здорова. Просвистела стрела и, впилась бы в грудь наложнице, не подставь я вовремя щит. - Как я уже сказала, Альма жива и здорова, но не благодаря твоей заботе, бастард, - рыцарь дернулся как от удара. – Ты думал, я не знаю состав семьи барона? Ты внебрачный сын одного из побочных братьев барона, не так ли? - Барон при всех признал меня своим племянником, - громче чем следовало, ответил рыцарь. – Открой ворота, госпожа, иначе мы возьмем замок силой. - Попробуй, если времени не жалко, - нехорошо улыбнулась я. – Лучники к бою! Спустившись со стены, я велела Росомахе и Перси отнести наложницу обратно в спальню герцога и охранять до моего прихода. - Бальтазар, лучники должны выбить всех стрелков, какие есть у нападающих, – командир кивнул и отдал распоряжения своему лейтенанту. - Шерман, твои львы готовы идти за мной в бой? Несколько львов отрицательно покачали головами. Барри подвел ко мне Дьябло, и я вскочила в седло. - Все, кто не желает мне подчиняться, ступайте в башню. Остальные по коням. Два льва скрылись в башне. В это время во двор выкатили тачку с навозом Хорек и Сокол, в миру – Итан и Руфус. - Вы, двое, хотите вернуть мою милость? – бывшие барсы пали на колени и энергично закивали. – Тогда, марш в свою комнату и возвращайтесь в доспехах и с оружием. Одна нога здесь, другая там. Парни унеслись к себе и вскоре сидели в седлах в боевой готовности. - Слушайте, воины! Этот день, похоже, будет долгим. Я собираюсь защищать замок и всех его обитателей с оружием в руках. Поэтому я запрещаю вам умирать. Вы меня слышали, воины замка Симба? Я, Дикая Кошка Арус, герцогиня Аллана и мать наследников принца Тераи, запрещаю вам умирать в этой битве. И да помогут нам боги. Открылись ворота, и вороной жеребец повез свою хозяйку в бой. За ним устремились остальные всадники.

***

Разбив неприятеля, не ожидавшего от капризной арганской принцессы такого отпора, я вернулась в замок. Как я и предсказывала, мои воины отделались незначительными повреждениями, в то время как нападающие потеряли больше половины людей. - Оружие и доспехи – в арсенал, коней на конюшню, пленников – на потеху солдатам, а завтра продать на рынке. Рыцаря – в пыточную, - распорядилась я, сходя с коня. Шерман и Бальтазар занялись временным устройством пленников, а я обошла своих солдат и убедилась, что моя помощь, как знахаря, им не требуется. После этого я поднялась в покои герцога, Марио увязался за мной. - Скажи Ястребу, что мне нужна Лиз, - приказала я своему рабу и вошла в спальню герцога. Альма лежала связанной поперек кровати, как ее, видимо, бросил Сэм, и смотрела на дверь злыми, заплаканными глазами. - Где Риган, где мой любимый рыцарь? – завопила она при виде меня. - В камере пыток, разумеется, - ответила я, освобождая от веревки ее ноги. – Только твой возлюбленный тебя не слишком-то любит. Если бы не моя реакция, лежать тебе на камнях двора со стрелой в груди, пущенной по приказу твоего любимого Ригана. - Ты лжешь, герцогиня. Мой Риган пришел спасти меня из рук жестокого герцога-извращенца. - Значит, по-твоему, мой муж – извращенец? А чего ты ожидала, идя к нему в наложницы? Что он станет использовать тебя как жену? Так герцог и любил тебя как жену, пока я не напомнила об его ошибке, - я задрала подол и окинула взглядом тело Альмы. – К твоему сведению, шлюшка, в Аргане с наложницами обращаются, так же как и с наложниками, имеют во все дыры, не взирая на пол, и делятся их телом с супругами. А тебе, как мне показалось, ни какие ласки герцога не нравятся. Хотя он один из лучших любовников в мире. Поверь, я знаю, о чем говорю. Я не всегда была благородной дамой и повидала в жизни всякое. - Сама ты, шлюха, - обиделась наложница. – У меня и был-то всего один парень накануне свадьбы. Решила попробовать на свою голову, как оно с красивым парнем в постели бывает, а тут как на грех баронесса заявилась. Парень оказался отличным любовником, но за это мне пришлось заплатить лишением шанса когда-либо стать женой рыцаря. - Ты ошибаешься, рабыня, я бралась за любую работу, чтобы выжить. Но никогда в жизни не работала шлюхой. Я воин, и меня обычно кормил мой