Скажи это еще раз (И я никогда не остановлю тебя)

— Ты не мог бы сделать мне чашку чая, дорогой? — прошептал Гарри с нежным французским поцелуем. — Драко, детка, ты не видел мою толстовку? Ту красную, которая была на тебе вчера? Клянусь, я оставил её здесь, но она исчезла! — крикнул он из спальни, пока Драко был в толстовке. — Милый, позволь мне это сделать, иначе ты сожжешь сковородку, — Это было произнесено с нежным поцелуем в щеку Драко, и Гарри возмущенно оттолкнули от плиты. — Эй, ангел, я скучал по тебе. Работа сегодня была просто занозой в заднице. Ты даже не представляешь, как я рад, что наконец-то снова тебя вижу, — произнес он, пока Гарри обнимал Драко сзади за талию, спрятав лицо в изгибе его шеи. — Тебе не кажется, что ты приготовил достаточно зелий на сегодня? Иди спать, детка, — Гарри пробормотал это в губы Драко после того, как Поттер оттащил его от котла. — Дорогой, ты же знаешь, что отвлечь меня поцелуем все равно считается изменой, верно? — Последовал нежно-раздраженный смех, когда Драко просто пожал плечами и сделал вид, что понятия не имеет, о чем Гарри. И они продолжили свою игру в покер. — Честное слово, дорогой, ты бы видел выражение его лица: бедняга срал кирпичами, — Выдохнул Гарри между хрипами, и Драко смеялся так же сильно. Его хрипы перешли в хихиканье, наблюдая за Драко, способность заставить своего ангела безудержно смеяться без каких-либо ограничений все еще была бы одним из самых гордых достижений Гарри. — Это буквально твоя четвертая чашка кофе, сладкий. Ты не сможешь заснуть сегодня ночью, — Произнесенные с нежным оттенком, когда Гарри выхватывает кружку из рук Драко, игнорируя его протесты и заменяя их своими собственными, сжимая теплые руки нежной, но твердой хваткой. Поднеся руки Драко к губам, Гарри слегка чмокает их, пока не замечает, как на щеках Драко появляется знакомое розовое покрывало, темнеющее с каждой секундой. Гарри дерзко улыбается, а Драко драматично закатывает глаза–все еще взволнованный. — Ты такой болван, Поттер. Честное слово, «сладкий»? Серьёзно? Я не знаю, откуда ты это взял, но если бы ты знал меня хоть немного, ты бы знал, что я соленый и горький, — Драко хмурится, совсем не краснея. Совершенно не смущаясь, Гарри от души смеется и наклоняется вперед, чтобы потереться щекой о щеку Драко, прежде чем укусить ее, чем заслужил раздраженный вскрик. Драко бормочет что-то очень похожее на «нецивилизованное животное», но Гарри предпочитает не обращать на это внимания. — Чепуха. Ты самый милый и самый драгоценный малыш на свете. Соленый и горький мой зад, а ты мой восхитительный парень, не так ли? — Подчеркивая свои слова, он хлюпал Драко по щекам и заставлял его поджимать губы, целуя их. За это он получает от Драко удар по руке, причем сильный. И он опускает руки, хихикая и совершенно не обращая внимания на ледяной взгляд, направленный на него. — Твои нежности абсолютно абсурдны, Поттер, — Драко хмуро смотрит на него, — И я хочу, чтобы ты знал, что я их ненавижу. Гарри улыбнулся той дурацкой улыбкой, которую Рон всегда вызывал у него, жалуясь, что он выглядит влюбленным. — Очень даже, — усмехается Драко, но это теряет большую часть своей эффективности из-за румянца, все еще окрашивающего его щеки. — Мы оба знаем, что это ложь, дорогой. — Тогда ладно. Гарри наблюдает, как Драко моргает. Ответ, очевидно, застал его врасплох, как будто он ожидал еще какого-то спора. Он улыбается про себя и с безразличным видом резко меняет тему: — Хочешь посмотреть фильм? Есть один, который я умираю от желания посмотреть, и думаю, тебе он тоже понравится. Он прикусывает губу, чтобы не усмехнуться, когда Драко хмурит брови и рассеянно кивает, соглашаясь со сменой темы. Когда они обнимаются на диване, Гарри утыкается лицом в волосы Драко, чтобы скрыть свою дерьмовую ухмылку. — В эту игру могут играть двое, сладкий. Она началась.

