одиночество на двоих

Йен лежит в темноте, смотря пустым взглядом в потолок. Карл вместе с Дебби остались в комнате Фионы, а Лип не ночует дома уже давно. рыжий привыкает к одиночеству. с тихим скрипом дверь спальни открывается, тут же закрываясь за чужой спиной. парень не поворачивает голову, прекрасно зная, кто проскользнул в комнату. матрас чуть прогибается под весом второго тела, когда сестра осторожно садится на её край, молча спрашивая разрешения. - иди ко мне, - негромко зовёт Йен, сдвигаясь с середины, чтобы оба могли на ней поместиться. Алекс ныряет под одеяло, прижимаясь к тёплой груди брата. - ты холодная.. - прости, - шепчет в ответ, чуть приподнимаясь, чтобы доставлять меньше дискомфорта. - дурочка. старший резко притягивает девушку к себе, переплетая свои тёплые пальцы с её ледяными. Алекс утыкается лбом в его шею, позволяя носом зарыться в своих густых волосах. ноги скрещиваются уже по привычке, заставляя обоих быть как можно ближе друг к другу. это стало традицией ещё с четырнадцати лет. Алекс просто приходила к близнецу и засыпала рядом с его кроватью. потом они начали просыпаться вместе. сначала просто деля одно пространство, а уже потом в обнимку. Лип не переставал шутить про это до момента, пока не нашёл тот чёртов журнал с гейской порнушкой. все трое постоянно смеются, вспоминая, как на громкое возмущение старшего в сторону сестры про то, что "ты вообще знаешь, что спишь в обнимку с геем?!", от младшей в ответ прилетело "знаю! и я лесбиянка, кретин!". вопросы и шутки пропали, а ночные объятия продолжились. когда Алекс однажды случайно мазанула губами по чужой шее, то сразу стушевалась, зашептав многократное "прости", на что Йен лишь перехватил её запястья, и, глядя в глаза, произнёс: "успокойся. мне нравится". тогда глаза девушки в удивлении округлились, и она, не встретив сопротивления, ещё раз поцеловала чувствительную кожу, по которой побежали мурашки, а из горла рыжего вылетел тихий смех. это тоже стало традицией. спустя долгие годы это всё равно продолжается. только уже не от детской забавы, а от чувства одиночества. Йен прижимает к себе неожиданно крепко и мягко выцеловывает чужую шею. сестра в ответ оставляет нежные касания на чужой коже. в воздухе тихо звенит молчание, нарушенное холодным сквозняком из окна. оба проваливаются в сон постепенно. старший греет Алекс физически, пока та пытается согреть брата изнутри. за окном начинается рассвет. двум разбитым подросткам тепло.