trauma

      Поездка в другой город была незапланированная с самого начала, начиная с того, что молодой модельер сообщает ассистенту это за несколько часов до выезда. Это не обычная встреча коллег, а небольшой показ знакомого Хвана, который пригласил его ещё месяц назад, только вот Хёнджин полностью забывает и тонет где-то в своих мыслях, вспоминая об этом приглашении только после звонка Лины о том, что машина будет ждать его в пять вечера. Именно тогда дизайнер названивал Яну несколько раз, чтобы сообщить, что он поедет с ним. На самом деле, он даже не может ответить, почему вдруг первым делом он подумал про этого парня, но эти мысли сразу же пропадают, потому что ассистент всегда должен быть рядом, сопровождать на мероприятия, делать всё, что угодно начальнику и записывать любое слово или идею, поэтому сейчас молодые люди едут в удобной и достаточно большой машине, занимаясь больше своими делами. Ехать до города примерно около семи часов, и да многие бы сказали, что легче добраться на самолете, только вот Хёнджин предпочитает долгую дорогу, с тихой музыкой и меняющейся локацией за окном и наедине со своими мыслями и идеями. Чонин сидит рядом, записывая что-то в блокнот и говоря попутно по телефону с Линой, которая что-то бубнит без умолку. Младшему ничего не остаётся, как выполнять свою работу и иногда поглядывать на своего начальника, который с самой встречи больше находится в своём мире, чем воспринимает реальную информацию, но Йен понимает или хочет понять парня, поэтому после долгого разговора с девушкой он усаживается удобнее, включая любимую музыку чуть громче, погружаясь в свои мысли. После вечера примерки толком не прошли ещё и сутки, а тёплые прикосновения и боль в ушах до сих пор остаются с ним. Он не может сказать или даже предположить, что происходит между ними, а в сердце есть только небольшая надежда, что это что-то взаимное. Они молчат около часа, и Нин неделю бы назад уже начал разговор и спросил что-то интересное, но сегодня он не готов или даже не хочет что-то спрашивать, пока тёплая рука не накрывает его колено, а сам модельер придвигается чуть ближе. — О чём думаешь? — спрашивает Хёнджин, пока Чонин внимательно смотрит на чужое лицо, пытаясь понять произнесённые слова, чувствуя, как парень аккуратно гладит ногу. — Иногда я даже не знаю… о чём могу говорить с вами, — отвечает ассистент, делая музыку ещё тише, продолжая разглядывать парня, чьи глаза направлены на дорогу. — С чего могут возникнуть такие мысли? — Хотя бы… вы мой начальник, и иногда я боюсь, что могу сказать что-то не то, — пожимает плечами он. — Мы говорили с тобой о разном уже, а в твоей голове могут возникнуть такие мысли? — хохочет молодой мужчина. — Почему вы решили, что те вещи… я не могу понять, почему вы позвали меня примерить своё творение, если у вас есть целая команда моделей, — начинает неуверенно Ян, даже не зная, что он хочет услышать в ответ. — Я почему-то понял, что это подходит именно тебе, я могу представить некоторые вещи только на определённом человеке, — говорит блондин, поворачивая голову на своего собеседника. — Интересно, — отзывается Йен, смотря снова на чужие губы. — Ты чувствуешь себя нормально? — спрашивает Хёнджин, продолжая вырисовывать что-то на колене младшего, который снова думает о том, что хочет присвоить себе всего мужчину, как бы глупо не звучали эти слова, но непонятные чувства накрывают парня с каждым разом, а сегодня будто какой-то странный день и странная ситуация, которая выбивает его из колеи. Они внезапно едут в другой город, молчат долгое время, а сейчас Хван ведёт снова себя как обычно, только вот его мысли иногда улетают от него. Чонин читает это по глазам. — Со мной всё в порядке, — мямлит младший. — Спасибо. — Знаешь, я люблю ехать так в машине, чтобы играла музыка, на улице потихоньку темнело, а в голове крутится безумная идея, это будто создает особую атмосферу, которую сложно поймать в большом городе, а особенно в Нью-Йорке, — рассуждает модельер, слыша, что музыка в наушниках Нина становится ещё тише. — Это вдохновляет вас? — улыбается скромно Ян. Он чувствует боль, которая разносится по всему телу вместе с голосом Хвана. — Думаю, что да. Даже скорее направляет на новые и свежие мысли, — отвечает мужчина. — Что вдохновляет тебя? — Меня? — хмыкает себе под