Глава 8
21 апреля 2021 г., 16:21
Тревожное состояние экипажа расползалось по уцелевшим кораблям республиканцев, словно неизвестная зараза. У людей сдавали нервы, а чувствительные к Силе на физическом уровне ощущали подавляющее напряжение, в котором пребывали все разумные существа в радиусе пары километров.
«Они должны напасть. Почему же они этого не делают? Каких ещё сюрпризов ждать от противника?» — были основными мыслями, которые проникали в головы одарённых, несмотря на все ментальные щиты.
— Мы в меньшинстве и уязвимы, так чего они ждут? — не унимался Рекс, то вглядываясь в пространство за пределами крейсера, то возвращаясь к развёрнутой голокарте.
— Возможно, подкрепления, — предположил Коди.
— Тогда нам всем пи…
— Капитан, не выражайтесь, — подал голос Кеноби из дальнего угла. — Меня эта ситуация тоже не радует, но мы не можем покинуть орбиту Квукрра, не выполнив миссию.
— Нас прислали на подмогу эскадре генерала Ундули, но, — Рекс обвёл рукой пространство за панорамными иллюминаторами, — судя по обломкам, помогать уже некому.
За последний час клоны успели дважды перепроверить все имеющиеся каналы связи. Но, если генерал Ундули и была жива, то, похоже не располагала армейским оборудованием, а передатчики «местного» производства не пеленговались республиканскими кораблями. Благо, на борту нашёлся один орбитальный сканер, способный находить и расшифровывать любые типы сигналов, поступающие с поверхности. Правда, он был в не очень рабочем состоянии.
— Луминара жива, я это чувствую. И Энакин тоже, так ведь?
— Что? — раздражённо отозвался Скайуокер, вместе с парой техников ковырявшийся в том самом приборе.
— Ты её чувствуешь? Луминару Ундули?
— Да, чувствую. И её, и с десяток тысяч живых существ, и их нескончаемые потоки бесящих мыслей и нервных эмоций. Включая твои собственные! — генерал ткнул пальцем в сторону бывшего наставника. — Ещё вопросы будут или мне, наконец, позволят вернуться к работе?!
— Конечно, — Кеноби предпочёл погасить конфликт в зародыше. — Извини, что отвлёк.
Скайуокер тихо выругался, бросил в сторону инструмент, который всё это время крутил в руке, отодвинул очередную панель и засунул туда механическую руку почти по плечо. Сканер противно пискнул, заморгал индикаторами, после чего выплюнул пару искр на того, кто посмел вторгнуться в его личное пространство.
— Сэр, вы в порядке?
— В полном, — Скайуокер вытащил из недр прибора тонкий кабель, механической рукой содрал изоляцию и подключил напрямую к отдельно лежавшей плате. Прибор затих, ещё раз мигнул огоньками, сменив большую часть на зелёные и… Включился.
— Отлично! Теперь, даже если с планеты подадут самый слабый импульсный сигнал, мы его поймаем.
— Если бы Ундули позаботилась о средствах связи заранее, мне бы не пришлось терять время, оживляя эту древнюю рухлядь, — проворчал Энакин, вытирая руки.
— Но, Учитель, — подала голос молчавшая всё это время Асока, — сканеру всего несколько лет. Не такой уж и старый.
— Всё равно рухлядь, — отмахнулся Скайуокер.
— Сэр, на сканирование всей поверхности планеты может уйти от нескольких часов до суток, — предупредил клон-связист.
— Начните с юго-восточной части, — распорядился Кеноби. — Там ощущается больше всего живых существ.
— Сэр? — памятуя о недавних распоряжениях начальства, клон перевёл взгляд на своего генерала, ожидая подтверждения.
— Выполняйте, — кивнул Энакин под хмурым взглядом бывшего учителя. — Что?
— Я старше тебя по званию, — шёпотом напомнил Оби-Ван.
«Можешь вернуться на «Переговорщик» и оттуда командовать», — мысленно отбрил его Скайуокер.
«Ты роняешь мой авторитет перед солдатами», — так же беззвучно отозвался Кеноби.
«Не переживай, ему недалеко падать», — усмехнулся Энакин.
Магистр едва не нарушил собственный приказ «не выражаться», но тут один из связистов сообщил о нахождении слабого сигнала с поверхности.
— Наши?
— Шифровка стандартная, но нет личного кода генерала Ундули, — отозвался клон.
— Возможно, кто-то из выживших солдат, — предположил Коди.
— Не важно, выводи на общий канал, — распорядился Скайуокер, присоединяясь к Рексу за развернутой панелью.