меч, - я обнажила клинок и, сделав мельницу, убрала обратно в ножны. Девушка смотрела на меня удивленными глазами. – А ты думала, герцог просто так назвал меня воином и обсуждал со мной военные планы? Я своей рукой сразила твоего Ригана и разбила его войско. - Госпожа, пожелала меня видеть? – в комнату вошла пышная блондинка. - Входи, Лиз. Познакомься, это шлюха моего мужа, ее зовут Альма. Она искренне верит, что наложницу любят только в тоже самое место, что и жену. Объясни ей, что наложница должна уметь ублажать обоих супругов, а то последний раз она меня совсем не развлекла. Лиз была швеей и попала ко мне случайно. В день, когда я завела себе стражу, мне пришлось отправиться в город на рынок за лошадьми для барсов и тканью для плащей. Я в сопровождении стражей зашла в швейную лавку, а владелица лавки распекала Лиз за плохо сшитое платье, которое в этот момент мерила богатая клиентка. Лиз была не виновата, просто клиентка надела платье задом наперед. В результате вместо ткани я купила рабыню-швею, о чем ни разу не пожалела. Лиз умела шить что угодно из чего угодно и имела всего один недостаток. Прежняя хозяйка пристрастила девушку к женской любви. Мне Лиз подобных предложений делать не смела, но с Ирмой, как я несколько раз видела, она иногда развлекалась. Лиз понятливо кивнула и принялась ласкать и целовать Альму. Я же, приметив на полке шкатулку, похожую на подарок мужа, из любопытства открыла ее. Как я и предполагала, там лежал деревянный фаллос на ремнях. Рядом со шкатулкой обнаружился мешочек с жиром. Прихватив и то и другое, я вернулась к стонущей под ласковыми руками Альме и, смазав фаллос жиром, без подготовки загнала его в вагину наложнице. Девица заорала, меня это раззадорило, и, надев ремни фаллоса, я от души ее поимела. Альма разрывалась между ласками Лиз и жестоким обращением с моей стороны, то крича от возмущения, то постанывая от удовольствия. В конце концов, Лиз села ей на лицо, вынуждая поработать языком, и наложница заткнулась. Получив удовольствие, Лиз слезла с Альмы, а я вынула из нее инструмент и, вставив ей в рот, велела лизать и посасывать. Натешившись, я убрала вещи мужа на место и развязала наложницу. - Вот так тебе следует обслуживать господина и госпожу, детка, - схватив Альму за волосы, я запрокинула ей голову, заставив посмотреть в мои синие от гнева глаза, и ласково сказала. – Если ты еще раз посмеешь задрать подол или предложить себя кому бы то ни было кроме герцога, я повторю сегодняшний урок. Ты меня поняла? - Да, госпожа, - в слезах ответила девица.

***

Выйдя из спальни герцога, я объявила подошедшему Шерману, что теперь еду наложнице станет носить только Лиз, а мужчинам вход в спальню до возвращения герцога воспрещен. Шерман, а за ним и его лейтенанты на коленях поблагодарили меня за решение их проблемы. - Шерман, твой лев по имени Лейф отказался пропустить меня в эту спальню, пришлось его избить. Его неуважение задержало меня в башне, хотя я нужна была на стенах. Герцога сейчас нет, поэтому наказать льва придется тебе. - Как прикажешь, госпожа, - лейтенант Гавейн по кивку капитана ушел искать провинившегося льва, а я в сопровождении Марио и Сэма по галерее отправилась к лестнице в пыточную. - Взгляни, госпожа, лица у пленников светятся в темноте, – коснулся моего плеча Марио и тут же в страхе отдернул руку. Я всмотрелась в толпу загоняемых в подвал пленников и выругалась. Перегнувшись через перила, я приказала остановить конвой и, крикнув Зубру «Лови меня!», прыгнула прямо в руки своему барсу. Сэм и Марио побежали в обход. Подойдя к первому пленнику, я внимательно осмотрела его стеганый доспех и заметила защитную руну на его одежде. Не смотря на жестокий бой и поврежденный доспех, пленник выглядел здоровым и сияющим. Сорвав с него шлем, я увидела причину хорошего самочувствия и свечения лица. На лбу пленника светился магический знак, такие же знаки должны были покрывать все его тело. Парень оказался под действием проклятья верности, и хотя сейчас ему кажется, что руны защищают его, но стоит выглянуть луне, и бедняга отдаст все, что угодно, за свое спасение. Я такое у же