Поцелуй с привкусом счастья

Теплый свет комнаты придавал ей умиротворённость и вызывали, лишь теплые эмоции. Будто и идти никуда не надо, хочется раствориться в этом теплом пламени, что издавали светильники. Но в этой нежной атмосфере растворялся лишь один Шисуи, что лежал на небольшом черном диване, запрокинув свою руку за голову, и с неподдельным интересом наблюдал за Итачи, что маячил по всей комнате словно сбитый компас. Все его движения были резкими, с привкусом металла, дыхание отрывистое, а глаза горели. Стакан воды полетел вниз с характерным звуком разбитого стекла, что раздражили истинную злобу в мыслях младшего. Все, что стояло или лежало, выводило Итачи, все было не так, как он хотел. — Итачи, прошу — это уже смешно. Нахально и по детски произнес Шисуи, — Ну нельзя так сильно переживать, это лишь свидание, и попрошу заметить первое, так что вдруг не дойдет. Уже более спокойно и понимающе произнес Шисуи, но слова не успокоили Итачи, ни на секунду. Переведя свой кислый взгляд на кудрявого, Итачи обессиленно сел рядом с ним, глаза горели отчаянием, будто все в этой жизни лишилось смысла. — Да, первый, но я хочу что-бы он был идеальным, понимаешь? Сказал, Итачи и взглянул в глаза кучерявого мальчишки, что всегда был рядом, что всегда давал советы. Но сейчас почему то ему будто все равно. Он никогда не пускал все на самотек и Итачи ждал, ждал своего старого Шисуи, что ринется на помощь и поможет найти разгадку в этой сложной игре под названием «Первый Поцелуй» Уже успокоившись Шисуи приблизился к Итачи, и посмотрел тем самым поддерживающим взглядом. — Ничего идеального не существует, Итачи, пожалуйста успокойся. Ты поймешь как вести себя при поцелуи, когда прикоснешься к ее губам. — Вот неправда. Возразил длинноволосый: — Я слышал, что о тебя говорят девушки, и они между прочим твердят, что ты лучше всех целуешься, а теперь, переводишь тему, твердя про чувства, ты действительно ко всем этим… шл… девушкам. испытывал любовь? … Его голос стал ниже и тише, переходя на шепот: — Шисуи, правда. Я не привык идти на поводу у чувств, скажи как я должен себя вести во время поцелуя. Шисуи устало повернул голову и подумал о том, что иногда стоило бы и думать, что говорить в шутку. Ведь Итачи, действительно загнался после его слов. Итачи все же решился пригласить Изуми на свидание. Все подробнее расписав, почти каждый шаг, Итачи радостно рассказал свой план действий. Но стоило ляпнуть Шисуи глупость, а именно: — Итачи, твое свидание будет бессмысленным, если ты не завершишь его идеальным поцелуем. И понеслась пластинка, что не поставить на паузу. Итачи все дни ходил сам не свой, не понимал, что делать, как целовать. И по настоящему действовал на нервы Шисуи. Он даже умудрился перелопатить всю библиотеку в поиске идеальной схемы поцелуя. Но нашел лишь проблемы и загнался еще больше. — Я повторяю, если тебе нужен идеальный поцелуй, просто вложи в поцелуй все чувства к ней, тебе же она нравится? Итачи странно отвел голову в сторону и промычал, что то похожее на слово «Да». — Ладно, Итачи, вот как я могу тебя научить тебя целоваться, аа? Итачи расцвел, словно колокольчик зимним и хмурым утром. — Хоть как, главное научи! Вот подушку возьми и покажи. Импульсивно взяв подушку в руки, он протянул ее своему кучерявому другу. — Ты серьезно? Двадцатидвухлетний молодой мужчина должен целовать подушку, что бы его семнадцатилетний лучший друг, посмотрел на это и научился целоваться? Это глупо выглядит. — Да ты прав. Обдумав свое предложение, закончил мысль Итачи, но его бы не называли гением клана, ведь к нему пришла самая гениальная мысль за все дни. — Поцелуй меня. Подпрыгнув и с молящим голосом сказал Итачи, и его черные глаза посмотрели прямо в расширенные от удивления глаза Шисуи. — Мхм. прости, что? Ты нормальный? А когда у тебя первый Секс будет, ты тоже с таким предложением ко мне подойдешь и будешь молить — «Ну Шисуи, ну… трахни меня, я должен понять, как двигаться.» Начал уже изображать Шисуи театр одного актера и откровенно смеяться. Итачи промолчал и, нахмурившись, снова сел на постель. — Да, ты прав, что то я совсем голову потерял. Ладно пойду