Дальний космос

      Первые пять координат из списка были поочерёдно отсеяны, ведь на них не было буквально ничего. Это не удивительно, ведь зонду, как показал радиоуглеродный анализ его стальной обшивки, около двух миллионов лет. За это время артефакты могли быть похищены, уничтожены, либо сместиться в пространстве из-за столкновения с чем-то на многие триллионы километров.       Координата номер шесть, в отличие от предыдущих, дала уже весьма значимый результат — мы нашли звездную систему, обладающую планетами, одна из которых находится в так называемой «зоне Златовласки». Наблюдение за ней длилось недолго, как и выяснилась причина, по которой она заинтересовала Древних — когда-то она была обитаема разумной цивилизацией. Сейчас вместо многочисленных городов есть лишь с трудом отличимые от природных объектов развалины, которые, вероятно, уже слишком давно в таком состоянии. Орбита планеты была чистой, без каких либо искусственных и даже естественных спутников.       Через два дня наблюдения с орбиты и с помощью зондов мы спустились на планету. Задачей нашего спуска было исследование одного из крупных городов, с целью установления его возраста, нахождения останков их хозяев и, желательно, установления причин гибели цивилизации. Для нас это было хоть каким-то разнообразием за последние полгода, когда мы только и делали, что сидели за пультами. В свою очередь для Онри это была первая высадка на иную планету, не считая Земли, а так же отработка некоторых навыков, не связанных с управлением зондами и каталогизированием, на практике. Отправлено было два шаттла, с экипажем из четырёх исследователей, трёх техников и медика, не считая пилота. В кормовой части аппарата находились различные контейнеры, измерительные приборы, анализаторы и багги в разобранном виде. По странной задумке инженеров, всё это отделялось от пассажиров половинчатой стенкой, и хотя груз всегда закреплён, может произойти такая ситуация, что ремни не выдержат и что-то в кого-то прилетит…       После высадки и оцепления района военными, мы принялись за работу. Воздух здесь был непригодный для дыхания — он содержал слишком много кислорода. Местами из земли торчали остатки зданий, заросших мхом, травой, деревьями. Фридриху повезло найти образцы стекла, а мы с Онри собирали всё, что попадётся. В оцепленном нами районе была пара многоэтажек, увы, так же разрушенных временем. Но в отличие от почти всего остального города, они были выше деревьев, занявших здесь большую часть свободного пространства, и внутри них так же можно было спокойно побывать, чем мы с санаксом и воспользовались. Потолки были явно ниже, чем у людей, и, будучи в скафандре, я чуть ли не касался их шлемом. Удивительно, но здесь осталась некоторая мебель, металл которой не успел сгнить совсем, предметы обихода, в основном из материалов, которые намного слабее подвержены воздействию окружающей среды, нежели дерево и ткань. Лично я не обратил на это внимания, а Онри увидел на потолке копоть. И при этом не в одной комнате, и не так, будто здесь был пожар. Создавалось ощущение, что здесь разжигали костры… Здесь же были найдены кости каких-то существ, которые мы, разумеется, упаковали и отнесли на шаттл.       Вероятной причиной гибели цивилизации стали последствия ядерной войны, о которой говорит наличие радиоактивной пыли. При этом же это были, вероятно, «грязные» атомные бомбы, чьим поражающим фактором является не взрыв огромной мощности, а распыление радионуклидов на огромной площади. Прошло слишком много лет, чтобы в этом городе нельзя было находиться, но иногда, бывало, попадались места с действительно высокими уровнями радиации. К счастью, скафандры имели достаточный уровень защиты от неё. В принципе, в них можно и в эпицентре ядерного взрыва находиться, без риска погибнуть от облучения. Враждебных существ замечено не было, и это прекрасно. Так же могу подметить, что высокое содержание кислорода в атмосфере наверняка сильно связано с произошедшим здесь. Например, после войны часть фауны вымерла, а цивилизация погибла. При этом флора, на фоне уменьшения потребления кислорода, спокойно перенесла высокую радиоактивность мест и в течение многих лет завоевала всё то, что некогда было уничтожено. А больше флоры равно больше этого необходимого для жизни газа.       