Лёгкие помехи сошли на «нет» за первые пару секунд, и над прибором появилось изображение клона с маленькой чёрной меткой на шлеме. Еще пару мгновений спустя его заменило изображение суровой мириаланки.
— Рада видеть вас в добром здравии, господа.
— Приветствую, генерал. Рад, что вы живы, — кивнул Оби-Ван, в отличие от которого Скайуокер даже не пытался изображать радость от встречи.
— Спешу сообщить, что наша ситуация не из приятных. Моя эскадра была разгромлена противником, а главный крейсер захвачен.
— Спасибо за вовремя предоставленную информацию, — проворчал Энакин.
— Успокойся, — тихо попросил Кеноби и повернулся к голограмме Луминары. — Сколько бойцов с вами, генерал?
— Успели эвакуироваться чуть больше тысячи, считая личный состав, сенаторов и их обслуживающий персонал, — ровно ответила мириаланка.
— Сенаторы? — растерянно переспросил Коди.
— Это была дипломатическая миссия, — пояснила генерал Ундули. — Мы прибыли на орбиту Квукрра, чтобы помочь вуки заключить перемирие с трандошанами. Обе стороны настояли на встрече без оружия, но, едва делегация собралась на борту в полном составе, как поступило сообщение о приближении флота сепаратистов. Мы слишком поздно поняли, что представители Трандоши с ними в сговоре. Они же и захватили крейсер, перебив клонов, которые прикрывали наше отступление.
— А как же встреча «без оружия»?
— Трандошане пронесли на борт короткие бластеры, которые не бросались в глаза.
— Их что, даже не обыскали?! — возмутился Энакин.
— Генерал Скайуокер, — голограмма развернулась к мужчине всем корпусом. — В рамках дипломатической миссии не принято…
— Да плевать на ваши рамки! — продолжал бушевать генерал. — Идёт война, и безопасность в подобных ситуациях должна быть высшим приоритетом.
Ну вот кто, кто взял эту женщину в армию? Ладно, на дипломатических нормах могли настоять представители Сената, но Сила-то ей на что? Или, при наличии реальной угрозы, ничего не ёкнуло?
— В любом случае, — продолжила Луминара, — сейчас необходимо провести эвакуацию для представителей Сената и высшего офицерского состава. По нашим данным, сепаратисты готовят ковровую бомбардировку планеты.
— И перебьют всех, включая местных жителей, — выдохнул Кеноби.
Скайуокер каждой клеточкой почувствовал, как напряглись Коди и Рекс. Да, их братьями, в очередной раз собирались пожертвовать, на этот раз для сохранения более «ценных» жизней.
— Вышлите за нами транспорт и обеспечьте безопасный коридор.
— Если только Силой, — фыркнул Скайуокер. — У нас минимум боеприпасов, ограниченный запас топлива и явно недостаточно кораблей для такой операции.
— Мы не можем ждать подкрепления, сепаратисты ударят в любой момент, — заявила мириаланка.
— Предлагаете нам геройски погибнуть, чтобы доказать верность идеалам?! — На языке Энакина крутились совсем уж неприличные эпитеты в адрес генерала. Мало того, что они в засаду попали по вине этой, не особо умной женщины, так теперь ещё и её бредовые приказы выполнять?
— Так поступают джедаи.
— Я не отправлю на верную смерть сотни своих людей, ради спасения… Скольки? Десяти? Двадцати разумных?
— Генерал Скайуокер, напоминаю, что клоны — не «ваши люди», а собственность Республики. И их задача — обеспечение победы в этой войне. Любыми средствами.
— Боюсь, в чём-то Энакин прав, мы не располагаем достаточными силами, чтобы вступать в открытый бой, — примирительно заговорил Кеноби.
— Так используйте отвлекающий маневр, — продолжала стоять на своём Луминара.
Вейдера начинал всерьёз раздражать этот разговор. Ундули была из той породы джедаев, которая следовала прописанным догмам, вплоть до знаков препинания. И к клонам относилась так же, как любому другому оружию, причём, не в силу скверного характера, а потому что так сказал Орден. А, поскольку «смерти нет — есть только Сила», Луминара не считалась с потерями: ни среди солдат, ни среди собратьев-джедаев.
А вот Скайуокер умирать не хотел, да и становиться калекой, как ни странно, тоже. Мужчине нравилось быть живым, ходить на своих ногах, чувствовать запахи, вкусы и прикосновения любимой женщины. С которой ему, между прочим, ещё двоих детей воспитывать.
«Правда, что ты участвовал в гонках Бунта-Ив?» — спросил Люк со смесью гордости и детского восторга в глазах.