***

— Малфой, ты не принесешь мне чашку чая? — Гарри с хмурым видом просматривал одну из папок на кровати. Он быстро взглянул на Драко с извиняющейся улыбкой. — Я устал. Драко мягко кивнул ему, положил книгу на столик и пошел на кухню. Он задумчиво прошелся по кухонным шкафам и достал чашку с блюдцем. Он закрыл глаза и смущенно нахмурился. Гарри, должно быть, был безумно рассеян, иначе он не назвал бы его Малфоем. Он налил чай в чашку и с легкой улыбкой прошел в спальню. — Вот, Поттер. Тебе нужно немного отдохнуть. Это твоя третья чашка чая. — Я знаю, — сказал он, потягивая теплый напиток, — Спасибо, Драко. Драко уставился на него с явным замешательством на лице. Гарри всегда называл его ласковым именем и целовал. По крайней мере, один. — Все в порядке, Гарри? — Да, — сказал Гарри со слабой улыбкой на лице, — А у тебя? Ты смотришь на меня так, будто я объявил, что я один из мстителей. — Возможно, — усмехнулся Драко, слегка покачав головой и с нежностью глядя на него, — Если бы они были настоящими, я бы даже не удивился, Поттер. — Верно, — сказал он, закрывая папку и откладывая ее в сторону, когда наклонился, чтобы получить поцелуй. Только прикосновение губ, — Спокойной ночи, Малфой. И это оставило в воздухе нотку (или симфонию) любопытства. Гарри всегда использовал эти слащавые нежности, и он втайне любил их. Он не понимал внезапной перемены в своем поведении. — Гарри, милый, ты уверен, что все в порядке? Гарри храпел, свернувшись на боку. Драко мягко улыбнулся ему, снял очки и, убрав пряди волос с его лица, поцеловал в лоб. — Спокойной ночи, Гарри. Утром он проснулся от того, что Гарри тихонько напевал, застегивая рубашку. Он провел пальцами по волосам, чтобы укротить их — бесполезное усилие. — Доброе утро, mon ange¹. Гарри обернулся, теплая улыбка коснулась его губ. Он подошел к Драко и поцеловал его в щеку. И это заставило сердце блондина бешено забиться в груди. — Доброе утро, Малфой. Никаких «Доброе утро, солнышко, я люблю тебя»? Он даже не мог вспомнить, сделал ли что-нибудь не так. Он не думал, что Гарри нарочно ведет себя так. Драко пропустил это мимо ушей. Это беспокоило его, и он был угрюм на работе. Он ведь не сказал ничего такого, что могло бы обидеть Гарри? Он хотел, чтобы его называли самыми красивыми именами — Он чертовски скучал по ним. Очень. Ночью, войдя в комнату, он бросил на Гарри ледяной взгляд. К сожалению, он был невосприимчив как к смертельным взглядам, так и к угрозам. — Почему ты пялишься, Малфой? — Ты… Да пошел ты, Поттер… Ты никогда ещё не называл меня Малфоем. Он пренебрежительно пожал плечами, переворачивая страницу романа, который читал. Сморщив нос, он сделал пометку на странице и отложил книгу. — В кои-то веки сегодня ты не употребил ни одного из этих слащавых ласковых выражений. — Я знаю. Он был расстроен гораздо больше, чем раньше. Со вчерашнего дня Гарри не произносил ни одного ласкательного имени. Ни одного. — Ты злишься на меня, Поттер? Если это так, то мне очень жаль. — Нет, Малфой. — Почему… Нет, ты… Почему ты не используешь ни одного из тех дурацких имен, которые всегда употребляешь? Еще одно пожатие плечами. — Гарри, — сказал он, отчаяние в его голосе росло. Он хотел, чтобы его называли этими именами. Не «Драко» и не «Малфой». К чёрту. Сейчас он бы даже согласился на «сладкие щечки». — Не мог бы ты принести мне чашку чая, — сказал Гарри с ухмылкой на лице и блеском в глазах. — Дорогой? Драко уставился на него с самой широкой улыбкой на лице, и он даже не потрудился подавить ее. Он даже не мог побеспокоиться — Потому что ему так этого не хватало. — Повтори еще раз. — Дорогой. Драко забрался на кровать и нежно поцеловал его. — Я люблю тебя. Я чертовски люблю тебя. — Повтори еще раз. Скажи это еще раз, и я клянусь, что никогда не остановлю тебя. Так он и сделал. Он прошептал все эти «слащавые нежности», когда Драко заснул, положив голову на плечо Гарри, с мягкой улыбкой на лице.