Изгнанник

Это утро выдалось самым безбашенным за всю мою жизнь! Приятный и сладкий сон был грубо нарушен очень громким неприятным звуком. Мгновенно придя в себя, я подскочил чуть ли не до самого потолка от неожиданности и ошарашенными глазами-пятаками панически огляделся по сторонам. Я сразу заметил возле своего спального места Крэша, который изо всех сил дул в деревянный рог прямо мне на ухо, издавая тот самый звук, разбудивший меня. И не только меня... В другом углу норы, где расположился Бак происходило тоже самое, вот только ласка не так бурно отреагировал на данную выходку как я. Он медленно приоткрыл глаза, сладко потянулся, не забыв при этом зевнуть во весь рот и, заметив возле себя Эдди с «музыкальным инструментом» приветливое улыбнулся другу. Поражённый реакцией Бака, я вновь повернулся к Крэшу. Тот, как ни в чём не бывало, воскликнул: — Доброе утро, Бак! — И это ты называешь добрым?!, — Недовольно прорычал я, тыча пальцем в рог. От хорошего настроения прошлого дня не осталось и следа... — И я не Бак, а Оскар!, Крэш, расстроенный моей реакцией, поспешил скрыться от меня за спиной брата. — Расслабься, Оскар!, — Миролюбиво произнёс Бакминстер. — Эта была обычная невинная шутка. — Невинная?!, — Переспросил я. — Да я чуть не сдох от страха! Думал война началась или динозавр напал! Кстати, ты, как я вижу, совершенно не испугался! — Иногда я просыпался под рёвы динозавров куда громче этого рога. Уже привык. — Развёл лапами он. Недовольно хмыкнув, я потянулся и зевнул, пытаясь вспомнить что мне снилось. Это был очень хороший сон. В нём я летал на драконе, выписывая невероятные воздушные пируэты над водной гладью океана. — Простите нас... Мы не хотели... — Послышались тихие оправдания опоссумов. — Я не сержусь!, — Заверил Бак. — Наоборот! Почувствовал себя в привычной среде!, — Крэш и Эдди просияли, а после уставились на меня, ожидав моего ответа. Поняв, что лучше не раздувать из этого конфликт, я тяжело вздохнул и махнул лапой, без слов прощая выходку ребят. Полностью придя в себя и отойдя от шалости опоссумов, я вышел на улицу и осмотрелся. Жили Крэш с Эдди в норе меж корней массивного дерево, недалеко от главной площади которую отсюда очень хорошо было видно. Народу на ней находилось не так много как прошлым днём, так как звери ещё только просыпались, а некоторые до сих пор продолжали нежиться в тёплой постельке. Я вдохнул прохладный утренний воздух. По телу тут же пробежали мурашки. В голову полезли вчерашние хорошие воспоминания, от которых настроение понемногу начало улучшаться, а когда я вспомнил, что сегодня уже буду ночевать в собственном доме - оно вовсе взлетело выше некуда! За спиной послышались шаги и на свет вскоре вышел следом за мной Бак. Встав рядом, он вывернулся наизнанку, завязался в узел и, выпрямившись огляделся. — Ну? Чем займёмся сегодня?, — Поинтересовался у меня одноглазый ласка. — Не знаю. — Пожал плечами я. — Теперь, когда у нас началась спокойная жизнь - интерес что-либо делать пропал. — Но ведь и дурака валять тоже не стоит? Помнится Элли обещала запречь нас работой. Возьмёмся?, — Предложил ласка. Я сразу согласился, и мы отправились искать Элли. Лучше начинать новую жизнь с чего-нибудь полезного!

