Снова ты

POV Руслан. — Что? — свои последние слова Алинка сказала очень тихо. Но я услышал, к сожалению. Может быть мне послышалось? И это неправда? Я искренне этого хочу. — Что слышал. — девушка отвернулась от меня. Значит, не послышалось. Увы. Отчасти, я хочу расспросить Алину поподробнее, но... Может ведь быть, что этим я сделаю только хуже. Нам, мужикам, никогда не понять, как это пережить изнасилование. Особенно, в таком раннем возрасте, как пятнадцать лет. Я положил свои руки на маленькие плечи Алины и развернул обратно к себе лицом. — Алин... Я не знаю, как это сказать... — мысли находились в голове в хаотичном порядке. Впервые за несколько лет я не смог связать слова в предложение. — Успокойся. Всё уже прошло. В конце-то концов уже действительно миновало четыре года. Даже четыре с половиной. И ты думаешь, я до сих пор не пережила это? — её спокойствие порядком удивило меня. Как? Как можно говорить так спокойно на такую страшную тему? В соей голове то вообще не укладывается. Я помню, как одну мою одноклассницу, Эллу, изнасиловали, когда мы учились в одиннадцатом классе. Девушка просто возвращалась домой от репетитора. Зима была. Вечер. Подробностей нам, школьникам, конечно, не рассказывали. Так вот, с Эллой занимались психологи, потому что, как нам позже рассказали учителя, она не хотела жить, ни на что не реагировала и ни с кем не разговаривала, она просто лежала и смотрела в одну точку. Элла не выдержала, психологи не помогли. Она покончила с собой буквально через неделю после того, как всё это с ней произошло. С тех пор я понял, что те девушки, которые пережили этот ужас, они - герои. Большинство из них не рассказывает никому. А всё почему? Да потому что наше общество будет винить во всём девушка, говоря, что она была одета в слишком короткую юбку или слишком ярко накрашена. Но... Какая разница, как она одета? Девушка сказала нет, значит, нет. Виноват только мужик, который может взять девушку против её воли. Хотя я не могу назвать его мужчиной. Только особь среднего рода. Не более. — Как ты можешь так спокойно об том говорить? — Руслан, ты что, считаешь, что я должна до конца жизни зациклиться на этом... Этой ситуации? И не помогли побороть себя психологи, родители, сестра, Мая. Жизнь не стоит на месте, она движется вперёд. Нужно отпустить прошлое, чтобы начать жить настоящим. По ушам резануло одно слово: «сестра». Не сёстры, а сестра, хотя у Алины их две. Василиса говорила, что они перестали общаться с Алиной четыре года назад. Это примерно в тот же период, когда и произошло изнасилование. Возможно, они перестали общаться за нескольких месяцев до этого. Не думаю, что Василиса, знаю её характер, не поддержит сестру в этой сложной ситуации. — Сестра? Только Ярослава? — Да. — ожидаемый короткий ответ. — А Вася? — Алина посмотрела в даль невидимым взглядом. Она молчала пару минут, теребя в руках край своей юбки. — Отец Ани - бывший парень Василисы. Я ожидал чего угодно, но не этого. Алина сказала, что забеременела от насильника, который являлся ещё и парнем Василисы? Я правильно понял? — Это он тебя изнасиловал? Парень Васи? А она знает? А родители? — вопросов много - ответов ноль. — Это он меня изнасиловал. Три раза. — я ахнул. Господи, она пережила три, ТРИ изнасилования. — Его зовут Ян. Они с Васей долго встречались. Но, как видишь, они расстались...