étoiles

Самая трудная вещь из всех - это Отпустить того, кого любишь Alpishka.

Если бы у меня был дневник, то все листы были бы исписаны и разрисованы, я бы хотел рвать и метать всё вокруг, чтобы эти строки, которые я пишу и ночью и днём, вспоминая былые времена, въедались в листы, оставляя всё так, как было давно. Так. Как. Больше. Не. Вернуть. И я смирился. Правда. (ну да, строить-то из себя не пойми кого я умею, а на вопрос своих родителей: «где твой загадочный человек, который подарит нам внуков?» я лишь усмехаюсь, ведь мои родители не представляют, что я по уши влюблён в пацана, мальчишку, подростка, который безбожно каждый вечер просиживал свою задницу и садил здоровье дешёвыми сигарами. (знаете, не у каждого подростка есть деньги). И этот подросток, один из тех, кто просто хотел спокойно жить, вечерами вырисовывать невидящее рисунки на небе, которое усыпано звёздами. И я сравнил его с этими звёздами, (то есть...) в этих глазах я буквально видел весь мир до и после. Знаете, я достаточно часто залезаю в свои душу, чтобы пробудить ту кошку, которая царапала мои лёгкие, при виде этого человека. Я долго думал на счёт своих чувств, говорил неоднократно: «это неправильно, Чимин!» «... ты не мог полюбить мальчика.» А позже, я понял, что он для меня всё и вся. Я так часто заглядывал в его тёмные как омут глаза, в них правда была тьма, но Я увидел там что-то большое...любовь? Я не могу быть уверен в этом. Но что-то во мне перевернулось тогда, когда моё сердце вместо «тук тук», издало очень странное, громкое «тудум», честно, Я тогда встал и убежал.

*** [запись 2015 год. 1 июня]

«... Я на знаю как описать это чувство, но мне так скучно-о-о. Я приехал в Тэгу не так давно, мои родители сказали мне что надо навестить дедушку и бабушку, но вообще, Я больше склоняю к тому, что мне пора оторваться от телефона и начать заниматься «полезными делами...» В Тэгу Я почти ничем не занимался, все мои друзья были в Сеуле, а Я как ленивая задница не желал что-то делать, ну, по принципу всех молодых подростков, все мы испытываем лень, если нас что-то не устраивает. И ведь всё было бы хорошо, если бы здесь был хоть один человек, который разделил бы мои вкусы и начал общаться. Я понимал, что Я здесь останусь на всё лето и как бы Я не хотел, то должен познакомиться с кем-нибудь. Под кем-нибудь, Я никак не представлял подростка лет 18, который случайно бросил в меня сигару, а та попала мне прямо в волосы. (адекват?) Я прекрасно помню, как бегал и кричал буквально на всю округу, ведь мне было страшно за свои волосы, Я мог остаться без них(?). Вы должны были видеть, как Я был зол, когда этот парень продолжал сидеть на этой качели (про неё другая история), смотря на то, как Я пытаюсь достать весь пепел из своего «гнезда». (Кстати, это он мои волосы так назвал, но... не важно, сейчас не об этом). Мне казалось, что Я разбудил всех людей, которые погрузились уже в царство Морфея, ведь как всем известно, летом ночью пробуждаются новые чувства. Тебя захватывают, поднимают на самую высь и дают вдохнуть свежий воздух, за эти пару минут, которые ты буквально «летаешь» над землёй, дают прочувствовать каждую частичку своего тела, забраться под самую кожу, оставляя лёгкое покалывание, ну, а Я решил так, немного покричать. (но не мне это виной, что вы.. Я не в жизни бы не стал будить других людей). — Извините, но вы можете пожалуйста объясниться? — как бы невзначай (совсем случайно) подбежал Я и начал слегка прикрикивать. — Вы... Я не знаю что меня оставило в тот момент, но Я замолк так же быстро, как и начал этот нелепый разговор. — Извини (?). Парень был и правда молод, но синяки под глазами подводили всё что можно. Чёрные спортивки, потëртые на коленях, большая растянутая серая футболка и мятные волосы. (чего? мятные? да ладно, кто-то еще красится в такое?) «среднестатистический подросток, который сидел по среди ночи и зырил очередное порно...» — прокручивая эту фразу, Я смотрел в глаза напротив. И не стоит спрашивать, с чего бы Я так уверен, что этот подросток залипал на взрослых тëть в бикини. — Э... ну ты... это, забей, ничего плохого ведь не произошло, так ведь? На это лишь последовало мотание головой — согласие. — Пак Чимин, — протягивая свою маленькую руку, говорю Я. — Мин Юнги.