встречала в своей жизни и знала, что делать. - Этого в камеру пыток, двоих в комнату в конце коридора на моем этаже, остальных в подвал, - приказала я. Два барса отделили моего избранника от основной массы и увели. Еще два барса отконвоировали выбранных мной жертв в башню. Сэма и Марио я встретила на лестнице, ведущей в камеру пыток. Два года назад. Западная окраина Лона - Я выполнила свою работу, купец, и пришла получить плату за нее. В полдень я вернулась из поездки в священную цитадель Солнца. Мать купца ездила туда молиться, и я обеспечивала ее охрану. - Разумеется, наемница. Долг платежом красен. – Купец что-то шепнул своему приказчику, тот убежал и вскоре к нам на двор привел двоих рослых крепких парней лет 20. - Вот твоя плата, наемница. – Купец указал на парней. - Ты смеешься надо мной, купец? – я положила руку на меч. – Эти мужчины как-то не похожи на обещанный мне золотой. - Извини, наемница, но сейчас свободных денег у меня нет. Не хочешь этих рабов, не бери, но другую плату предложить не могу. Или эти парни или получишь свой золотой только через месяц. Я окинула свою «плату» оценивающим взглядом. Парни были ладными, хорошо сложенными и довольно симпатичными. - Уговорил. Добавь пару оседланных лошадей, и я приму этих парней в качестве платы за охрану твоей матери, купец. - Договорились, - купец отдал приказ крутившемуся рядом мальчишке, и конюх вывел коней. - По коням, мальчики, - я махнула своим рабам и потрепала по холке своего вороного Дьябло. - Ты нам не хозяйка, - заявили парни и с вызовом посмотрели на меня. Я вынула из сапога плеть, приблизилась к наглецам, захлестнула ногу брюнета и дернула. Парень рухнул наземь. Блондина я сбила с ног двумя ударами в пах и в челюсть. Купец и его дворня с интересом наблюдали, как я утверждаю свою власть над рабами. - Живо в седло, холопы, - велела я, щелкнув плетью. Парни поднялись, глянули на меня с уважением и сели верхом. Я вскочила на Дьябло, и мы покинули купеческий двор. У ворот невольничьего рынка я придержала коня и оглянулась на своих спутников. - Еще раз посмеете мне возразить, я продам вас в гарем барона. - Мы поняли, - ответили парни и переглянулись. - Даже не думайте бежать. Быстрее стрелы еще никто не бегал, - я погладила свой лук. Парни кивнули. С площади я направилась к выезду из города, а с тракта свернула в лес. По едва заметной тропинке мы еще до заката подъехали к срубу, окруженному частоколом. - Вот мы и дома, - объявила я и, спешившись, отперла ворота. Расседлав коней и пустив их пастись на огороженный лужок перед домом, мы вошли в сруб. Я запалила лампу и отправила одного из рабов в погреб за копченым окороком. - Значит так, парни. По-хорошему, вы мне без надобности. Я честно заработала золотой, который задолжал мне ваш хозяин, а вы даже вместе с лошадьми столько не стоите. Поэтому, пока не отработаете эти деньги, о свободе и не мечтайте. Я – наемница, и вам или придется со мной охранять заказчиков или раздвигать ноги перед моими знакомыми. - Только женщины торгуют собой, хозяйка, - заявил брюнет, отрезая себе кусок мяса. – Мы, мужчины, и отработаем свою свободу с оружием в руках. - Какой ты наивный, - я рассмеялась. – Как тебя зовут, красавчик? - Бруно, хозяйка. - Я – Дикая кошка Арус. А как твое имя, блондин? - Данко, хозяйка. - Вот, и познакомились. Меч когда-нибудь в руках держали? – парни посмотрели на меня с возмущением. – Сейчас и проверим. Я налила в таз теплой воды, сложила туда грязную посуду и, обтерев руки полотенцем, вышла на двор. Парни последовали за мной. Я вынесла из сарая три тупых меча и воткнула в землю напротив крыльца: - Выбирайте оружие Рабы взяли себе по мечу. Я забрала последний и без предупреждения атаковала Данко. Парень отбил мою атаку, попытался ударить сам, но я увернулась, и он сцепился с напавшим на меня сзади Бруно. До самого заката парни старались загнать меня в угол или обезоружить, но я все время разгадывала их маневры. Наконец, мне надоело играть, и я выбила мечи из их рук. - Совсем неплохо, - похвалила я своих рабов и, собрав оружие, унесла обратно в сарай. – Еще немного практики, и из вас получатся