***

Мамонтиха нашлась на главной площади. Она пыталась что-то тщетно объяснить приставшему к ней маленькому птенцу. Заметив наши приближающиеся силуэты, Элли обрадовалась и скорее поспешила к нам навстречу. — Доброе утро, ребята! Вы уже встали?, — Спросила она. — Да! И готовы к работе!, — С даром выпалил Бакминстер. — Что ж, похвально! Тогда... Эй, Молли!, — Она обернулась и позвала кого-то. Через минуту рядом с ней возникла высокая фигура красной птицы на длинных лапах. Вокруг неё бегало не менее десятка непослушных птенцов. — Молли, кажется я нашла сиделок для твоих детой!, — Радостно воскликнула Элли. — СИДЕЛОК?!, — В унисон воскликнули мы с Баком и переглянулись. — А что такого?, — Спросила мамонтиха. — Я не думаю, что для двух укротителей свирепых динозавров сидение с маленькими птенцами окажется большой проблемой. — Кажется Молли была того же мнения. — Ладно... Сами напросились... — Тяжело вздохнул я. — Вот и отлично! Это всего пару часов не больше! Я уверена вы справитесь!, — С этими словами Элли вместе с мамой-птицей ушла прочь, хоботом взлохматив волосы у нас на макушках. Какое-то время мы с Баком стояли молча с открытыми ртами, глядя друг на друга. Уж о какой-какой работе, но о такой мы точно не догадывались... Сидеть с детьми - это даже хуже, чем находится в компании неугомонных Крэша и Эдди, а тут ещё этих малышей не меньше десятка! До этого у меня вообще не было опыта сидения с детьми, поэтому я даже предположить не мог с чего начать! Бака, по всей видимости, терзали похожие мысли... — Я фермер, а не нянька! У тебя хоть есть представления о том, как успокоить эту ораву, пока она всю деревню не разнесла?, — Спросил я, с надеждой глядя на друга. — Ну-у-у... — Неуверенно протянул тот. — Можно им что-нибудь пообещать за то чтобы они два часа посидели смирно. — А что мы им можем предложить? Лучше не стоит обманывать детей. В этот момент один из птенцов подбежал к невзрачной лавочке и, пока продавец был занят покупателем, тихонько клювом стащил с прилавка деревянную удочку. Заметив это, Бак встрепенулся и с криками: — Нет-нет-нет-нет! Отдай!, — Принялся догонять сорванца, но тот ловко от него убегал. Я уже было хотел кинуться помогать, как до моих ушей донёсся звук чего бьющегося, а за ним возмущённый крик: — Ах ты маленький негодник! Ну, погоди!, — Обернувшись на шум, я увидел как ещё один птенец быстро сматывается от рассвирепевшего броненосца, который торговал на площади разноцветными декоративными кристаллами, один из которых благополучно разлетелся вдребезги. — Простите-простите!, — Затараторил я, подбежав к продавцу и принявшись убирать осколки. — Блин! Если их не собрать в одну кучу, то они точно разнесут всё вокруг! Как с ними справляется мать? — Это... твои дети?, — Немного изумлённо спросил броненосец. — Что?! Нет!, — Резко ответил я. — Просто присматриваю за ними. — Тогда присматривай лучше! А то они всю мою лавочку разнесут! Чем Быстрый Тони тогда порадует покупателей?, — Он недовольно сложил руки на груди. Справившись с разбившимся кристаллом, я устало осмотрелся. Бак-таки смог догнать сорванца, утащившего удочку, и в данный момент приносил глубочайшие извинения рассерженному продавцу, удерживая наровившего сбежать птенца. Глянув на место, где остались другие дети, я обречённо застонал, ибо их там уже не было, и они разбрелись гулять по всей деревне. — Ох, чувствую добром это не кончится... — Сам себе сказал я и отправился искать разбежавшихся птенцов. Ещё не хватало получить нагоняй от их мамаши и Элли.