И вы не представляете, как это имя стало очень много значить для меня. Я правда потерял рассудок рядом с этим дурным парнем, но...

[запись 2015 год. 28 июня]

«... Можно ли назвать тебя «дорогой дневник»? Ха-ха, звучит немного странно. Я нашёл себе друга, его зовут Мин Юнги. Он мне сказал что очень сильно любит звёзды. Я каждый день прихожу к нему посреди ночи, Я ни разу не спрашивал, почему он сидит там всегда один на этих качелях. А также Я попробовал покурить. Только тс-с, не говори бабушке и дедушке. Кстати, мы с ними подружились и они вроде не против, что Я ухожу по среди ночи к своему чудному другу, хах...» — Ты уверен, что это хорошая затея? — спрашиваю Я, когда мы бежим по неизвестной поляне к какому-то незнакомому мне месту. Прошёл почти месяц лета, знаете, Я даже не заметил как эти секунды, минуты, дни, недели прошли. Я помню ещё тот день, когда за счёт извинения Юнги принёс мне клубничное мороженое, помню то, как мы качались на качелях, помню то, как Я попробовал впервые покурить (кстати, мы курили одну сигару, вы ведь понимаете к чему идёт разговор?... о да, знаете, меня ничего не смутило, может быть Я и почувствовал вкус его слюны, но мне понравилось что-ли(?) — Почему ты спрашиваешь об этом только сейчас? — слегка смеясь спрашивает Юн, смотря мне прямо в душу (ой, в глаза). — Ты боишься? — Есть такое. — Не вру, уже хорошо. — Дай свою руку, побежим так, передавая тепло друг другу. Сплетая пальцы, мы бежали дальше, лёгкий ветерок развивал наши волосы, забирался под одежду и создавал некий холод. Небо было чистое, звёзды освещали нам путь и Я был неимоверно счастлив, когда видел улыбку на его лице,(он видел звёзды и светится ярче любой лампочки), честно, я был готова отдать многое, чтобы он разрешал видеть его улыбку чаще. Его улыбка стала чем-то ценным для меня.

[запись 2015 год. 15 июля]

«...Привет, как твои дела?Мне кажется у меня совсем крыша поехала, но мне так нравится в Тэгу и да, это всё из-за него. Я правда рад тому, что познакомился с ним...» Лето приходило достаточно быстро, а Я всё сильнее привязывался к нему. Несколько раз даже думал, что будет, когда Я уеду. От одной мысли мне становилось грустно, а глаза щипали из-за слёз, которые готовы были с минуты на минуту пойти. С Юнги мы встречались всегда вечером — ближе к ночи, мы ходили на пикник, смотрели на звёзды (его любимое занятие, он так увлечен ими, что даже страшно дышать), рисовали что-то на небе, смеялись, мне было так весело, вы просто не представляете. — Ты правда записываешь всё в этот дневник? — смотря на звёзды снизу вверх, обводя месяц глазами, спрашивает Юнги. Он так сильно любит звёзды, что готов смотреть на них днями, не отрывая взгляд. Каждую прогулку он с такой мольбой смотрел на небо, будто что-то хотел сказать им, звёздам. — Да, — отпивая сок из стакана, отвечаю Я. Мне нравится с ним общаться. У нас с ним другой диалект, разные интересы, но он очень мудрый. — Моя мама подарила мне этот блокнот когда мне исполнилось десять. — Вау. — В настоящем шоке произнёс Мин. — И ты все восемь лет туда что-то записывал? — Ха-ха, тоже мне. — Прикрывая глаза, Я наслаждаюсь ночью и тёплым ветром. — Я думал что это тупо вести дневник, поэтому нет, Я записываю туда что-то на протяжении пяти лет, но точно не восьми. — И как? — Мне нравится, Я туда записываю многие события, кстати... — Приподнимаясь на локтях, Я с интересом посмотрел на Юнги. — Попробуй тоже начать вести дневник, знаю, это немного по-детски, но ты сможешь записать все моменты, чтобы потом из снова прожить. — Хорошо, Я попробую, но...— поймёт не поймёт? — Как бы Я не хотел, Я всё равно не смогу вспомнить всё это. — В смысле?Почему? — Да не, забей. Нельзя было забивать, чёрт возьми. Нет, нельзя, Я совершил ошибку. Боже...