У них было так мало времени и всего пара разговоров, да и те уже после того, как он стал призраком Силы… В этот раз он планировал прожить свою жизнь иначе. И уж точно не заканчивать её по прихоти одной… мириаланки и нескольких сенаторов.
Скайуокер выдохнул, чувствуя, как мысли о сыне сводят его раздражение на «нет». Предоставив бывшему учителю продолжать малополезный разговор, мужчина щёлкнул металлическим пальцем по панели, воспроизводя кадры недавнего боя, где захваченная «Победа» разносила в клочья республиканские корабли.
А ведь это почти имперский крейсер… Не «Палач», конечно, но намного мощнее «Венатора», да и укомплектован, судя по недавним событиям, в разы лучше.
Энакин перебросил информацию о новом крейсере на свою деку и отошёл в сторону, абстрагируясь от спора между Луминарой и Кеноби. Сорок сдвоенных тупрболазерных пушек вместо двух, возможность выпустить одновременно триста двадцать ракет, вместо четырёх протонных торпед.
Впечатляет. Очень впечатляет!
Теперь понятно, почему конфедераты захватили «Победу», а не разнесли её вместе с остальными кораблями. На флагманах Торговой Федерации, как правило, стояло несколько турелей да пара десятков точечных лазерных пушек. А прочие корабли и вовсе были переоборудованными тяжёлыми транспортниками, предназначенными для переброски грузов, а не ведения боёв.
Скайуокер продолжал изучать характеристики крейсера, пытаясь найти в нём слабое место. Судя по всему, этот корабль недавно сошёл с верфей и был набит под завязку: торпеды, пушки, новейшие системы, даже дроидов больше обычного, хотя от тех же «мышей» больше проблем, чем пользы. Сознание зацепилось за последнюю мысль. В голове возник забавный образ дроида, который спотыкается о бегающую «щётку». И лишается головы, попав в резко закрывшуюся переборку.
«Сумасшедший план», — заявил внутренний голос.
«Потому наверняка сработает», — мысленно усмехнулся Энакин.
— Послушайте, сепаратисты понесли некоторые потери и сейчас наверняка просчитывают новый алгоритм. Я свяжись с Советом, попробую запросить подкрепление.
— В таком случае, не теряйте время, магистр, — и голограмма Луминары исчезла.
— Пошли, — Скайуокер направился к выходу, давая знак Рексу следовать за ним. Асока не нуждалась в приглашении, да и Коди, помявшись пару секунд, вышел следом, оставляя Оби-Вана наедине с его невесёлыми мыслями.
***
Уставший Кеноби шёл по коридору, старательно подбирая слова для разговора с бывшим падаваном. У Энакина не впервые проявлялась склонность к Тёмной стороне, но, если раньше он лишь протягивал руку за черту, то сейчас уверенно ступал туда обеими ногами, цепляясь за Свет кончиками пальцев. Впрочем, Оби-Ван не питал иллюзий по поводу того, что, а, вернее, кто удерживает Энакина от падения в Тьму. На последний мысли в голове сам собой всплыл недавний эпизод на частной террасе: «Я забираю Энакина в Храм, — уверенно заявил Кеноби, уже готовый Силой поднять с пола бессознательного ученика. — Лекари ему помогут» «До этого утра он в помощи не нуждался», — Падме сидела на полу, бережно поддерживая голову возлюбленного на своих коленях и сверлила собеседника яростным взглядом. «Ты же понимаешь, что это ненормально. Он может быть опасен и для тебя, в том числе. Пожалуйста, отойди». «И не подумаю, — продолжала упрямиться Амидала. — И что же вы сделаете, магистр? Примените ко мне силу?» «Нет, — выдохнул Кеноби. — «Конечно нет» «В таком случае, позвольте с Вами проститься. Моему с… Другу необходима моя помощь» Привязанность ведёт к Тёмной стороне Силы… А если чувство намного сильнее простой привязанности? Должна ли любовь подталкивать к падению или, напротив, является спасением от неё? Бездушные голокроны говорили одно, но Оби-Ван видел и, более того, чувствовал, как любовь, связавшая экс-королеву и его бывшего ученика, крепко держит последнего в рамках, не давая переступить черту. «Так может стоило, хотя бы, попробовать…» — мелькнуло в голове, прежде, чем Кеноби успел заглушить мысли, отдававшие горечью и сожалением. Но ничего уже не вернуть, а потому, магистр поспешно очистил голову, сосредотачиваясь на существующих проблемах и поисках хотя бы одного решения. И куда только Энакин запропастился? — Ты пропустил совещание с магистрами, — заявил Кеноби, наконец, обнаружив Скайуокера в одном из закрытых