хорошие мечники. Время позднее. Пошли спать. - Кто ты, демоны тебя забери? – пораженно спросили парни. – Дядя нанимал лучших воинов, чтобы обучить нас владению мечом. Ты не могла так просто победить. - Для непонятливых повторяю. Я - наемница, и уже пять лет продаю меч за серебро, а последнее время за золото. Не владей я им в совершенстве, не протянула бы на этом поприще и года. Вернувшись в дом, парни огляделись по сторонам. - На чем нам спать, хозяйка? Здесь же нет кроватей. Я вытащила из угла доски и положила на едва заметные опоры в стене под окном. На получившийся настил раскатала перину, накрыла простыней и накидала подушек и пару меховых одеял. - Вот вам и кровать, - сказала я и, раздевшись, нырнула под одеяло. Парни наблюдали за моим разоблачением, открыв рот. - Ну, что встали, как не родные? Никогда женщину не видели? - Ты - голая, - запинаясь, произнес Бруно и покраснел. - Разумеется, и вы раздевайтесь. Я не позволю вам залезть на мою постель в сапогах и грязных куртках. Других кроватей в моем доме нет. Поэтому или ложитесь со мной или на лавке. Брюнет, помявшись, повернулся ко мне спиной и, сняв одежду, залез под второе одеяло. Данко покачал головой и лег на лавку. Ночью меня разбудил незнакомый звук. Я повернула голову в направлении источника звука и в свете молодой луны увидела жалобно стонущего во сне Бруно. Одеяло на нем сбилось, и стали видны затейливые, слабо светящиеся руны, покрывающие всю видимую часть тела. Я закрыла руну ладонью, и сияние погасло. Я задернула занавески, руны побледнели, и парень перестал стонать. Я обняла его и укутала нас одеялом. Парень расслабился и доверчиво уткнулся лицом мне в шею. Двухнедельное воздержание из-за поездки в святую цитадель и близость подходящего мужского тела напрочь отбили мой сон и подвигли меня на решительные действия. Я осторожно уложила парня на спину, погладила по лицу и провела языком по его губам. Бруно машинально облизал свои губы и случайно задел мои, но не проснулся. Осмелев, я поцелуями проложила дорожку от подбородка до его живота и почувствовала как мне в грудь уперлась возбужденная плоть. Не останавливаясь на достигнутом, я оседлала свою жертву и, продолжая ласки, проехалась на нем верхом. Перед самым оргазмом брюнет проснулся, с ужасом посмотрел на меня и попытался освободиться. Куда там. Я поцеловала его, ускорила движения бедрами, и вскоре нас накрыло наслаждение. - Что это было? Что ты со мной сотворила, хозяйка? – охрипшим от крика голосом спросил Бруно. - Я тебя любила. Еще скажи, что тебе не понравилось, - я слезала с него на постель и положила голову ему на грудь. После акта любви руны окончательно погасли и перестали выделяться на коже. - Понравилось. Это было очень приятно, - парень приобнял меня. – Но зачем ты это сделала? - Мне так захотелось. Ты разве этим никогда прежде не занимался? - Нет, хозяйка. Воины должны учиться военному искусству и защищать своего господина, а не отвлекаться на женщин. Так говорил мой дядя. - Что вы так орете? – к нам подошел разбуженный нашими криками Данко. – Ты пыталась убить Бруно? Поэтому он вопил? - Нет, я его изнасиловала, - язвительно ответила я и кивнула на сияющего Бруно. – Вот почему он такой несчастный и избитый. Только сейчас Данко заметил, что мы лежим в обнимку обнаженные и довольные. Он смутился и отвернулся. - Бруно, хоть ты скажи, что здесь творится. Почему ты обнимаешь хозяйку, и чему так рад? - Хозяйка сделала меня мужчиной. Ты не представляешь, какое это наслаждение любить женщину. Это лучшее, что со мной когда-либо происходило, - лениво протянул Бруно, обнимая меня. Данко уставился на него как на ненормального. - Что ты несешь? Нас же каждую неделю водили в храм плодородия, и жрицы отсасывали наше семя. Вряд ли найдется что-то приятнее этого. - Данко, или раздевайся и залезай к нам или принеси влажное полотенце и вали спать на свою лавку. Не мешай нам получать удовольствие, - велела я. Данко принес полотенце и, раздевшись, занял свободное место на постели. На его теле руны едва заметно светились. – Так-то лучше. Мы ласкались почти до утра, а на рассвете я объездила Данко.