я, а там как пойдет. — Вот наконец то ты понял. — Расплылся в широкой улыбке Шисуи, и приободрительно похлопал по плечу Итачи, он снова уселся на кровать и вчитывался в книгу. Итачи медленно побрел к выходу и начал натягивать на себя пальто, услышав его копошение, Шисуи радовался, как никогда. Но его радость длилась ровно минуту, услышав как Итачи звонит Изуми и отменяет свидание. Шисуи был быстр, даже очень. Так что, через секунду он отобрал телефон у Итачи и завершил вызов. — Итачи! Ты серьезно? Ты параноик! Ты в курсе? — Выкрикивал он и смотрел на Итачи сверху вниз. — Ты готов отменить свидание, только из-за того, что не научился целоваться, и боишься отдаться чувствам? Хотел начать монолог, что превратиться в целую пьесу. Но его буйное представление прервал тихий голос Итачи, голос сожаления и презрения к себе. — Да, я боюсь. Боюсь чувствовать, не умею, не могу. Теперь Шисуи взглянув на своего друга под другим углом и увидел, всю скорбь его души. Шисуи близко приблизился к его лицу, и концы их носов соприкоснулись. В комнате стало в миг душно, и потухший взгляд Итачи, превратился в полное непонимание и растерянность. Шисуи прикоснулся к рефлекторно сжатым губам, и огладил их своими, нежно и тепло. Он буквально чмокнул его и отстранился. — Ну, как? — Спросил, улыбаясь Шисуи. — Никак, эмм, странно. — - Ответил растерянно Итачи. — Вот такой поцелуй называют плохим, Итачи. — Начал, умничать Шисуи и показывать, какой он мастер поцелуев, что Итачи стоит благословить сами небеса, за возможность видеть его рядом. Но губы Шисуи вновь коснулись, таких мягких и податливых… Медленно блуждая, то на верхней, то на нижней. Шисуи любил играть, любил долго и мучительно растягивать процесс. Но губы Итачи не хотели размыкаться, и он сжимал их все крепче, будто боялся яда, что были на губах кудрявого. — Итачи, мы уже заварили эту кашу, так что отвечай мне, иначе я зря твои губы облизываю. — Я… я не знаю, как отвечать. — С досадой проговорил Итачи. — Просто повторяй за мной, глупый. — С доброй насмешкой проговорил Шисуи. Итачи немного приоткрыл рот, позволяя Шисуи блуждать по нему. Аккуратно и медленно Шисуи перехватывал инициативу, и иногда позволял Итачи быть ведущим. Руки Итачи в миг оказались в волосах Шисуи, и мягко сжимали их не принося боль. Тело наливалось желанием, а кровь вскипала. Они медленно сползали по холодной стенке и растворились в поцелуи. Поцелуй становился развязным и пошлым, отрывистым и мокрым, очень, мокрым. Они оторвались на секунду от губ, и их языки встретились вновь. Нитка слюны была словно чистой любовью, и они соединились вновь. Зубы Шисуи оказались на нижней губе Итачи, и прикусив ее он почувствовал вкус сладкой крови, немного испугавшись этого, Шисуи начал медленно отстаняться, но страх, был напрасным, ибо уши ухватили мягкий стон Итачи. Он, потерял голову, и застонал в ответ. И весь пазл в его голове собрался. Единственный на кого заглядывал Шисуи, и по настоящему любил, был его друг. Он яро отгонял от себя эти мысли, ведь не мог позволить даже думать в таком ключе о своем друге. Отчасти боясь, что если они зайдут куда то далеко, их дружбе конец, Ита отвернется, если узнает, что Шисуи частенько думает о нем ночью, и искрене радуется, когда тот, вспотевший снимает с себя футболку. Шисуи ценил их доверие, их дружбу больше, чем желание. Но сейчас сдерживаться не было смысла, и Шисуи медленно провел своими пальцами по животу Итачи, снимая футболку Итачи. — Стой, что ты делаешь? — Возразил Итачи, но сам сжимал его волосы не давая отстраниться ни на сантиметр. — Знаешь, мне надоело, ты мне нравишься Итачи. — Сказал затуманенно Шисуи и Итачи на это веское заявление посмотрел лучшему другу в глаза. — Я поддаюсь тебе, когда мы с тобой тренируемся… Потому что хочу… видеть тебя запыхавшиеся, мокрым и сверху..... хоть минуту. — Дурак, и давно ты. — Да. Футболка была ненужным элементом одежды, ведь самое главное у их уже есть, это любовь и взаимная. Поцелуи перешли на худую ключицу Итачи, и слыша как Итачи тяжело дышит, и тихо стонет Шисуи продолжает искать более приятные места, что принесут удовольствие Итачи. Шисуи близко прижался к Итачи, раздвигая его ноги своим коленом, когда их члены соприкоснулись, оба сладко застонали. — Ммм. Шис.