Счастливой жизни

Мы никогда не говорили друг другу “прощай”.

***

“До вечера” Так говорила Лида, ранним утром выбегая из квартиры в серость зимних улиц Курска, хватая с тумбочки ключи и посылая мне воздушным поцелуй. Она собиралась впопыхах, то забывая свой бессменный рабочий планер, то оставляя на столе контейнер с супом, который я еще с вечера поставила на видное место, но никогда не упускала эти банальные, но согревающие душу восемь звуков.

***

“Скоро буду” С этими словами я брала в руки кошелек и телефон, в 12 ночи вспомнив про прокисшее молоко или отсутствие помидорок черри в холодильнике. Лида каждый раз меня отговаривала от столь опасного путешествия в ближайший ларек по не самому благополучному району, а я каждый раз отмахивалась, говоря что и не такого насмотрелась в Нижнем.

***

“Я убежала” Любимая фраза Лиды, когда она в очередной раз срывалась на помощь какой-то подруге. Я уже привыкла к такого рода вещам и поэтому лишь пожимала плечами, бросая ей вслед привычные “возвращайся скорее” или “иди уже, спасительница мироздания”.

***

“Хорошего дня” Меня эти два слова спасали всегда. Когда я опаздывала на маникюр, и уже выскакивая на лестницу вспоминала о правилах приличия. Когда мы прощались на оживленной остановке, садясь в разные автобусы, где за шумом моторов и криками было практически невозможно услышать друг друга. Когда я не могла встать с постели, пылая жаром пустыни Калахари, а Лида, не успев взять отгул, убегала на работу, оставляя меня одну.

***

“Прощай” я сказала Лиде только один раз, стоя на лестничной клетке 2 подъезда 19 дома напротив квартиры номер 84 и смотря в ее стальные глаза. А она тогда впервые ответила “Счастливой жизни”. Мы простояли в затхлом подъезде вечность. Я не могла оторвать себя от этих глаз. Они манили как афродизиак, заполняя легкие и пробираясь под кожу. Желто-зелёные луга, иней на окнах после январских морозов и серое небо, затянутое тучами - мириады цветов, запахов и ощущений перемешивались в ее глазах в неповторимый коктейль. Он был сладкий, одновременно терпкий и немного горьковатый. И для меня это был лучший вкус на земле.