***

Проснувшись, я приготовила завтрак и, перекусив, поехала в таверну наемников на окраине города. Мне повезло. Почти сразу за мой столик подсел купец и предложил золотой за сопровождение его дочери к жениху в соседний город. По его словам, охрана у девушки была, но ему хотелось, чтобы я защищала девушку не столько от разбойников, сколько от приставаний охранников. Я согласилась и потребовала задаток. Получив кошелек серебра, я наведалась к оружейнику и с покупками оправилась домой. Данко и Бруно, как ни странно, не сбежали, воспользовавшись моим отсутствием. Когда я ввела коня по двор, они в дружеской схватке катались по земле. - Хватит дурачиться, есть работа, - крикнула я, и парни, расцепившись, приветствовали меня легким поклоном. - Что за работа, хозяйка? - Завтра на рассвете мы сопровождаем невесту в соседний город. Оплата хорошая. Два-три таких дела, и я дарую вам свободу. Помогите разгрузить Дьябло. Я привезла вам подарки. Стеганые доспехи, щиты и шлемы, которые я купила на последние деньги, привели моих любовников в восторг. Они подурачились с щитами, пока не осознали, что чего-то не хватает. - Хозяйка, а про мечи ты забыла, - заметил Данко, присаживаясь на крыльцо. - На новые мечи у меня денег не хватило, но безоружными я вас не оставлю, - я заглянула в сарай и протянула каждому по мечу в потертых ножнах. – Это клинки из моих личных запасов, осторожно очень острые. Парни обнажили мечи и, полюбовавшись на вороненую сталь, сделали пробные взмахи. - Отличное оружие. Спасибо, госпожа, - на этот раз рабы отвесили мне почтительный поклон. Вечером сразу после заката я объездила обоих, и мы втроем отлично выспались. На рассвете мы присоединились к обозу, везущему дочь купца в соседний город. На второй день пути у меня с начальником конвоя возникли разногласия в выборе дороги на перекрестке. Спор кончился тем, что я посадила девушку на одну из входящих в приданное лошадей и увезла по выбранной мной дороге, оставив обоз с приданным на попечение конвоя. К полудню следующего дня мы прибыли к дому жениха. Его дом был оформлен в траурных тонах. Я подъехала ближе и спросила у привратника, кого хоронят. Оказалось, что траур объявлен по погибшей от рук разбойников невесте, которая сидела в седле под охраной моих парней прямо у самых ворот. Я уговорила привратника позвать жениха, сказав, что располагаю сведениями о его невесте. Когда жених вышел, я предъявила ему девушку, живую и здоровую. Обрадованный мужчина позвал гонца, принесшего дурную весть и, обнимая невесту, потребовал объяснений. Выяснилось, что отец не хотел отдавать свою дочь и приданное жениху, поэтому инсценировал нападение на обоз. Если бы не моя строптивость, девушка бы сейчас ехала домой в связанном виде. Жених сам заплатил мне обещанный золотой, а невеста прибавила еще ползолотого за защиту от приставаний. Домой мы возвращались верхами, не обремененные медленным обозом, а потому успели до полнолуния. Как истинная Арус, я заранее чувствовала приход полной луны. Из-за юного возраста я пока не перекидывалась, но хорошо слышала зов луны, и в это время все мои чувства обострялись. По дороге Данко поругался с Бруно, из-за чести первым ласкаться со мной, и в результате, блондин улегся спать на лавке. В ночь полнолуния, не смотря на закрытые занавески и одеяло, руны на теле Бруно начали светиться, едва стемнело. Это свечение причиняло парню сильную боль, заставляя извиваться и орать. Акт любви лишь не надолго унял боль. Мне было жалко Бруно, и я, покрывая поцелуями его бьющееся в конвульсиях тело попыталась найти печать, на которой держалось проклятье. Лаская парня, я случайно погладила его зад, и тело встало на мостик. Я раздвинула ему ноги и провела пальцем по ложбинке мягкого места. У самого входа в Бруно переливалась красным и синим магическая печать. Я тихо порадовалась, что будучи рабыней старого мага, внимательно слушала его ворчание и соглашалась составить компанию его сыну в изучении магии. Я приблизила ладонь