Из рассвета и заката

      На сей раз его разбудили не голоса, а уверенная попытка поднять на ноги. Боевые рефлексы сработали быстрее дремавшего разума, швырнув о стену сразу двух солдат.       — Генерал! Да придите в себя наконец!       — Рекс? — пробормотал Энакин, с трудом разлепляя веки. — Где Лея?       — В капсуле, спит, — отозвался клон, помогая своему командиру принять вертикальное положение. — Поворчала немного, пока ребята ее переносили, но не проснулась.       — Хорошо. Р2 не забудьте.       — И в мыслях не было, босс.       Второй проход через электровихри Мортиса оказался для набуанской яхты критическим — почти все системы вышли из строя, бросив корабль дрейфовать в космосе. Приборы жизнеобеспечения дорабатывали последние минуты, грозя оставить Скайуокера без воздуха, когда подоспел Рекс и его спасательная команда. Благо, у медицинской капсулы Леи была автономная система, и дочь даже дискомфорта не ощутила.       Только пройдя через шлюз на шаттл, Энакин осознал, как сильно замерз. Пальцы левой руки плохо слушались, зато правая с лёгкостью выдернула из бокса пачку согревающих пилюль. Генерал забросил их в рот, не запивая, вздрогнул от неприятного ощущения в пустом желудке и выдохнул, чувствовуя, как по телу распространяется тепло.       — Вас больше суток не было, — продолжал Рекс. — Я уже следом хотел лететь.       — У тебя был приказ ждать снаружи, — напомнил Скайуокер.       — Вот и всыпали бы мне по первое число сразу после возвращения, сэр, — фыркнул капитан. — Как девочка? В порядке?       Капсулу Леи оставили рядом с одним из пассажирских сидений. Скайуокер почти упал в него, а потом и вовсе стёк на пол, усаживаясь вплотную к дочери. Малышка спала, пожив крохотный кулачок под щеку, выглядела совершенно здоровой внешне и такой же ощущалась через Силу.       — В полном, — мягко улыбнулся генерал.       — Тогда давайте вернём вас обоих ее маме.       Полет до крейсера занял меньше часа, но Скайуокеру времени хватило, чтобы проснуться окончательно, привести мозги в порядок… И подготовиться к их выносу, который Падме обязательно устроит ему за исчезновение вместе с дочерью. На сутки! Чтоб этот Мортис с его временными аномалиями!       «Сам виноват», — буркнул внутренний голос и затих, словно опасался гнева супруги едва ли не больше, чем императорского в своё время.       Рекс не умолкал всю дорогу, старательно поддерживаемым ровным тоном вводя генерала в курс последних событий. Впрочем, Вейдер не услышал ничего нового для себя: объявление Империи под гром аплодисментов, приказ шестьдесят шесть, разоренный храм. Причем именно в таком порядке, словно старый ситх, не имея под рукой Избранного все еще боялся Ордена. А это означало, что теперь за джедаями развернётся настоящая охота, и каждый, кто попытается спятать их, попадёт под удар.       — Что будем делать, сэр? На его стороне больше половины наших, — нервно произнес капитан.       — И сепаратисты, — кивнул Скайуокер. — А еще пираты, наёмники, клонеры…       — Вся галактика против нас? — вяло усмехнулся один из клонов.       — Ага, как обычно, — прилетело в ответ.       — Отставить разговоры, — коротко велел Рекс. Затем выдохнул, опустился рядом с генералом и тихо попросил:       — Просто скажите, что мы справимся, сэр. Не впустую же мы больше двух лет сражались.       — Мы справимся, — заверил Энакин. — Так или иначе.       Лицо его верного капитана просветлело, он кивнул в ответ и встал, направляясь к сиденьям, а Скайуокер вернул всё внимание дочери. Сейчас, когда она так спокойно спала рядом, он чувствовал, что способен не просто победить. Он, ситх его возьми, мог сбросить Корусант с орбиты, вместе с Императором и его пешками! Разнести на космическую пыль весь вражеский флот, только бы сон Леи никто не потревожил. В этот раз он точно справится, не может быть иначе!       Наблюдая за ровным дыханием ребёнка, Скайуокер пропустил момент, когда они прибыли на базу, лишь краем сознания ощутив что-то странное, будто он переступил через порог и двери за ним закрылись.       Непривычно молчаливого Р2 передали техникам. Ожидавший в ангаре Док просканировал Лею, облегченно вздохнул и с улыбкой кивнул генералу — здорова. На попытавшихся бурно выразить свой восторг колонов зашикали служанки Амидалы, маленькой стайкой окружившие раскрытую капсулу. Даже странно, что сама Падме не прибежала встречать их — ее мягкое сияние ощущалось в сьюте. И казалось бледным на фоне горящего звездой Люка.       Великая Сила, как же он скучал по этому ощущению! По сиянию того самого узора и прочных нитей, что связывали его с сыном. Сколько бы Император и сам Вейдер ни пытались ослабить эту связь, Люк всегда был сильнее. И тянулся к отцу.       — Отставить, — выдохнул Энакин, едва переборка открылась. Вскочившая Дорме зажала рот обеими ладонями, а Файвз опустил бластер.       — Генерал… Девочка?       — В порядке. А вы?       — Пару осколков словили, но в остальном порядок, сэр.       В сознании клона мелькнули воспоминания о взрыве, криках, Тапе, который прикрыл собой лучшего друга и его девушку. Горячих кусках обшивки, летящих в их с Дорме сторону, которые Файвз отбивал руками, согласный заменить еще пару конечностей на металлические, но только не потерять ее. К счастью, броня оказалась достаточно крепкой, чтобы не допустить серьёзных повреждений.       Нутро Энакина дёрнули собственные воспоминании о взрыве и страх, который накрыл так, что мешал дышать. Отмахнувшись от этих мыслей, генерал с дочерью поднялся в спальню к своей семье.       Люк спал, свернувшись калачиком среди подушек, разложенных на кровати. Пухлый кулачок поймал одну из прядей спящей рядом Падме, измученной настолько, что даже не заметившей этого.       Энакин позволил себе секунду, чтобы полюбоваться видом, затем аккуратно уложил дочь рядом с сыном. Лея тут же раскинулась «звёздочкой» отвоёвывая у брата больше места. Скайуокер только усмехнулся, вспоминая бойкий характер своей принцессы. Да, теперь это его принцесса и никакие Органы или Таркины не смогут отобрать ее. Последнего, кстати, можно было найти уже сейчас и решить проблему, так сказать, на корню. Мысль прозвучала громко даже в собственной голове и, видимо, малыши ее почувствовали, тут же завозившись среди подушек.       — М? — Падме подняла заспанные глаза на детей, лишь через пару секунд сообразив, что из двое.       — Лея!       А дочь, словно только того и ждала, разразилась плачем.       — Тише, тише, — Падме ловко подхватила малышку, перебралась в изголовье кровати и стянула с плеча бретельку сорочки. Лея, мгновенно найдя то, что ей нужно, крепче вцепилась в маму и притихла.       Голодная…       — Где вы были? — в хмуром взгляде жены читался немой укор.       — На Мортисе, — не стал отпираться Энакин. — Прости, что сразу не сказал, родная. Сам не знал, как всё обернётся…       Падме бросила еще один недовольный взгляд на мужа, затем опустила глаза на Лею и заметно смягчилась.       — Не делай так больше.       — Больше и не понадобится. Лея в порядке, — Скайуокер погладил плечо жену кончиками пальцев, убедился, что отталкивать его не собираются и крепко обнял обеих своих женщин. — И я, кажется, тоже.

***

      Обед занял у генерала считанные минуты — он просто закинул в рот что-то съедобное, не особо распробовав вкус, и рванул на мостик, оставив жену с детьми под охраной целого взвода.       Жуя на ходу, он попутно заскочил в дальний сьют, надеясь получить от старого графа хоть какую-то информацию, но застал того в состоянии глубокой медитации.       — Он такой со вчерашнего дня, сэр, — тихо доложил один из клонов. — Не вставал и не ел с тех пор, как мы прибыли в эти координаты. Не знаете, что с ним?       — Догадываюсь, — выдохнул Скайуокер.       Так вот что за барьер он почувствовал, вернувшись на крейсер — Дуку поднял вокруг них тёмную завесу, скрывая «Обвинитель» и окружавшие его малые корабли от внутреннего взора Дарта Сидиуса.       «Я еще не готов слиться с Силой», — мелькнуло в голове чужим голосом.       — Спасибо, — вслух произнес Энакин, прекрасно зная, что граф не признает истинных причин своего поступка. Что ж, пусть хранит свои секреты. А ему нужно сохранить Галактику.       — Генерал, — кивнул Юларен, когда Скайуокер, наконец, поднялся на мостик. — Спешу сообщить, что бывший республиканский, а ныне имперский флот стягивается к Корусанту. «Обвинитель» получил соответствующий приказ и угрозу быть уничтоженными в случае отказа подчиниться.       — Что он вам обещал? — тихо спросил Вейдер. — Изначально, когда отправил шпионить за мной.       — Полагаю, не больше, чем графу Дуку, — грустно улыбнулся адмирал. — Я уже выбрал сторону, милорд, но готов сойти с корабля, если в моей верности появились сомнения. В нынешней ситуации они для вас недопустимы.       — Я что-то пропустил? — нахмурился Энакин.       — Он выставит против нас легионы клонов, — Юларен развернулся к генералу всем корпусом. — А, зная отношение солдат друг к другу, сражение обещает быть… непростым.       — Понимаю.       Слишком хорошо понимал: клоны, даже выступив друг против друга, будут пытаться договариваться с собратьями. И велика вероятность, что откроют огонь по командирам, требующим убивать своих же, что может сыграть как на руку Скайуокеру, так и против него.       — Разворачивайте крейсер в сторону Мандалора, адмирал. Оттуда скоординируем дальнейшие действия.       — Есть, сэр.

