Дом, где его ждут.

Драко нашел его между огромных глыб древнего камня, на развалинах моста. Никогда не заметил бы маленькую, сжавшуюся фигурку, если бы не искал целенаправленно именно его. Подошел, немного побаиваясь и страшно волнуясь. И от этого страха и волнения выдал совсем не то, что хотел. — Прячешься от славы, Поттер? — губы сами собой сложились в привычную презрительную ухмылку. Надо же, столько лет тренировок не прошли даром. Он сидел на земле, устало прислонившись боком и головой к замшелому обломку, и даже не открыл глаз. — Малфой… Это прозвучало так измученно, словно это не Драко, а воскресший Волдеморт объявился, и нужно снова идти умирать… — Почему ты еще здесь? Уходи. А вот это уже было больно. Конечно, он не хотел видеть Драко. Не зря же он прятался даже от друзей, что уже говорить о врагах. Малфой стоял над ним и не знал, как начать разговор, что сказать, чтобы Гарри, наконец, открыл глаза. И ведь совсем не страшно ему, надо же… — Сейчас уйду. Я только должен сказать тебе… я знаю, что ты меня ненавидишь, и есть за что, но я… Глаза Гарри распахнулись. Странно, ведь Драко еще даже не сказал то, что собирался, только… — Я вовсе не ненавижу тебя, Драко. — Тогда зачем гонишь? — вопрос вырвался неожиданно, и Драко прикусил губу, но было поздно. — Я не гоню, ты неправильно меня понял. Я… Сейчас же авроры набегут, а у тебя метка… Или ты…ты за палочкой? — голос Поттера звучал взволнованно и как-то непривычно, ласково, что ли. У Драко мурашки от этой ласки…к нему? Выдавать желаемое за действительное он был мастер и прекрасно знал об этом, но сейчас совсем не хотелось иллюзий. Он всего лишь собирался… — Я всего лишь хотел, чтобы ты знал, — Драко шагнул к Гарри и опустился перед ним на колени, оказавшись лицом к лицу, очень близко. Так близко, что Поттер ощутил его сбивающееся дыхание, — я просто хотел сказать — прости меня. И чтобы ты знал — я твой. Только твой… Гарри. Всегда был твоим. И буду. Все равно где — в Азкабане или в бегах. Невыносимо зеленые глаза напротив распахнулись от удивления. В них читались недоумение, и надежда вперемешку с радостью, и внезапная боль. — Драко… Он вдруг обхватил Малфоя ладонью за шею, притянул к себе его голову еще ближе, и прошептал в самые губы. — Малфой, ты это сейчас всерьез? Не потому, что суд и Азкабан? Не потому что… Драко попытался вырваться, встать и убежать, но Поттер уже вцепился свободной рукой в его пиджак и с силой удержал на месте, а за шею притянул еще ближе. — Я… Пусти… — прошипел Драко, но уже понял, что вырваться сил не хватит. — Не пущу. Теперь не пущу. Подожди… Да подожди ты! — ему тяжело было удерживать Драко, это очевидно, но он не сдавался, — Зачем ты мне это сказал? Зачем сейчас? — Потому что раньше не мог. Не имел права. А сейчас уже все равно. Азкабан… Гарри внезапно взвился на ноги и с силой поднял Драко, толкая его к камню и прижимая своим телом. — Да кто тебя отдаст туда, идиот! — прошипел он, а сам руками обхватил его лицо. — Кто отдаст тебя им, если ты мой? Сам сказал… Где-то вдали послышались голоса, и Гарри испуганно оглянулся, но люди, кажется, шли в другую сторону. — Ты мой, мой… — почти простонал Поттер, заглядывая в испуганные серые глаза и вдруг поцеловал. Испуганно, словно боясь, что все не так понял, и сейчас с него снова начнут смеяться. Но Драко, рвано выдохнув, сам прижался к нему всем телом и ответил, впуская язык и застонав, прижимаясь бедрами, и Гарри почувствовал его желание так же хорошо, как и свое. Несколько минут они самозабвенно целовались, пока Драко со стоном