Повелитель мертвых

Люди бывают до ужаса глупы и нелепы. Если так подумать, то почти каждое создание нелепо. Нелепым можно называть даже совершенное существо. И почему-то на голову приходили знакомые лица тех самых жителей, детей, взрослых, что так ужасно относятся к нему. Воспоминания всплыли и странно сверкнули перед его глазами, причиняя ему лютую боль. Невыносимая, но… что с того? Жизнь — сплошная боль. И нужно лишь жить с такой болью. — Наруто Узумаки, — прокряхтел старик за регистрационным столом, заставив мальца поднять на него свой малозаинтересованный взгляд. — Уходи прочь от сюда… демон. Не желаю видеть тебя больше в моей больнице! Голос, полный ненависти, раздался по всей больнице. Привыкший ко всему дерьму Узумаки лишь услужливо кивнул и покинул больницу, неторопливой походкой идя до своего дома. Привыкшее яркое солнце нещадно пылало. Была прекрасная весна. Любимый год в жизни Узумаки, ведь весной было всегда спокойно. Оно напоминало… лето. Какое-то спокойное, солнечное время, которое слишком быстро запоминается своей яркостью. Снег под ногами таял, а солнце грело макушку. Людей на улице нету, уж очень тихо и умиротворенно. Какая часть мальчишки ныло от всепоглощающей боли, а другая часть… была тихая. Спокойная. Привыкшая к этой боли. Почему-то в голове лезли мысли о жизненном этапе «взросление». Если человек осознает, что несет на себе бремя боли — то он повзрослел. Подобная мысль была неожиданна, ведь в его голове почти всегда творится каша… И ненависть, и боль… это одно и тоже. Нету разницы. — И почему все так происходит… — устало бубнит под нос брюнет, — все это… не то… Если честно, то ему не хватало абсолютного отдыха. Отдыха от общества, от людей, от… тренировок, от учебы, от всего. Хотелось просто зарыться в какой-то лес и там жить. Это желание переросло в некую мечту — оказаться свободным. Не запертым в этой деревне, а жить там, где хочешь, и как хочешь. Но увы, мечты слишком неторопливы. Привычная боль раздалась в голове. Невнятно промычал, Наруто пошатнулся на ровном месте от головной назойливой боли. Боль заставила увидеть его черные мелькающие пятна, затмевающие пространство… А затем появился Он. Силуэт со страшными когтистыми руками и сверкающими алыми глазами. Появившись как черное мелькающее пятно, оно полностью трансформировалось в некую отдаленную тень человека. — Уйди, — прошипел брюнет, испытывая очередную волну ненависти, — просто ничего не говори… и уйди… — Какой ты сегодня злой, Узумаки, — насмешливо фыркает Силуэт— Проявляешь ко мне ненависть? — А не видишь? — Чем я заслужил столь ярое проявление твоих чувств? А если так подумать, то действительно… почему? Почему он испытывал раздражение и ненависть к нему после той встречи? — Ты очень зол, — беззаботно кивает Силуэт, — ты еще мал, чтобы справиться с таким сильным чувством. — Зачем ты следишь за мной? Для чего? — внезапно спросил Узумаки хриплым голосом. — Мысли людей очень интересны. — дьявольски улыбается тот. — Они могут быть ещё интересны, если они окажутся в дерьме. Подобные люди всегда раздражают и… удивляют. — Психопат. — безэмоционально припечатал брюнет, — и ты самый яркий психопат, которого я видел. Подобные тебе… существа… нереальный. — Это похвала? — бровь выгибается в насмешливости. Ух, чует Узумаки, что этот разговор затянется. — Считай меня своим подарком. Ибо я не дьявол и не существо. - О чем ты? — хмурит брови мальчик. — Я твоя очередная иллюзия мозга. Как тогда. В детстве. — Силуэт находит это забавным. –А ты почему то решил, что мы встретились тогда… в твоем подсознании. С чего