ангаров. Молодой генерал и несколько клонов в рабочих комбинезонах увлечённо ковырялись в подбитом дроиде-истребителе. Оставалось надеяться, что этот «Стервятник» своё отжил… — Я подумал, что ты, в любом случае, о нём расскажешь и решил не терять времени, — усмехнулся Скайуокер, не отрываясь от работы. — Мудрый подход, тем более, что в подкреплении нам отказали, — вздохнул Оби-Ван. — Этого следовало ожидать, — спокойно отозвался Энакин, выбираясь из-под крыла и вставая на ноги. — Зачем, по-твоему, сепаратистам эта колония? — Привлечь трандошан на свою сторону, ужесточить конфликт между ними и вуки, в итоге лишив Республику поддержки последних, — пустился перечислять магистр. — О, да, Республика ведь не выживет без Кашиика и двух его колоний, населённых представителями полу примитивного сообщества, — усмехнулся Скайуокер. — Что ты пытаешься сказать? — Что ты не о том думаешь. — Поясни, пожалуйста. — Ты рассуждаешь с позиции джедая, а думать надо, как ситх. Причём, как один конкретный ситх, который и заправляет этой партией в дежарик. — Говоришь так, словно уже забрался к нему в голову. — Всего лишь применяю логику, магистр, — усмехнулся Скайуокер, внезапно вспомнив слова своего первого учителя о том, что Оби-Ван не всегда дружит с этой наукой. — И что она подсказывает? — Давай пойдём от обратного, — Скайуокер развернул перед Кеноби голокарту. — Ундули управляет тремя эскадрами, но на орбиту Квукрра прилетела с одной. Почему? — Потому, что трандошане инициировали переговоры с вуки. Это была дипломатическая, а не военная миссия. Как только на радарах появились сепаратисты, она попросила о помощи. — И прислали нас. — Верно, — кивнул Оби-Ван, всё еще не понимая, к чему клонит его ученик. — Зачем? — последовал логичный вопрос, на который у Кеноби не было ответа. — Неужели Совет не нашёл никого, кто был бы ближе к среднему кольцу, чем мы с тобой? — продолжил Скайуокер. — При том, что всего в нескольких парсеках отсюда базируется, минимум, две секторальные армии. — Н-да, неувязочка, — согласился магистр. — Что ты об этом думаешь? — Противнику нужно было время, чтобы разнести одну эскадру и гарантия, что подкрепление явится неполным составом. Полет из центра занял бы меньше времени, чем наш перелёт с дальних рубежей. И, заметь, на них напали, как только вы ушли в гиперпространство. — Чтобы не было возможности связаться и сообщить о ловушке, — кивнул Оби-Ван. — Хорошо, допустим, но, где гарантия, что мы не надавали бы им по антеннам? — В нашем предыдущем задании. Та дозаправочная станция была под завязку забита дроидами, мы бы, как минимум, половину личного состава потеряли. — И тогда здесь у нас не хватило бы пилотов, чтобы обороняться, — уловил мысль Оби-Ван. — Нас должны были добить на орбите Квукрра. Фактически, Республика бы потеряла три эскадры и одну колонию дружественного народа в среднем кольце. Сенат был бы в панике. — А канцлер, воспользовавшись ситуацией, протащил бы любой закон под предлогом защиты граждан. В идеале вообще свернул бы оппозицию. Умно. — И эффективно. Оппозиция получает всё больше народной поддержки, добилась серьёзного сокращения военных расходов. Если так дальше пойдет, они вынудят канцлера сложить чрезвычайные полномочия и перейти к дипломатии. — Когда ты начал так хорошо разбираться в интригах политиков? — Кеноби усмехнулся в усы. «Я женат на одной из них» — чуть не ляпнул Скайуокер. — Не важно. Сейчас мы сравняли счёт, и есть шанс действовать на опережение. — Звучит так, словно у тебя уже есть план. — Ещё бы, — и Энакин, с довольным лицом, продемонстрировал бывшему наставнику крейсер, последний час занимавший его мысли. — «Победа»? — магистр непонимающе посмотрел на бывшего падавана сквозь прозрачный голубой корабль. — Точно. Заберём его себе. С помощью вот этого, — и молодой генерал указал на перебираемого техниками «Стервятника». — Хочешь захватить крейсер с помощью одного истребителя? — Нет, с помощью одного дроида, — Скайуокер выразительно покосился на тихо посвистывающего в стороне Р2. — Что может сделать один маленький дроид? У этого крейсера сложная система управления и мощные щиты, которые в одиночку не отключить. — Отключить — нет, — согласился Энакин. — Но частично перекрыть подачу энергии на них — запросто. — Продолжай, — кивнул Оби-Ван, краешком