— я поспешил её перебить, чтоб не забыть про некоторые вопросы. — Из-за тебя? — она посмотрела на меня, усмехнулась и продолжила свою рассказ. — Василиса долгое время считала, что я сама затащила Яна в постель. Она увидела, как он меня насиловал. Этот подонок начал заливать ей в уши, что я во всём виновата, а он такой добрый и пушистый. Вася ему поверила. Алина вновь замолчала. Не факт, что я сегодня узнаю абсолютно всё произошедшее тогда. Да и разве я готов услышать всё, даже вкратце? В этом я совершенно не уверен. Буду честным, мне страшно услышать полную историю. — Вину этого подонка не доказали? — Всё доказали, суд был, экспертизы проводились. Этого, как ты выразился, подонка посадили на восемь лет. Хоть что-то хорошее, если это можно таковым назвать, в Алининой истории есть. Подонок хотя бы не вышел сухим из воды. Получил по заслугам. Но, если бы он был на свободе, я бы поехал в Питер и, честное слово, избил бы его до полусмерти. Меня немного пугают эти странные для меня порывы защищать Алину во всём и ото всех. Никогда ранее я не чувствовал этого. Вроде, я когда-то любил Василису, но с ней такого не было. А с Алиной... Я обожаю злить её. Тогда она, и без того красивая, становится ещё более прекрасной. Мне нравится наблюдать за ней, когда Алина над чем-то серьёзно задумалась. Ещё у неё смех красивый, как бы странно это не звучало. Когда она смеются, хочется самому улыбнуться. Любовь ли это? Наверно, ведь сильнее чем это, я никогда ни с кем не испытывал. Я до сих пор не могу поверить в то, что у нас с Алиной будет ребёнок. Помню, как Уварова рассказала мне про это. Было неожиданно. Уж очень неожиданно. Помню, как я завис на некоторое время, не зная, что говорить, что делать. Ведь с одной стороны, от меня забеременела студентка, что обязательно выльется в проблему, когда руководство об этом узнает, а с другой... От меня ждёт ребёнка та, к которой я далеко не ровно дышу. Тогда ведь я ещё не знал, что у Алины уже есть один ребёнок, поэтому боялся и абсолютно не догадывался, как она сможет стать мамой в двадцать. Я до сих пор хочу, чтобы Алина переехала ко мне. Точнее, Алина с Аней переехали ко мне. Ребёнку нужен отец, а Ане... Думаю, тоже. Если я правильно понял, больше всех из мужчин с Аней проводил время Рома. Я ничего ещё не могу сказать про девочку, ведь знаю её буквально десять минут. Мне, я думаю, она не будет доставлять много проблем. Всего за неделю, жизнь так сильно изменилась. В голове не совсем укладывается, что я стану отцом уже через восемь месяцев. Это вроде бы как много. Но на самом деле, ничего подобного. Эти месяцы пролетят с неимоверной скоростью. Даже оглянуться не успею, как буду держать на руках своего ребёнка. Когда я заканчивал университет, у меня имелась одна очень странная мечта. Я хотел стать молодым отцом. Но, как только начал работать со школьниками, понял, насколько это тяжело. И моя мечта испарилась. Некоторое время я не хотела детей вообще. Потом встретил Василису, которая, также как и я, не горела желанием обзаводиться наследниками. Но с Алиной всё по-другому. Я не предохранялся с ней в ту ночь. Просто не мог. Я тогда ещё даже мысли не допускал о том, что через месяц Алина обрадует меня этой новостью. Но я рад. Правда рад. Я не знаю, как сложиться моя жизнь с Алиной. И сложится ли она вообще. Но я уверен, у нас родится красивый малыш. Ведь Алинка-то красавица, блондинка. А Аня полная копия мамы. Я как только их сегодня увидел, сразу же понял, кем они являюсь друг другу. Спутать невозможно. — Руслан? Руслан? — я не заметил, как Алина пытается до меня докричаться. Вообще как сильно задумался. Я посмотрел на девушку. — Я тебя уже пять минут зову, а ты не откликаешься. Я, значит, рассказываю тебе, а ты не слушаешь. — Алина попыталась отвернуться, но я, заметив слёзы на её глазах, остановил девушку и притянул к себе, обнимая. С беременностью Алина стало просто мега