нос парень, опуская голову вниз, не в силах произнести главные слова. — Скорее музыка, фотографии и просмотр фильмов, это как-то помогает собрать что-то новое. — А люди? — говорит Хван, пристально смотря на Нина, который чуть ли не давится воздухом, а щёки заливаются краской от сказанных слов, будто его поймали за чем-то неправильным и тем, чего не должно быть. — Может быть, а что вы скажите? — быстро тараторит Ян. — Да, меня вдохновляют люди, Минхо долгое время является для меня самым важным и особенным вдохновением, — говорит спокойно дизайнер, но тут же переводит тему, будто не хочет или не собирается продолжать эту. — Мы приедем ночью и нам нужно будет хорошо отдохнуть, потому что показ займёт около пяти часов, надеюсь, что тебе понравится это. — Да, конечно, — грустно говорит светловолосый, разворачиваясь к окну, чувствуя, что тёплая рука пропадает с его ноги. — Ты ещё работаешь над статьёй? Я ещё хотел извиниться… за вчерашнее, я не должен настаивать на этом, — говорит блондин, смотря на часы на руке. — Вам не стоит извиняться, это я должен извиниться, что провёл себя странно, — быстро отвечает парень. — Вы очень добры ко мне, даже не знаю, почему вы так добры… но я благодарен вам, чтобы это ни значило. Это было непозволительно, что я хоть как-то притронулся к вашему творчеству, — тараторит Чонин, на которого нахлынули чувства, которые он хочет показать и сказать человеку рядом с собой, абсолютно всё, только вот это неправильно и его вдохновению явно не понравится всё, что чувствует парень. — Да, я работаю над статьёй, но мне жаль, что её никто не увидит, в этом нет смысла и знаю, что вы… вам интересно, но моё творчество останется что-то типа…личного дневника? — Я веду себя так с тобой, наверное, не просто так? — поднимает одну бровь парень, расплываясь в кривой улыбке, только эти слова останутся для каждого совсем с разным значением и в салоне машины повисает долгая тишина, и мыслями младшего о самом тёплом чувстве, которое накрывает его с головой, туманя голову и давая забыть всё, что его тревожило, пока рядом сопит мужчина, который является теперь самым большим вдохновением в его жизни.

***

      Минхо получил сообщение от фотографа пару часов назад, который очень настаивал на небольшой встрече, а Ли по каким-то обстоятельствам и по своей скучной жизни согласился после второго сообщения, поэтому сейчас он сидит в одном из дорогих кафе города и заказывает уже второй стакан сока, посматривая на часы, которые расположены на стене возле двери. Он задумывается всего на пару секунд, когда в помещение вваливается маленький ураган. Хан Джисон сразу же улыбается своей широкой и дёсенной улыбкой, когда видит парня за столиком и бежит на соседнее кресло. — Здравствуйте, хён, — с радостью говорит младший, оставляя на столе камеру, которую таскает будто всё время с собой. — Привет, очень настойчивый фотограф, — улыбается скромно Ли, делая заказ для парня, который рассматривает его с каким-то восторгом. — Я так рад, что вы согласились со мной погулять, — воодушевленно говорит молодой человек, замечая, что Хо одет совсем не так, как он видел его на показе. Сейчас на нём большие широкие штаны с карманами по обе стороны, толстовка яркого цвета, а волосы скрывает панама светлого цвета, глаза сложно рассмотреть из-за больших стекол очков. — Ты очень настойчивый, почему ты вообще не работаешь сегодня? — говорит спокойно старший, разглядывая волосы Хана, которые торчат в разные стороны. — А вы не знаете? Мистер Хван уехал на показ и Чонина тоже забрал, — дует щёки тот, отпивая принесённый чай, прикрывая глаза от тёплого напитка. — Так что моя работа сейчас не нужна, так ещё я и так скинул все снимки на почту, теперь он сказал… ой забыл, что именно, но он хочет устроить небольшую съёмку в пятницу днем на улицах города, — улыбается Джисон. — Да, точно, он говорил, что собирается уезжать, — хрипит Ли, переводя взгляд на камеру на столе. — Давайте вы расскажите мне что-нибудь о себе? — говорит с улыбкой младший, не стесняясь рассматривая человека перед собой. — Эм… я работаю в ателье не так далеко отсюда, люблю тишину и всё. — Всё? — округляет глаза Сон. — А что ты хочешь услышать от меня? — отчего-то смеётся Минхо. — Вы работали моделью, — шепчет Джисон. — Извините, я знаю, что мы не особо знакомы и всё