подсознания чувствуя, что бывший ученик движется в нужном направлении. — Устроить диверсию. Активировать всех имеющихся на борту дроидов и отправить их путаться под ногами, замкнуть все переборки на закрытие через каждые двадцать секунд, отключить гравитацию, свет, в общем, максимально дезориентировать противника. Пока конфедераты будут искать причину поломки, мы по-тихому, проберёмся на борт. — Возьмём крейсер на абордаж? — Точно, — усмехнулся Скайуокер. — И разнесём противника с близкого расстояния. Кеноби редко одобрял авантюрные затеи бывшего падавана, но сейчас слова Энакина звучали куда разумнее самоубийственного плана Луминары. Оби-Ван как раз собирался озвучить эту мысль, когда за спиной раздался скрежет. Оба среагировали мгновенно, успев отпрыгнуть в стороны прежде, чем убийственный заряд ожившего дроида задел бы их. Второй выстрел Кеноби отразил мечом, направив его в сторону от убегающих техников. Третий полетел в Скайуокера. Но тот только голову отклонил и, сгруппировавшись, в два прыжка оказался рядом со «Стервятником». Силой опрокинув истребитель, мужчина грубо оторвал одну из металлических панелей, искусственной рукой выдирая находящуюся под ней плату. Дроид издал противный писк, опрокинулся навзничь и затих. — Ренч! — рявкнул Скайуокер, наконец, переведя дыхание. — Вы заверили меня, что деактивировали «Стервятника»! — Сэр, — вперед вышел побледневший клон. — Я был уверен, что он… Он не… не подавал… признаков… Техник затих, выпучив испуганные глаза и хватая ртом воздух. На остальных присутствующих словно напало оцепенение, а некоторые могли поклясться, что в ангаре поубавилось света. Кеноби первым отошёл от странного наваждения, лихорадочно пытаясь сообразить, как разрядить обстановку, при этом не сделав хуже. Но маленький астродроид опередил его, включив голозаписть недавнего сенатского заседания. Спокойный, доброжелательный голос леди Амидалы не был обращен к Вейдеру, но проникал в его сознание мягким живительным потоком, остужая вспыхнувшую ярость. Спустя бесконечное мгновение мужчина прикрыл глаза, отпуская несостоявшуюся жертву. Клон рухнул на пол пытаясь отдышаться, одновременно с этим бормоча извинения. Генерал распорядился выпроводить некомпетентного сотрудника из ангара, краем глаза наблюдая за бывшим наставником. Он чувствовал, как в Кеноби борется желание устроить ему выговор за подобное проявление Силы и опасение спровоцировать новый, ненужный конфликт. В итоге победила дипломатия, подталкиваемая осознанием того, что ошибка техника, действительно, едва не стоила им жизни.***
— Первой и второй ударной эскадрилье готовиться к вылету, — распорядился Скайуокер. — Р2 не должен вызвать подозрение при возвращении на «Победу». Лейтенант, ваша задача — устроить небольшую потасовку. Обстреляйте малые корабли противника с налёта и назад, к нашим позициям. Моя команда спрячется среди обломков и будет ждать сигнала. Как только Р2 устроит диверсию на «Победе», переберёмся внутрь. — Вас понял, — кивнул офицер, надевая шлем. — Не подходите близко к кораблям, бейте дальнобойными орудиями, — послышалось в головном комлинке. — Готов, приятель? — обратился Энакин к спрятавшемуся в «Стервятнике» астродроиду. Два писка и короткая трель в ответ дали понять, что Р2 здесь самый готовый и рвётся в бой. — Да пребудет с тобой Сила, — произнёс Оби-Ван. — Надеюсь, твой план сработает. — Да пребудет Сила с тобой, — кивнул Энакин, забираясь в свой истребитель. — И, кстати, полную версию плана знаем только мы с тобой. Поэтому, если информацию сольют в Совет, а через него — сепаратистам, я буду точно знать, по чьей вине он провалился. — Всё еще не доверяешь, — покачал головой Кеноби. — Докажи, что я ошибаюсь, — серьёзным тоном ответил Скайуокер, включая двигатели. Как только ангар остался позади, телом овладело такое знакомое чувство единения с машиной. И оно не было связано с жизнью в теле киборга. Нет, Скайуокер всегда ощущал этот неповторимый симбиоз, садясь в гоночный под или старенькую дельту. Корпус становился продолжением его тела, а пушки и двигатели — продолжением мысли. Разум и Сила сплавлялись в единое целое, позволяя предвидеть движение противника, уворачиваться от столкновений буквально за мгновение и проходить безопасными коридорами сквозь строй неприятеля. — Держаться