***

Целый час я и Бак бегали по всему поселению и ловили непослушных детей. До этого момента я думал, что хуже поведения Крэша с Эдди нет ничего, но оказалось я сильно ошибался... Маленькие птенцы наделали столько шума и разрухи, что опоссумам такого и не снилось! Они били, колотили посуду и горшки, топтали клумбы, драли аккуратно постриженные кусты! За всего один час центральная площадь (слава богу единственная пострадавшая зона в деревне, так как птенцы не успели убежать в глубь) превратилась в груду мусора и разрухи! Жители были в шоке от такого. Они недовольно кричали и бурчали на нас и малышей. Мы с Баком, как белка в колесе, носились то к одному дому или магазину, то к другому, извиняясь за предоставленные неудобства. Благо большинство проблем удавалось решить сразу на месте, но были и непоправимые случаи. Наконец, затащив последнего, самого буйного, птенца в нору Крэша и Эдди (они разрешили нам собрать всех детей у них, чтобы те больше не убегали) я облегчённо выдохнул и принялся пересчитывать ребят. Дом опоссумов, кстати, превратился в непонятное месиво из травы, грязи и осколков, но их, кажется это вообще не волновало. — Один, два, три, четыре, пять... Стоп! Всего девять, а должно быть десять!, — Я в ужасе схватился за голову, повернувшись к Бакминстеру, стоящему позади. Одноглазый ласка тоже заволновался, нервно теребя клинок в лапах. — Надо срочно его найти!, — Заявил я. — Ты обследуешь северную и западную часть деревни, а я восточную и южную!, — Бак уверенно кивнул, и мы выскочили из норы. — Может мы можем помочь?, — Донёсся нам в спину голос Эдди. Я остановился и ответил: — Нет, лучше посидите спокойно с детьми и не выпускайте их на улицу. — А потом серьёзно добавил: — Оплошаете - мы с Баком сильно на вас обидимся!, — Тот кивнул, стрельнув единственным глазом. Опоссумы отдали нам честь и исчезли в темноте прохода, а мы разделились в разные стороны, стараясь найти пропавшего птенца. Спустившись вниз к бурной реке, я обнаружил плотное скопление зверей на её берегу. Они были явно чем-то встревожены. Одни охали, другие ахали, некоторые в страхе прислонили лапы ко рту. Заинтересовавшись на что они там смотрят, я быстро вскарабкался на высокое дерево и, встав на ветку, устремил взор в даль и... ужаснулся... По воде плыло очень много льдин самых разных размеров, а на одной из них, в самом центре реки, находился тот самый сбежавший птенец. Он весь сжался и дрожал от страха, прикрыв большие глаза маленькими крылышками. Переведя взгляд на другой конец реки, у меня встало сердце... Там был огромный ледяной мост, а сразу за ним... водопад. Течение было очень быстрое, и у бедолаги оставалось совсем немного времени! Я принялся судорожно рассуждать: — Позвать Бака на помощь не получится. Он сейчас на другом конце деревни и точно не успеет прийти вовремя, никого из друзей поблизости также нет, ни один из наблюдавших за этой ужасной сценой помочь бедному младенцу явно не собирается, остаётся... — Поняв, что никто кроме меня не сможет прийти ему на помощь, я стал придумывать план, который созрел довольно быстро. Я оторвал самую длинную и прочную ветку с дерева, на котором сидел и, спустившись на землю, я что есть мочи припустил на тот мост. Звери вздрогнули и отныне их взоры были устремлены на меня. Река была слишком широкая и длины «спасательного инструмента» не хватало чтобы с берега дотянуться до льдины, поэтому мне пришлось встать на краю, посередине ледяного моста и опустить конец палки вниз, чтобы птенец смог ухватиться за её конец. Тем временем, льдина с ним приближалась всё ближе. — Эй, малыш! Хватайся за ветку!, — Крикнул я. Детёныш на секунду приоткрыл глаза, но увидев впереди глубокий обрыв, пискнул и снова их закрыл. — Не бойся! Я тебя вытащу! Обещаю! Доверься мне!, — Продолжал орать я. Тревога на берегу продолжала усиливаться. Видимо мои слова всё-таки подействовали. Птенчик вновь распахнул свои большие глаза и впился ими в спасительную вещь. Внезапно, край льдины с треском отломился, оставив детёнышу меньшую площадь для перемещения, но тот, к моему удивлению, не испугался, а наоборот подошёл ближе к краю и изо всех сил вытянул шею, стараясь дотянуться до конца ветки. Я крепче ухватился за её обратный конец. Внутри меня всё тряслось. Если не получится, то это конец... Когда льдина с «пассажиром» приблизилась совсем близко и ребёнок ухватился клювом за палку, то я что есть сил дёрнул её на себя, вытаскивая птенца на берег. Когда он плюхнулся рядом со мной, наблюдающие с берега животные облегчённо выдохнули и громко зааплодировали мне. До меня не сразу дошло, что всё получилось. Я потерянно озирался по сторонам, отходя от недавнего шока. Мои лапы тряслись, но не от холода, а ноги стали ватными. Я пошатнулся, но сохранил равновесие. Малыш негромко пискнул у моих ног и тихо произнёс: — С-спасибо. Внезапно, где-то вдалеке послышались крики, и скоро я увидел быстро направляющихся к нам: Элли, Молли, всех её детей и Бака. — Ах! Сынок!, — Воскликнула красная птица, оттаскивая бедового птенца к братьям и сёстрам, которые тут же принялись оживлённо вокруг него вертеться с расспросами. — Что тут произошло?!, — Спросила у меня встревоженная Элли. — Я... я... я спас его... — Больше для самого себя нежели для мамонтихи произнёс я. — У тебя получилось! Ты прошёл настоящие испытание и стал героем! Прям как я!, — Бак ободряюще хлопнул меня по плечу и лукаво подмигнул. — Да... Да! Я спас его!, — Наконец до меня дошла суть произошедшего. — Это всё моя вина... Я доверила вам слишком сложное задание, лишь бы не делать его самой... Простите, что я так поступила. — Поникшим голосом сказала Элли. — Брось, Элли, мы не в обиде!, — Поспешил заверить Бак. — Это даже лучше для нас! Благодаря тебе мы научились обращаться с детьми и получили клёвый жизненный опыт!, — Мамонтиха улыбнулась на слова ласки. — Но я всё равно больше не доверю им сидеть с моими детьми!, — Заявила мать-птица и ушла прочь, подгоняя за собой деток. — Вот так начало дня... — Вздохнул я, прокручивая в голове всё что произошло за это утро. — Думаю, вы заслужили на сегодня отдых и можете спокойно отдохнуть. — Сказала Элли. — Пока не стоит. — Отмахнулся Бакминстер. — Мы ещё норы себе не выкопали. Не хочется больше теснить Крэша и Эдди. — Я кивнул, вспоминая какой бардак сейчас творится у опоссумов. — Можете не беспокоиться! Пошли! Я вам кое-что покажу. — Мамонтиха хоботом поманила нас за собой. Мы с Баком переглянулись и пошли следом.