такое, просто я очень удивлён, что вы были на репетиции, но на показе вы… сидели в зале, а ещё я не нашёл ваших фотографий. — Ты искал мои фотографии? — приподнимает одну бровь Хо, начиная немного жалеть, что решил встретиться с этим парнем, который много болтает и, видимо, пытался найти о нём информацию. — Ой, хён, нет, я просто когда вас увидел на подиуме, вы были прекрасны, — улыбается скромно Сон, хотя замечает, что щёки старшего заливаются краской. — Но мне сказали вас не фотографировать, а потом… на показе вы были как зритель и я просто удивился, потому вы так хорошо выглядели на подиуме… я был удивлён, и тогда я хотел посмотреть ваши фотографии, извините, не подумайте обо мне ничего такого. Но вы же модель? — Я был раньше… — мямлит слишком смущённо Хо, задумываясь об этом. — Ты решил со мной встретиться, чтобы уговорить на фотосессию? — Что? Нет, нет, Минхо, вы не так поняли мои намерения, — шипит младший и отчего тянется к чужой руке на столе, но от строгого взгляда сразу же одергивает себя. — Вы мне понравились… и я хотел узнать вас побольше. — И что ты именно хочешь узнать? — изгибает бровь светловолосый и переводит взгляд на окно. — Наверное… почему я не снимаюсь — я с детства занимался этим, скорее даже родители заставляли меня, но я не особо люблю публику, а тем более такую большую, поэтому делал это ради мамы, — начинает он. — Я участвовал в показах у некоторых дизайнеров, потом даже был моделью для Хёнджина, но из-за его перерывов я согласился ещё на закрытый показ… я очень стеснительный человек в этом плане, — говорит тот и затихает на пару секунд. — Там было всё не так хорошо в тот раз и после… коллекция получила огласку и некоторые модели потеряли работу на какое-то время, скорее это было из-за меня, а вообще я не знаю, почему рассказываю тебе об этом. — Нет, знаете, вы можете рассказать, я никому не расскажу, — шепчет Джисон. — Я даже тебя не знаю, чтобы рассказать об этом. — Я Джисон и мне двадцать, я люблю фотографировать и занимаюсь этим уже лет десять, я люблю аниме, фруктовые соки и часто люблю гулять, даже если остаюсь один, — на одном дыхании говорит Хан улыбаясь. — Почему бы тебе не тратить своё время, пока Хёнджин работает и не записаться на какую-нибудь фотосессию у других компаний, здесь же их полно, — вопросительно хмурится Ли. — Мне отказали в пяти агентствах, — грустно говорит парень. — Я хочу сделать свежие снимки для нового альбома, потому что всё старое уже и сейчас у меня новое видение. — Понятно, — говорит спокойно молодой мужчина. — Почему бы вам снова не попробовать сняться, если прошло уже несколько лет? Я даже не нашел ваши старые фотосессии… — Я постарался, чтобы их сложно было найти. Я не хочу больше заниматься этим и я не подхожу под типаж, или я вообще плохая модель, и лицом тоже не вышел, — говорит тихо парень, подзывая официанта, чтобы оплатить заказ. — Ты прекрасен, — шепчет младший, разглядывая чужие черты лица. — Мы уже на ты, — хихикает парень, смотря в окно, где видит парня, которого сразу узнаёт, он смотрит на них, слегка изогнув бровь и слегка кланяется, быстрым шагом покидая это место. — Прекрасен например тот… парень, который работает на Хёнджина, у него точно прекрасные модели, — говорит старший, кивая на окно, пока Джисон оборачивается и никого не замечает. — Там кто-то был? — Да, модель… парень, который работает у Хвана уже несколько лет, — пожимает плечами. — Если бы ты только согласился поработать со мной, то я бы доказал бы тебе, хён, что ты очень красивый и сразу же поразил меня. — Очень громкие слова, Хан Джисон, я не соглашусь… это первое, а второе… я начинаю сомневаться, что ты позвал меня просто «погулять». — Сейчас праздники и я просто подумал, что вам нечем заняться, как и мне, ничего большего. — Тогда не хочу больше слышать о твоих фотографиях, хотя нет, ты можешь мне рассказать что-нибудь, но мой ответ и решение ты знаешь и прекрати настаивать, если не хочешь, чтобы я ушёл, — говорит Минхо, а Джисон видит, как тот краснеет ещё сильнее и думает, что тот пытается быть строгим с ним, только вот сам по натуре действительно остаётся скромным и добрым человеком, который по какой-то причине стесняется или боится снова заняться своим делом. — Я все равно покажу тебе, что ты прекрасен, — быстро говорит Сон. — Прогуляемся до парка?