за командиром, в открытый бой не вступать, — распорядился генерал, позволяя Р2 улететь чуть вперёд и скрыться за обломками. Перестроившись в боевой порядок, истребители в считанные минуты подлетели к позиции сепаратистов, почти одновременно давая залп по дрейфующим на орбите кораблям. Дроиды не заставили себя ждать, налетев угрожающим роем. Крупные корабли в бой не вступали, надеясь на свои щиты и лишь иногда лениво отстреливаясь. А «Стервятники» действовали по стандартной для них схеме: садились на хвост и преследовали истребитель противника, пытаясь поймать его в прицел. Дроиды превосходили республиканцев числом, но постоянно сбивались то с цели, то с курса, особенно когда на пути, внезапно, появлялся очередной обломок. Да и клоны путали противника своим поведением, то бросаясь в атаку, то отступая. Пока командование сепаратистов соображало, что делать с этой непонятной вылазкой, Р2 успешно смешался с толпой, пропав из зоны видимости. — Большое скопление истребителей по правому борту! — Ударить с налёта и вернуться на позиции, — раздалось в комлинке. — В Р2 не попадите, — напомнил генерал. — Сэр, вы бы хоть маячок на него поставили, я его уже не вижу, — отозвался один из пилотов, мастерски подстреливая напавшего на него «Стервятника» — Я тоже, — подтвердил ещё один клон. — Сворачиваем атаку, — распорядился Скайуокер, отводя истребитель к ближайшему крупному обломку. — Лейтенант, уводите своих людей. — Вас понял, сэр, удачной охоты, — ответил офицер, покидая место сражения. Несколько «Стервятников» полетело следом, но дроиды быстро развернулись, видимо, сообразив, что на вражеской территории их легко расстреляют из крупнокалиберных орудий. — Начинаем отсчёт, — Энакин прицепился к огромному куску покореженного металла, бывшем когда-то соплом гипердвигателя. — Тишина в эфире через пять, четыре… — До связи через час. — Один. Отключить внешние передатчики. Скайуокеру не нужна были ни связь, ни радары, чтобы через Силу видеть своих солдат. Как и противников, слишком сосредоточенных на предстоящей атаке, чтобы отвлекаться на мелочь, вроде кучки непонятно куда девшихся истребителей. Клоны нервничали первые десять минут. Следующие двадцать погрузили их почти в полусонное состояние. Спустя назначенный час, когда включилась связь, один даже зевнул в эфире. — Прошу прощения, — пробормотал пилот под тихие смешки товарищей и командира. — Генерал, полагаете, что ваш дроид справился? Ответом был небольшой локальный взрыв в районе ангаров «Победы» и нарастающий страх разумных существ на борту крейсера, который Скайуокер ощущал через Силу. Видимо, Р2 решил развлекаться по полной. — Похоже на то, — отозвался Энакин. — Господа, начинаем. Идём к цели крайне осторожно, если заметят, нам придется очень быстро убираться отсюда. Сосредоточившись, генерал сдвинул несколько обломков в сторону крейсера, создавая своеобразный коридор, через который можно было пролететь почти незамеченными. — Не светите двигателями, — предупредил Скайуокер, выводя свой истребитель в нужное положение. Активация дозов всего на несколько секунд подтолкнула Дельту в нужном направлении. — Парни, осторожнее с обломками, нам случайности не нужны. Нужный ангар располагался в нижней части корпуса, и, медленно двигаясь к нему, истребители проходили прямо под пушками. Одно неверное движение, одна вспышка, могла спровоцировать выстрел корабельных орудий, который легко разнёс бы всю команду авантюристов на космическую пыль. Скайуокер мысленно порадовался отсутствию одарённых среди сепаратистов — сейчас его солдаты представляли собой один сплошной поток адреналина, который наверняка заметил бы кто-то, вроде Вентресс. Но, к счастью, датомирская ведьма была мертва, присутствие Дуку не ощущалось, а других адептов Силы среди прихвостней Палпатина не было. — Спокойнее, парни, почти прошли. — Пирс, отстаешь. — Не переживай, догоню, — заверил клон, на пару секунд включая двигатели. И тут одна из турелей дернулась, поворачиваясь в сторону незадачливого пилота. — Вот же… — Спокойно, — мгновенно среагировал Энакин, Силой сдвигая очередной обломок и направляя его в сторону «проснувшейся» пушки. — Тихо. На мгновение вселенная замерла. В эфире слышалось только частое дыхание и, казалось, учащённый пульс. Огромное дуло продолжало смотреть