***

Сидя на качелях, мы разговаривали на разные темы. Он, кстати, любит музыку всем своим черствым сердцем, а также надумал когда-то стать айдолом. Мне правда нравится с ним разговаривать, точнее нет, мне нравится слышать его барахтный голос со оттенком хрипоты. — Это что? — Показывает Мин за запись.

[запись 2015 год. 28 июля]

«...Мне немного стыдно об этом говорить, но...мне кажись нравится Юнги. Не в плане друга, а в плане парня. Я правда не знаю как так получилось, мне очень жаль. Мне так нравятся его волосы, губы, руки — всё в нём нравится, кажись Я по уши...» — Блять, блять, тебе нельзя было это смотреть! — Я сразу понял, что всё — смотри вперёд, говори правду, иначе конец нашему общению. Он не должен был узнать это так, да, Я правда собирался сказать ему, но что-то мне не давало покоя. — Ты сейчас серьезно? Ха-ха, конечно нет. Шучу блять, смешно, не правда ли? Либо он прикалывается, ибо просто в шоке. Я не знаю что думать на счёт этого, ведь прямо сейчас могу потерять друга, который стал второй семьёй. — Нет блять шучу! — цитирую свои мысли. Нахмурив брови, Юнги уставился на меня как на дурака, коим Я возможно не являюсь. Моё сердце стучит как бешеное, не говорите пожалуйста, что это лето прошло зря, Я ведь не выдержу. — Прос.... Меня затыкают поцелуем. Его губы и правда мягкие, сладкие. (я готов отказаться от порно, но пожалуйста, дайте мне его целовать чаще, хочу им насытиться). Честно, Я не умею целоваться, особенно с парнем, поэтому не умело перебирая свои пухлые губы, Я встречаюсь с ним языками, сплетая их и причмокивая. Он стал моим наркотиком.

Моё сердце так сильно трепетало в этот момент, оно хотело выпрыгнуть из груди. Мне казалось, что оно хочет разорвать грудную клетку, чтобы что-то сказать, но меня ничего не остановит Я любил, люблю и буду любить. И пока в моих лёгких всё меньше и меньше кислорода и Я почти задохнулся, он отрывается от моих губ.

— Сладкие. Щеки. Румяна. Я блять школьница как-будто.

[запись 2015 год. 20 августа]

«...Я должен высказать всё, что чувствую. Это лето почти прошло и Я понимаю, что с Юнги что-то не так, мы вроде встречаемся, а вроде нет. Мы доводили друг друга до оргазма, это реально круто, но что-то не так... Может ему тоже грустно, что Я должен буду уехать? Но мы ведь сможем созваниваться, так ведь?...» — Юнги, что случилось? — ударив по носу пальцем, Я слегка хихикнул. — Ты странный в последнее время, грустный что-ли. — Не бери в голову, всё хорошо. И Я правда не брал. Я пропускал многое мимо ушей и думал что всё будет хорошо, но Я забыл одну вещь. Слушай и запоминай, может ты никогда его больше не увидишь, дурак ты Пак Чимин! — Хён, во сколько завтра встретимся? — Давай около шести, мне надо будет тебе завтра кое-что сказать. — Ладно. — Юнги встал с качели и пошёл в сторону своего дома(?) Я никогда там не был, Я не знаю где он живёт, может Я прослушал, а может он и не говорил. — Ты куда, хён? — Мне нужно идти. — Хён, дай мне свой номер. Юнги слышал, он всё прекрасно слышал, но если он даст, то никогда не сможет ответить на его звонок или сообщение. Он просто ушёл, сдерживая слёзы. Ушёл.