к печати, и Бруно, истошно заорав, потерял сознание. Я слезла с постели, чуть не наступив на бьющегося на полу Данко, и достала из сундука полированный деревянный фаллос. Обогнув срывающего с себя одежду блондина, я попыталась воздействовать на печать принесенным предметом. Фаллос без проблем прошел через печать, не причиняя боли несчастному, но и не снял ее. Я решила, что печать не жалует только женщин, и затащила на постель Данко. Проявив изобретательность, я смогла взломать печать Бруно с помощью стояка Данко. Едва брюнет лишился печати, сразу перестал биться и расслабленно обмяк. Я не дала ему разлеживаться и заставила овладеть Данко, которому было совсем плохо. И в первый и во второй раз, чтобы контролировать ситуацию, я садилась на того, кому ломали печати, и получила по хорошему заряду магии от каждого снимаемого проклятья. Как только печати были взломаны, руны на телах моих парней исчезли. Я распахнула занавески, впуская лунный свет, но парни продолжали спокойно дремать, измученные проклятьем. Я поцеловала обоих и легла рядом с ними. Утром мои мальчики поблагодарили меня за избавление от проклятья и рассказали, как они оказались в рабстве. Дядя, который их воспитал, за две недели до нашей встречи уехал по поручению барона в столицу, а Данко и Бруно отправил пожить к своему другу, моему клиенту, заплатив за их проживание, пообещав вернуться через неделю. Когда дядя и не вернулся к обещанному сроку, купец потребовал от парней плату за вторую неделю. Те выросли под опекой дяди, который учил их наукам и обращению с оружием, но не позволял покидать его дом, а потому зарабатывать они не и умели и своих денег у них не было. Данко и Бруно попросили дать им отсрочку до приезда дяди, но купец объявил, что если братья не могут отдать долг, то он обращает их в рабство и получит свои деньги, продав первому же, кто согласиться купить. Так они попали ко мне, чему сейчас очень рады. Через два месяца парни отработали свою стоимость, и мы расстались на границе с Арганом. *** Барсам у дверей пыточной я приказала никого не впускать, пока сама не выйду, и вошла внутрь. Связанные Риган и его подчиненный воин сидели на полу и одновременно, подняв головы, посмотрели на меня. - Начнем с Ригана, - объявила я. Сэм и Марио вздернули рыцаря на ноги и попытались снять с него доспех, но у них ничего не вышло. Нагрудник рыцаря был украшен точно такой же руной, как и доспех ратника. Оттеснив мужчин, я без проблем разоблачила Ригана, который от удивления, что это мне удалось, даже освобожденный от веревок, не пытался вырваться. Голого рыцаря подвесили на дыбу. Вот тут то и подтвердились мои подозрения. В сумраке подземелья я увидела светящиеся руны, покрывавшие торс, руки и ноги рыцаря. Я провела ладонью по его мягкому месту, и рыцарь заорал от боли. Над входом в его тело горела, переливаясь красным и синем, магическая печать. - Кто приказал тебе атаковать мой замок? Риган не ответил. - Давай второго, - второго пленника подвесили рядом с рыцарем. Его тело также украшали руны. – Окно приоткрой. Марио открыл ставни, и в пыточную ворвался лунный свет. Пленник, которого коснулись лунные лучи, закричал и начал извиваться, руны на нем вспыхнули огнем. Я накрыла ладонями несколько рун, и парень затих, глядя на меня с благодарностью. Мои ладони закрывали его руны, и те гасли, тогда руки накрывали следующие, не давая запылать в полную силу. - Ты знаешь ответ на мой вопрос? – парень отрицательно покачал головой. – Хочешь избавиться от боли? - Да, госпожа, - пленник умоляюще посмотрел мне в лицо. – Я сделаю все, что ты прикажешь, только избавь от боли. - Назови свое имя и поклянись, что будешь служить мне, Дикой Кошке, верой и правдой, пока бьется твое сердце. Поклянись своей жизнью. - Мое имя Вик. Я клянусь тебе своей жизнью, госпожа Дикая Кошка. В этот момент за дверьми послышалась перебранка. Я ослабила веревку, подтянула воина к рыцарю. Возбудив рыцаря рукой, я заставила его овладеть моей жертвой. Едва