не оторвал от себя голову Гарри. Тот смотрел непонимающе, перед глазами плавала пелена, а голова туманилась от возбуждения и пьянящего счастья. — Что? — Прошу, остановись… — у Драко дрожали руки и слабели колени, но все должно было быть не так. — Я не хочу так в первый раз с тобой. Тут… — он перевел взгляд на развалины замка, который еще местами дымился. И услышал выдох Гарри, уткнувшегося ему в плечо головой. — Ты прав, конечно, прав. Не тут. И не так. Но ты ведь… ты сейчас куда? — Поттер испуганно вскинулся и Драко только грустно улыбнулся. Счастье его было совсем недолгим. А так хотелось всего: любви, страсти на всю ночь, смятых простыней и сплетенных тел, стонов, поцелуев до опухших к утру губ, и рассветов на двоих, только их двоих, и завтраков, обедов, ужинов… жизни. Жизни вдвоем с Гарри. Но не судьба. Опять. — Наверное, туда, — он мотнул головой в сторону замка, — сдаваться. Все равно ведь найдут. — А Нарцисса? — Гарри не стал спрашивать про Люциуса, но и так было понятно, что они вдвоем. — Они там, с отцом. В зале. С Северусом. Отец и мама знают много лечащих… Гарри только кивнул. Он знал, что Снейп ждал помощи под стазисом — яд змеи хоть и не убил его, благодаря заранее принятым профессором мерам, но его нужно было выводить из организма, и очень осторожно. Гермиона как раз перевязывала шею Северуса, когда Гарри ушел. Вдали послышались крики, хлопок заклинания. — Кажется, нашли еще кого-то из Пожирателей, — голос Гарри был напряжен, — Почему вы не трансгрессировали, как другие? Драко пожал плечами. — Палочек нет. У отца ее отобрал Темн… Волдеморт, — он как будто сквозь зубы вытолкнул это имя, — мамина была у меня, но сгорела в Выручай-комнате, а мою ты забрал еще в поместье. Отец сказал, что он устал бояться. Уж лучше в Азкабан. И остался помогать старому другу. Мама с ним, конечно. А я… — А ты пошел искать меня? Драко кивнул. — Спасибо тебе. Спасибо, что нашел и не побоялся сказать… Я и сам хотел, но не знал, как лучше, и где, и… нужен ли тебе… Голоса послышались ближе и Гарри нахмурился, доставая из внутреннего кармана куртки старую палочку Малфоя. — Держи. И слушай внимательно. Площадь Гриммо, двенадцать. Это дом Блэков. Я спрячу тебя там. Потом, когда все успокоятся, мы все расскажем в суде. Но сейчас, по горячему, они могут наделать ошибок. Держись… — Но ведь тут нельзя трансгрессировать, купол уже восстановили и… Договорить Драко не успел, вихрь закрутил его, и он едва не упал, ощутив под собой землю. — Нельзя, — выдохнул Гарри и улыбнулся, — Но мне можно. Он потащил Драко за руку из подворотни, становясь напротив дома и улыбаясь, широко и открыто. — Ну же, Драко, Площадь Гриммо, двенадцать… — Площадь Гриммо, двенадцать, — послушно повторил тот, и дом зашевелился прямо у них на глазах, расступаясь и открывая путь к крыльцу. Едва все успокоилось, как Гарри потянул его внутрь. — Только не пугайся, тут сейчас будет призр… — договорить он не успел, а потому просто запихнул ахнувшего Малфоя себе за спину и вскинул палочку… Когда призрак развеялся и Драко отдышался, они прошли в столовую и тут же перед ними возник Кричер, почувствовавший, что в доме кто-то появился, и решивший проверить, все ли в порядке. Поттер опустился на колени и обнял старого домовика, чем очень удивил Драко. — Старина, как же я рад видеть тебя! Ты — настоящий герой! Я видел, как ты вел в бой армию Хогвартса, — старый Кричер закряхтел от удовольствия, смахнул непрошенную слезу и перевел взгляд на Малфоя. — Наконец-то чистокровный гость в благородном доме Блэков, — проскрипел