***

      Кеноби всё-таки выругался, когда Энакин, наконец, вышел на связь. В другой ситуации он не упустил бы возможность посмеяться над бывшим учителем, но сейчас обстоятельства не располагали к шуткам. Да и мата в свой адрес Скайуокер уже наслушался — Квилан Вос объявился буквально перед скачком «Обвинителя» в гиперпространство, высказал генералу за потерянное время и объявил, что летит на Камино надавать клонерам по их длинным шеям.       — Я не верю, что они не предусмотрели механизм «экстренного отключения».       — Предусмотрели, «Приказ сто пятьдесят один» называется.       — Бред сивой банты, — фыркнул Вос. — Для каминоанцев клон — это товар, который выгоднее сохранить и пустить хотя бы на запчасти. Но не портить.       — И всё же, шеи я бы не трогал.       — Если в тебе проснулись джедайские добродетели, то не вовремя.       — Я имел ввиду, что ломать при агрессивных переговорах лучше ноги, — отозвался Вейдер. — Голова на сломанной шее уже ничего тебе не расскажет.       — Рад, что ты, наконец, выключил эмоционального придурка и вернулся в строй, малыш Эни. Присмотри за моей девочкой, пока я вне доступа. И да пребудет с тобой Сила.       — Да пребудет Сила с тобой, — выдохнул Скайуокер. — Со всеми нами.       — Энакин, ты собираешься объяснить, что происходит? — воспоминания прервал ворчливый голос Кеноби. — Я не вижу ни тебя, ни твой легион, а вчера почувствовал такое возмущение в Силе, словно звезда взорвалась!       — Я познакомлю тебя с источником, когда мы спустимся на поверхность.       — Ты скорее моё сердце с приступом познакомишь. И волосы — с сединой!       Но сколько бы Кеноби не ругался, ученика он встретил с искренней тревогой в глазах, которая явственно ощущалась в Силе. Как и беспокойство Сатин, стоявшей рядом.       — Чуть ранее Вы назвали меня другом, герцогиня. И как друга, я прошу Вас укрыть мою семью в безопасных стенах Вашего дворца.       — Семью? — судя по вздернутой брови, Сатин, как минимум, догадывалась об отношениях подруги с джедаем, но не подозревала, что всё зашло так далеко.       — Да, — вздохнула Падме, спустившись по трапу со спящим сыном на руках. Шедшая почти вплотную к госпоже Дорме крепко держала Лею, служанки позади несли сумки, а замыкал процессию грозно посвистывающий Р2-Д2.       — Понимаю, мы выбрали не лучший момент, чтобы сообщить близким о нашем статусе.       — Хорошо, что понимаешь, — проворчала герцогиня. — Потому что нас с тобой ждёт долгий и очень серьёзный разговор.       — Не серьезнее, чем тот, что предстоит мне с сестрой, — вздохнула Падме. — Сола запланировала для нас «признательную вечеринку» и будет недовольна тем, что я тайно во всём созналась. Опять.       — Звучит так, словно мы в бегах все эти годы были, а не в браке, — тихо проворчал Энакин.       — Годы?!       — Тише, детей разбудишь, — зашипела Падме, крепче прижимая к себе завозившегося Люка.       — Что ж, полагаю, и учителям, порой, есть чему поучиться у падаванов, — Сатин смерила Кеноби взглядом, обещающим и ему «серьезный разговор», приобняла подругу за плечи и направилась вместе с ней к входу во дворец. Служанки молча двинулись следом, а высыпавшее из подлетевших канонерок бойцы поспешили занять периметр.       — Она меня убьет, — вздохнул Оби-Ван, глядя вслед герцогине.       — Я сообщу старому ситху, чтобы встал в очередь, — усмехнулся Скайуокер.       — Ага, после Гривуса, Кеда Бейна и…       — Кхм.       — Корки! — аж подскочил магистр.       — Хвалю за навыки скрытности, юноша, но так подкрадываться всё же, не стоит, — наставительно произнес Скайуокер. — И, нет, ты не летишь с нами.       — Как скажите, учитель.       — Корки, — Кеноби мягко сжал плечо сына. — Ты остаешься за старшего. Герцогиня, сенатор и ее дети отныне под твоей защитой. Понял?       — Да, магистр, — ровно отозвался мальчишка, но секунду спустя с него слетела эта напускная серьёзность. Корки буквально прыгнул в объятья отца и крепко обнял его:       — Возвращайся домой. Пожалуйста, папа.       — Вернусь, — заверил его Оби-Ван. — Обязательно вернусь, мой мальчик.       Две пары одинаково голубых глаз нашли Скайуокера, словно прося подтверждения этим словам. Но тот лишь кивнул, прямо сейчас не чувствуя уверенности в чьем-либо будущем.

