Нежность

Мо бежала по улицам дождливого Вашингтона, проклиная всё, на чём свет стоит. «Вот угораздило же меня попасть под дождь! А ведь Карма предупреждал, чтобы я взяла зонт… Чёрт!» — Думала про себя брюнетка, со всех ног, что уже промокли и продрогли, несясь к их дому, до которого осталось всего пара метров. — «Наконец-то!» Стоило ей только обрадоваться, как мимо неё на большой скорости проехала машина, обливая бедную студентку с головы до пят ледяной и грязной дождевой водой. — … Ты б**** издеваешься надо мной… — Скорее утвердительно, нежели вопросительно пробормотала Акабане, устало опуская сумку, которая до этих пор хоть как-то спасала её от сильного дождя. Теперь же от неё не было никакой пользы. Добежав, наконец, до дома, девушка, поборов дрожь в замёрзших руках, открыла ключом дверь дома, заходя внутрь и запирая дверь. Бросив ключи и мокрую от дождя сумку на ковёр прихожей, брюнетка скинула с ног туфли на каблуке, чувствуя, как грязная вода неприятно жжёт и без того больные мозоли от ходьбы на шпильках. Не хотела она участвовать в этом университетском мероприятии, нарядившись в длинную юбку-карандаш и белую, облегающую блузку, в купе с туфлями на высоком каблуке. Но кто её мнения спрашивал? Просто поставили в качестве ведущей, да выдали микрофон с текстом, спровадив на сцену. А когда девушка выходила из университета, полил дождь, хотя до этого не было ни намёка на пасмурную погоду. Теперь же она, устало облокотившись о входную дверь спиной, стояла вся промокшая до нитки и продрогшая до костей, зубы отбивали дробную чечётку, ног она от холода уже не чувствовала, боясь развалиться на полу, прямо посреди коридора. «Хорошо хоть детей оставили на ночь у Бритни. Было бы не очень здорово, услышь они, как мать материт всё и всех благим матом» — Тяжело вздохнула Мо, услышав тихие шаги. — Мо, это ты? — Послышался голос Кармы из гостиной. — А ты ещё кого-то ждёшь? — Хмыкнула девушка. — Нет, просто ты… — Супруг брюнетки вышел в коридор, да так и замер, широко распахнув глаза и не сводя их с жены. – … Задержалась… — Не говори ни слова, Карма. — В очередной раз вздохнула девушка, бросая на пол промокшее пальто и стряхивая влагу с волос. — Просто молчи. — Да я вроде и не собирался ничего говорить. — То ли обречённо, то ли снисходительно усмехнулся красноволосик, огибая взглядом возлюбленную. — По тебе видно. — Закатила девушка глаза. — Ты отвёл Аяно и Арату к Бритни? — Нет. — Покачал головой Акабане. — У меня вечер освободился, так что, когда ты ушла, я не стал их уводить, ибо всё равно остался бы дома. Ничего не хочешь мне сказать? — Да-да, я дурочка, которой следовало бы почаще слушать своего умного мужа. Доволен? А теперь отстань. Я в душ. — Хорошо, что ты это признаёшь. — Фыркнул юноша, прислонившись плечом о стену коридора и скрестив руки на груди. — Тебе морду разукрасить? — Злобно зыркнула на мужа брюнетка, скрываясь за дверью ванной, которую она не закрыла. А зря. — Почему же так грубо? — Наигранно обиженно протянул Карма, сквозь приоткрытую дверь ванной наблюдая за попытками супруги снять с себя пропитанную дождевой водой одежду. — Не грубо, а по делу. И вообще, иди в кровать! Разве тебе не нужно завтра на практику? — Спросила Мо. — Её отменили, так что мне завтра нужно посетить лишь одну лекцию… — Юноша услышал влажный звук упавшей на пол одежды, следом за которым послышался и шум воды. — Значит, иди и высыпайся. Не ты ли последнюю неделю жаловался на плохой сон? — Вот это как раз можно легко исправить. — Слетела с губ наёмника усмешка. Мо не расслышала, что сказал ей муж, а потому переспросила его, чуть повысив голос. В ответ она ничего не услышала, а потому, лениво повела плечами и принялась смывать с себя грязь и дождевую воду, начиная вспенивать шампунь у себя на голове. Когда дело дошло до помывки тела, Мо потянулась к полке с моющими средствами и, к своему величайшему сожалению, не нашла там своего любимого шоколадного геля для душа. На полке стоял лишь её шампунь для волос с ароматом корицы, несколько масок для волос, а также шампунь и гель для душа, которыми пользовался Карма, причём гель имел довольно ощутимый запах морской волны. Хотя Мо ничего не имела против этого запаха, она не хотела использовать гель с таким сильным запахом, а потому раздражённо цокнула языком. — Хотела же зайти в магазин бытовой химии, чтобы