Ты ж у нас натурал, да?...

Паша терялся в догадках. Может зря он её поцеловал? Теперь Катя его избегает, встретиться отказывается, в переписке ведёт себя сдержанней. Чёрт, не такого он хотел. Дурак, дурак, дурак! Нужно было подождать! Но терпение иссякло, едва стоило увидеть её в том платье. Такая красивая, такая чистая, такая притягательная. Паша узнал её взгляд из сотен зрителей и старался изо всех сил. Он понимал это лишь частичкой своего мозга, но он играл только для одного человека в зале - для девушки в синем венке. А когда она от всей души, светясь как тысяча огоньков, сказала, что ей понравилось выступление, Паша не вытерпел. Пусть он пожалеет, пусть она его ударит, пусть проклянёт - хоть бы на секунду коснуться её губ, хоть бы на миг почувствовать это опьяняющее тепло. Парень осуществил желаемое, чувствуя электричество в руках от страха и торжество в сердце. Но ни удара, ни возмущения не последовало, она лишь застыла, словно камень. Не решаясь испытывать судьбу, Паша слился, оставляя её обдумывать произошедшее. Ещё с момента, как он увидел эту опоздавшую на сеанс рисования обнажённой натуры девочку, он понял, что знакомство с ней сулит весьма приятное времяпрепровождение. Но рядом с ней ему было не просто хорошо. Было фантастически. Катя была для него самым ценным сокровищем, драгоценным камнем, анологов которому в мире просто не существует. Такого с ним не было никогда, даже в тот раз... Паша мог бы решить, что Катя его соулмейт. О нет, он не забыл о каком-то её секрете. И парень подозревал, что он связан с их отношениями. Но от наличия этой тайны девушка становилась лишь желаннее. Паша был готов практически на любой шаг, но её упускать он не собирался. Пусть это звучит очень глупо, наигранно, но, во-первых, ему было страшно из-за прошлого, а во-вторых Катя лучшая из тех, кого он встречал, и точка! Паша вёл и чувствовал себя неадекватно рядом с ней. Точно волк, готовый наброситься на любого, кто посмеет подойти к хозяйке его сердца. Пару раз он даже с испугом поймал себя на мысли, что собирается с кулаками кинуться на знакомых парней, которые здоровались с ней на улице. В нём сидел зверь, страшный, опасный зверь, которого может успокоить только одно. Любовь. Любовь Екатерины Беренговой к Павлу Онежскому. Сука, как ёбаная магия Одена и исповедница*. Это было так странно, что она младше, что никто из его друзей её не знает, что он встретил её так случайно, внезапно, но их словно судьба свела, а от того, что они не соулмейты, это становится странным вдвойне. Эту беготню вокруг да около срочно нужно прекратить, и сказать всё напрямую. И спросить. А то спать хотелось по ночам, а не с ума сходить. "Привет, давай встретимся? Нужно поговорить". Секунда - и сообщение улетело решать вопросы его дальнейшего существования. Должно сказать, что напечатать эти слова было отнюдь не просто. Как назначать свидание очень нравящемуся человеку, хоть и под предлогом обычной прогулки. В кармане шорт завибрировал телефон. Было начало августа, и Катя с семьёй дружно поехали в деревню помогать бабушке копать картошку. Ноги в земле, руки, хоть и в перчатках, тоже в земле, по лицу течёт пот в перемешку с грязью. В груди снова сладко бухнуло сердце, когда девушка увидела имя Паши на дисплее. Он предлагал встретиться. К горлу поступил страх в перемешку с восторгом, вниз по рукам побежали мурашки, в глазах слегка потемнело. - Кать, ты чё? - спросила мама слегка обеспокоенно. Видимо, на лице девушки отразилась внутренняя сумятица. - Резко разогнулась, - соврала Катя, - мам, мне в город надо съездить. - Зачем? - мама распямилась, оперлась на лопату и, щурясь от солнца, посмотрела на дочь. - С ребятами погулять, да и надоело мне здесь сидеть. - Хорошо, когда собираешься? Катя взглянула на время, которое написал Паша. - Завтра. - На автобусе поедешь? -Конечно, а вы когда вернётесь? - Через недельку где-то, - подумав, сказала мама. Значит разрешить ситуацию с парнем будет достаточно времени, если всё пойдёт хорошо. Уснуть удалось только в три часа ночи. Девушка всё думала об их встрече. Будут ли они гулять, как долго, когда решатся заговорить о чувствах, что скажут, ну и так далее. Пиздец - последнее слово, которое промелькнуло в голове, прежде чем она провалилась в сон. Прибыв в квартиру, Катя первым делом отправилась в душ смыть дорожную пыль и липкость. Хотелось