в сторону истребителей, готовое выстрелить в любой момент. Обломок подлетел совсем близко и, чуть зацепив корпус, «уплыл» в сторону. Турель повернулась следом за куском корабельной обшивки, вызвав дружный вздох облегчения. — До цели меньше ста метров, расчётное время прибытия — сорок секунд. — Помните, парни, ни шагу в основные коридоры, идём только техническими тоннелями. Мы понятия не имеем, сколько там дроидов. — Принято. Движемся к мостику и бьём всех, кого встретим по дороге. — Генерал, по нашей информации, на корабле есть живые формы. Что с ними делать? — В расход, — холодно отозвался Вейдер. — Вас они не пощадят, так что не тратьте время. — Нас они уже не пощадили, — пробормотал клон, наблюдая за парящими среди обломков шлемами своих собратьев. — У вас будет время отомстить, солдат. Но сперва, основная задача. В общей суматохе появление нескольких лишних истребителей в ангаре заметила лишь небольшая группа дроидов, которые были перебиты до того, как успели кому-то сообщить о нападении. — Вперёд, — скомандовал генерал, быстро осмотрев прилегающий к помещению коридор. — Здесь небольшой переход, через двадцать метров вход в технический тоннель. Держимся правой стороны до кормовой части, там придётся пробиваться к рубке управления. По слабо освещённому коридору солдаты двигались под стук переборок, писк дроидов, звуки ударов и редкие вопли разумных, скорее всего, трандошан, хотя могли быть варианты. Пару отсеков пришлось «пролететь», видимо, гравитацию там так и не включили. На дроидов команда нарвалась всего раз и те были изрублены световым мечом, до того, как завязавшаяся перестрелка привлекла бы к себе внимание. — Р2, как слышишь? — позвал Скайуокер, когда очередной тоннель сузился, вынуждая солдат и их генерала покинуть укрытие. В комлинке раздался знакомый писк с явной примесью самых положительных эмоций, на которые только был способен астродроид. — Я тоже рад, приятель, — улыбнулся Энакин. — Будь готов отключить свет на мостике и подходах к нему по моему сигналу. — Уи-пи-пип! — Обеспечьте мне прикрытие, рубкой я займусь сам, — распорядился генерал, активируя меч и накидывая капюшон на голову. — Есть, сэр, — кивнул клон, поудобнее перехватывая бластер. Мужчина лёгким движением проскочил через переборку, которая захлопнулась сразу за его спиной. Коридор был пуст, как и следующий за ним, а вот за третьим переходом ощущалось присутствие сразу нескольких разумных существ. Что ж, им же хуже. — Давай, — в общем шуме тихая команда прозвучала едва слышно, но Р2 распознал и послушно выполнил её. В мгновенно окутанных мраком помещениях зажегся аварийный свет, но его тусклого сияния было недостаточно, чтобы рассмотреть высокую фигуру, движущуюся вперед, словно живая тень. Трандошане залопотали что-то на своём языке, но все их мысли сводились только к двум словам: «холодно» и «страшно». И с каждым шагом Вейдера к цели, страх его жертв только усиливался. Выстрелы нескольких дроидов срикошетили о световой меч и вернулись «отправителям», непрозрачно намекнув пока ещё живым, кто перед ними. — Джедай! — завопил один из гуманоидов, рванув к выходу, при этом спотыкаясь о ноги своих же подельников. «Попробуй ещё раз», — мрачно усмехнулся Вейдер, Силой ломая незадачливому беглецу ноги. Коридор заполнили крики, а окружающие мысли — паника, но с обоими легко справилось лезвие светового меча, забрызгав Тёмной кровью пол и одежду палача. — Рохт, Глогл, что там… Ещё один трандошанин высунулся в коридор, но лишился головы до того, как успел закончить фразу. Тело упало с глухим стуком, а его отделённая часть, с распахнутыми глазами и открытым в страхе, ртом, закатилась в рубку управления, останавливаясь перед узкой лестницей. Вейдер вошёл в помещение, окутанный тьмой, словно осязаемым чёрным туманом. Его жертвы замерли в ужасе, пытаясь разглядеть в том, кого они приняли за джедая, хоть что-то человеческое. Но натыкались лишь на яростный блеск золота в глазах ситха. Жалкие попытки защищаться разбились о голубое лезвие и своих же соотечественников, которых незваный гость использовал в качестве живых щитов. Горстка выживших сбилась в кучу, отчаянно моля о пощаде, но уже не надеясь на неё, когда Вейдер замедлился, а холодный голос произнёс: — На колени. Трандошане послушно сползли на пол, попутно