***

      Пространство Хаттов не принимало в своих координатах столько республиканских кораблей даже в лучшие годы. Часть крейсеров прибыла без сопровождения малых судов, а некоторые и вовсе со следами недавнего боя. Кеноби пригласил выживших генералов подняться на «Переговорщик», предварительно убедив Энакина оставить Дуку на «Обвинителе».       «Может, стоит отвести твой крейсер дальше? — мысленно предложил Оби-Ван. — Вновь прибывшие могут почувствовать его».       «В таком состоянии? Вряд ли».       Поднявшиеся на борт магистры, рыцари и их падаваны излучали весь спектр негативных эмоций: от тревоги до отчаяния. Они нервно топтались вдоль стен, прикладывая все силы, чтобы не шарахаться от клонов, зная, что многих джедаев расстреляли точно такие же. Кто-то молча смотрел перед собой, кто-то пытался уйти в медитацию, кто-то продолжал надрывно звать через комлинк друга, ученика или наставника. Потому что как бы Орден ни осуждал привязанности, они существовали, тончайшими нитями соединяя братьев, сестёр, детей и учителей, ставших им ближе родителей.       Но эфир отвечал лишь беспощадной тишиной.       Даже странно, насколько хорошо Вейдер понимал их сейчас. В другом времени, в иной жизни весь его мир рухнул похожим образом. Тогда Палпатин дал ему новую цель, ставшую смыслом его существования, чувством праведной мести притупляя сжиравшую изнутри боль. А что делать им? Сражаться? Против тех, кто еще вчера был ближайшим соратником? Против внезапно объявленной Империи? Или бежать и прятаться, ожидая своей участи?       — Они нас убьют, — прошелестел испуганный голос.       — Не убьют, — заверил девушку Кеноби.       — Но приказ…       — Мои собратья — не машины, безропотно выполняющие любые указания, — перебил Рекс, которого паника раздражала едва ли не больше чувствительных к ней джедаев. — Но ваши поставщики позаботились о том, чтобы мы не смогли отказаться, вживив нам чипы в головы. И прежде, чем вы снова начнёте паниковать, из моей головы этот хлам удалили.       — И не только у него, — подтвердил Энакин, поймав уверенный взгляд своего капитана.       — Вы знали?!       «Как и весь Совет Ордена!» — хотелось рявкнуть в ответ. Тормозило осознание простого факта — их внутренние распри сейчас на руку старому ситху. А значит негодование вместе с гордостью придется временно заткнуть и искать выход из ситуации, в которую джедаи сами себя загнали.       — Мы деактивировали чипы во всех легионах, до которых смогли добраться, — ровным тоном заявил Скайуокер. — Поэтому вы всё еще здесь.       — Надолго ли? Нас выследят и перебьют.       — Уймитесь, господа, мы всё еще можем дать отпор!       — Проще отправиться в изгнание, сохранить знания Ордена, передать будущим поколениям и…       — И что дальше? — он всё-таки повысил голос, перекрикивая бесполезный спор. — Будете ждать, когда за вами явится злобный ситх, сделавший охоту на джедаев смыслом своей жизни? Наблюдать, как он вырезает поселения, решившие не выдавать вас по старой дружбе? Мы не о паре месяцев говорим, а о годах! Десятках лет! Если вы с такой легкостью отдаёте Галактику на растерзание тёмным владыкам, так зачем вообще начинали сражаться за нее?       — Тогда у нас были шансы на победу, — пробормотала Шаак-Ти.       — У нас была вера в победу, — поправил Кеноби. — И вера в Силу. Моя всё еще при мне. А ваша, магистр?       — Одной веры сейчас недостаточно, Оби-Ван, — прошептала тогрута, опустив печальный взгляд.       — Одной веры хватило мальчишке, чтобы безоружным войти в логово ситхов, — вновь заговорил Энакин. — Одной веры хватило, чтобы сохранить жизнь убийце в чёрных доспехах, который давно перестал верить во что бы то ни было. И он, тот мальчишка, победил. Они оба… А нас здесь в разы больше, в нашем распоряжении люди, корабли, оружие, Сила, в конце концов. И вы просто сдаетесь?       — Мы не сдались!       — Но нам нечего противопоставить Императору.       — Скайуокер сам бежал с Корусанта, а теперь…       Вейдер скрипнул зубами, уже собираясь ответить, когда на комлинк пришло сообщение. И, судя по движениям магистров, они получили то же самое:       «Гранд-мастер Ордена на «Обвинителе». Возвращайтесь. Срочно»       — Рекс, на выход.       — Коди, адмирал, позаботьтесь о наших гостях, — бросил Кеноби, торопясь за бывшим падаваном, мысленно интересуясь, почему Йода не присоединился к ним на «Переговорщике».       Впрочем, ответ не заставил себя ждать.       — Учитель! — Оби-Ван рванул через весь медблок к постели раненого, тогда как остальная делегация застыла на пороге.       — Ты?!       — Я здесь по просьбе пациента, магистр, — отозвался Дуку, смерив колючим взглядом бывших коллег. — Так что отбросьте вашу гордыню и проявите уважение к нам обоим.       — Нрав твой ситху даже не удалось усмирить, — прохрипел Йода с тенью улыбки в голосе.       Скайуокер едва ли обращал внимание на их беседу, слушая доклад одного из своих бойцов. По словам клона, они были в увольнительной на Корусанте, когда несколько их товарищей замерли прямо посреди разговора. Затем те молча вышли, не реагируя на окрики и попытки остановить, достали бластеры… В общем, раненого Гранд-Мастера пришлось отбивать с помощью парализаторов, кулаков и ситховой матери. А затем экстренно покидать планету.       — Он не мог идти, сэр. И точно не справился бы с нападением. Повезло, что мы были рядом.       «Сила как чистая удача», — усмехнулся внутренний голос.       — Повезло мне действительно, — пробормотал Йода, глядя ясным и чуть насмешливым взглядом на Скайуокера. — Подойди, ты. Не так страшен, предупреждали меня как. Тьма не столь сильна оказалась, м?       — Похоже на то… А вот вы нехорошо выглядите, — честно ляпнул Скайуокер, встав рядом с кушеткой.       — Посмотрим, как ты будешь выглядеть, когда тебе будет девятьсот лет, как мне, — проворчал Гранд-Мастер.       — Энакин! — зашипел Кеноби. — Вам просто нужно отдохнуть, Учитель.       — Да… Отдохнуть. Скоро я отдохну. Но прежде… Скайуокер, — трехпалая рука уцепилась за искуственный палец. — Ты последняя надежда наша. Против ситха поведешь ты всех.       — Вы просите меня возглавить джедаев, зная, что я одной ногой во тьме?       — Одной, хм? — Йода хрипло рассмеялся. — Обеими стоишь ты на тёмном пути… Дарт Вейдер. И всё же, путь тот привел тебя к Свету. Пройди до конца путь этот, тебе уготованный. И Орден возьми с собой.       — О, я пытался! Предупреждал, объяснял и что?       — И в этом ошибка твоя, — заявил Гранд-Мастер. — Прекрати пытаться. Делай. Или не делай. Сомнений времена прошли. Учитель первый твой не сомневался, когда тебя в падаваны брал. Напомнил мне об этом он недавно.       — Квай-Гон?!       — Он, да, — Йода повернулся к опешившему графу. — В мир далёкий призвал меня он и поведал… Разное. И о тебе, мой бывший падаван. Что свет в тебе он снова увидел за много лет впервые. Мы… слепы все, раз падший лишь сумел разглядеть это.       — Что за мир? Учитель, скажите!       — Дагоба, — внезапно выдал Энакин, вспомнив, как Люк упоминал далёкую планету, отмеченную Силой.       — Люк, — внезапно повторил Йода, напрягшись всем телом. — Он знает…       — Что знает? Кто? — растерянно переспросил Скайуокер, хотя ответ бился о внутреннюю стенку черепа. И от него холодели ноги.       — Что есть еще один… Скай…уокер.       В одно мгновение всё замерло вместе с телом старого Гранд-Мастера. Дыхание остановилось, одеяло упало на внезапно опустевшую постель. Могущественного джедая не стало. И Сила призывала к равновесию — уничтожить не менее могущественного ситха.