you still have all of me

Когда Кас стал человеком, он с грустью заметил, что больше не может восстанавливать свой плащ. Выкинуть его он не мог — слишком много значил для него. Да и был как память о Джимми Новаке. Кастиэль до сих пор чувствовал себя виноватым. Кас смотрел на свое отражение в зеркале. Вид его не радовал. Сам грязный, взлохмаченный, одежда помята и испачкана. А плащ порван на плече и поясе. Бывший ангел по привычке провел ладонью по разодранной ткани, тайком надеясь на чудо, но ничего не произошло. Плащ остался все таким же порванным. — Ого! Где тебя так помотало, Кас? — дверь в комнату приоткрылась и вошёл Дин. — Выбираться из леса без крыльев было довольно затруднительно, — пожал плечами Кастиэль и опустил голову, будто считал себя виноватым за это. Дин заметил, с какой горечью смотрел бывший ангел на свой плащ. Кастиэль всегда был в нем, всегда восстанавливал его и никогда не бросал. Дин не посмеялся над ним. Он сам помнил себя, когда носился с отцовской курткой и души в ней не чаял. Ситуация, конечно, другая, но Дин понимал состояние Каса. — Хэй, чувак. Давай, раздевайся и дуй в душ. Починим мы твой плащик, не беспокойся. Кас нахмурился и неуверенно, но все-же снял плащ и отдал его Дину. Винчестер отвёл Кастиэля в душ, а сам загрузил в стирку плащ Каса. Как-же хорошо, что они с Сэмом купили стиральную машину. Когда плащ постирался и полностью высох, Дин, вооружившись коробкой с нитками и иголками, вошёл в комнату Каса. Тот сидел на кровати в старой одежде Винчестеров — новой собственной одеждой Кас ещё не обзавёлся. — Пришло время научить тебя швейному мастерству. С этими словами Дин уселся рядом с Касом и положил ему на колени часть длинного плаща. — Смотри. Нитка проходит в ушко, тянем кончик… — Дин ловко справился с ниткой под пристальным взглядом Кастиэля. — Теперь сжимаем ткань и прокалываем, — одновременно с этим Винчестер проколол порваные части. Несколько стяжков и ткань начала сходиться. Кас, как загипнотизированный, следил за руками Дина. — А теперь ты, — нитка закончилась и Винчестер сделал узелок. Не с первой попытки, но Кас все-же продел в ушко кончик нитки. А дальше было сложнее. Грубую ткань плащевки трудно было прокалывать. Кастиэль надавил слишком сильно и конец иголки, пройдя через ткань, воткнулся в палец Каса. Бывший ангел вскрикнул от резкой боли и отдёрнул руку. Послышался смешок Дина. Кас насупился и вновь принялся за иглу. Вскоре почти все пальцы были исколоты. Кас не позволял Дину помочь, лишь сильнее склонялся над одеждой и вновь, и вновь прокалывал пальцы. — Так, медвежонок, хватит, — Дин уверенно перехватил иголку с ниткой, сделал узелок и отложил плащ в сторону. Он аккуратно взял кисть Каса и осмотрел подушечки пальцев. Некоторые ранки кровоточили, но ничего страшного и быть не могло. — Аккуратнее надо. Пальцы не жалко? — вопрос не требовал ответа. Дин вышел из комнаты и вскоре вернулся с ватой и антисептиком. Кас пристыжено опустил голову, когда Дин принялся обрабатывать ранки. — Кас, ничего в этом постыдного нет, — Дин уловил его состояние и сделал тон голоса как можно мягче. — Научу я тебя шить и пальцы целыми будут. Через несколько минут Кас медленно, но аккуратно, под пристальным взглядом Дина, зашивал свой плащ. Ткань, хоть и медленно, но сходилась крепкими стяжками.