бросая уже бесполезное оружие в разные стороны. Они очень хотели жить и были согласны на любые условия. — Коды безопасности, — потребовала живая тьма с пугающими до икоты, глазами. Двое пленных, запинаясь, начали сыпать шифрами на общем языке, постоянно перебивая друг друга, пока третий, наконец, не додумался взять датапад и напечатать нужные символы. — Прошу в-вас, м… Милорд. — Благодарю, — Вейдер протянул механическую руку, забирая устройство из трёхпалой лапы. — Не будете сопротивляться — доберетесь до тюремного блока живыми. — Да. С-спасибо, м… Милорд. Как с-скаже-те, Милорд. — Мостик наш, — тихо произнёс мужчина в комлинк и меньше, чем через полминуты в помещение зашли клоны. Помятые, с небольшими ранениями, но все живые. Последним вкатился довольный собой Р2, на ходу отчитываясь хозяину о количестве лично уничтоженных дроидов. — Этих — в карцер, — распорядился генерал, передавая немногих выживших пленников двоим бойцам. — Капрал, здесь коды безопасности. Вы знаете, что делать. — Да, сэр, — кивнул клон, забирая у Скайуокера деку. — Так, парни, берём управление этой красавицей в свои руки. Демо, Пирс, введите коды и передайте по внутренней связи данные об эвакуации с этого крейсера. Пусть отключают щиты и готовятся принять на борт свои истребители. Пальцы уверенно застучали по кнопкам, передавая пароли и сообщения. Для сепаратистов всё выглядело как диверсия, после которой «Победа» была непригодна к эксплуатации, а, значит, её следовало покинуть. Ближайшие корабли конфедератов запрашивали те самые коды безопасности, а некоторые и без них, с готовностью, снимали защиту. — Сэр, они сменили позывной, — заметил один из клонов. — Крейсер назывался «Защитник», а сейчас — «Обвинитель». — Мне второй вариант больше нравится, — усмехнулся генерал, Силой откидывая один из трупов в сторону. Почти все щиты исчезли через пару минут после получения сообщения, за это время «Обвинитель» успел развернуться, заняв самую выгодную позицию для атаки. — Дефлекторные щиты отключены, сэр, — отчитался Пирс. — «Решительный», вы готовы? — уточнил капрал. — Родились готовыми, — мгновенно отозвался Кеноби. — В атаку! — последовал приказ. Протонные заряды, торпеды и обстрел истребителей прошелся по беззащитным кораблям противника, безжалостно разнося их на куски. Конфедераты спешно разворачивались, одновременно пытаясь восстановить щиты, «Стервятники» собирались вокруг собственных кораблей, прикрывая отступление. Ударные волны от взорванных транспортников накатывали на «Обвинитель» одна за другой, но едва ощущалась крейсером, с его мощными дефлекторами. — Залп из всех орудий! — приказал Вейдер, добивая ближайшие к ним корабли, без оглядки на мораль и милосердие. Несколько мгновений в Силе слышался звон, затихший вместе с последними всполохами догорающих в атмосфере обломков сепаратистских кораблей. Яркие облака сгорающего кислорода и вспышки плазменных залпов снова сменил прохладный свет звёзд и безмятежность бесконечного космоса. — Ну и свалку мы здесь устроили, — раздался в комлинке голос Асоки. — Можешь начинать уборку, — усмехнулся Скайуокер.***
— Твоё имя звучит из каждого кухонного комбайна, — улыбалась Падме, пряча вздох облегчения за показным весельем. — Наше имя, — поправил супруг. — «Скайуокер», с некоторых пор, и твоя фамилия, родная. — Верно, — не стала спорить девушка, опуская глаза. Энакина только позабавила её попытка незаметно осмотреть его на предмет повреждений. Он слишком хорошо знал этот взгляд: взволнованный и заботливый, с едва различимой каплей страха в глазах. Его мать смотрела на него точно также после каждой гонки на подах… — Канцлер передавал тебе привет, — беззаботная фраза, от которой, казалось, воздух вокруг исчез. — Что? — как можно спокойнее переспросил Скайуокер. — Мы случайно встретились в коридоре Сената. Он выразил обеспокоенность слишком рискованными поступками, но, кажется, искренне порадовался твоим успехам. — Так и сказал? — уточнил супруг, прикладывающий максимум усилий, чтобы сохранить спокойное выражение лица. — Сказал, что твои подвиги вдохновляют его, побуждая к действиям, которые, наконец, закончат эту войну, — беззаботно отозвалась Падме, не замечая, как её супруг замер, а зрачки едва заметно расширились, выдавая страх, холодными тисками сжавший сердце.