пленника лишили невинности, руны на его теле погасли и полностью исчезли. Отпустив парня, я распахнула дверь. Лев, один из тех, кто отказался мне подчиняться, низко мне поклонился. - Прости, что беспокою, госпожа. Пленники в темнице орут от боли, срывают с себя одежду и бьются в конвульсиях. А на их телах какие-то знаки горят огнем. - Я знаю. Сегодня полнолуние, для таких, как они, худший день месяца. - Нам-то что делать? - Разве благородный лев станет слушаться женщину? - Прости, госпожа. Я всего месяц служу львом и не знал, что госпожа - опытный полководец. - Лев пал на колени. - Прости мне мое невежество и недоверие. После боя капитан объявил, что до возвращения господина все львы подчиняются приказам госпожи. Я выполню любой твой приказ, госпожа, только не гневайся. - Сэм, поговори с пленниками, может, что и узнаешь, а я скоро вернусь,- велела я и вслед за львом отправилась в темницу. В большой камере действительно творилось что-то странное. Восемь пленников в голом виде истошно орали и в судорогах бились на полу в лунном свете, лившемся из небольших окон под потолком Их тела пылали такими же знаками как у Вика и Ригана. - Отопри, - велела я льву. - Госпожа, это может быть небезопасно, - слабо возразил лев, доставая ключи. Я пристально посмотрела ему в глаза, и передо мною мгновенно распахнулась дверь. Я присела над ближайшим пленником и, осмотрев его, велела одному из охранников подтащить и положить рядом его товарища. Поговорив с пленниками и взяв с них клятву верности, я распечатала их всех, и знаки исчезли. - Спасибо, госпожа Дикая Кошка, - сказали мне пленники, одевшись. - Я оставляю вас в этой камере до полудня. Сейчас мне некогда с вами разбираться, - сказала я и вышла из камеры. Тюремщикам я запретила прикасаться к «своим мальчикам» и поднялась на свой этаж. - Кевин, отправь пятерых спать в мою комнату. На рассвете они сменят оставшихся. А тебя заменит на рассвете Сэм, - объявила я своему лейтенанту. Тот кивнул, и стражи вошли в мою спальню. - Госпожа, пленники разделись и бьются на полу как рыбы, выброшенные на берег, - доложили мне Медведь и Леопард, охраняющие комнату в конце коридора, куда я утром выселила Марио. На полу действительно бились сияющие знаками парни, такого же возраста, как и остальные пленники. По моему приказу стражи перетащили несчастных на тюфяк и уложили рядом. Я сняла штаны и, оседлав бедра одного из пленников, велела Орсе помочь второму распечатать моего скакуна. Едва парень подо мной лишился невинности во всех смыслах, я получила мощный приток магической силы. Освободившись от боли, парень поднял на меня глаза в изумлении. - Ты богиня? - Нет. Я хозяйка замка, на который ты напал вместе с рыцарем Риганом. Я разбила ваше войско и взяла в плен. Если не хочешь, чтобы боль вернулась с двукратной силой, принеси мне клятву верности и делай все, что я скажу. - Как прикажешь, госпожа, - парень поклялся мне в верности, после чего помог мне уложить своего товарища по несчастью на спину и, как только я оседлала страдальца, овладел им. Я получила еще один приток силы и решила, что для драки с магом мне этого хватит. Оставив принесших мне клятву верности пленников под присмотром моих барсов, я вернулась в камеру пыток. - Сэм, Риган что-нибудь сказал? - Страж отрицательно покачал головой. Я открыла ставни настежь и едва лунный свет коснулся рыцаря, тот заорал от боли. Я погладила Ригана по мягкому месту, и он от нестерпимой боли потерял сознание. Несколькими пощечинами я привела рыцаря в чувство и, подняв его лицо за подбородок, заставила посмотреть мне в лицо. - Не думай, что я действую по наитию. Я точно знаю, какое на тебе и твоих людях лежит проклятье. Ты единственный из пленников на ком оно осталось. Всех остальных я уже расколдовала. Посмотри на Вика. Он спокойно переносит лунный свет. Ты тоже можешь перестать страдать, как только назовешь мне имя своего господина и расскажешь, как дать ему знать, что замок взят. - Я не предам своего