эмоциональной, в чём я сейчас в очередной раз убедился. Заплакать из-за всякой ерунды, для неё не составляет никакого труда. Мне часто доводилось слышать о закидонах беременных девушек. Не знаю, можно ли считать Алину капризной. Она ведь ничего такого не делает. Просто слишком много плачет, чем сильно меня удивляет. — Алина? — в ответ мне, как и ожидалось, никто не ответил. — Алин? — я повторил свою попытку. И, слава Богу, результат мне удалось увидеть. Девушка отстранилась от меня, стёрла оставшиеся слёзы с глаз и посмотрела на меня. — Ну что? — Прости, пожалуйста, я задумался. Повтори всё ещё ещё раз. — она тяжело вздохнула, но всё же начала повторять: — Я боюсь реакции Васи. У меня есть дочь от одного его бывшего парня. Теперь же я жду ребёнка от другого её парня. Это так глупо. Действительно, ситуация паршивая, мягко говоря. Но уже ничего изменить нельзя, да я и не хочу что-либо менять. Если так произошло - так нужно. Сравнивать эти две беременности я считаю неуместным. Тогда Алина забеременела от насильника и с парнем со своим Вася на тот момент ещё встречалась. А сейчас это всё по-другому: Алина переспала со мной добровольно, да и с Васей на тот момент мы уже, можно сказать, не были вместе. Конечно, реакцию Василисы невозможно предугадать. Она может и обидеться на сестру, во что я не особо верю, но исключать не стану. Может закатить скандал мне, в это я верю гораздо больше. А может просто пожелать нам счастье, на это я надеюсь. Наверно, она хотела ещё что-то сказать, но ей не дала этого сделать Аня, которая, в дома, напрягалась на батуте. Маленькая светловолосая девчонка подлетела к Алине и села между нами. — Мама, Услан, пойдём пиццу кушать? — малышка так смешно скаверкала моё имя, что я не удержался и улыбнулся. Мои действия не скрылись от Алины. Но она ничего не сказала, только понимающе улыбнулась. Аня хочет пиццу, значит нужно это исполнять. Никогда не мог понять родителей, у которых получалось отказывать свои чадам. Мне кажется, что, когда Алина родит, я буду баловать ребёнка, как никто другой. Я просто не могу отказать этим ангелочкам. Да уж... Куда я качусь? Скоро, наверно, домохазяином стану. — Пойдёмте в пиццерию? — хоть я и обращался к обоим девочкам, вопрос был адресован Алине. Я ведь не могу сам разрешить что-то ребёнку, которого вижу впервые в жизни. Может быть у Ани аллергия на что-нибудь, я же этого не знаю. — Идём. Алина взяла ребёнка за руку. Я подстроился к ним. Вот теперь я не знаю, что мне делать? Как вести себя с Аней? И Алина ничем не помогает. К моему счастью, Аня решила всё сама. Она взяла меня за руку и стала показывать, что хочет прыгать. Я, как ни странно, понял, что хочется девочке. Когда был маленьким, я заставлял родителей брать меня за руки и поднимать над полом. Мне кажется, так все в детстве делали. Мы с Алинкой поднимали малышку, а она заливисто смеялась. До пиццерии идти было совсем не долго. Хотя я бы с превеликим удовольствием растянул бы время этой дороги. Мы сели за стол и заказали любимую всеми нами пиццу. А Аня выпросила у мамы ещё и мороженного. Алина, конечно, немного по сопротивлялась, но потом сдалась. Во время нашего перекуса, мне позвонила Василиса. Я уверен, Алина видела, кто мне звонил, сидели то мы рядом. Я извинился и вышел из-за стола. Весь разговор с Василисой занял у меня совсем не много времени. Девушка лишь предупредила, что заедет сегодня и заберёт оставшиеся вещь из моей квартиры. Оказывается, она нашла себе нового парня, пообещав рассказать побольше про него при личной встрече. Эта новость бесспорно меня обрадовала. Если Василиса решила наладить свою личную жизнь, то