Январский шлепок

Сидя на кухне и выпивая чашку утреннего чая, Фостер сосредоточенно думал. В этот вечер Йан в очередной раз остался на ночь. Хотя так и не планировалось, они слишком долго засиделись и Блез стандартно предложил детективу "не кипешить и успокоиться". Киркманн, у которого на воскресенье были свои планы, минут пять пытался повозникать, но в итоге сдался. Вот и сейчас тот, кому больше всех надо было домой, валялся на кровати и, видимо, не собирался вставать. Недовольно потягивая напиток, Блез смотрел в окно. Блондин вошел через десять минут, полностью одетый. Чуть улыбаясь, он прижал ладонь к чайнику, оценивая температуру, и кивнув, начал приготовление кофе. - Какое офигенное утро, - блаженно потянулся мужчина и повернулся к врачу. - Я буквально бы сейчас хоть марафон побежал, клянусь. - Да что ты говоришь, - не отрываясь от окна, ответил Фостер. - Реально. Такое чувство, будто я прямо выспался, без шуток. - Йан, десять утра, конечно ты выспался. Я удивлен, что ты не вспался в минус. - Но-но, я не так часто досыпаю положенное, так что это событие, - укоризненно помотав чайной ложкой, отметил детектив и отвернулся обратно к столу. - Пфф, - хотел было фыркнуть врач, но предательская щель между зубами неожиданно превратила звук в пронзительный короткий свист. От такой подставы он моментально покраснел и совсем отвернулся, чтобы не нарваться на шутку. Шутка себя ждать не заставила, потому что детектив издал хрустящий звук сдерживаемого смеха и произнес: - Кажется, на подоконнике птица, судя по тону, вызывает тебя на разборки. - Очень смешно, умник. - Блез еще гуще покраснел и соскочил со стула. Направляясь в комнату, он бросил. - Чем ты собирался заняться сегодня, раз так торопился домой? - Ну, - Йан оперся о стол спиной и махнул рукой. - Вообще ничего необычного, просто договорились посидеть отделом где-нибудь. - Ты не опаздываешь? - Фостер лениво взглянул на часы. - Куда? - Ты издеваешься? Ты сам только что сказал! - непонимающе сощурился врач на полицейского. - А это, да не, мы только к семи вечера бронировали. - Киркманн как ни в чем не бывало рассмотрел ногти на руке. - К семи вечера!? Ты, блять, что, пошутил или я не понимаю чего-то?! То есть ты вчера сто лет кобенился, ныл, что тебе надо домой, что у тебя очень много дел, а сейчас оказывается, что тебе а-а-а-а-а-А-А-А-А-А-А! - воздев руки к небу, Фостер развернулся и зло прошелся по комнате. - Да что не так-то? - Йан непонимающе развел руки. - Я сначала думал, что ты просто не хочешь оставаться, потом думал, что в итоге ты остался, чтобы меня не расстраивать, а сейчас оказывается, что тебе, в принципе, ничто изначально и не мешало не уезжать! Это тупо! - мужчина резко остановился, уперев руки в бока, но снова задышал через сжатые зубы, свистя на выдохе. Уголки губ копа задергались, и он плотнее сжал их, но это не особо помогло, да и рыжий заметил. - Прекрати ржать! Что за издевательство! - Прости, прости, - Киркманн зажал рот рукой и сквозь смех продолжил. - Просто ты... Ты... Как птичка... Типа, как воробей... Фьють-фьють... Врач выпрямился и, тяжело промолчав, сел на диван. Смех сзади постепенно ослаб и сошел на нет, а мягкая поступь, сопровождаемая легким шорохом босых ног приблизилась. - Ты обиделся. - Ты не воспринимаешь меня всерьез. Йан присел на корточки за диваном, и Блез почувствовал его дыхание у левого уха. - Ты так считаешь? - А на что это похоже? - доктор чуть повернулся. - Я пытаюсь говорить с тобой о серьезных вещах, а ты смеёшься надо мной. - Я смеюсь потому, что это - блондин мягко коснулся пальцем губы рыжего, там, где примерно находилась щель, - забавно. Это мило и заставляет меня улыбаться. - Я комплексую, и я это говорил. - Смех неконтролируем, но он беззлобный. Мне нравится, как ты случайно свистишь. Правда похоже на птичку. - Допустим. Скажи, ты не хотел оставаться? Только честно. - Честно, не хотел. Но не потому, что мне неприятно или еще что. Тут скорее мое личное. - Йан нахмурился и потер подбородок. - Сегодня воскресенье, а по выходным, иногда, я могу долго спать. И под долго я имею в виду ДОЛГО. Я, честно говоря, не хотел бы раздражать тебя своим видом в постели до полудня. И потому думал свинтить. - Ну, теперь я хотя бы буду это знать. Тебе вообще стоило сказать мне это раньше. - Я знаю, что может быть неприятно, когда ты уже поднялся и кучу дел переделал, а человек все еще спит, это раздражает. - Нет, нисколько. - Фостер легко махнул головой, но, поймав, сомневающийся взгляд партнера, сдался. - Ладно, да, раздражает. Но если бы ты нормально объяснил, опять же, я бы понял ситуацию. - Извини. - Киркманн поднялся и начал собирать свои мелкие вещи в карманы. - Я поеду. Хочу привести себя в порядок. - Ладно. Детектив уже выходил в двери, когда его окрикнули. - Эй, Йан. - Чего? Вместо ответа Фостер заливисто свистнул и улыбнулся. Блондин приложил руку к груди и поэтично произнес: - Ах, как прекрасно поют с утра индюки, - и хлопнул дверью быстрее, чем до нее долетела подушка. Дверь открылась снова, и, просунув голову в квартиру, Йан отметил: - Очень неплохой бросок, мое почтение. - Да вали уже! - ухмыляясь, крикнул рыжий.