купить геля про запас… — Брюнетка обречённо вздохнула и стала рыскать глазами в поисках мыла. — Значит, буду использовать мыло. За собственными мыслями Акабане не услышала тихого щелчка закрывающейся двери, а также едва слышимого шороха чужой одежды. Девушка взглядом пыталась найти упаковку с мылом, которое совсем недавно покупала в магазине (дети любили использовать мыло для своих игр с мыльными пузырями, а потому пришлось покупать намного больше обычного). Когда долгожданная упаковка была найдена на одной из нижних полок душевой кабины, Мо потянулась за ней, нагнувшись вниз и не сразу заметив прохладу в тёплой кабине, что поступила из открывшейся дверцы. Пока бывшая Кишимио пыталась открыть скользящую в её мокрых руках упаковку с мылом, на её бёдра легли большие мужские ладони, которыми её тут же прижали к телу нагнувшегося над ней парня. Кожу обожгло от неожиданного телесного контакта, и только Мо собралась закричать от испуга, как человек за её спиной наклонился ещё ниже, опаляя дыханием её ухо, и, чуть задевая нежную кожу губами, прошептал: — Тебе помочь? — Какого?! Мо всё-таки подскочила от неожиданности, уже не раз и не два отчитав себя за замедленную реакцию. Брюнетка тут же резко выпрямилась, как по струнке, из рук её, с громким грохотом ударившись о пол, выпала упаковка с мылом, в то время как она сама столкнулась спиной с крепкой мужской грудью позади себя. Прежде чем Акабане успела вновь среагировать, крепкие руки Кармы обвили её талию, ещё теснее прижимая к себе, заставляя девушку покрыться ярко — алым румянцем от ощущения твёрдой плоти, скользящей по внутренней стороне её бедра. — Карма, ты что творишь?! — Возмутилась Мо и попыталась отстраниться от парня, но крепкие руки всё ещё удерживали её в одном положении. Девушка возмущённо повернулась лицом к Карме, который предвкушающе улыбался, оголяя белоснежные клыки, и хитро щурил затуманенные желанием глаза. — Хочу помочь своей любимой жене отмыться от грязной дождевой воды. Что же ещё? — Продолжая улыбаться, хрипло рассмеялся красноволосик, уткнувшись девушке в загривок и блаженно вдыхая полной грудью запах её только что вымытых волос. — Или ты против? — Конечно, против! — Ещё больше возмутилась Мо, стараясь не обращать внимания на дрожь в теле и тяжесть внизу живота, которую вызвали приятные поглаживания чужих, немного грубоватых пальцев по коже у неё под грудью. — Дети уже спят! Хочешь разбудить их ПОДОБНЫМ образом?! — Это дело поправимое. — Усмехнулся Карма, тут же усиливая приток воды в душе. Вода оглушительно громко застучала по полу душевой кабины, заставляя шумное эхо распространиться по периметру всей ванной комнаты. При таком шуме, разговаривая в обычном тоне, можно даже не расслышать собеседника, что уж говорить и тихой болтовне. Градус напряжения стал постепенно нарастать. — Ты совсем уже?! — Вновь возмутилась бывшая Кишимио, осознавая, что даже себя она почти не слышит. — Не тебе ли завтра надо ехать на лекцию?! — Ничего страшного, если пропущу одну. — С этими словами парень ощутимо прикусил ухо возлюбленной заставляя тут же подавиться воздухом от неожиданности. Прежде чем Мо успела вновь возмутиться и повысить голос, с губ её сорвался протяжный стон, когда в неё ворвались резким и глубоким толчком. Брюнетка стояла, прижавшись спиной к груди Кармы, что уже переместил одну руку ей на бедро, а второй сжал упругую грудь. Девушке пришлось откинуть голову на плечо мужа, крича куда-то в потолок, пока тот, не останавливаясь, заставлял её громко стонать. В какой-то момент наёмник заткнул её влажным поцелуем в губы и сильнее сжал ладонь на её бедре, призывая двигаться с ним в такт. Брюнетка больно прикусила губу, чтобы заглушить крики удовольствия, а сама руками схватилась за руки и плечи Карма, чтобы удержать равновесие, оставляя при этом тонкие царапинки от ногтей на сильных руках. Крики она заглушить сумела, но громкое мычание всё ещё сдавленно вырывалось из груди, ударяясь эхом о стенки душевой кабинки, под которой благодаря льющейся воде были почти не слышны громкие и влажные шлепки бёдер об упругие ягодицы. Девушка не помнила в какой момент с её губ всё же сорвался громкий крик. Она не помнила в какой момент перед глазами заплясали разноцветные звёздочки, и уж тем более не помнила, как обмякла в руках мужа, что уже вышел из неё, но всё ещё продолжал