он, и Гарри рассмеялся, как будто это была старая шутка, известная только им двоим. Драко даже немножко заревновал — ведь у них с Поттером еще ничего общего не было. Разве что пара поцелуев… Но, вспомнив о поцелуях, он уже не смог остановить мысль. — Гарри, — решился он, — Гарри, я не совсем понимаю, что я здесь… — Сейчас. Прости, просто у нас с Кричером давние отношения, — улыбнулся Поттер. — Еще минутку, и я полностью твой. — Кричер, можешь закрыть дом ото всех. Вообще ото всех. Даже от сов. Ведь заклятия Фиделиус больше нет? — Нет, оно разрушено. Кричер может. Кричер закроет. Никто не побеспокоит хозяина. Обед?.. — Да, чуть позже. Тут останется Драко. Присматривай за ним, он же Блэк, и чистокровный — все, как ты и хотел, старый ворчун. — В смысле — останется? — вскинулся Малфой, но Поттер повернулся и легонько коснулся его губ своими. — Сейчас все тебе расскажу, — он обернулся на Кричера и тот понимающе кивнул. — Пойдем в мою комнату. В комнате Гарри первым делом полез в шкаф, нашел две смены чистой одежды и одну протянул Драко. — Не твой вариант, но лучше, чем это, — он указал на себя и на вещи Драко, все в пятнах и прожженные в нескольких местах. — Сейчас примем душ и… Перед ним из воздуха соткалась серебристая выдра и голосом Гермионы встревоженно спросила: — Гарри, где ты? Мы тебя потеряли. Все хорошо? Если ты хочешь побыть один — просто скажи, но я должна знать, что с тобой ничего не случилось. И ты просил найти Малфоя — но его нигде нет. Прости. Поттер смущенно потупился и покраснел. — Зачем ты велел Грейнджер найти меня? — настороженно спросил Драко. Гарри взмахнул палочкой, и большой серебристый олень встал перед ним, склонив голову. — Гермиона, я дома, приду в себя и вернусь в школу. Малфоя искать не нужно. Спасибо. Берегите себя. Дом я закрыл, прости. Он отпустил оленя и тот белесой молнией метнулся сквозь оконное стекло и растаял. — Я хотел найти тебя первым, чтобы не дать тебя арестовать. Но так получилось, что нашел меня ты. И правильно сделал. Драко… Но Малфой слушать не стал. Он просто больше не мог выносить всей этой правильности и рассудительности. Он швырнул одежду на кровать и рванул за куртку Гарри, притягивая к себе и одновременно пытаясь ее стянуть с него. Поттер среагировал мгновенно, охотно подставляя губы под горячечные поцелуи Драко и в ответ пытаясь стащить с него пиджак. Шатаясь и оставляя за собой дорожку из вещей, они двигались в сторону ванной комнаты, даже не осознавая, куда идут. И в душе оказались почти раздетыми. Гарри вывернул сразу оба крана, наслаждаясь струями горячей воды и глядя, как повисшая на одном плече белая рубашка Драко намокает и становится прозрачной, как сквозь нее просвечивает торчащая горошина розового соска и испытывая непреодолимое желание обхватить его губами, что он и сделал, вызвав сдавленный вздох у Малфоя. Сам он, уже без джинсов, почувствовал, как Драко запустил ладони под резинку его боксеров и медленно стянул их, сжимая его ягодицы в ладонях. Гарри толкнулся вперед бедрами, потираясь, и от ощущения прикосновения кожи к коже едва не взорвался, в самый последний момент успев усилием воли подавить оргазм и остановиться. Драко, конечно, это заметил. — Ну, уж нет, Поттер, — прорычал он Гарри в губы, — не смей сейчас сдерживаться! Он опустился на колени, глядя снизу-вверх, сквозь воду, и щурясь от нее, и длинным кошачьим движением провел языком от уже поджавшихся яичек до самой уздечки, обхватывая губами головку и втягивая в себя… И Поттер не сдержался. Едва не заорав на весь дом, он