Мой рыжий врач

— Ваше самочувствие оставляет желать лучшего. Достаточно приятный голос врача был благосклонен. Вот уже который раз Чжун Ли попадал в больницу Снежной, все чаще замечая, что походы к доктору Тартальи ему, почему-то, нравятся. Доктор Тарталья был, как все другие врачи — добродушен, приветлив, мастер своего дела — однако каждый раз, когда улыбка ложилась на его слегка конопатое лицо, сердце Чжуна замирало. Объяснить это мужчина не мог, видимо, что-то в этом парне его действительно зацепило. Особенно то, как стетоскоп водил по оголённой коже, отчего всё тело напрягалось. — Холодно, — едва поёжился он, отчего Тарталья лишь улыбнулся, — Я смогу продолжить тренировки? — вздохнув, он придал своему голосу привычное спокойствие. — Боюсь, что с этим нужно будет повременить, — доктор вздохнул, что-то помечая в карте. — Но… Я не смогу без них. — А без рук и ног сможете? Без позвоночника? — послышался бархатный низкий смех, и взгляд Чжуна дрогнул, когда голубые глаза взглянули снова на него. — Кажется, нет, — он даже не понял, что покраснел, однако его лицо продолжало быть серьезным. — Тогда вам стоит беречь себя. И да, — доктор что-то быстро чирканул на бумажке, — Вот мой номер. Если вдруг что-то снова будет болеть, наберите меня. Он подмигнул, щеки мужчины вспыхнули алым сильнее, а ладонь бережно перехватила бумажку. Сам не зная, почему, Чжун бережно отнёсся к ней, аккуратно сложив в нагрудный карман рубашки. Они встретились ещё не единожды. В одну из таких встреч Чжун не выдержал. Внутри него пылал пожар, Тарталья возбуждал в нем те эмоции и чувства, которые до сих пор не удавалось ни одному человеку. Не боясь быть отвергнутым, Ли твердо решил сознаться, что в этот раз, как и в прошлые, у него ничего не болит, и он просто хотел вновь увидеться с доктором. — Вот как… — Тарталья почесал затылок, виновато улыбаясь во все зубы, — Знаете, мистер Ли. На самом деле… Краснея, он отвёл взгляд. Этот жест был настолько приятным и милым, что Чжун машинально придвинулся ближе. — Вы тоже мне… Тарталья не успел договорить. Ли положил ладонь ему на плечо, вызвав дрожь, и, повернув его лицо к себе за подбородок, придвинулся, мягко накрывая губы. От неожиданного поцелуя глаза Чайлда округлились, но ощущая, как приятно его ласкает нежный язык, он отдался поцелую, медленно закрывая глаза. Руки плавно переместились на тонкую талию мужчины, обвили ее, сжались, вызвав стон в поцелуе, и расслабились, притянув к себе. Чжун Ли переместился на колени доктора, впутав пальцы в его густые рыжие волосы, сжав их у корней, словно желая полностью насладиться ощущениями. Такой напор лишь позабавил Чайлда, и тот, приоткрыв глаза в поцелуе, плавно облизал чужую верхнюю губу. Когда поцелуй плавно разорвался, Чайлд встал. Он закрыл дверь в кабинет на ключ, нажав на кнопку, чтобы с той стороны высветилась надпись «Обед», и стал снимать халат. Чжун смотрел на это с нотками вожделения в глазах, его руки сжались, когда доктор, отложив халат, начал расстёгивать рубашку: по пуговице, сверху вниз. Красивый торс с объемной накаченной грудью, покрытой едва заметными рыжими волосками, и рельефными кубиками пресса сразу притянул свой взгляд, отчего щеки Чжуна снова залил румянец. Такой же румянец оставался и на щеках Чайлда, который, подойдя к пациенту, тут же ощутил его губы на своей коже. — Мистер Ли, вы… — Тише, Чайлд, — раздался спокойный голос, он впервые назвал его так, — Не бойся. Ладони плавно спустились по крепкому прессу вниз, пальцы очертили косые мышцы, а губы коснулись ложбинки между груди. Язык влажно скользнул к соску, обвел вокруг, нажал, словно пробуя на вкус, и губы вобрали его внутрь рта. Тарталья закусил кулак — такие ласки ему были непривычны, но все же приятны, отчего ткань черный брюк заметно напряглась в области паха. Заметив это, Чжун Ли плавно начал скользить по ткани рукой, очерчивая твердеющий ствол, видя, как Чайлд не может сдерживать себя. — Ложись, — выдал он, когда оба соска были влажны от слюней. Сначала не понимая, что эти было сказано ему, Тарталья посмотрел вниз, но после покорно лег на кушетку. — Что ты хоч… Чжун! — стон сам слетел с губ, как только Чжун Ли сжал накаченную грудь обеими руками. Пальцы начали играться с сосками, медленно массируя их, пока язык по-хозяйски скользил от края лица по шее к кадыку. Он