Я буду твоим сердцем...

tab>Воин сидел на полу Замка, царапая ногтями каменную стену, пытаясь вывести кровью имя Мари. Шорох ветра сменился шепотом зловещих голосов, чьи причитания были похожи на мантры или псалмы. В Братстве Света постоянно читали молитвы Господа, а Замок шепчет свои - молитвы падшей во тьму души. Монотонные голоса то взывают, то укоряют своего нового повелителя, заставляя сходить его с ума.       — Теперь я твоё сердце, — произнёс Габриэль, выдыхая горячий воздух. Внутри него все кипело, заставляя сгорать и возрождаться вновь, как Феникса. Воспоминания становились пеплом, а тело прахом.       — Теперь вы наше сердце, — прошептали голоса, повторив ранее сказанное, будто для них это было удовольствием. Слышать то, что теперь у них есть новый хозяин. Удовольствие знать, что ещё одна светлая душа сломалась, обретая кровавые чернильные черты. — Мы не дадим вам уйти, — грозно шепнули голоса, врываясь в разум Бельмонта.       — Я не хочу никуда уходить, — уверенно произнёс Воин, откашливаясь собственной кровью. Он то и дело оттягивал ворот брони. Она душила его, вдавливая грудь, ломая рёбра и вонзая их в лёгкие. Хотелось свободы. Хотелось уйти, но Габриэля словно кандалами приковали навеки к этому месту. Вампирская сущность давала о себе знать. Проклятая кровь убивала в Воине Света все человеческие эмоции, все чувства. Время от времени ему слышался голос Мари, но Бельмонт ссылался лишь на то, что это всего лишь галлюцинации. Молчание прервал очередной водоворот шепчущих голосов.       Габриэль полностью смерился с тем, что теперь он навеки должен остаться здесь. Он не сможет уйти.       — Вы наш Повелитель!

***

      Габриэль не знал откуда они взялись. Откуда появились эти голоса, но он видел лишь пятна собственной крови, что ложилась на каменные стены неаккуратными мазками. Отпечаток размазанной крови был больше похож на замах звериной пятерни, а то хуже - вампирской.       Вздымая глаза к потолку Воин поднялся с места, опираясь на стену. Не обращая внимания на то, что все его пальцы были в крови он вытер ладонью уставшее лицо, прокладывая пальцами кровавые пути до самых губ.       В душе Воина открылись раны, которые нужно было снова вылечить и сложить в сложный узор судьбы. Но для этого ему нужны были воспоминания, которых он так боялся. Воин думал, что с ними он сможет дольше прожить в этом теле, но частички памяти пробуждали затвердевшие камнем гнев и грусть, пробуждая иную сущность. Делая её сильнее. Что для него было предназначением? Воин облек влечение. Влечение к мести и ярости.

***

       Габриэль не спал около недели. Он знал, что ему не хочется ни пить, ни есть. Ему хотелось лишь чего-то особенного. Хотелось почувствовать вкус того, что некогда дала ему Лора, разжигая в нём противоположную сущность.       Всё прошлое проворно убегало от Воина Света. Габриэль прикрыл глаза, пытаясь вспомнить черные локоны своей любимой, но в его память врезались лишь её большие глаза, полные туманной тени слез. Его любовь была такой сладкой, а теперь она стала терпкой. Невыносимо терпкой, что пробовать её хотелось очень редко. Это приносило боль. Убивало и затупляло разум, заставляя его таять в агонии и страхе. Хотелось всё забыть. Потерять вновь. Белый парус жизни постепенно белел за багровым горизонтом ярости, уходя всё дальше и дальше. Розыгрыш судьбы сотворил монстра. Габриэль пал.