кончил, упираясь руками в стену позади себя и выпячивая пах, чтобы сильнее прижаться, глубже войти, ближе ощутить… Едва отдышавшись, он потянул осевшего на пятки и прислонившегося к его ногам Драко вверх, на себя. — Это было… Драко… я тоже, я тебе сейчас… ты же не… — он задыхался и путался в словах, но Малфой его понял и усмехнулся. — Не спеши, мой герой. Я справился сам. От одного твоего вида. Мерлин, Гарри, сколько раз я мечтал об этом, сколько представлял себе, как сделаю это, и как ты отреагируешь… Поверь, там было много чего: от удивления и благодарности до кулака в нос. Но то, что я сейчас наблюдал, превзошло все мои самые смелые мечты… Гарри, и без того красный, кажется, заалел еще больше. — Ты так это говоришь… Я тоже хочу посмотреть на тебя, когда ты… — он решительно вывернулся из объятий Драко и потянул того за собой в спальню, где сметливый Кричер уже сменил белье и навел порядок, — сейчас! — Гарри… Гарри, подожди, дай хоть полотенце… Поттер на ходу высушил их заклинанием и повалил Драко на кровать. — Не могу я ждать! Я столько лет ждал, понимаешь? А теперь… — Дорвался… — Да! Вот — да, Драко. И ты теперь от меня никуда не денешься. — Гарри, — Малфой плавился под жадными горячими поцелуями, но не мог замолчать, — Гарри, но авроры… — Никогда не будут искать тебя тут. А потом я со всеми разберусь, и пусть только попробуют отказать герою, и победителю, и… вообще… заткнись уже, Малфой, — прорычал он, затыкая Драко очередным страстным поцелуем, а после начиная спускаться ниже и ниже… Малфой застонал и выгнулся, подаваясь навстречу жаркому влажному рту. Гарри не сводил взгляда с его лица, подмечая и закушенную до боли губу в попытке продержаться подольше, и сжатые, чуть подрагивающие ресницы, и капельки пота, усыпавшие широкий лоб. Это зрелище завораживало, но Поттер не хотел пропустить ни секунды. И когда глаза Драко широко распахнулись, словно от удивления, и он хрипло втянул в себя воздух, выгнулся еще сильнее и задрожал, Гарри понял, что справился. Он счастливо улыбнулся, еще раз длинным мазком прошелся языком от яичек до головки, обхватил, наконец, свой собственный член ладонью и в несколько движений довел себя до развязки. Быстро отдышался и потянулся вверх, заглядывая в глаза приходящего в себя Драко. — Это я… тоже себе… представлял… — еще задыхаясь, прошептал тот, — но теперь мне еще больше хочется узнать… — он прикрыл глаза и вдруг стремительно покраснел. — Что? Что тебе хочется?.. — Гарри удивленно смотрел на Малфоя. Чего еще можно стесняться после того, что только что между ними было? — Ты… Ты только не подумай, я просто… — Драко накрыл лицо согнутой в локте рукой и выговорил скороговоркой, — я хочу, чтобы ты меня трахнул, Поттер! И замер, ожидая реакции, но ее не последовало. Тогда, не выдержав, он выглянул из-под локтя. Наглый довольный Поттер смотрел на него и улыбался, поглаживая раскрытой ладонью его грудь. Заметив, что Драко на него смотрит, Гарри тихонько рассмеялся и устроился рядом с Малфоем. — Как же я тебя люблю, — выдохнул он. — Я ведь уже успел испугаться, — он заглянул Драко в глаза, и вдруг перешел на шепот, — только ты должен знать, что я… я никогда не был с… да вообще не был. Вот. Малфой приподнялся на локтях, глядя на Гарри, фыркнул, хихикнул, а потом, явно не сдержавшись, расхохотался. Он смеялся и никак не мог остановиться, все больше задыхаясь и вытирая слезы ладонью. Гарри, сначала смущенно улыбавшийся, понял, что сам Драко не справится, подвинулся ближе, прижал его к себе и стал шептать разную ерунду прямо в розовое