крепко обнимать и ласкать, покрывая поцелуями и укусами шею возлюбленной. Прежде чем Мо смогла отойти от первого оргазма, Карма нагнул её ещё ниже, заставляя упереться руками в одну из полок и прогнуться в спине, вздёрнув попу, на которой уже красовались красные отметины от его пальцев. — Стой! — Воскликнула Мо, краснея ещё пуще прежнего (хотя, куда уж больше?). — Зачем? — Карма склонился над ней, ставя руки по бокам от неё и вновь прижимаясь пахом к развилке между женских бёдер. — Разве тебе не нравится? — Как кому-то могут нравиться подобные извращения? — Просипела Акабане, тут же подавляя стон, стоило лишь мужскому естеству ощутимо проскользнуть по чувствительным складкам. — Неужели? Твоё тело говорит об обратном. — Усмехнулся красноволосик, явно довольный реакцией жены на его действия. — Кстати… За всё время наших отношений я ещё ни разу не брал тебя сзади. Это ведь первый? — По-твоему, я запоминаю, в какой позе ты меня каждый раз берёшь?! — Возмущённо-смущённо воскликнула брюнетка. — А почему нет? — Пожал плечами парень, чуть двигая бёдрами, нарочито медленно, словно дразня, проникая в женское тело. — Я же запоминаю. — Извращенец… — Прошипела Мо, скребя ноготками по стене от ощущения чужой плоти внутри себя. — Зато твой… — Чуть взрыкнул Акабане, проникая по самое основание и тут же откидывая голову назад от удовольствия. По его аристократически бледному лицу, чуть порозовевшему от горячей воды и пара в кабине, и широким плечам и груди тут же стали стекать струи воды, очерчивая выпирающие ключицы и кубики пресса. Кадык нервно дёрнулся у него на шее, когда Мо сжала его плоть чуть сильнее, но Карма тут же схватил её за талию, почти полностью выходя из неё, а затем мягко проникая внутрь. — Карма! — Недовольно воскликнула Мо, поддаваясь бёдрами на встречу его движениям. — Какого чёрта?! — А что? — Усмехнулся красноволосик, устремляя взор на полуобернувшуюся к нему лицом жену, что недовольно буравила его взглядом. — Не ты ли совсем недавно жаловалась, что я не очень-то нежен в постели? — Если ты не прекратишь насмехаться, эта кабина станет твоей могилой! — Злостно прошипела брюнетка, заставляя мужа расплыться в его излюбленном довольном оскале, от которого её сердце всегда и везде готово пробить рёбра от частоты ударов в груди. Мо воскликнула от неожиданности, когда руки Кармы резко развернули её к нему лицом. Акабане подхватил девушку за ягодицы, прижимая её к стенке кабины и вплотную соприкасаясь пахом с развилкой меж её бёдер. Прежде чем разноглазая успела опомниться от неожиданного и резкого порыва мужа, тот уже успел сорвать с губ своей молодой супруги громкий и протяжный крик. Студентке пришлось обвивать мужскую талию ногами, дабы не скатиться вниз из-за влаги, тесно приникая к телу любимого, неустанно терзающего её губы и шею. Велика вероятность, что на утро на ней ни одного живого места не останется. Пара уже сбилась со счёта, сколько раз всё это время с уст обоих слетели крики или же рыки удовольствия. Чувство удовлетворённости и усталости накатило неожиданно, заставляя грудь медленно, но высоко вздыматься для того, чтобы вобрать в лёгкие побольше кислорода. Тела их мелко подрагивали от пережитого удовольствия, а ноги постепенно становились ватными, грозясь не удержать обоих, заставить их упасть. Ноги Мо немного дрожали, едва ли удерживая женское тело, а потому брюнетка распласталась у Кармы на груди, ибо тот, судя по всему, куда увереннее стоял на ногах, прижимая к себе жену одной рукой, второй чуть опираясь на стенку кабины, чтобы ещё увереннее стоять на месте. — Чтоб тебя… — Глубоко вздохнула Мо, чьи губы дрогнули в радостной улыбке, когда она, прижимаясь к груди Акабане, слушала стук его постепенно успокаивающегося сердца. — Ещё раз такое провернёшь, когда дети спят, и я перееду жить к брату. — Как будто я тебя отпущу. — Усмехнулся Карма, утыкаясь носом в макушку жены. — Как будто ты сможешь мне помешать. — Пародируя его усмешку, улыбнулась Мо, обнимая мужа и поднимая голову вверх. Она смотрела своими разномастными глазами на Карму, теснее прижимаясь к нему своей грудью и упираясь подбородком в его ключицы. — Проверим? — Улыбка красновласика стала ещё шире, а в жёлтых глазах в очередной раз за вечер заплясали бесенята. — Проверим. — Фыркнула Мо, тут же ощущая властный поцелуй на собственных губах.

~ Конец ~