***

      Самый дорогой отель в городе и уже около двенадцати часов ночи, за окном ярко светит луна, пробираясь через лёгкий тюль, который развивается от проходного ветра. Кто мог бы подумать, что Лина и сам дизайнер не подумают о том, что номер заказан для одного человека, а на ресепшене милая девушка сообщила, что свободных мест нет на сегодняшнюю ночь, так как сегодня въехали первые гости и лишь утром они могут найти что-то подходящее, поэтому сейчас Чонин сидит на краю большой кровати, вытирая светлые волосы после душа, пока из ванной комнаты раздается шум воды. В наушниках играет спокойная мелодия, а в душе какое-то спокойствие и нет даже волнения, что сегодняшнюю ночь они проведут в одном номере. Хёнджин выходит минут через десять, попутно закидывая на дверь полотенце, падая на мягкую кровать, смотря на юношу, который сидит к нему спиной и что-то пишет в блокноте. — Это для твоей статьи? — разрушает тишину мужчина, когда Нин тут же оборачивается и убирает листы в сумку, которая валяется рядом с кроватью. — Не совсем, наверное… скорее мысли, — улыбается скромно Ян, видя как тот поднимается и быстро выключает свет, оставляя небольшой светильник на тумбочке. — Ложись давай, нам нужно хорошо отдохнуть, — говорит блондин, укладываясь на одну сторону так, чтобы им хватило места для двоих, а Нин снимает один из наушников, делая музыку чуть тише, чувствуя, что шум заполняет всё пространство. — Могу задать вопрос? — интересуется младший, ложась на соседнюю подушку, оборачиваясь так, чтобы видеть губы парня, который смотрит на светлый потолок и сразу же кивает. Сейчас Нин чувствует что-то тёплое рядом с молодым мужчиной, а шум вроде бы и пропадает. — Вы слышали когда-нибудь мысли? — Хочешь спросить, был ли я влюблен когда-нибудь? — ухмыляется модельер, не поворачивая головы, пока Нин пытается уловить сказанные слова через пелену шума. — Угу, — мямлит светловолосый. — Да, было несколько раз, — спокойно отвечает Хван, продолжая сверлить потолок взглядом. — Как это? — снова задаёт вопрос Нин. — Какого это — слышать чужие мысли? Я даже не знаю, как ответить на этот вопрос, прелесть, — говорит Хван, кривя губы. — Это не всегда так хорошо, как казалось бы на первый взгляд. Это скорее было похоже первое время на что-то… будто я читаю чей-то личный дневник, будто читаю-то, что предназначено не для меня, потом я начал привыкать, но иногда было нельзя сконцентрировать свои мысли, это мешало… в следующий раз это были больные мысли… не подумай, что я высказался как-то не так, но я правда не знаю, как объяснить это, но человек думал об очень странный вещах и это иногда ставило в тупик, но я тоже быстро привык и иногда помогал мысленно, ну старался, — говорит Хван. — Но в любом случае, это не особо всегда хорошо, это начинает иногда раздражать или ты не можешь заняться своими делами, потому что у человека поток мыслей. Меня иногда раздражало так, что я избавлялся от этого громкой музыкой в колонках или вообще не мог работать. — Интересно, — грустно произносит Чонин, внимательно слушая голос, пытаясь уловить все движения губ, чтобы понять слова, которые от хотел услышать, но сейчас этот вопрос больно бьёт по голове и он думает, что не хотел бы слышать этого. — Когда ты влюбишься, то ты услышишь и поймёшь, — улыбается слабо молодой мужчина, резко разворачиваясь к младшему, чуть ли сталкиваясь с ним носами. — Я… не… — Не услышишь? — хохочет старший, смотря внимательно в тёмные глаза, не видя в них будто ничего, или всё же он сам не хочет увидеть в них что-то? — Все слышат это и ты тоже обязательно услышишь это, прелесть. Давай уже спать. — Да, — быстро говорит светловолосый, смотря на губы, которые выглядят слишком мягко и сейчас они растянуты в тёплой улыбке, которая почему-то сейчас совсем не греет Нина. Он хочет прикоснуться к ним и возможно почувствовать их именно сейчас, но что-то давит в груди, а в ушах звенит чуть сильнее, чем было до этого. Хёнджин закрывает глаза, пока Нин чуть ли не дышит ему в лицо и борется со своими чувствами, ведь Чонин не услышит. Как бы он ни хотел этого, ему, наверное, не суждено однажды услышать тёплый и мягкий голос человека, которого он, кажется, уже полюбил. Ян медленно отворачивается и как можно скорее достает второй наушник, стараясь заглушить боль, даже непонятно, какую — физическую или моральную. Хочется перестать ощущать шум и визг в ушах, который сегодня будто давит ещё сильнее с каждой минутой, а сказанные слова об услышанных мыслях больно бьёт под дых парню и он морщится, стараясь не заплакать прямо сейчас. Хёнджин бы никогда бы не захотел услышать безумные мысли этого мальчика, который нашёл в нём самое большое, настоящее и живое вдохновение. Это бы раздражало Хвана? Младший морщится ещё сильнее, чувствуя, что одинокая слеза стекает куда-то на светлую подушку, а шум возвращается, и даже музыка не способна будто справиться с этим, только пока он не чувствует, как чужое тело придвигается чуть ближе, а его хозяин сопит и видимо видит какой-то сон, пока Нин разбивается.