Питер, чай, не Франция

- Хон, я так устал от этого всего, - сказал парень, доставая из сейфа когда-то купленный пистолет, осматривая его со всех сторон, чтобы понять, цел ли он еще и стоит ли его чистить, ведь лежал он там довольно долгое время без дела.- Если ты хочешь застрелиться, то всегда пожалуйста, единственный кто хоть что-то почувствует от этого - это я, - рыжеволосый продолжал лежать на диване и играть в телефон, не обращая внимания на действия своего "брата".Парни были приемными детьми, которых взяли еще маленькими, потому что "родители" не могли родить своих детей. Когда это наконец-то случилось, мальчиков не стали возвращать в детский дом, их просто оставили как старые ненужные игрушки лежать в дальнем углу чулана. Они больше не нужны были этой "семье". Родных детей любили, холили, лелеяли, а эти отпрыски, отбросы общества, безотцовщина, продолжали расти без какой-то любви и заботы, предоставленные сами себе. Маленькими Чжухону и Чангюну хотелось простой и человеческой заботы и любви родителей, но увы.Вот, когда они уже выросли, семья выставила им "небольшой" счет за проживание и еду и выгнали из дома, оставляя детей на улице. В тот момент они стали птенцами, которых без зазрения совести выкинули из гнезда на произвол судьбы. Через пару лет, когда парни заработали деньги и вернули "долг", они стали независимыми от семьи. Теперь они никто друг для друга. А были ли когда-то? Нет, конечно. - Так зачем ты пистолет достал, всё-таки? - спросил Чжухон, отвлекаясь от телефона и смотря на своего самого близкого человека.- "Мать" с "отцом" написали, - парень тяжело вздохнул, кладя тканевую салфетку и пистолет на стол, - снова какой-то счет появился.Теперь они вспомнили, что ремонт в "нашей" комнате нам стоит оплатить.- Так этого когда было, - старший продолжил играть в телефон, - нашли что вспомнить. Может еще счет за трусы и носки выставят, раз на то пошло.- Его мы еще в прошлом году выплатили, - парень заглянул в тот же сейф и посмотрел наличие пуль для пистолета, которые всё-таки были.- Босс, простите, что отвлекаю, - в помещение заглянул молодой парень и робко заговорил, - у нас всё готово.Коротко кивнув, парни вышли, окидывая взглядом всех присутствующих, вселяя в них и страх, и радость одновременно. Эти люди их любили и почти боготворили. Они считали своих боссов богоподобными, настолько, что построили церковь, в которой приносили жертвы и молились за здоровье и благополучие. Это больше похоже на секту какую-то. Проследовав за помощником на главную площадь, взору открылся вид на два самодельных креста, которые сколотили прихожане, и повесили на них мужчину и женщину, заковав тех в цепи, которые нелестно высказывались о братьях.- Мы считаем, что их нужно оставить на потеху публике, господа - сзади послышался уверенный голос старушки, которой нравились братья и она готова была выполнить любую просьбу или приказ, - таких как они вообще нельзя оставлять в живых. Я считаю, что люди должны знать, что с ними будет за подобные высказывания.Старший задумался, и посмотрел на бабулю, решая, что они сами решат, что делать с подобными людьми, поэтому кивнул и легко улыбнулся женщине, поворачиваясь обратно, чувствуя, что она отошла. Взглянув вперёд, он увидел в толпе зевак два знакомых лица. Это были они - "отец" и "мать", которые были шокированы тем, что происходит, и наконец увидев их взгляд, он натянул свою самую жёсткую улыбку, смотря сквозь толпу прямо на "них". Младший в свою очередь тоже натянул такую же улыбку и помогал толпе, понимая, что нужные люди всё увидели, потому что их лица начали выражать страх. Старший помощник стоял рядом с крестами и что-то рассказывал, вызывая у людей противоречивые эмоции. Последователи радовались и ликовали, что непокорные наказаны, и все, кто сделает также, последуют их примеру, а те, кто был против возмущённо охали, не решаясь что-то ещё делать, ведь их задала та же участь. Насмотревшись на зрелище, мужчины сели в припаркованный недалеко свой автомобиль и уехали по делам. У них созрел план, как отдать "долг" семье. Почему они не могли этого сделать раньше? Просто не решались. Время близилось к вечеру, и, купив всё необходимое, братья подъехали к ненавистному дому, с которым не было ни одного хорошего воспоминания. Открыв дверь, они прошли внутрь, сразу заходя в гостиную, где на диване сидели "мать" и "отец". Они с ужасом посмотрели на гостей и, кажется, понимали, что с ними сейчас случится. Канистра бензина в руках Чжухона говорила сама за себя. Старший наблюдал за "родителями" пока Чангюн собирал детей по дому, заводя их в ту же гостиную. Закрыв все двери и окна, они сидели и наблюдали за реакцией, упиваясь этим всепоглощающим страхом в глазах людей. Чем дольше братья тянули, тем страшнее всем становилось. Младший достал из кармана своего пальто пистолет и легко его поглаживая, пока Чжухон просто наблюдал. Не выдержав этой тишины, мать в истерике начала что-то кричать, дети плакали, а отец испуганным голосом начал кричать.- За что вы так с нами?! Мы давали вам жилье, еду, одежду и заботились о вас. Как вы могли стать такими?!- А ты разве забыл, как ты избивал нас за любую провинность, а потом вы выставили ещё и счета за наши "долги"! С таким подходом стоило вернуть нас обратно в детский дом! - Чангюн уже ничего не стеснялся и перешёл на крик, которым и разговаривал с ним отец.Парень преодолел расстояние от кресла до дивана в несколько длинных шагов и с размаху ударил пистолетом по скуле, видя как по лицу "отца" начинает растекаться кровь, а дети стали плакать всё громче. Чжухон тоже встал и начал разливать бензин по полу, не стесняясь расплескивать жидкость и на людей. Детей они тоже не собирались щадить, ведь и они доставили много проблем старшим. Ненависть поглотила их настолько, что в глазах рыдала эта ярость яркими языками пламени. Единственное, чем они хотели облегчить участь детей, но это было непосильной задачей. Прозвучало два выстрела. Мать и отец сидели в ужасе, наблюдая как по их любимым и родным детям растекалась кровь и слышались последние тихие вздохи. Дом наполнился криком, и из кармана старшего досталась зажигалка, которой братья прикупили сигареты и бросили на пол, наблюдая, как языки пламени заполняют комнату. Парни вышли из дома и сели на капот машины, наблюдая как горит их змеиное гнездо. Главная цели их жизни была выполнена. Теперь они никому ничего не должны. Докурив, они сели в машину и уехали за город. Делать было больше нечего. Дорогой автомобиль, подаренный прихожанами, всё набирал скорость, не собираясь останавливаться. С силой вдавливая педаль тормоза, парни с ужасом осознали, что машина сломана. Скорость становилась всё больше и больше, но на лицах не было никакой паники и страха. Они решили, что пора. Металлическое ограждение дороги мгновенно разорвалось под натиском авто, позволяя транспорту вылететь на огромной скорости прямиком в открытое море со скалы. По морю в миг расползалось переливающееся пятно нефтепродуктов, которыми была когда-то наполнена машина. Это был конец.