нарядиться красиво, как на свидание, чтоб у него земля из-под ног ушла. Но в итоге, при выходе на ней были шорты и мешковатая футболка. А то не дай бог Пашенька решит, что он ей весьма симпатичен и оделась она для него. Август радовал тёплой погодой, ярким солнцем, начинающим покрываться  осенним румянцем. В целом, для этого месяца было как-то аномально жарко. Да и не удивительно. Наверное, погода отражает события в городе, а там, по крайней мере, у нескольких подростков происходит настоящее пекло. Когда девушка подошла к высокому дереву в парке - месте, где они договорились встретиться, Паша уже стоял там. Чёрные волосы собраны в пучок, серые глаза, так поражающие Катю своей глубиной, задумчиво разглядывали пышную крону. Он такое хорошее положение сейчас принял, свет так выгодно на него падал, что девушка чуть не отменила к чертям собачьим их прогулку и не заставила его позировать для рисунка. Ну что поделать, художник в жопе шевелился. На Пашу Катин ментальный хуй вставал моментально. Он был настолько идеален, настолько красив, что сразу возбуждал волну вдохновения. Когда она в первый раз увидела его, то буквально выпала. И дело было даже не в его обнажённости и невероятной соблазнительности. Просто парень был ходячей эстетикой. -Привет! - пока девушка залипала, Павел заметил её и подошёл. В знак приветствия они обнялись, и Катя прижалась к нему настолько, насколько вообще это было возможно. Господи, продли, пожалуйста, этот миг на вечность, она не хочет его отпускать.  А Паша, судя по всему, был и не против. Он тоже крепко стиснул её, но вместе с тем мягко, словно хрупкий цветочек, который может сломаться от одного неосторожного движения. - Привет, - выдохнул она ему в плечо, но спохватилась и тут же отпрянула, - я соскучилась, - и смущённо улыбнулась. - Я тоже, - ответил тот, - ну что, идём? Вообще у их прогулки была, кроме разговора, ещё одна конкретная цель - фотовыставка. Снимки были от цветочков в лесу до подвалов с крысами. Ещё было что-то совсем непонятное, какие-то пучебрюхие грибожуи. В общем и целом, как люди творчества Катя и Паша провели у этих работ чуть больше времени, чем другие посетители, разглядывая замысловатые и не очень фотографии. Август словил погодную биполярочку, солнышко, что до этого жарило будь здоров, скрылось за гигантским облаком. Нет, это не была туча, но огромный сгусток небесной ваты величиной, наверное, с Австралию, и осенний холодок, которому только солнце и противостояло, пробрал до костей. Судя по габаритам облака и почти полному отсутствию ветра, это неудобство превратится в проблему и весьма скоро. Не растерявшись, Катя, широкой души и продуманных планов девушка, позвала Пашу к ней на хату, погреться и переждать этот погодный выебон. Называя так нелестно причину резкого похоладания, Катя была ей благодарна, поскольку в квартире говорить удобнее, да и быстро "сделать ноги" парень не сможет, если что-то пойдёт не так. Имея похожий ход мыслей, Паша быстро согласился, и парочка за какую-то четверть часа добралась до места. Усаженный за стол, юноша наблюдал за Катей, которая носилась по кухне, готовя чай и всё к нему прилагающееся. Он был не в силах оторвать взгляд от её фигурки, только протяни руку - и завладеешь. Но Пашенька был приличным. Катя выставила на стол еду, уселась напротив парня, и какое-то время они болтали обо всякой ерунде. - Помнишь, когда мы только познакомились, - начала Беренгова, - выяснилось, что у нас обоих есть секреты? Думаю, самое время вскрыть тайник, - она отхлебнула из кружки. - Ты начнёшь или я? - студент был готов, видно было, что ради этого он с ней и встретился. - Дамы вперёд, - ухмыльнулась Катя и начала, - есть такая категория людей, которые родились с отклонением. Нет, не физическим, душевным. Их по пальцам можно пересчитать, но тем не менее... В общем, у этих людей нет соулмейтов. Ещё в утробе матери обычный человек обретает связь с кем-то, а эти дефективные остаются в конечном итоге либо одинокими, либо в несчастливом браке с теми, кто ушёл от своего соула. Короче, я одна из них. У меня нет связи. У меня нет соулмейта. - И как ты это поняла? - спросил Паша спустя некоторое время. - Просто в какой-то момент во мне что-то щёлкнуло и мне стало так одиноко, так страшно, я поняла, что у моей души нет второй части. Примерно так. Я погуглила, другие такие чувствовали себя так же, когда