Эта жизнь будет весёленькой!

— А кольцо луны защищает оборотней от проклятья. Только подумай, больше не ломать кости, не терять контроль над внутренним зверем… — говорил Клаус Джексону, когда я вошла в мастерскую. — Не слушай его, Джексон. Ты ведь не хочешь, чтобы я сломала тебе шею? Нет? Тогда проваливай, — я перевела убийственный взгляд на «отца». Джексон немного помялся на месте, но после моих злых золотистых глаз свалил. — Что-то случилось? — С чего ты взял, что что-то случилось? — ну я тебе сейчас устрою… Папа! — У тебя до сих пор горят глаза, появились коготки. И ты так залетела в комнату, что даже Джексона напугала. — А тебя, видимо, нет. Ну ничего, сейчас я это исправлю, — Клаус полетел в шкаф, но быстро поднялся и вмиг оказался передо мной, — Думал, я не узнаю?! Думал, что сможешь завоевать моё доверие?! Но все твои планы обломались! Особенно сейчас! — О чём ты?! — он крепко сжал мои плечи, отчего я зашипела. — О настоящей причине смерти моей мамы. И о своём рождении, — тут его взгляд стал опустошённым, пустым. — Да, я знаю. Я всё знаю! Питер говорил правду! Он не лгал, как некоторые! — Лгал?! Я хотел защитить тебя! Как и твоя мама! — Убив нас? Отправив в другой мир, перед этим убив? Мало того, что ты знал о том, что у тебя есть дочь, так ты ещё, чтобы «защитить» её, заставил ведьму провести ритуал, убив ребёнка и его мать, а после уехал. Просто уехал! А теперь вернулся, всё равно зная, что твоя дочь в Новом Орлеане! Как и её мать! Ты не пытался найти нас! Кроме того, когда я была ребёнком, ты перешёл в другой мир, где мы были. И ты убил мою маму! Убил её на моих глазах! А потом заставил забыть! Я грубо скинула его руки и отошла. По щекам уже давно катились слёзы. Слёзы злости и обиды! И боли… — Я думала, что Питер был чудовищем моей жизни, но нет. Им был ты. И моя мать. Мои родные родители! В комнату забежала Малия и замерла, увидев меня и Клауса. Она всё поняла. Поняла, что я всё рассказала! — Белль, дочка, — она подошла, но я отскочила от неё, как от огня. — Не смей! Не смей называть меня дочкой. У меня больше нет матери. Ясно?! И отца! Никакого, ни биологического, ни приёмного! Моя семья это только Хейли, моя сестра, и мои друзья! Всё! Если до этого я относилась к вам, как к родным, как к семье… То больше этого не будет. Вы мне не семья! Не моя мать, — Малия прикрыла рот рукой, подавляя рыдания, — Не мой биологический отец, — Клаус сжал губы, отчего лицо ожесточилось. — Я любила вас. Обоих. Даже тебя, — я посмотрела на Майклсона, — Ты стал мне дорог, стал мне почти как отец. Я хотела с тобой поговорить, но встретила Питера, который раскрыл все ваши секреты! Оказывается, он единственный, кто скрывал от меня очень мало вещей, в отличие от некоторых. Спиной отходила к выходу, пока родители не отрывали от меня взглядов. — Я была с вами, на вашей стороне. Всегда. Но теперь всё изменится. Больше я не с вами. А если вы будете меня искать, я стану вашей самой большой проблемой. И исчезла, оказываясь у входной двери дома. Взглянула на здание, в котором звучала музыка, потом села в машину и тронулась.

***

Несколько недель спустя.

Автомобиль плавно ехал по дороге, пока парни всё время болтали. Несколько часов прошло, а они всё болтают. — Вы когда-нибудь заткнётесь, или нет? — просто любопытство. Чистое любопытство. — Будь добра, не лезь в разговоры старших, — ответил Оливер, взглянув на меня сбоку. Просто он на заднем сидении, а на переднем Джексон. — А ты будь добр, перестань перемывать косточки Клауса и Хейли. И вообще Майклсонов, — я даже не взглянула на него, просто сделала музыку погромче. — Она издевается? — поинтересовался Олли у Джека. — Скорее всего, — дальше, слава богу, была тишина. Я вырулила руль и мы оказались на дороге, ведущей прямиком в Новый Орлеан. — А чего ты так печёшься о них, если сама бросила всё и сбежала? — нет, всё-таки когда-нибудь я повторю тот макияж. — Олли, отвали, — ответить мне не дал заговоривший Джексон, — Сколько ещё осталось? — К рассвету доберёмся, — но тут, перед нами перекрыли дорогу менты. — Так… Какого хрена? — Расслабься, мы же ничего не делали. — произнёс Джексон, — Здравствуйте, офицеры! — Выйдете из машины, все трое. — А что случилось? — спросила я, но они все достали пистолеты и нацелились на нас. — Делайте, что говорят, — из-за полицейских вышел Марсель. — Пока не стало хуже.