***

      В стенах этого замка покоится всё, что осталось от Габриэля. Он постепенно сходил с ума, а на его место встал Принц Тьмы. Светлый разум канул в чертоги Замка и утонул в крови. Все самое светлое кануло в темные недра Замка, пробуждая тьму вокруг и заставляя обитателей трепетать перед зовом их нового Лорда. Прошло много лет, а раны так и не зажили в душе Бельмонта, хоть она и была вампирской. Его никто не понимал и не принимал, кроме Замка. Стены и коридоры видели , как Габриель впадал в безумие. Каменные холодные стены были окрашены его собственной кровью и надписи, что таились по всем коридорам, до сих пор теребили разум Дракона отголосками прошлого. Хотелось все стереть, но чувства и желание сохранить хоть крупицу прошлого перебарывали Дракона. Замок ему не позволял. Он хотел сохранить что-то для своего властелина, зная, что тот будет жалеть о своих поступках, или Замок хотел чувствовать больше ярости своего Владыки? Вампир будто смешивался с Замком, чувствуя его мощь и некое спокойствие, дарившее успокоение Принцу, пусть и не долгое. Но не этим жил Замок. Каменный монстр жил яростью и хаосом. Гневом и силой своего Повелителя.       Иногда Замок воплощал самые сокровенные желания Принца. Высший знал, что это всего лишь его видения, и когда он видел призраки прошлого, он просто уходил. Убегал от них, пытаясь спрятать за кровавой тенью беспощадного убийцы.. За маской того, кем его сделали бывшие соратники. Бывшие "отцы и матери" Братства. Дракула избегал встречи того, чего нет. Встречи с тем, что всегда жило с ним и преследовало день за днём, порождая пламя среди пепла. Он бежал, а воспоминания всегда были с ним. Ходили за ним тенью, накрывая его разум горестными думами о судьбе и прошлом.       Когда Высший бродил по коридорам Замка, в попытках найти отголоски прошлого, он касался пальцами холодных каменных стен. От них веяло прохладой и слышался шорох. Шорох, чей звук может услышать лишь избранный этим местом. Дракон слышал его. Он слышал многочисленные голоса, не понимая, звучат они в стенах или в воздухе, в голове или в душе .       Кровь владеет этим местом. Она дурманит и сводит с ума. Воспроизводит все в реальность, что есть у людей в мыслях и желаниях.       Когда Дракуле становилось невыносимо; он хотел бежать из этого места. Выйти на волю и вдохнуть воздух, который ласкал его и заставлял поддаться вольному течению. Но Замок его не пускал. Слуга заточил в клетке своего Повелителя, возвышаясь над ним.       Габриель видел её время от времени. Но он не хотел верить видениям. Боялся думать о её смерти, боялся подпустить к себе то, что его могло возродить. Хотелось отомстить. Хотелось испить крови каждого и услышать вопили всех тех, кто сыграл главную роль и убил в нём человека.       Воин не знал, жив ли этот Замок, или живо всего лишь его безумие, вновь вспыхнувшее в пепелище сожжённого яростью, болью и душевными страданиями рассудка. Он не знал во что верить, но ему она была нужна - вера, принимавшая роль спасительницы. Чтобы окончательно не свихнуться, чтобы не убить себя, но так хотелось. Замок не давал. Кровь не позволяла.       Если бы Воина Света спросили чего он хочет, то он бы без колебаний ответил - смерти. Именно она могла воссоединить его с любимой. Именно смерть могла унять и просто прекратить все его страдания, но он не заслужил. Габриэль не заслужил смерть и покой. Это ещё больше разжигало в нем ярость, порождая хаос в его душе и его обители. Зов Дракона был опаснее ножа, а его крик больнее чем стрела.

***

      Дракула сидел на своём законном троне. На месте Властителя, и чувствовал, что оно будто бы с самого начало принадлежало ему. Одиночество было спутником Принца, и лишь только иногда звуки канонады и клич солдат и наивные жертвы Братства вырывали Дракона из его мыслей. В последнее время он часто думал. Вспоминал, пытаясь как можно скорее подарить себе самый желанный подарок - покой. Одиночество и Замок не давали ему нужного. Месть сожрала всю человечность, давая волю гневу и грусти.       — Неужели за все свои страдания я не заслужил смерти? — спросил сам у себя Дракон и отшвырнул резной кубок в сторону. Тот со звоном покатился по полу, будто пробуждая голоса.       По тронному залу пронесся легкий ветерок отголосков и криков. Проклятая Кровь начала сочиться сквозь щели Замка, вызывая на лице своего Принца лишь тень некой неприязни. Страсть Замка к своему Лорду сотворила в груди Принца многолетнее чувство тошноты. От этой "заботы" Дракуле было не по себе. Замок будто следил за ним. Боялся отпускать своего Лорда. Замку нравился весь этот хаос. Он питался болью и страданиями, требуя всё больше и больше.       — Мы вам не дадим. Мы вас не отпустим...— ответили голоса, хотя Дракула говорил вовсе не с ними, — вы наше сердце...Вы наше сердце!