***

— Почти пришли!, — Отозвалась спустя какое-то время Элли, шедшая впереди. Я догадывался что же всё-таки хочет нам показать Элли. Бак видимо тоже, так как у него было приподнятое настроение и он ловко крутил в воздухе ножом. Хотя, возможно, оно было приподнятыми из-за того, что мы наконец-то отвязались от этих птенцов и наши мучения закончились. Мои догадки оказались верны. Мы втроём остановились возле высокого, пышного дерева, ствол которого был обвит изящными цветущими лозами, а у подножья, прямо меж корней, виднелись две маленькие резные двери с каменными молоточками. — Добро пожаловать в ваши новые дома!, — Пропела Элли, торжественно указывая на них хоботом. — Когда вы успели?, — Тут же спросил. — Как раз этим я и занималась всё утро. Поэтому и не смогла сама присмотреть за детьми Молли. — Ответила она. Я с диким волнением, нахлынувшим на меня, неуверенно подошёл к двери. Бак встал напротив соседней, но заходить не спешил. — Я же не планировал оставаться у вас... — Как-то грустно произнёс он, обернувшись на мамонтиху. — Брось, Бак, оставайся! Мы очень этому будем рады!, — Настояла Элли. Я медленно прикоснулся к дверной ручки и повернул её, открывая дверь. Передо мной образовался тёмный проход, ведущий вниз. Там в глубине было светло. Войдя внутрь, я аккуратно принялся спускаться туда. И вот, я уже стоял в просторном, хорошо освещённом яркими лучами солнца льющимися из окна, помещении. В углу, под оконной рамой, стояла мягкая кровать, в противоположном находились полки и шкафы, которые уже были доверху заполнены едой. Также в моём доме имелся диван, травяной коврик по центру, а стены были мило украшены всё теми же лианами и цветами. В моём новом доме было гораздо уютнее и просторнее, по сравнению с моим старым в деревне ласок. Мне очень всё понравилось, и я был просто на седьмом небе от счастья! С широкой улыбкой на губах я скорее вернулся наружу, чтобы сообщить об этом Элли. — Ну, как?, — Спросила она. — Просто супер! У меня нет слов чтобы описать насколько я благодарен вам за приют!, — Выпалил я. Соседняя дверь тихонько скрипнула, и оттуда вышел Бак, но, в отличии от меня, он не улыбался, а на его морде играла печальная гримаса. — Что-то не так?, — Тут же поинтересовалась жена Мэнни. — Нет, дом просто отличный! Правда! Только... — Он тяжело вздохнул. — я вряд ли останусь здесь навсегда... Тихая жизнь не для меня. — Я не тороплю тебя с решением, Бак. Подумай хорошенько, но знай: тебе здесь всегда рады!, — Элли подмигнула покорителю динозавров, явно надеясь на положительный ответ. Бак кивнул. — Тогда не смею вас больше тревожить. Отдыхайте! Вечером можете приходить к горячим источникам. Мы опять планируем там сегодня вместе собраться. Поболтаем! Пока! Мы дружно попрощались с мамонтихой и, посмотрев друг на друга, скрылись у себя по домам. Я сразу завалился на кровать и уставился в потолок, думая о том как мне повезло! Наконец-то моя жизнь начала снова налаживаться, вот только слова лучшего друга об его уходе не радовали меня... Я надеялся, что Бак останется ведь уже успел к нему сильно привязаться и даже подумывал о том, чтобы уйти с ним, но представляя суровую и жестокую жизнь в подлёдных джунглях по моему телу пробегали мурашки, и я не горел особым желанием туда возвращаться. Что ж, оставалось надеяться на то что Бак передумает или постараться убедить его остаться. Как раз на последний вариант я рассчитывал.