осознали... Но в этом есть свои плюсы, у меня открылся третий глаз, - усмехнулась Катя, - я теперь ощущаю чужие связи. Они, оказывается, разной прочности бывают. Только вот... - Что? - Твоя связь. Она такая странная, как будто это не нить, а лишь её призрак. Паш, - она посмотрела на него, с ужасом начиная догадываться, - что произошло? Тот невесело ухмыльнулся, отставил кружку с почти допитым чаем и положил свою руку на стол поверх её. - Она умерла, - сколько боли было в его глазах, сколько мучения, - мне было тринадцать, ей одиннадцать. Катя накрыла его руку второй ладонью и сжала. Потерять соулмейта - это самое страшное, что есть на свете. Представьте, будто вас разорвали напополам. Внешне этого не видно, но ощущается именно так. Как будто расходится кожа и органы, а душа горит пламенем сильнейшего горя. Многие от этой боли сходили с ума и остатки жизни проводили в психушке, другие не выдерживали её и на месте умирали, третьи чудом приходили в себя и жили с огромной дырой в груди. Страшно вообразить, что испытал подросток. - Господи... - прошептала девушка в шоке. Хотя шок это мало сказано, скорее ужас. И сочувствие. Катя не заметила, как поднесла его прохладную руку к губам и стала успокаивающе целовать тонкие пальцы, почти невесомо, осторожно, поглаживая кожу. Пусть он забудет, пусть ему не будет так плохо, пусть она заберёт боль. Хоть Катерина за чрезмерной сентиментальностью замечена не была, здесь она просто разрыдалась, хотя изо всех сил пыталась сдержаться. Паша почувствовал, как горячие слёзы катятся по ладони. - Катенька, ну ты чего? - он улыбнулся, словно утешая поранившеглся ребёнка. Парень встал из-за стола, подошёл к ней и ласковым движением вытер слёзы. - Просто... - всхлипнула девушка, - это такой пиздец, Паш. Как ты вообще это пережил? (всхлип) Это же так страшно (всхлип) - Так ты что, из-за меня? - он растрогался до глубины души. Этот человечек, этот цветочек, плачет за него. Для него. Ничего взамен не требуя, считая лучшей наградой его счастье. Что, ж, его счастье совсем рядом. Вот, сидит напротив, капает слёзками на футболку. За пеленой солёной воды мир был расплывчатым, поэтому Катя не сразу соображает, что к её влажным губам прикасается что-то тёплое и успокаивающее. Это Паша снова и снова целует её, словно умоляя не плакать: не важно, что было, не важно, что будет, главное, они сейчас рядом, они друг друга не отталкивают, они друг друга любят, по-детски, возможно, незрело, но любят. Не говоря ни слова, девушка отвечает, обнимает его за шею, прижимает ближе. Могла бы услышать его бешено колотящееся сердце, если бы своё не стучало по ушам, как в гонг. Паша умелый, быстро понимает, как целовать её, чтобы каждый раз вызывать волны удовольствия. Он сминает её губы, почти грубо, но не больно, поочерёдно прикусывая, всасывает нижнюю, проталкивает вглубь мягкий язык, исследует податливый ротик, низко стонет, когда девушка сильно сжала растрепавшиеся чёрные волосы, но это было кайфово, а не больно. Катя обхватила руками его лицо и большими пальцами нежно поглаживала слегка выступающие скулы. Сил не было уже, она забралась руками под его футболку, нащупывая тёплую кожу и небольшой рельеф мышц. Рассудительность ушла на три весёлые буквы, и в голове шло бегущей строкой: "Хочу ебаться. С ним". Паша почти начал стягивать одежду с девушки, но что-то его остановило. Рано. Он мягко отстранил я и на вопросительный взгляд синих глаз сказал: - Я до восемнадцати тебя не трону. - Не хочешь? - сказала Катя спокойно, но слышалась обида в голосе. - Хочу. Очень. Но не могу, - ответил тот и заметил на её лице вызывающее " Что? Слишком маленькая?", - и дело не в том, что ты младше, просто лично для меня это преступление. Серые глаза смотрели ласково, но твёрдо. Спорить было бесполезно. - Паш, - позвала она его. - М? - Ты мне нравишься, - она сказала то, зачем с ним увиделась сегодня, хоть этот вопрос они разрешили пару минут назад. - Ты мне тоже, Катенька, ты мне тоже. Он обнял её и время замерло. Девушка не помнила, сколько они так простояли, но точно не говорили ни слова. Оба думали о том, как им хорошо, как тепло и светло на душе. И плевать, что они не соулмейты. Любовь это не просто инстинкт, соединяющий подходящие пары. Она не имеет правил, границ, условий. Любовь - это, ради чего стоит продолжать жить. Короче, "Love is love, love is life".