D.I.O

      На следующее утро Понивилль проснулся в лучах нежного, золотистого солнца. В гостевой спальне замка Твайлайт Спаркл, сквозь высокое витражное окно, пробивались разноцветные блики, танцуя на стенах и разгоняя ночные тени. Брайн медленно открыл глаза, чувствуя приятную истому во всем теле. Впервые за долгое время он спал без кошмаров, без ощущения чужого, леденящего присутствия в глубинах своего сознания. Тишина. Спокойствие. Он был один.       Он сел на кровати, оглядываясь. Вчерашний день пронесся перед его мысленным взором калейдоскопом ярких, почти нереальных событий: праздник, внезапное нападение Алмазных Псов, пугающая и в то же время странно притягательная трансформация, которую он пережил, уступив контроль Дио... И, наконец, этот странный, почти домашний пикник, где самый грозный и высокомерный дух, которого он когда-либо мог себе представить, с видом знатока дегустировал морковные чипсы и яблочные оладьи.       Брайн улыбнулся. Всё это было так абсурдно, так дико, и в то же время... так по-понивилльски.       — Чему ты ухмыляешься, щенок? Твои мысли скучны, как проповедь на латыни, — раздался в его голове знакомый, бархатистый голос с оттенком раздражения.       Брайн вздрогнул. Спокойствие оказалось недолгим.       — Доброе утро, Дио, — мысленно ответил он, стараясь, чтобы его тон звучал как можно более беззаботно. — Рад, что ты тоже выспался.       — Сон – удел смертных и слабаков. Я лишь наблюдал за твоими примитивными сновидениями. Лошади, бегающие по радуге... Какая банальность.       Брайн вздохнул и встал с кровати. «Слушай, Дио, нам нужно договориться. Вчерашний день... он был, скажем так, насыщенным. Но мы не можем продолжать в том же духе. Никаких внезапных захватов тела. Никаких угроз про хот-доги. И уж тем более, пожалуйста, не кроши больше чужие драгоценности. Спайк очень расстроился».       Наступило молчание. Брайн почти физически ощущал, как Дио обдумывает его слова, взвешивая каждое из них на невидимых весах своей гордыни.       — Твои условия смехотворны, — наконец, произнес он. — Я делаю то, что считаю нужным. Однако… признаю, вчерашний гастрономический опыт был… любопытным. В твоем жалком теле есть и свои преимущества. Так что, возможно, я временно воздержусь от превращения местного населения в закуски. Но не жди от меня вежливости. Я — Дио, а не одна из твоих разноцветных подружек.       Брайн счел это за маленькую победу. Он быстро умылся и спустился в главный зал библиотеки. За большим круглым столом его уже ждали. Твайлайт, с серьезным видом перелистывала какой-то древний фолиант, Спайк доедал завтрак из сапфиров.       — Доброе утро, Брайн! — первой заметила его Твайлайт, отрываясь от книги. Её улыбка была теплой, но во взгляде читалась легкая тревога. — Как спалось? Никаких... неожиданностей?       Она явно намекала на вчерашние события, стараясь говорить так, чтобы не напугать Спайка, который, кажется, до сих пор не до конца понял, что произошло.       — Все в порядке, Твайлайт. Ночь прошла спокойно, — ответил Брайн, присаживаясь за стол.       Твайлайт кивнула, снова возвращаясь к своему фолианту.       — Я как раз ищу информацию о... подобных случаях, — тихо пояснила она. — Духи, сущности, вселяющиеся в тела. В древних текстах есть упоминания о подобных явлениях, но они крайне редки и плохо изучены. Мне нужно понять, насколько это опасно и как мы можем помочь... вам обоим.       Спайк, дожевав последний сапфир, с любопытством посмотрел на Брайна.       — Так этот... Дио, он все еще с тобой? — спросил он. — А он может... ну, знаешь... снова сделать так, что я смогу его видеть? Это было так круто! Прям как в комиксах про «Неуловимых мстителей»!       — Думаю, он может, но не уверен, что стоит его об этом просить, — улыбнулся Брайн. — Он не очень любит быть в центре внимания.       — Я ненавижу быть объектом пристального изучения со стороны ящериц, — раздался в голове Брайна ехидный комментарий Дио.       В этот момент в библиотеку впорхнула Рарити, элегантно помахивая гривой, в которой сверкали капельки росы.       — Дорогие, доброе утро! Я тут подумала... — начала она своим мелодичным голосом, — Вчерашний день, конечно, был полон... драматизма, — она бросила выразительный взгляд на Брайна, — Но я считаю, что нашему новому другу необходимо по-настоящему познакомиться с нашим городом. А что может быть лучше для знакомства с культурой и стилем, чем шопинг в лучших бутиках Понивилля?       Она обворожительно улыбнулась.       — Брайн, милый, я настаиваю! Я просто не могу позволить тебе ходить в этой... простой дорожной одежде. Мы должны подобрать тебе что-то, что подчеркнет твою индивидуальность!       Твайлайт с сомнением посмотрела на Рарити, потом на Брайна, словно пытаясь представить Дио, увлеченного примеркой нарядов. Но идея, как ни странно, не казалась такой уж плохой. Прогулка по городу, новые впечатления... Возможно, это помогло бы разрядить обстановку и лучше понять, с кем (или с чем) они имеют дело.       — Шопинг? — Произнес Дио в сознании Брайна. — Примерять тряпки? Что за низменное развлечение? Но... с другой стороны, это возможность изучить этот примитивный мир, его обитателей, их нравы. Увидеть их слабости.       — Э-э-э... шопинг? — Брайн растерялся.       — Не смей даже думать об отказе, щенок, — внезапно прозвучал голос Дио, на этот раз с ноткой неприкрытого интереса. — Изучение культуры местного населения — важная тактическая задача. К тому же, я должен убедиться, что твой внешний вид не будет позорить меня.       Брайн мысленно вздохнул. Кажется, выбора у него не было.       — Конечно, Рарити. Я буду рад, — с несколько натянутой улыбкой произнес он. — Спасибо за предложение.       Лицо Рарити просияло. Она тут же подлетела к Брайну и начала с видом профессионального модельера оглядывать его со всех сторон, прикладывая к нему воображаемые ткани и фасоны.       — О, это будет восхитительно! Я уже вижу... Да, да! Что-то элегантное, но в то же время практичное. Возможно, жилет благородного изумрудного цвета, он так подчеркнет цвет твоей шкуры. И, конечно, элегантный шейный платок! Ничто так не говорит о хорошем вкусе, как правильно подобранный аксессуар!       Твайлайт с улыбкой наблюдала за этой сценой. Идея Рарити ей нравилась всё больше. Это было лучше, чем сидеть в библиотеке и перелистывать пыльные книги в поисках ответов.       — Отлично! — сказала она. — А пока вы будете исследовать мир моды, я, пожалуй, навещу Эпплджек. У нее, кажется, созрели сахарные яблоки, а я обещала помочь со сбором. Спайк, ты со мной?       Спайк, который с большим интересом прислушивался к планам Рарити, неохотно кивнул. Перспектива таскать корзины с яблоками его не слишком радовала, но ослушаться Твайлайт он не мог.       Таким образом, небольшая компания разделилась. Твайлайт и Спайк отправились на ферму «Сладкое Яблоко», а Рарити, взяв под копыто заметно нервничающего Брайна, повела его в самое сердце Понивилля — на центральную площадь, где располагались лучшие магазины и бутики города.       Солнце стояло уже высоко, и улицы Понивилля были полны жизни. Пони спешили по своим делам, приветливо кивая друг другу, жеребята весело играли на лужайках, а из открытых окон пекарен доносился аромат свежей выпечки. Для Брайна, привыкшего к суете и анонимности большого города, эта атмосфера дружелюбия и открытости была все еще в новинку.       — Крайне удивительно хоть уже не в первый день в этом городишке, если не обращать внимание на четвероногих то никакой разницы не будет от того современного мира в котором я был в прошлом, — прокомментировал Дио, наблюдая за миром глазами Брайна. — Интересно будет изучить однако и другие поселения в этом мире.       