такие мысли? Наруто стоял как вкопанный. Только сбивчивое дыхание выдавало его беспокойное состояние. К чему этот разговор завел Силуэт? И что… за ярость? Злость? Почему он злится? Как он способен еще злится? — Почему ты меня обманываешь? — А с чего ты решил, что это правда? Наруто сейчас совершенно ничего не понимал. Зачем ему… все это устраивать? К чему вообще он прибыл сюда?! Силуэт понял, в каких чувствах находится Узумаки. И лишь хмыкает: — Никогда не доверяй демонам и людям. — Так значит ты признаешь, что это был ты тогда… в нашу встречу, — хрипло говорит брюнет, не осмеливаясь смотреть Силуэту в глаза. Честно сказать, он никогда полностью не видел Силуэт. — И зачем ты устроил… этот спектакль? Но ответ не последовал, ибо он не заметил, как врезался в старика Третьего. Поднимая голову, он увидел Хирузена, покуривающего свою трубку и с неким удивлением смотрящего на него. Но Наруто не растерялся и виновато улыбнулся: — Здравствуйте, старик! — О-о, здравствуй Наруто-кун! — поприветствовал малыша бывший Хокаге деревни, улыбнувшись глазами. — А… почему вы ранее не приходили ко мне? — У меня были некие дела в клане, — спокойно говорит Третий, слегка потрепав спину мальчика. — А ты чем занимался? Небось научился готовить или некоторым техникам, а? Узумаки мысленно грустно улыбнулся, зная, что разочарует старика, если скажет правду. Но он не хотел обманывать и честно ответил: — Нет, но я очень стараюсь! Хирузен и Наруто знакомы около пару лет. Брюнету доводилось встречать его в лесу, когда тот просто хотел погулять в одиночестве, как и сам он, в следствии они наткнулись на друг друга и подружились. Старик показался ему мудрым и хорошим человеком. В каком-то смысле он равнялся на него. А узнав, что ранее Третий Хокаге был одним из сильнейших людей своего поколения, то очень восхищался им. Но, увы, у старика были свои семейные дела, а у Узумаки были свои проблемы. Потому они с той встречи не особо-то и общались. Но крепкие узы сохранились. — Что-же, я верю тебе, — улыбается в ответ Сарутоби, — и верю, что ты станешь сильным шиноби. Шиноби… Это слово сильно зацепило его. Хотел ли он вообще быть шиноби? Сражаться? Бороться, становится сильнее, могучее? Какой смысл в простом набивании силы? А вдруг… это и есть смысл шиноби? В последнее время у него не было абсолютно никаких сил что либо делать. А глупое, назойливое желание становится шиноби… показалось ему следствием напряга общества. Ведь все очень сильно хотят стать крутым Хокаге или лучшим воином своей деревни, и подобная мысль, возросшая в мечту, была… слабой, держащаяся лишь на мнении людей. Но выбора у него не было. Шиноби — это значит быть… за деревню. Быть лучшим. А он хочет быть лучшим среди всех. — Старик Третий, а все шиноби одинаковы? Такой вопрос немало удивил Сарутоби и тот поднял брови в удивлении. С чего бы ребенку говорить такое? — Что ты имеешь виду? — Все шиноби убивают? И все они… сильные? Сарутоби тяжело вздохнул и потрепал мальчика за его черные волосы. — Все шиноби сильные… Все они пережили такое, что делают их настоящими воинами. Все они очень сильны. Все ими восхищаются, — правдиво отвечает на удивительный вопрос мальчика Хирузен. В конце своей речи он глубоко вздохнул, переводя свой взгляд вдаль. — Ясно… — задумавшись, тихо произнес мальчик. — Ну, мне уже надо идти домой! До встречи, старик! — До встречи, Наруто, — улыбнулся он. Брюнет поплелся домой, пока бывший Хокаге беспокойно смотрел ему в спину. Что-то тревожило его душу, непонятно почему. — Надо сказать Хокаге… — прохрипел Сарутоби, идя до резиденции.