Осмотр нижних этажов здания был интереснее, чем верхних, где мы не нашли вообще никаких признаков жизни после войны. Только выбоины в стенах от пуль и раскиданные вещи, которые не успели сгнить за это время. Вскоре поступило распоряжение осмотреть цокольные этажи, которых, по данным сканирования, было четыре. Первый этаж не дал нам никакой информации, кроме как всё тех же следов копоти, но уже, вероятно, от пожара. На втором цокольном я обнаружил гнездо каких-то здешних зверьков, размером с кошку, но явно относящихся к грызунам. Они начали разбегаться ещё когда услышали наши шаги во время спуска по лестнице, и пара дюжин убежала на этаж ниже, остальные же — в тоннели, которые они прокопали в земле. Вероятно, они ведут наружу через оконные проёмы, ведь в прошлом этот этаж точно был на уровне поверхности. Вместе с присоединившимися членами нашего отряда мы осмотрели это гнездо. Здесь были запасы еды, остатки костей и много мусора, в основном веток, сухой травы и листвы, из которых они делали своё жилище. Позже я, Онри и Ягер спустились ниже. Проход на третий этаж был завален, а на самом нижнем этаже — четвёртом — его преграждала массивная бункерная дверь, но частично открытая. Попытки открыть чуть больше, конечно же, не дали вообще никаких результатов, но мы зря боялись, что не протиснемся в эту щель. Куда страшнее было понимание того, что если случится обвал, то мы тут застрянем навсегда…       В убежище было несколько комнат, которые мы идентифицировали как склад, жилое помещение, столовую, санузлы, генераторную и помещение с фильтрующими установками. Больше всего костей было в столовой, но они были сложены в кучу в углу, будто это остатки от добычи. Остальные были почти целыми скелетами, в основном в жилой комнате и на складе. В последнем, кстати, Онри нашёл два огнестрельных оружия, предположительно автоматы, но разных моделей, а я — запечатанный ящик с провизией, что было весьма странно. Фридрих осмотрел воздушные фильтры и заявил, что они проработали очень длительный срок, а вот насчёт генераторов всё оказалось куда интереснее — провода обмоток статора были перерезаны. Больше об этом этаже сказать нечего, разве что только упомянуть его частичную затопленность. Поднялись мы уже когда на улице стемнело. Закат, увы, из-за деревьев можно было увидеть только с самых верхних этажей, но лезть туда было крайне рискованно.       Остальные планеты этой системы, не считая одного газового гиганта, исследовались зондами в то время, пока мы изучали этот город. Вся их работа была в сборе проб грунта и атмосферы, если она имелась.       Через неделю после прилёта мы покинули эту систему, и направились дальше по списку. Рядом с координатой, помеченной под номером семь, была обнаружена чёрная дыра. Удивительно, что она недалеко улетела от того места, где её нашли Древние. С ней мы не проводили никаких экспериментов и наблюдений — просто отметили её на карте.       Очередные четыре пункта в списке оказались пустые, даже без единого намёка на что-то, что было здесь. А вот координата со счастливым числом тринадцать порадовала относительно редкой находкой — пространственной аномалией. Обычно такие вещи очень трудно увидеть невооружённым глазом, но нам повезло, ведь она была центром небольшого метеороидного облака. Сами космические булыжники двигались по таким орбитам вокруг аномалии, обладавшей неслабой для объекта таких размеров гравитацией, которые исключали возможность столкновения друг с другом. Все метеороиды, что когда-нибудь могли столкнуться, уже столкнулись, и либо улетели слишком далеко от объекта, либо, что куда вероятнее, упали на него и бесследно пропали.       