Рарити же была в своей стихии. Она грациозно проплывала сквозь толпу, одаривая знакомых ослепительными улыбками и обмениваясь комплиментами.       — Вот мы и на месте, дорогой! — наконец, объявила она, останавливаясь перед зданием с изящной вывеской «Карусель Бутик». Витрины магазина были украшены манекенами в роскошных платьях и элегантных костюмах. — Добро пожаловать в мой скромный храм моды и стиля!       С этими словами она распахнула двери, и на Брайна (а вместе с ним и на Дио) обрушился мир шелка, бархата, кружев и сверкающих драгоценностей.       Интерьер бутика поражал своей элегантностью и роскошью. Просторный зал был залит мягким светом, проникавшим сквозь большие окна. Вдоль стен тянулись вешалки с самыми разнообразными нарядами — от вечерних платьев, расшитых жемчугом, до строгих деловых костюмов. В центре зала, на бархатном подиуме, стояли манекены, демонстрировавшие последние творения Рарити. В воздухе витал тонкий аромат лаванды и дорогих тканей.       — Ну, как тебе? — с гордостью спросила Рарити, обводя копытом свои владения.       Брайн, ошеломленный этим великолепием, мог только кивнуть.       — "Примитивно, но со вкусом", — снисходительно прокомментировал Дио. — "Хотя, признаю, некоторые из этих тканей... они выглядят весьма достойно. Этот тёмно-фиолетовый бархат... он напомнил мне цвет ночного неба над Каиром."       Рарити, не обращая внимания на его внутренний монолог, уже вовсю хозяйничала. Она с ловкостью фокусника начала снимать с вешалок наряды, прикладывая их к Брайну и оценивающе прищуриваясь.       — Так, так... что же у нас тут есть? Нет, этот голубой слишком бледный... А этот желтый... боже, он же сольется с цветом твоей шкуры! Нам нужно что-то контрастное, что-то, что заставит тебя... сиять!       Следующие полчаса превратились для Брайна в настоящее испытание. Он послушно примерял жилеты, рубашки, плащи и даже шляпы, пока Рарити, словно вдохновленный художник, искала идеальное сочетание.       — Какое унижение, — ворчал Дио. — Быть манекеном для этой... швеи. Если бы кто-то из моих последователей увидел меня сейчас...       Но, несмотря на свое недовольство, Дио не мог не признать, что в этом процессе было что-то завораживающее. Он с интересом наблюдал за тем, как Рарити работает с тканью, как она подбирает цвета и фасоны, как её глаза загораются, когда она находит удачное решение. В её движениях была страсть, увлеченность, которую он уважал.       — А вот это... да! Это именно то, что нужно! — наконец, воскликнула Рарити, протягивая Брайну комплект одежды.       Это был темно-зеленый жилет из плотного бархата с золотыми пуговицами, белоснежная рубашка с высоким воротником и элегантный галстук-бабочка из черного шелка.       — Ну же, примерь! — поторопила его она.       Брайн, вздохнув, скрылся в примерочной. Когда он вышел через несколько минут, Рарити ахнула.       Новый наряд сидел на нем идеально. Строгий, но в то же время стильный, он подчеркивал его стройную фигуру и придавал ему вид настоящего джентльмена.       — О, дорогой, ты выглядишь... восхитительно! — прошептала Рарити, кружа вокруг него. — Я знала, я знала, что у меня получится!       Брайн посмотрел на свое отражение в большом зеркале. Он и сам не мог не признать, что выглядит неплохо.       — Хм... а ведь и вправду... недурно, — раздался в его голове удивленный голос Дио. — В таком виде не стыдно и миром править. Хотя, конечно, до моего великолепия тебе еще далеко.       В этот момент дверь бутика распахнулась, и на пороге появились три кобылки.       На пороге бутика застыли три кобылки, чей вид моментально приковал к себе всеобщее внимание. Они держались с таким чувством собственного достоинства, будто сама принцесса Селестия соизволила посетить скромный магазинчик в Понивилле. Их гривы были уложены в сложные, безупречные прически, украшенные жемчужными нитями и крошечными заколками в виде драгоценных камней. Наряды, сшитые, очевидно, на заказ из самых дорогих тканей Кантерлота, переливались в свете ламп, а изящные копытца были обуты в элегантные туфельки, которые наверняка стоили целое состояние.       