***

Я проснулся ближе к двум часам дня, завтра 23 августа и мне надо будет уезжать. Сегодня будет моя последняя встреча с Юнги за это лето, Я долгое время не мог уснуть, думал над всем этим и мне было очень грустно, Я буквально умирал от тоски и печали, рыдал в подушку навзрыд и понимал, что всё, лето кончилось. Время шло очень медленно, Я позавтракал с дедушкой и бабушкой, собрал все свои вещи (Я не модник и поэтому и не брал их в большом количестве). Я рисовал, читал и лежал на полу и когда наступил долгожданный час, Я начал одеваться, сказал своим что ушёл и вышел в подъезд. Я правда боялся видеть его, мне казалось что произойдет что-то страшно, например: он скажет что не хочет со мной больше общаться, что ненавидит меня или ещё что-то. Но так же, Я не могу ему что-то запрещать, хоть мы были и близки, он всё ещё человек, который заслуживает своих решений. Я маленькими шашками спускался по лестнице и когда не выдержал, сорвался на бег, выбежал на улицу и прибежал на площадку. Юнги нет, но есть коробка. чёрт возьми! Нет. нет. нет. нет. «...Привет Чимин, ты это читаешь тогда, когда меня уже нет, Я не могу сказать куда Я ушёл, но знай, со мной всё хорошо. Я рад был познакомиться с тобой, ты правда хороший малой и знаешь, Я впервые кого-то полюбил. Я хочу тебе подарить свои самые лучшие вещи — бинокль и дневник. Да, Я начал его вести, пожалуйста, не забывай меня, Я тебя люблю. Твой Мин Юнги...» Блять, загнул палку конечно, лучше бы мне сказали что Я эгоист, что Я ужасен, что он меня просто ненавидит. Слезы сами собой катятся по моим щекам, Я беру дневник и открываю на первой странице. «...Хах, Я правда это делаю? Чимин посоветовал мне сюда писать всё всё, чем Я сейчас и занимаюсь. Мне нравится Чимин, с ним весело...Я так сильно люблю звёзды и я никому и никогда не говорил почему, а здесь скажу. Хочу стать звездой когда умру, чтобы Чимин мог видеть меня...Юнги..» Вторая страница «...Волосы Чимина такие красивые, Я называю их гнездо. Он сам по себе такой милый, сегодня мы ловили кузнечиков, они смешные... Юнги..» Третья страница «...Чимин Признался меня в чувствах, его губы слишком мягкие и сладкие...Юнги..» Четвёртая страница. «...Чимин такой красивый, он мне так нравится, его губы, волосы, нос, глаза, щёчки — мне кажется я его правда люблю...Юнги...» И ещё много много всего про Меня. Так много, что Я рыдаю и не боюсь того, что кого-то разбужу, перелистываю на последнюю страницу, Я готов кричать разрывая связки. «...Привет Чимин. Это последняя моя запись. Ты научил меня писать всё это! Мне понравилось, Я надеюсь что ты всё это прочитаешь. Возможно, ты меня ненавидишь, но так было нужно, Чимин. Я тебя сильно люблю, так сильно, что моё сердце не выдерживало. Ты мой лучик счастья. Люблю тебя. Найди меня на небе среди множество звёзд, я буду светиться лишь для тебя. Юнги...» Юнги. Юнги. Юнги. Мин Юнги...Я люблю тебя. *** Сейчас мне тридцать , Я до сих пор не знаю что случилось тем днём, но меня пытались успокоить все, а Я рыдал и метал всё что можно и нельзя. Я его не ненавижу, он оставил мне часть себя. Тетрадь, в которой написаны воспоминания 2015 года, и бинокль. (всё это лежит в стеклянном шкафу вместе и с моей тетрадкой) А самое главное, что Я вижу его среди тех звёзд, которые на небе. И Я не зря сравнивал его глаза с небом, потому что в них, тоже была, есть и будет жизнь. Ну а ещё... Он любил звёзды, а звёзды любили его.