Фрегат «Кассиопея» отправил две «Стрекозы» внутрь этой аномалии, но, увы, их сигнал стал слишком искажённым, и их передача данных была пустой тратой энергии. Было решено возвращать зонды, но это никак не удавалось. На третьи сутки нам удалось вернуть одну «Стрекозу», но повреждённую, неспособную долететь до корабля, находившегося в семидесяти километрах. Решение проблемы — отбуксировать её другим зондом. Стандартная практика, которую я познал в первый же день, когда сел за пульт. Ох, не зря Андрей вынес мне мозг этим, не зря. Второй же аппарат не удалось вернуть.       Примерно через семь часов в десяти тысячях метрах от нас из гиперпространства вышла флотилия с опознавательными знаками Нова — фиолетовый крест в круге. Её состав был отличным от нас, и кораблей было меньше.       Нова являются одной из старейших рас нашего квадранта галактики, и мы моложе неё на примерно четыреста лет. Это огромный разрыв. Они вышли на шестой уровень примерно в одно и то же время с Гексами, и некоторое время последние вели с ними войну из-за расовых разногласий. Когда же на арене появились новые цивилизации, было создано Соглашение — аналог нашего ООН, только галактического масштаба, созданный с целью пресечения войн. До сегодняшнего дня, к счастью, войн между участниками этого союза не было. Кстати, Соглашение предоставляет новым участникам небольшой пакет технологий некоторых крайне полезных устройств, корабельных двигателей и может помочь в строительстве верфей. Однако, в этом случае, верфи будут работать по лицензии.       Сами Нова — выходцы с планеты Хивен — земноводные, змеи и ящеры, отчасти похожие на наших, земных. Разумеется, как и многие расы, они антропоморфны.       Смотря в иллюминаторы, мы заметили одну интересную вещь — орудия наших кораблей развернулись в сторону их флотилии. Вообще считается дурным тоном встречать членов Соглашения направленными на них орудийными стволами, но мы были в тысячах парсеках от границы ближайшего государства. Конечно же все, кто был рядом со мной, а это Онри, Фриди и Ник, занервничали. Мы просто стояли и наблюдали. — Интересно, что сейчас творится на мостике… — подумал вслух Анлис. — Хрен знает, зависит от того, что сейчас будет происходить. — ответил Фриди.       Новийские корабли начали перестраиваться. Исследовательские суда сдавали назад, а конвой сопровождения начал движение в нашу сторону, одновременно с этим перегруппировываясь между собой. Я хотел сказать что-то, но тут же забыл, что. В моей голове была лишь одна мысль — они готовятся к бою. «Сильвер» и другие исследовательские фрегаты отлетели немного подальше — к аномалии — а боевые остались на месте. Но, я думаю, командование прекрасно понимало, что сейчас будет. Хоть и не приняло никаких решений. Возможно, в это время был сеанс связи.       То, чего мы боялись, случилось быстро и неожиданно. Они открыли по нам огонь! Стреляли по своим! Они тоже состоят в Соглашении, как и мы! Зазвучала сирена боевой тревоги, а между конвоями сопровождения завязался бой. Онри начал паниковать, и Ник попытался его успокоить, но в этот момент «Сильвер» оказался под вражеским огнём и на корабль пришёлся вражеский залп. Тряска была такой сильной, что нас всех повалило с ног, и встать мы смогли только когда она стихла. Санакс уже ревел, жалостно скуля, что это его первый полёт и он уже вот-вот погибнет. Анлис и я были просто в шоке и не могли нормально ни на что реагировать. Самым спокойным в этой ситуации был Фридрих, хотя и в его глазах присутствовала паника. — Мы движемся прямо в аномалию… — заявил он, смотря в иллюминатор на отдаляющееся поле битвы.       Снова тряска, снова нас всех повалило. У меня сильно разболелась голова, как будто вчера я перебрал с алкоголем. С каждым гудком сирены боль усиливалась, но, к счастью, лишь на доли секунды. Очень неприятное ощущение… На счёт остальных не знаю. Практикант потерял сознание — видимо переволновался. Ягер побежал за водой или нашатыркой, чтобы привести Онри в чувства. Мы с Ником же аккуратно перетащили его и посадили, прижав спиной к стене. Фриди быстро вернулся, и так же быстро поднёс пузырёк нашатырного спирта к носу фенека. Тот почти сразу очнулся. — Где я? — тревожно спросил он. — На «Сильвере». — ответил Анлис. — Что я тут делаю? — снова, но с ещё большей тревогой спросил санакс. — Практикуешься. — вмешался я. По его глазам было видно, что он ничего не понимает, но повторять вопросы он не стал. — Что произошло? — Ты переволновался и упал в обморок. — заявил я, помогая ему встать и сесть в кресло у ближайшего пульта.       