Та, что стояла в центре, была единорожкой цвета слоновой кости с гривой платинового оттенка, собранной в высокий пучок. На шее у нее красовалось ожерелье из крупных сапфиров, а надменное выражение мордочки говорило о том, что она привыкла получать все, что пожелает. По обе стороны от нее стояли две пегаски, выглядевшие скорее как свита, нежели как подруги. Одна, с персиковой шерсткой и медно-рыжей гривой, была одета в платье цвета шампанского. Другая, пепельно-серая с иссиня-черной гривой, носила строгий, но элегантный брючный костюм лавандового цвета.       Они обвели бутик Рарити таким взглядом, каким ценитель искусства осматривает провинциальную картинную галерею — со смесью скуки, легкого презрения и едва скрываемого разочарования.       — А мы точно туда попали, Сапфир Шорс? — протянула персиковая пегаска, скривив губы. — Мне казалось, мы ищем что-то... эксклюзивное.       — Терпение, Джет Сет, — ответила единорожка, не удостоив подругу взглядом. Её холодные голубые глаза скользнули по нарядам на вешалках, по манекенам, и, наконец, остановились на Рарити, а затем на Брайне. — Иногда даже в самой глубокой провинции можно найти необработанный алмаз. Хотя, судя по всему, сегодня нам не повезло.       Она смерила Рарити таким взглядом, будто та была всего лишь прислугой.       — Мы ищем наряды для предстоящего Грандиозного Бала Галопинга, — заявила она тоном, не терпящим возражений. — И нам нужно что-то... ослепительное. Не думаю, что в этом... магазинчике... найдется что-то, достойное нашего внимания, но, раз уж мы здесь, покажи нам свои лучшие работы. И поторопись, у нас мало времени.       Рарити на мгновение застыла, застигнутая врасплох столь бесцеремонным вторжением. Но затем она быстро взяла себя в копыта. Профессиональная улыбка, отточенная годами работы с самыми капризными клиентами, вернулась на её лицо.       — Мадемуазель Сапфир Шорс, какая честь! — произнесла она своим самым сладким голосом, делая изящный реверанс. — И, конечно, мадемуазель Джет Сет и мадемуазель Аппер Краст. Весь Понивилль наслышан о вашем изысканном вкусе. Я уверена, что в «Карусель Бутик» вы найдете именно то, что ищете.       Несмотря на внешнее спокойствие, внутри Рарити все кипело. Она прекрасно знала эту троицу. Сапфир Шорс, Джет Сет и Аппер Краст — известная в высшем обществе Кантерлота компания светских львиц, славившихся не столько своим вкусом, сколько снобизмом и любовью к сплетням. Их появление в Понивилле было сродни нашествию саранчи.       Брайн, наблюдавший за этой сценой со стороны, почувствовал себя неуютно. Он инстинктивно шагнул за спину Рарити, пытаясь стать как можно менее заметным.       — Хм... какая занятная встреча, — с интересом прокомментировал Дио. — Высшее общество этого мира... Предсказуемо, как восход солнца. Высокомерие, праздность, пустота... Они так похожи на аристократов, которых я презирал в своей прошлой жизни. И так легко поддаются манипуляциям.       Сапфир Шорс тем временем лениво прошлась по бутику, скептически осматривая наряды.       — Мило... очень мило, — протянула она, дотронувшись кончиком копыта до шелкового платья. — Для сельской ярмарки, пожалуй, подойдет. Но Грандиозный Бал Галопинга, дорогуша, это совсем другой уровень. Нам нужно что-то... незабываемое. Что-то, что заставит саму принцессу Селестию ахнуть от восторга.       Рарити, сжав зубы, сохраняла невозмутимость.       — Разумеется, — сказала она. — У меня есть несколько эксклюзивных моделей, которые я создавала специально для особых случаев. Позвольте, я вам покажу...       Она направилась в дальнюю часть бутика, где за бархатной занавеской хранились её лучшие творения. Но Джет Сет внезапно остановила её.       — А это еще кто такой? — спросила она, кивнув в сторону Брайна. — Ваш новый подмастерье? Довольно... экзотично.       Брайн покраснел. Он уже приготовился к очередной порции колкостей, но тут вмешался Дио.       — Щенок, выпрямись. Не позволяй этим пустышкам смотреть на тебя сверху вниз, — прошипел он в его голове.       И в этот момент Брайн почувствовал, как что-то изменилось. Его плечи расправились, подбородок приподнялся. Он посмотрел на трех кобылок спокойным, уверенным взглядом.       — Меня зовут Брайн, — произнес он ровным голосом, в котором, к его собственному удивлению, не было и тени робости. — И я... клиент мадемуазель Рарити.       Сапфир Шорс удивленно вскинула бровь. Она явно не ожидала такого ответа от... кого бы он ни был.       — Клиент? — переспросила она с насмешкой. — Любопытно. Не знала, что в этой деревне водятся жеребцы с... претензией на стиль.       Именно в этот момент Дио решил, что пора немного развлечься.       В следующее мгновение взгляд Брайна изменился. Присущая ему мягкость исчезла, сменившись холодной, пронзительной сталью. Легкая улыбка, игравшая на его губах, стала шире, превратившись в хищный оскал. Его осанка, еще секунду назад немного ссутулившаяся, выпрямилась, и теперь он смотрел на трех кобылок сверху вниз, хотя физически был не выше их. Перемена была настолько разительной, что даже Рарити, стоявшая рядом, невольно отступила на шаг, почувствовав исходящую от него волну подавляющей ауры.       — "Претензией на стиль", вы сказали? — голос, прозвучавший из уст Брайна, был бархатистым, низким, с едва уловимыми металлическими нотками. Это был голос Дио. — Забавно слышать это от особ, чей вкус застрял где-то между ярмарочным балаганом и пыльным бабушкиным сундуком.       Сапфир Шорс и её свита опешили. Их надменные маски треснули, сменившись откровенным недоумением, которое быстро перерастало в возмущение.       — Что... что вы себе позволяете?! — взвизгнула Джет Сет, потрясая гривой.       Дио медленно, с грацией хищника, сделал шаг вперед.       — Я лишь констатирую очевидное, мадемуазель. Ваше сапфировое ожерелье, — он обратился к Сапфир Шорс, небрежно указав на неё подбородком, — кричит о цене, но шепчет об отсутствии фантазии. Дешевая попытка купить себе статус. Платье цвета шампанского? — его взгляд скользнул по Джет Сет. — Банально до зубной боли. Наверное, в каждом втором светском салоне Кантерлота можно встретить десяток таких же бледных мотыльков. А ваш брючный костюм, — он удостоил взглядом Аппер Краст, — он мог бы быть элегантным, если бы не этот удручающе скучный крой. Он делает вас похожей на провинциальную чиновницу, а не на светскую львицу.       Он сделал паузу, давая своим словам в полной мере достичь цели. Лица трех кобылок побагровели от гнева и унижения. Никто и никогда не смел говорить с ними в таком тоне.       — Ваша проблема, дамы, — продолжил Дио, наслаждаясь их реакцией, — в том, что вы путаете богатство со стилем, а высокомерие — с благородством. Вы всего лишь ходячие витрины, увешанные ценниками. Безвкусные и, откровенно говоря, скучные.       Он развернулся и обратился к ошеломленной Рарити.       — А вам, мадемуазель, — его тон мгновенно смягчился, став почти учтивым, — я бы посоветовал не тратить свой талант на подобных... клиентов. Они не способны оценить истинное искусство. Их удел — массовое производство и блеск фальшивых камней.       Тишина, повисшая в бутике, была настолько плотной, что казалось, её можно резать ножом. Сапфир Шорс стояла, раскрыв рот, не в силах вымолвить ни слова. Её подруги, Джет Сет и Аппер Краст, побледнели, их надменные маски рассыпались в прах под градом унизительных эпитетов.       