ухо, заставляя потихоньку расслабиться и успокоиться. — Ну, что ты, что? Полегчало? — Поттер заглядывал уже просто всхлипывающему Драко в глаза и гладил того по голове, — Ну, чего ты? — Мы с тобой такие идиоты, Поттер, — выдал Драко, хихикнув, но уже не срываясь в очередную истерику, — идиоты — девственники. Вместо того, чтобы сексом заниматься — друг друга доставать старались побольнее. Гарри хмыкнул. — Мы воевали, Драко. Некогда нам было, — он снова прижал Малфоя к себе и уверенно продолжил. — Зато теперь у нас будет время на все. И… Серебристая рысь, мягко рыкнув, ткнулась Гарри в плечо и голос Кингсли наполнил комнату. — Гарри, ты срочно нужен в Хогвартсе. Где бы ты ни был, пожалуйста, откликнись. Обещаю потом дать тебе неделю отсыпаться, но сейчас твое присутствие здесь необходимо! Снейп пришел в себя, его собираются арестовать… — уже тише добавила рысь и растаяла. Поттер соскочил с кровати и заметался в поисках одежды. — Я с тобой! — вскинулся Драко, но Гарри помотал головой, натягивая джинсы и одновременно пытаясь натянуть футболку. — Нет. Ты будешь ждать меня здесь. Обещаю… Нет, клянусь тебе, что защищу профессора и Нарциссу. К сожалению, Люциус… — Гарри, я тут с ума сойду от неизвестности! Ну, пожалуйста!.. — Драко прекрасно понимал, что если Поттер откажется его взять, то сам он в Хогвартс так быстро не попадет. И скорее всего, при такой попытке, окажется вовсе не в школе, а в Аврорате, но сидеть тут одному было невыносимо. — Драко, — Поттер перестал скакать на одной ноге, натягивая штанину, и наконец застегнул джинсы, — пойми, ты должен остаться. Я не смогу сразу заступиться за всех. И не переживу, если ты вдруг исчезнешь из моей жизни. Прошу тебя. Кричер! — гаркнул он вдруг так, что Малфой дернулся от неожиданности. Домовик появился посреди комнаты. — Кричер, Драко останется здесь, ждать меня. Покажи ему лабораторию в подвале. Его кровь должна сработать, он же Блэк. Драко, я могу вернуться с профессором, ему понадобится кроветворное, а всем нам — успокоительные зелья. И все, что ты сможешь придумать еще — ингредиентов там хватит на многое. Обещаю отправить патронус, как только что-то узнаю, и явиться самому, как только смогу, — он запрыгнул на кровать, на которой так и сидел голый и несчастный Малфой, страстно поцеловал его и выдохнул в припухшие сладкие губы, — я же еще не выполнил твое желание, помнишь? Драко попытался схватить наглого Поттера, но тот успел вывернуться и отскочить. — Не-а, иначе я никуда не уйду, а Снейпа упекут в Азкабан, чего мы оба не хотим, да? — Да, но ты-то почему за него так?.. — Малфой не успел договорить, Гарри перебил его. — Я все тебе расскажу, когда вернусь, — быстро пообещал он и, схватив куртку, исчез. — Вот Мерлин, — откидываясь назад на подушки и улыбаясь помимо своей воли, пробормотал Драко. — Юный мистер Малфой изволит спуститься в лабораторию сейчас или после обеда? — вкрадчиво спросил Кричер. Драко, успевший о нем забыть, едва не подпрыгнул на кровати. — Юный мистер Малфой примет душ, оденется, если найдет во что, и спустится в лабораторию, а обед принеси туда. Что-нибудь попроще, типа сэндвичей. Кричер кивнул и исчез. Драко хмыкнул — у Поттера даже домовики не такие, как у других. И отправился в душ. Поттер влетел в Большой зал как на крыльях. Конечно, он видел разрушения. И ему было больно от того, что столько людей погибло, защищая школу и учеников, борясь с темными силами. Но он просто не мог иначе — внутри него словно горело его персональное солнце. И у этого солнца были серые глаза и ехидные губы, которые