делал это пару минут, язык то ласкал рябую кожу, то плавно облизывал соски, то губы оставляли свои поцелуи с засосами, то зубы прихватывали тонкие рыжие волоски. Наслаждаясь тем, что он делает, Чжун выпрямился, сев на пресс Тратальи. Тот медленно положил свои ладони на бедра мужчины, смотря слегка затуманенным от удовольствия взглядом наверх. Плавно стянув ленту с волос, Чжун распустил их, дав темным прядям рассыпаться по плечам. Это было по-истине прекрасное зрелище и, возбуждаясь все больше, Чайлд расположил свои руки на упругих ягодицах и крепко сжал те. Такой порыв явно выбил на какой-то момент Ли из колеи, и он накрыл чужие руки, ощущая, как на них вздулись вены, но затем расслабился и плавно начал расстёгивать свою ширинку. — Может, мы не будем так быст… — Тише, — накрыв пальцем губы Тартальи, Чжун довольно улыбнулся, — Это будет не то, о чем ты подумал. Расстегнул штаны, Чжун вытащил член из белья, зацепив резинку за яйца. Казалось, что Чайлд впервые видел чужой член так близко — он был большой, но красивый, с аккуратной головкой и не так сильно выпирающими венами. Придвинувшись ближе, Чжун наклонился, плавно начиная водить головкой между грудью доктора — там, где пушок волос был более густой. — Я не… — хотел было возразить Тарталья, как только головка приблизилась к подбородку, но Чжун снова успокоил его. — Сожми грудь руками, — выдал он, убирая за ухо локон темных волос, — С двух сторон. Просьба показалась Чайлду необычной. Не совсем понимая, для чего это, он все же сжал грудные мышцы с двух сторон, тем самым зажимая головку Чжуна, отчего с губ того слетел тихий стон. — Молодец, — раздался полушепот. Плавными движениями направляя головку, Чжун Ли начал двигаться ей между зажатыми мышцами, а после и вовсе расположил член вдоль них, накрыв сверху своей рукой. Другая рука нашла опору в плече Чайлда, и Ли стал двигаться теснее. Он сплюнул себе на руку, размазал слюну по всему стволу, и продолжил — слюна смазала движения, давая члену скользить между мышцами свободно и не так плотно. Чайлд наблюдал за этим с непониманием, но в то же время чем-то это его зацепило. Девушки не раз вытворяли с ним такое, но те имели достаточно пышные формы, а его грудь хоть и была достаточно объемной, все же она бы не сравнилась с женской. Тем временем Чжун ускорил движения. Он накрыл грудные мышцы Чайлда с двух сторон, мизинцами поглаживая его пальцы, а большими лаская твердые соски. Эти ласки все сильнее сводили странные чувства на нет, и вскоре Чайлд, казалось, и сам получает удовольствие от такого тесного контакта члена и его грудных мышц. — Чайлд, я… Я скоро… — понимая, что терпение на пределе, Чжун прикусил губу. Он задрал свою рубашку, обхватив сосок рукой, а второй зажал шею Тартальи, нажимая на кадык, тем самым едва перекрывая дыхание. Член все теснее, но быстрее двигался между крепкими мышцами, и, скользнув ещё пару раз, Чжун громко простонал, прогнувшись в спине и изливаясь прямо на грудь, шею, лицо и даже очки Чайлда. Белые вязкие капли попали на щеки, Тарталья едва заметно улыбнулся, хоть и не особо был рад такому финалу. Бугорок в его чёрных штанах уже заметно выпирал, и когда Чжун спустился вниз, сев на него ягодицами, врач сжал ткань его штанов, шумно выдохнув. — Думаешь… нам стоит… продол… — Не здесь, — спокойно отозвался Чжун Ли. Он перехватил со стола ватные диски и ласково стёр спермы с кожи Тартальи, после аккуратно протёр его очки, вернул их, а после выбросил их в ведро. Встав, Чжун застегнул ширинку штанов и посмотрел на Чайлда — тот всё ещё лежал, пытаясь отдышаться, возбуждённый и красный от румянца. Этот румянец придавал ему особенный шарм, и улыбка сама легла на лицо Ли. — Возьмите выходной, доктор Тарталья. Я хочу пригласить Вас к себе, — он протянул руку, пытаясь отвлечь от всё ещё разгорячённого накаченного торса врача, и Чайлд, посмотрев на неё, крепко ухватился, давая себе встать. — У меня на этот счёт иное мнение, — выдал он, довольно улыбнувшись и потянув резко на себя, перехватывая тонкую фигуру Чжун Ли в объятия, — Обеденный перерыв ещё не кончился. Приподняв лицо мужчины за подбородок к себе, Тарталья издал лёгкий смешок, надев маску обольстителя, и страстно впился в губы, снова вовлекая на кушетку. В этот момент Чжун Ли подумал, что зря это всё затеял, но было уже слишком поздно.