Рарити, оправившись от первоначального шока, с трудом сдерживала улыбку. С одной стороны, она понимала, что теряет потенциально богатых, хоть и невыносимых клиенток. С другой — она никогда в жизни не испытывала такого удовлетворения. Этот... Брайн... или кто бы он ни был, высказал вслух всё, о чем она сама мечтала сказать этой троице уже много лет.       Первой в себя пришла Сапфир Шорс. Багровые пятна гнева залили её щеки.       — Да как вы... как вы смеете! — прошипела она, её голос дрожал от ярости. — Вы хоть знаете, кто мы?! Мы... мы...       — Пустое место, — холодно закончил за неё Дио, даже не повернув головы. — Теперь, если вы не возражаете, мы бы хотели продолжить нашу примерку. Или вы желаете получить еще одну бесплатную консультацию по стилю? Боюсь, в вашем случае она будет долгой и, скорее всего, безрезультатной.       Это было последней каплей. Униженные и оскорбленные, три кобылки, больше не произнеся ни слова, развернулись и, стуча копытцами в праведном гневе, вылетели из бутика, хлопнув дверью так, что зазвенели стекла в витринах.       Как только они скрылись из виду, Дио расслабился. Холодная, подавляющая аура, исходившая от него, рассеялась, и он снова стал похож на того самого, хоть и немного странного, Брайна.       — Ну вот, — произнес он уже голосом Брайна, возвращая контроль над телом. — Кажется, мы избавились от нежелательной компании.       Он обернулся к Рарити, которая смотрела на него с непередаваемой смесью восторга, удивления и легкого испуга.       — Прости, Рарити. Я... то есть, он... мы не хотели создавать тебе проблем, — пробормотал Брайн, чувствуя себя невероятно неловко.       — Не извиняйся за меня, щенок, — проворчал в его голове Дио. — Я оказал ей услугу, избавив от этих бездарных позёрок.       Рарити же, вместо того чтобы рассердиться, вдруг рассмеялась. Звонким, искристым смехом.       — Проблем? Дорогой мой, да это было... это было великолепно! — воскликнула она, подлетая к нему и стискивая в объятиях. — Я никогда в жизни не видела, чтобы кто-то так элегантно и так... безжалостно поставил эту троицу на место! Это было лучшее модное шоу в моей жизни! Брайн, ты — мой герой.       Брайн, смущенный столь бурной реакцией Рарити, неуверенно похлопал ее по спине.       — Ну, что ты, Рарити, я... — он осекся, не зная, что сказать. — Рад, что тебе понравилось.       — Понравилось? Милый, я в восторге! — продолжала она, отпуская его из объятий и кружа по бутику. — Ты даже не представляешь, сколько раз я мечтала сказать им что-то подобное! Но, увы, репутация обязывает... А ты... ты просто взял и... о, это было так дерзко, так смело, так... по-настоящему!       Она остановилась и посмотрела на него новым, полным восхищения взглядом.       — Я, конечно, понимаю, что это был не совсем... ты, — добавила она, немного понизив голос. — Но, честно говоря, в этом твоем... другом "я"... есть что-то невероятно притягательное. Какой-то... опасный шарм.       Брайн покраснел еще сильнее. "Опасный шарм", — мысленно передразнил он, бросая внутренний укоризненный взгляд на Дио, который, казалось, наслаждался комплиментами в свой адрес.       — Видишь, щенок? — самодовольно произнес Дио. — Истинное благородство и сила всегда вызывают восхищение. Учись, пока я рядом.       В этот момент в бутик заглянула Твайлайт. Она как раз закончила помогать Эпплджек на ферме и решила проверить, как идут дела у ее друзей.       — Рарити, Брайн, у вас все в порядке? — спросила она, заметив следы недавнего волнения. — Я видела, как Сапфир Шорс и ее компания вылетели отсюда, словно за ними гналась стая тимбервульфов.       Рарити, все еще сияя от восторга, в двух словах пересказала ей о произошедшем. Твайлайт слушала с удивлением и растущей тревогой. Она посмотрела на Брайна, пытаясь понять, что скрывается за его смущенной улыбкой.       — Дио... — тихо произнесла она, так, чтобы никто, кроме Брайна, не услышал. — Я понимаю, что ты хотел помочь. Но так нельзя. Унижать других, даже если они этого заслуживают — не наш метод. В Эквестрии мы стараемся решать проблемы... иначе.       — Твои "методы" – это путь слабых, принцесса, — холодно ответил Дио. — Они понимают только силу и превосходство. Я лишь преподал им урок, который они давно должны были усвоить.       Твайлайт вздохнула. Она понимала, что переубедить Дио будет нелегко. Но она не собиралась сдаваться.       — В любом случае, — сказала она уже вслух, — думаю, на сегодня шопинга достаточно. Пора возвращаться. Нам всем нужно отдохнуть и... подумать.       Она выразительно посмотрела на Брайна. Тот кивнул. День и вправду выдался слишком насыщенным. Попрощавшись с Рарити, которая до самого порога осыпала "Брайна" комплиментами, они отправились обратно в библиотеку, погруженные в свои мысли.       Солнце клонилось к закату, окрашивая небо Понивилля в теплые оттенки оранжевого и розового. Улицы городка постепенно пустели, и лишь тихий шелест листьев да стрекот сверчков нарушали вечернюю тишину. Брайн и Твайлайт шли молча, каждый погруженный в свои мысли. Для Брайна это молчание было возможностью, наконец, поговорить с Дио без посторонних ушей.       — «Слушай, Дио, нам нужно прояснить кое-что, — начал он мысленный диалог, стараясь, чтобы его "голос" звучал твердо и уверенно. — Я, конечно, благодарен за то, что ты вступился за меня перед теми... кобылками. Но то, как ты это сделал... Это было слишком жестоко.»       Дио ответил не сразу. В его молчании чувствовалось ледяное пренебрежение.                   — Жестоко? — наконец, произнес он, и в его голосе слышалась откровенная насмешка. — Я всего лишь назвал вещи своими именами. Они — пустышки, обвешанные побрякушками. Я лишь помог им увидеть правду. Ты бы предпочел, чтобы они продолжали унижать тебя, щенок? Чтобы ты стоял и молча сносил их оскорбления? Этого ты хочешь?       — «Нет, конечно, нет! — мысленно возразил Брайн. — Но есть и другие способы... Можно было просто... поговорить. Объяснить. Без унижений.»       — Поговорить? — Дио расхохотался. Его смех был беззвучным, но Брайн чувствовал, как он вибрирует где-то в глубине его сознания. — Ты наивен, как новорожденный жеребенок. Такие, как они, не понимают языка разума. Их мир построен на иерархии, на демонстрации силы и статуса. Чтобы заставить их уважать себя, нужно показать, что ты стоишь выше них. Что ты — хищник, а они — всего лишь дичь. Я преподал им урок иерархии. Простой и понятный.       — «Но мы здесь не в джунглях, Дио! Это Эквестрия! Здесь ценятся дружба, доброта, взаимопонимание...»       — Жалкие иллюзии, — отрезал Дио. — Мир, в котором ты живешь, построен на хрупком фундаменте лживых идеалов. Но под ним, в глубине, скрываются те же законы, что и везде: право сильного. Я лишь сдергиваю покровы с этой благостной картинки.       Брайн почувствовал, как его охватывает бессилие. Спорить с Дио было все равно, что пытаться пробить головой стену. Их мировоззрения были настолько разными, настолько полярными, что найти общий язык казалось невозможным.       — «Я понимаю, что твой мир был другим, — попытался он снова, на этот раз с другой стороны. — Ты, наверное, привык выживать, бороться... Но здесь все иначе. Здесь не нужно быть хищником. Здесь можно просто... быть собой.» На этот раз Дио промолчал. Его молчание было долгим, почти осязаемым. Брайну показалось, что он задел какую-то болезненную, скрытую струну.       — Быть собой… — наконец, произнес Дио, и в его голосе прозвучало что-то новое, что-то, чего Брайн еще не слышал. Нечто, похожее на горечь. — Ты даже не представляешь, что это значит... быть собой. И уж тем более, не знаешь, что значит... быть мной.       И после этих слов он замолчал, погрузившись в глубины сознания Брайна и оставив его одного со своими тревожными мыслями и ощущением, что он только что прикоснулся к какой-то очень старой, очень глубокой ране.

Продолжение следует...