уи. Проговаривал разгоряченный и опьяненный чувствами Итачи. Поняв настроение своего партнера руки Шисуи опускались все ближе к Ширинке Итачи, и тот чувствовал мурашки, отдавался каждому прикосновению. Руки Шисуи оттянули резинку нижнего белья и сжали напряженный, налившийся желанием член Итачи. Распахнув свои глаза, Итачи взглянул прямо на Шисуи. Тот лишь с улыбкой на лице сжал его половой орган и нежно водил рукой вверх и вниз. Руки Итачи опустились на постель, и крепко смяли простынь под собой. — Шисуи,. прошу… продолжай. Стоны грели уши Шисуи и тот усмехнулся своим мыслям, что он пожалуй единственный, кто может видеть его настоящим, злым, добрым, надменным, стонущим и просящим. Шисуи решил разом показать Итачи все прелести хорошего поцелуя, и опустился ниже вобрав внушительный орган друга в свой рот. Он сдерживался, изо всех сил, сдерживался, мял под собой простынь, прикусывал до крови опухшие губы. — Шисуи. Не останавливаясь стонал его имя Итачи. Шисуи был с многими, и даже пару раз с мужчинами, но ни одни из них, не стонали его имя так соблазнительно. Никто не мог с такой же страстью проговаривать буквы его имени, что только от одного стона, Шисуи был готов кончить. Продолжая доводить до экстаза, лишь своим умелым ртом, Шисуи приблизил свои пальцы к соблазнительной дырочки Итачи, и медленно входил в него, растягивая. Вспомнив про смазку, что лежала в его сумке, он достал ее и продолжил свои манипуляции, стараясь приносить удовольствие Итачи. — Молодец, совсем скоро. Шисуи внимательно следил за каждой реакцией партнера, хотя был готов наброситься на него в любую секунду. Но он контролировал себя, и отдавал себе отчет, что он первый у Итачи, и следует быть нежнее. — Потрепи. немного. Вводя свои пальцы до конца, Шисуи нащупал тот самый райский бугорок. Итачи резко распахнул свои глаза — Шисуи. еще. прошу. Итачи выгнулся и застонал пуще прежнего, слишком громко, да так, что соседи точно удостоверились, что за стенкой бордель. Но Шисуи, как и Итачи стало плевать. Он стонал громко, а Шисуи наслаждался. Его голосом, телом, изгибами и моментом, да, это действительно, волшебно. — Ахх, прошу не останавливайся. — Шептал Итачи — Хочешь большего? — Все же спросил Шисуи, на что получил протяжный ответ в виде слитого в единое слова, стон и слово «Да» Навалившись сверху Шисуи дышал рвано, капли пота стекали по его лицу, и он сжал руки Итачи. — Соблазнительно, прям как на тренировке. — Пошло, сказал Итачи. Шисуи посмотрел на него с улыбкой и медленно вводил головку, как бы он не расслаблял Итачи, он все же сжался. — Прошу, потерпи. — Уже молил Шисуи и успокаивал Итачи долгими поцелуями. Шисуи уже понял, что коротких и ветреных поцелуев у них не будет. Только страстные, долгие, переполненные наслаждением поцелуи. Еще чуть-чуть, — шептал он, постанывая. Итачи послушно пытался расслабиться, но когда Шисуи вошел до конца, Итачи немного расслабился. Шисуи замер, давая Итачи немного времени. Потом подался назад и начал двигаться в нем, покрывая его лицо жарким дыханием в вперемешку с поцелуями. Тела переплелись руками и ногами. Шисуи чуть изменил угол и задел сладкую точку внутри. Итачи выгнулся от резкой волны удовольствия, и отдался, как никогда, отдался чувствам. Все сошлось будто созвездие. Итачи захлебывался от удовольствия и голова была опустошенна мыслями. Его ногти впились в спину Шисуи, оставляя кровавые полосы Дрожа от предвкушения, и снова и снова подводя друг друга к последней черте. Все же Итачи не мог сдержаться и кончил, без рук, даже Шисуи удивился такой реакцией. — Не думал, что я так хорош. — Надменно прошептал Шисуи, и наслаждался судорогами и стонами Итачи. Шисуи и сам не смог сдержаться от такой картины, насладившись его оргазмом, он вбивался в его расслабленное тело и дошел до своего берега наслаждения. Шисуи обессиленно рухнул рядом с Итачи, оба смотрели в потолок, переводя дыхание. Молчание прервал Шисуи: — Ну какой на вкус мой поцелуй? С интересом спросил Шисуи и посмотрел в его ониксовые глаза. — Поцелуй со вкусом счастья.