и я могу сделать тоже самое. Мы просидели в пиццерии ещё около получаса. Аня рассказала мне, что произошло сегодня в садике. Оказывается, одна из девочек, которая ходит в одну группу с Аней, обозвала её нищей, потому что у неё нет отца. Я, честное слово, не понял, как связаны два этих понятия. Сейчас ведь очень много детей, родители которых развелись. И ничего страшного я не вижу в этом. Бывают всякие жизненные обстоятельства. Я, к примеру, не уверен, что у моего ребёнка будет полная семья. Я вообще не особо в том верю. Будь бы моя воля, я бы оформил законные отношения с Алиной, перевёз бы к себе и жил бы вместе с ней, воспитывая ребёнка. Но, я думаю, Уварова не согласится на это. Она явно дала понять, что переезжать когда мне не собирается. Я ничего не могу сказать ей по этому поводу. Кто я ей, чтобы она так сильно изменила свою жизнь и жизнь своей дочери, которая, естественно, будет жить с мамой? Никто, всего лишь отец её ещё не рождённого ребёнка. Выслушав всю, ну или большую часть, истории Алины, до меня дошло: для неё не так важно, кто отец ребёнка, она точно будет любить малыша. — Ну что, отвозить вас домой? — мы уже сидели в машине. Аня попросила меня включить ей мультики. И тут я впал в ступор. Я ведь не знаю, какие сейчас мультфильмы существуют. Да и что смотрят современные дети мне, конечно же, неизвестно. Благо Аня всё разрулила сама. Она просто попросила у меня телефон. Я открыл всеми известное приложение и набрал в поисковике название, которое мне сказала девочка. Как же всё-таки хорошо, что она говорит понятно. Даже я, человек, который видит её впервые, всё понимаю. Девочка, забрав у меня айфон, спокойно села, уткнувшись в экран. Думаю, она до самого дома не отлипнет от него. — Ну да, куда же мы ещё поедем? — наконец-то ответила на мой вопрос блондинка. А я-то думал, что уже не случится этого. — Как буд-то ты не знаешь. — не уверен, что она поймёт. Ведь про переезд ко мне мы больше не разговаривали. Да и некоторые детали изменятся, нужно ведь комнату для Ани сделать. Блин, Алина ещё даже не согласилась на это, а я уже про ремонт думаю. Что дальше будет? — Нет, не знаю. — девушка посмотрела на меня своими пронзительными глазками. — Алин, может ты всё-таки подумаешь, насчёт переезда... когда мне. — конечно, я прекрасно понимая, ждать ответа от неё сейчас не имеет никакого смысла. Что я могу требовать от беременной и эмоциональной девушки? — Руслан, у меня Аня есть. Я знал, что разговор упрётся именно в это. Я понятия не имею, как бы поступала, будь бы я на её месте. Ведь думать то нужно не только за себя, да даже и не за двоих, а за троих: себя и двух детей. — И что? Это разве меняет что-то? У нас у самих скоро ребёнок будет, которому отец нужен, собственно, как и Ане. Так почему мы не можем подарить двум детям семью? — Какая семья? У тебя есть девушка. А отлично знаю, что ты сейчас начнёшь говорить о расставании с Васей, но я не совсем уверена, что это так. — То есть только из-за этого ты отказываешь мне? — меня ни на шутку взбесили слова Алины. Я уже неоднократно объяснял ей всю ситуацию с Васей, но она не слышит, или не хочет этого делать. — Не только. — её голос совсем не уверенный. Такого я даже на экзаменах, на которых специально задавал ей сложные вопросы, не слышал. — Что ещё? — Если Аня к тебе привыкнет, а потом мы расстанемся, если можно то так назвать, это станет для моей дочери огромным ударом. Я не хочу подвергать её этому. Вот она - настоящая мать, которая думает в первую очередь не о себе, а о ребёнке. Я не стал больше ничего говорить. Ничего ведь не докажу. Нужно время, чтобы Алина решилась на это.