хотелось целовать снова и снова. — Гарри! — Гермиона первая заметила его и радостно обняла. — Ты нашел его, да? Спрятал у себя? Поттер улыбнулся ей и подмигнул. — И как ты только умудряешься все понять раньше меня? — Не спрашивай, — отмахнулась девушка и тут же посерьезнела, — Гарри, они хотят забрать профессора Снейпа в Аврорат. Они приковали его к больничной койке и надели на него артефакт, не дающий колдовать. Меня прогнали, Малфоев закрыли с такими же артефактами по разным комнатам. Гарри, надо что-то делать! — А где Рон? — Поттер уже продумывал пути побега, если не получится все решить мирным путем. — Рон с семьей. Фред серьезно ранен, но все будет хорошо. Гарри… — Я понял. Ты видела Кингсли? Он прислал мне патронус… — Он с профессором и аврорами, они ругались, когда меня выставили оттуда. — Тогда пошли, — он решительно направился в больничное крыло, но девушка дернула его за куртку. — Не туда. Они здесь, в подземелье. Вскоре ребята услышали громкие крики — Кингсли орал на министра, перекрыв своей огромной фигурой вход в подземелья. — Я сказал, он никуда не пойдет! Он вообще не может идти! И пока тут не появится Гарри Поттер и не даст показания, я не позволю вам транспортировать тяжело больного, тем более левитировать его или трансгрессировать с ним. Ответить ему министр не успел. Гарри вышел из-за поворота, и сразу стало понятно, что теперь профессора точно никто не тронет — такой ненавистью полыхнули зеленые глаза в сторону министра магии. — Кинг, в комнате с профессором Снейпом есть кто-то, способный зафиксировать мои показания, а также показания Гермионы? — очень спокойно спросил он. Кингсли кивнул. — Тогда пройдем внутрь. Господин министр, — он кивнул головой, обходя того по дуге, и спокойно оставляя его за спиной. Но министр засеменил следом. В комнате было три аврора с палочками, направленными на беспомощно лежавшего Северуса Снейпа, скованного заклинанием и привязанного магическими путами к постели. Профессор зельеварения был бледен до синевы, сквозь повязку на горле проступили кровавые пятнышки. Видимо, услышав голоса, он приподнял веки, посмотрел на ребят и снова закрыл глаза. Гермиона ойкнула при виде крови и тут же повернулась к Шеклболту, требуя снять путы. Он грозно зыркнул на авроров и те поспешно сняли заклинания, попутно оправдываясь тем, что заключенный под стражу пытался встать. Гарри подошел к постели и, решившись, взял Снейпа за руку. — Я не позволю им закрыть вас в Азкабане, профессор. И еще, ваш крестник в безопасности. Он уже варит для вас зелья. Снейп шевельнул губами и Гарри наклонился к нему поближе. — Все еще не навоевались, Поттер? — наконец, разобрал он, и широко улыбнулся. — Раз вы язвите, профессор, значит все не так уж плохо, да, сэр? — довольно ответил он и посторонился, давая место Гермионе, которая сразу же принялась менять Северусу повязку. И то, каким взглядом посмотрел на девушку профессор, и как она зарделась в ответ, навело Гарри на мысль, что Рону больше подойдет Лаванда, а вот Гермионе… Но тут его отвлекли, и он отправился к столу, давать показания в пользу профессора Снейпа, Нарциссы и Драко Малфоя. Оставив Люциуса на откуп профессору, когда он поправится. В конце концов, отцу Драко, возможно, пойдет на пользу еще немного посидеть в тюрьме. Так, для острастки. Гарри говорил и улыбался, счастливый и нетерпеливый, потому что хотел поскорее завершить свою миссию спасения и отправиться домой. Домой, где его ждали. Домой, где его любили. Впервые в жизни он чувствовал, что у него есть дом. Дом, где его ждут.