***

На самом деле он не собирался домой. Вдалеке виднелась огромное здание под названием «библиотека», в которой как всегда было пусто и нелюдимо. Раньше там было плотное количество людей, охранники, работающие библиотекари, а потом… это все утихло и превратилось в почти безжизненное здание. Но тем не менее за этим местом следят. Слава богам, что Узумаки не видел никого в библиотеке. Сегодня у него был целый вечер и ночь, чтобы найти все книги и понять, что же значит джинчуурики. Что этим словом хотел пояснить Силуэт… и почему оно решает его судьбу. Может быть, спустя долгих лет он наконец-то узнает причину этой ненависти, боли, разочарования? Он наконец-то найдет себя… спустя стольких лет… От такой мысли взбудоражилось его сознание! От появившейся сильной решимости он был готов перебрать всю библиотеку и все книги. Конечно же, время ему хватит сполна…

***

Минато как всегда разбирал документы в своем кабинете, пока не послышался стук в двери. — Войдите, — со усталым вздохом сказал он, и в дверном проеме появилась фигура старика. Он сразу понял, что в кабинет вошел Сарутоби Хирузен. — Привет, Минато, — со добродушной улыбкой поприветствовал его Третий, покуривая свою трубку. От появление Третьего Намикадзе удивился. — Здравствуйте, Третий-сама, что случилось? — Мне бы хотелось знать, чего я пропустил за последние несколько дней, — покуривая трубку, проговорил спокойный Хирузен. Минато молчаливо отодвинул стопку документов и сложив руки в замок, принялся говорить: — Мы добились маленькой победой с Какаши над старейшинами. — О? — заметно удивился бывший Хокаге. — Да-а, теперь Наруто Узумаки получит своего опекуна — Какаши. Тот будет тренировать и готовить его к взрослой жизни, а главное он получит хорошее детство. — Это очень неплохо, Минато! — добродушно отозвался старик. — Однако как? Старейшины не могли позволить так легко отдать тебе джинчуурики в руки… — За ним будет очень строгая слежка и проверка. Это условия, которые поставил старейшины нам. — Ожидалось, — сухо проговаривает Третий, покуривая трубку, — однако это действительно хорошая победа. Наруто будет ожидать хорошая жизнь вместе с Какаши. — Согласен… — устало вздохнул Минато. — Однако есть еще одна новость, но пока она известна только малому кругу людей… — Какая? — Облако проявляет некую скрытую агрессию. Сначала инцидент с Хьюгой, затем некоторые неоднозначные намеки на джинчурики… — О, это я знаю. Облако действительно проявляет активность, но нам не стоит переживать. Они уже получили то что хотели, а нападать на могучую деревню они не станут. — Надеюсь, — вздыхает Минато.