Больше он ничего не спрашивал, просто сидя и смотря по сторонам, иногда проваливаясь в мысли, будто переваривая информацию. Через три минуты он пришёл в себя окончательно и понял, где находится, что тут делает, и что произошло. Ягер вернулся из столовой с кружкой чая для Онри и хотел что-то сказать, но по громкой связи объявили список из двенадцати человек, которым приказали подняться на мостик. Среди них были я и Фриди. — Интересно… — задумчиво сказал Ник.       Ягер отдал чай фенеку и мы пошли. По пути он попросил меня посмотреть в иллюминаторы. — Видишь что-нибудь? — спросил он. — Метеороиды… Стоп. — Заметил? — А где корабли?! — А нету их! — Даже обломков нет! — Именно! — Мы в другом измерении? — поинтересовался я, посмотрев на напарника. — Или в другом времени. Пошли.       На мостике собрались инженеры, механики и все те, кто хоть немного разбирался в технике. Над столом, вокруг которого все мы собрались, висела голограмма корабля синего цвета, где желтым отмечены места попаданий, оранжевым — критические повреждения узлов, а красным — их полное отсутствие. — Девяносто процентов силы удара, — начал капитан, — пришлось на кормовую часть корабля. Как видите, мы лишились половины двигателей, а генератор Черенкова сильно повреждён. Ваша задача — восстановить генератор и хотя бы один маршевый двигатель, чтобы мы могли вернуться в наше измерение и уйти из этого сектора. — То есть мы действительно в другом измерении? — задал вопрос какой-то молодой механик. — Не факт. Возможно, что мы так же в будущем или прошлом. — ответил капитан. — Но попали мы сюда точно через эту аномалию, через неё же намерены и вернуться. Ещё вопросы? — Каким образом мы должны починить двигатель, если у нас запчастей то толком нет? — нервно спросил один из инженеров. — Вы можете хоть пол корабля на запчасти разобрать, главное почините маршевый и Черенок (иногда так называли генератор Черенкова). Только не угробьте нас. По местам, товарищи. Собрание окончено.

***

      На починку ушло двое суток. С горем пополам, но Черенок был готов к работе, как и единственный маршевый двигатель, собранный из остатков остальных. Мне кажется, я скорее мешался, чем делал что-то полезное.       Заняв все свои места, корабль с небольшой тряской двинулся в аномалию. Когда же он проходил сквозь неё, тряска усилилась и… Я не помню, что произошло дальше. Я очнулся в медотсеке, у меня сильно кружилась и болела голова. Было ощущение, что я вот вот упаду с койки, но этого не происходило. Врач, имя которого я так и не запомнил за всё это время, сказал что помимо меня ещё три человека потеряли сознание при переходе и очнулись незадолго до меня. Так же он рассказал, что произошло за то время, пока я был в отключке. Корабль вернулся в нашу реальность и сразу вошёл в червоточину. Уже закрепившиеся в этом секторе силы Нова не успели даже навести орудия. Сейчас мы находимся на самой границе Аларанской Федерации (государство Санаксов), и ждём, пока нас отбуксируют к Земле. Путь сюда занял шесть прыжков из-за проблем с охлаждением генератора Черенкова, по времени где-то двое суток. И это столько времени я был без сознания?       С другой стороны это неудивительно — перемещения во времени или между измерениями изучены примерно так же, как и сами эти измерения. То есть никак.       Спустя пару часов за нами прилетел буксировщик и, пристыковавшись, двинулся через кротовую нору в сторону Земли. Примерно в это же время у меня прошли головокружение и боль, и я смог вернуться в каюту, правда, врач выдал мне какие-то таблетки и сказал принимать их в течение пары дней.