господина, - прохрипел рыцарь и снова с криком забился в конвульсиях. - Сэм. Иди спать, здесь я справлюсь сама. На рассвете сменишь Кевина, - Росомаха поклонился и вышел. - Риган, я сейчас вновь сделаю попытку проникнуть в тебя, и от боли ты расскажешь мне все, что я хочу знать, и даже то, что мне не интересно. Я уверена, что послал тебя вовсе не Моран. Это кто-то из его братьев, верно? Возможно, твой отец? - Я не предатель, герцогиня, - с трудом произнес рыцарь. Я опустила Ригана так, что он оказался на коленях, и положила руку ему на лоб. Прочитав мысли рыцаря, я подозвала Марио и шепотом дала указания. Парень кивнул и, взяв плащ Ригана, вышел из пыточной. Освободив Вика, я велела ему овладеть Риганом, после чего с одним из барсов отправила в комнату Сэма. - Неужели ты решил, Риган, что твой отказ, меня остановит? - спросила я, оставшись наедине с рыцарем. - Я защищаю свой дом всеми возможными способами. Я - варварка, и твое молчание для меня не препятствие. Хуже того, твой господин, как только увидит твое чистое от пылающих знаков тело, точно решит, что ты его предал. Он скоро будет здесь. Я послала за ним своего человека. - Ты ведьма? - Нет, но я очень хороший знахарь и немного знакома с магией. Я воин Аруса, если это тебе о чем-нибудь говорит, - пленник восхищенно на меня посмотрел. О воительницах Аруса он слышал, и, узнав, что герцогиня - одна из них, перестал удивляться своему проигрышу. - Ты убьешь меня? - Тебя убьет твой господин. Твоя участь не так уж и плоха. Я уже встречалась с таким же проклятьем. Если бы не я, тебе и твоим людям пришлось бы каждое полнолуние отдаваться своему господину для избавления от боли на протяжении всей жизни. Ни о какой семье и наследниках и речи быть не могло. Таким, как ты, общение с женщинами строго запрещено, не так ли? - Риган машинально кивнул. - А сейчас твои братья, а все выжившие являются твоими братьями по отцу, спокойно спят, и ни одно полнолуние больше не станет для них кошмаром. - Разве ты их не убила? - удивился пленник. - А зачем? Я избавила их от боли в обмен на клятву верности. Мне нужны умелые воины, а твои братья — неплохие бойцы. Они выполняли приказ, другой вины за ними я не вижу. Риган еще что-то хотел сказать, но в этот момент в дверь заглянул Сервал и позвал меня. Только я вышла на внешний двор, освещенный занимавшейся зарей, как в ворота постучали. - Откройте рыцарю Северну, - я надела шлем и кивнула Бальтазару. Ворота открылись и на двор въехали три всадника, в одном из которых я узнала Марио. По моему знаку Марио тут же скрылся в конюшне. - Ну, здравствуй, рыцарь Северн, побочный брат Барона Морана, - насмешливо произнесла я, и мои стражи алебардами оттеснили второго всадника от рыцаря. - Кто ты и где рыцарь Риган? - спросил мужчина лет сорока с дорогой одежде. - Я — хозяйка этого замка, а Риган в камере пыток, как и положено пленнику. Северн вскинул руку и метнул в меня пульсар, я отбила магический сгусток пламени плащом и в ответ ударила магией ветра. Пришельца снесло с седла на камни двора. Я наступила упавшему противнику на горло сапогом и велела связать его, обвязав веревкой каждый палец отдельно. Второго всадника повязали без моей помощи. Северна потащили в камеру пыток, а его спутника, который оказался еще одной жертвой проклятья, - в темницу. Увидев Ригана, Северн попытался щелчком пальцев вызвать пульсар, но у него ничего не вышло. Я стащила с мага штаны и убедилась, что он и есть причина проклятья Ригана и его братьев. На причинном месте Северна красовалась руна ключа. Допросив виновника моих сегодняшних забот, я отрубила ему голову, а затем и Ригану. Очистив от крови меч, я велела барсам избавиться от тел, а сама решила проблему с проклятьем приехавшего воина и повязала его клятвой крови. Марио повстречался мне на выходе из темницы. - Иди спать в мою спальню, день был длинный. Завтра решу, что с тобой делать, - устало зевнула я и, убедившись, что охраной моих покоев командует Сэм, скрылась за дверьми детской.