***

Ночь. Очередная прочитанная книга громко захлопнулась. Пыль отлетела в сторону. Застывшие, но так и не пролившиеся слезы застыли в его небесных глазах. Он неестественно сильно дрожал, дыхание сбивалось, а в голове творилась каша. Внезапно зал разразился смехом. Безумным, низким, однако таким болезненным, что всякий шиноби посочувствовал ему. Он продолжаться смеяться, пока в один момент сердце сжалось, и даже смеяться было трудно. Мальчик откинулся на кресле, приставив к лицу руку и несильно сдавливая глаза. Какая-та часть его отрицала все, а другая молчаливо делала выводы… А сам он смеялся. Было безудержно больно и смешно. — Так значит… я джинчуурики, — хрипло отозвался Узумаки после смеха. — И я… носитель биджу. Девятихвостого. Пазл можно было легко собрать. Ведь Силуэт назвал его джинчуурики, жители ненавидят его без причины, а то пространство было подсознанием. Все было до ужаса простым, но даже так он не воспринимал реальность. Не воспринимал факты, поданные ему на руки. — Почему все скрывали это от меня?.. Но ответ не поступил. Тишина лишь сильнее нагнетала парнишку, а тот вновь задавал те же самые вопросы. — И все же ты наконец-то понял, кто ты, — загадочный голос разразился по тишине, от чего Наруто вздрогнул. Знакомые звериные алые глаза заплясались в темноте и представились брюнету. — Почему все скрывали от меня это? — сипло спрашивает брюнет, пустым взглядом скользя по помещению. — Такова политика людей… Если «оружие» ничего не знает, то так будет лучше. — Почему даже… старик не говорил? — Не дозволено, — алые глаза сверкнули в темноте. — … Почему ты… общаешься со мной? — У меня есть на то много причин. И есть одна причина, которая объясняет мою заинтересованность в тебе, — Силуэт сощурился, проходя мимо мальчика. Возле спины Наруто повеяло холодком и тот вздрогнул. Он понимал, что на самом деле этого Силуэта нету, но… присутствие ощущалось. Это было очередной иллюзией мозга… это иллюзия его мозга… — … Какая? — все-также хрипло спрашивает Узумаки. — Видишь ли… Ты осведомлен ведь о могущественном Клане Узумаки, так ведь? От брюнета последовал слабый кивок. — Когда-то очень давно существовал один занимательный человек по имени Тору Узумаки. Он первый человек, который мог быть равным богам… Демоническая чакра, характер убийцы и сила повелевать над мертвыми сделала его одним из основателей королевского рода Узумаки. В один день я и этот Узумаки встретились на поле битвы, однако он выявился особенным человеком. Он освободил меня, а в честь благодарности смертному я оказал помощь… дал ему один из многочисленных моих даров… Спустя несколько веков, ровно семь лет назад родился ты — некое воплощение своего основателя. Ты — Наруто Узумаки, являешься прямым потомком этого смертного, и ты единственный, кто унаследовал полную его силу. Повисла гробовая тишина. Но вдруг Силуэт вкрадчиво посмотрел на непонимающего Наруто и сказал одну шокированную новость: — Ты ведь знаешь… о своем рождении? Ты ведь знаешь, что твои родители являются Минато Намикадзе и Кушина Узумаки? Да-а, те самые легендарные персоны всея мира шиноби, и родители Менмы — того самого, который ненавидел тебя и превращал твою жизнь в худшую лажу. И ты сам это знаешь. Почему, ты думаешь, Четвертый уделяет тебе больше времени, чем другим сиротам? Почему все скрывают о твоих родителей?.. О-хо-хо, родители бросили своего ребенка. Темные небесные глаза уставились на алые глаза с непониманием и глубоким шоком. Но вдруг алые глаза сверкнули в безумном свете. — Ты ведь прекрасно понимаешь, что значит это? Брюнет испуганно вжал голову в плечи, не веря в услышанное. Силуэт… нет… образ, созданный Девятихвостым сжимал его плечи сильной когтистой руки, почти-что надавливая острыми когтями на нежную кожу. — Покажи этому миру свою боль. Покажи, чего стоит один сопляк, — нежно пропел Силуэт под его ухом, едва касаясь его ушей языком. Наруто вздрагивал от прикосновений Силуэта и ощущал, как становится тяжело дышать. Внутри все заполнилось огнем. Беспощадным и дьявольским. — Наруто, ты ведь знаешь, чего хочешь. Не пытайся скрывать это от меня, ведь теперь мы будем друзьями… Руки непроизвольно дрожали. Послышался неприятный звук шипения. Темно-рыжий булькающий кокон смешался с его собственной чакрой, которая по цвету была почти такой-же, как и чакра биджу. Две чакры смешались, образуя одну совершенную и неповторимую… Кокон булькающей ядовитой чакры обвил мальчика полностью, причиняя тому адскую боль… Но боль это единственное, что волновало брюнета… Огонь. На руках появились остатки дьявольского огня. Вдруг здание взорвалось, полыхнуло огнем, задевая другие кварталы. Взрыв был таким громким, что его услышали за пару километров. Ужасающая сила, исходящая от взорванной и обхватанной огнем библиотеки не давала пошевелиться даже опытным шиноби… Вдруг задание разрушалось на глазах, а на крышу одного из домов появился Узумаки. Но он уже не был тем самым слабым мальчиком… Он был полностью обволоченный коконом из демонической чакры, а сзади него появился один хвост из чакры. Ярость обезумевшего мальчика заставило его делать ужасающие вещи… Деревня оказалась в том же огне, как и семь лет назад. Из нее слышались лишь крики боли и один рев отчаянья… И кому же суждено спастись в этой агонии?