***

— Джексон! — воскликнула я, когда он в сотый раз под руку масла подливает в огонь. — Заткнись! Я поморщилась от ужасной боли в животе. Да, не думала, что Марсель на такое способен. Найду, убью. — Аплодисменты Марселю. Форму носа он тебе исправил, — сказал Клаус, рассматривая физиономию Джека. Элайджа разорвал цепи и помог мне подняться. — Ничего, ему тоже скоро придётся делать пластическую операцию, — я встряхнула свою джинсовку, которая была в пыли, а про майку я вообще молчу. — Или искать того, кто мог бы одолжить ему сердце. Он, кстати, забрал камни и свалил, оставив нам подарочек. Я постучала пальчиком по крышке одного из ящиков, куда запрятали взрывчатку. Клаус подошёл ко мне и ударил по руке, вскрывая ящик. Как я и сказала, взрывчатка. — Что ты здесь вообще забыла? — грубо спросил Клаус, повернувшись ко мне. — Прошу прощения, Белль, мой брат хотел вежливо спросить о причине твоего приезда. За столько лет чувство такта начало его медленно оставлять. — Мы на складе, полном ящиков со взрывчаткой, а я, значит, бестактный?! — воскликнул гибрид, недовольно взмахнув руками. Я закатила глаза и прошла чуть дальше, вскрывая ящики. Тоже самое сделал и Клаус. — Так, тут осторожно! — сказал он, указав на неопределенное для меня место, — Здесь эпицентр. — Знаешь, Джексон, когда я говорила, что помогу вам, я не думала возвращаться сюда, и к тому же, попадать в плен своего названого брата. Недовольно сказала я, посмотрев на друга. Он вздохнул, а Элайджа с телефоном у уха повернулся к Клаусу, который вскрыл очередной ящик, только со словами «Что-то мне это не нравится…». — Ты чего, нас убить пытаешься?! — воскликнула я, и гибрид повернулся ко мне. А через две секунды произошёл взрыв.

***

— Слава Богу, ты жив, — Хейли подбежала к Джексону и обнимала его. Затем она поднимала благодарный взгляд на Элайджу, он в ответ на это кивнул. Потом она вопросительно посмотрела на меня в поисках ран, но я покачала головой и улыбнулась. — Я тоже в порядке, спасибо, что спросила, — произнёс Клаус, войдя в гостиную. — Где камни? — спросила Хейли, усаживаясь на диван рядом с Джексоном. — На дне Миссисипи, — мигом ответил ей Элайджа. — Я полагаю. — Марсель не дурак, — вступает в разговор гибрид. — Он понимает, что армия оборотней означает конец вампирам в Новом Орлеане. Взрыв — его способ сказать, что он этого не допустит во что бы то ни стало. Взрыв? Но Хейли вроде бы на сто процентов была уверена, что Марсель не имеет никакого отношения ко взрыву на болотах. Так неужели и вправду он пытался убить на болоте как можно больше оборотней? Ну вообще, козёл! — Это я виноват, и я все исправлю. — Нет, Джекс, — Хейли качнула головой и начала гладить оборотня по плечу. — Ты ранен, и никто тебя не винит. Мы с Клаусом синхронно хмыкаем, показывая свой скептизм к этой потрясающей фразе. Да ну? Так его никто и не винит. — Я тебя виню, — Клаус делает глоток бурбона из стакана в руках. — Эти камни будет сложно заменить. К счастью, у меня всегда есть запасной план. И этот «запасной план» заключался в покупке у какой-то мисс Кореа замену камням, которые профукали мы с Джексоном, но по большей части только Джексон и Олли. Кстати, Олли куда-то забрали. Когда ко мне подошла Малия, я опасно сверкнула янтарными глазами, давая знак не подходить. Да, прошло достаточно времени, но я всё ещё не готова простить ни её, ни о… Клауса.