Dear You

В тот же вечер Десятый Босс Вонголы получил два письма. Одно от Занзаса и другое от Бьякурана. В них писалось, что они успели получить информацию о неизвестных врагах и уже приняли решение о спасении свои подчиненных. От Мильфиоре это – Юни и Спаннер, а от Варии – один Фран. Было решено отправить их в Лондон этой же ночью. После того, как враги отступят, или выполнят свою миссию – спасшиеся вернуться. И вот поздно вечером на крыше стояло шесть человек: Тсуна, Хибари, Ламбо, Фран, Юни и Спаннер. Рядом с ними находился вертолет, позаимствованный у Мильфиоре, которым, по словам Бьякурана умеет управлять Спаннер. Пока Десятый инструктировал Хибари, Фран издевался над Ламбо, доводя его до слёз и подкалывал Спаннера, который в свою очередь разговаривал с Юни. Всем четверым кроме Хибари, сказали, что их пятерых вызвали на особую миссию, которую им расскажут только после их прибытия в Лондон. Наконец все дела были улажены, мафиози расселись по своим местам. Спаннер, как ему положено на месте пилота, Хибари рядом с ним, а остальные сзади на пассажирских местах. Вонгола Десятый отошёл подальше, чтобы его не снесло ветром. Спаннер начал включать различные кнопки и вскоре лопасти начали крутиться всё быстрее и быстрее, а сам вертолёт начал набирать высоту. Тсуна с грустной улыбкой помахал всем сидевшим, резко развернулся и быстро ушёл с крыши. Он не хотел, чтобы кто-то из них видел, как по его щеке пробежала слеза, которую он сразу же вытер. Он знал, что больше никогда их не увидит. Он хотел бы чтобы, и его жизнь, и жизнь его хранителей, и жизни других семей продолжались. Чтобы все они продолжали вместе радоваться успехам, вместе огорчаться неудачам, и чтобы этих неудач у них было очень мало. Но судьба распорядилась по-другому. К сожалению, им придётся испытать огромное горе, пролить множество слёз и увидеть смерти близких. Как бы ему хотелось, чтобы это всё оказалось лишь простым сном, чтобы проснуться завтра утром и как всегда выполнять свою работу Босса и смеяться со своими хранителями. Спустя два дня вернулись эти пятеро человек. Вертолёт приземлился на территории резиденции Вонголы. Было подозрительно тихо. Лишь один Хибари знал, что там произошло и уже знал, что может увидеть, когда все остальные стояли ни о чём не догадываясь, да к тому же ещё и расстроенные из-за того, что сообщение о миссии было ложным. Фран, Ламбо и Хибари выпрыгнули из вертолёта. Хранитель облака сказал технику лететь в Мельфиоре, и если там случилось что-то ужасное прилетать обратно сюда. Спустя несколько минут вертолёт стал маленькой отдаляющейся точкой в небе. Фран тоже убежал, перед этим сказав Главе ДК, что если там будут какие-то проблемы, то он вернётся. Хибари равнодушно смерил взглядом оставшегося с ним подростка, - Пойдём со мной. Но вперёд меня никуда не заходи. POV Фран «Какой-то странный сегодня Хибари-сан. Создаётся ощущение, что он знает что-то, чего не знали я и ещё эти трое. Хотя кто знает, что ему там перед поездкой нашёптывал Савада-сан.» Пока я шёл через густой лес, у меня было полным полно времени на размышления. И всё это время я думал об этих двоих. Неужели они что-то замыслили против нас? Хотят поднять бунт и унизить Варию? Или может быть просто решили над нами поиздеваться? Может Босс что-то про это знает? Или хотя бы Капитан. Хотелось бы, чтобы они мне всё объяснили. Но Босс наверняка скажет обратиться к Патлатому Мусору, тот скажет не приставать и разузнать об этом у Бел-семпая, ну а последний, в свою очередь просто пошишикает и в моей спине окажется на два-три ножа больше, чем сейчас. Спустя где-то полчаса своих размышлений я вышел в город. Оставалось уже около часа пути и быть может, что спустя этот час, я получу ответы на свои вопросы. Я шёл по городу, разглядывая витрины и получая косые взгляды а-ля «ты псих? Нафиг тебе шапка летом, да к тому, же ещё и в виде лягушки! Точно псих!». Меня не интересовали их мнения, я сам себе хозяин. Хотя, надо будет как-нибудь создать иллюзию этой шапки Бел-семпаю, поверх его фальшивой диадемы. Наверняка обыкновенная железяка. Вскоре я дошёл до окраины города, там пришлось снова преодолеть лес, и вот я уже стою у замка Варии. Когда я потянул на себя огромную дверь – она ужасно заскрипела. «Раньше она всегда тихо открывалась и не издавала ни звука. Страаанно. Надо будет сказать об этом Капитану». После того, как за мной закрылась дверь, в помещении стало так темно, что я не видел дальше своей вытянутой руки. «Снова эти привычки Босса сидеть в темноте и распивать свой виски. Но почему сейчас здесь пахнет не алкоголем, а… кровью!? Неужели на нас кто-то напал? Но где тогда все?» − Беел-семпаай − протянул я своей обычной манере – Лусс-семпай? Леви-семпай? Капитан? Босс? «Может они куда-то уехали праздновать победу? Хотя это мало вероятно». Я шел по направлению к главному залу, в котором проводились все собрания и приёмы пищи. У самого входа под моими ногами вдруг начали раздаваться хлюпающие звуки – под моими ногами растекалась кровь. Тошнотворный запах усилился, я уже чуть ли не побежал к окнам. Раздвинул шторы, открыл окна для проветривания комнаты и повернулся, чтобы наконец, осмотреть, что здесь произошло. Ох, лучше бы я этого не делал! После увиденного глаза в ужасе расширились, и земля ушла из под моих ног. Я рухнул на колени, осматривая весь тот ужас, который предстал перед моими глазами. Конец POV Франа Перед взором Франа было ужасное кровавое месиво. Пол был усеян трупами офицеров Варии, их подчинённых и врагов. Стены тоже были все в крови. Некоторые тела как будто поджарили. Среди всего этого кошмара трудно было различить офицеров, но можно. У самой стены лежало тело Луссурии. С него сняли очки и выкололи глаза, один из них лежит не далеко. Одна его рука была вывернута под неестественным углом, вторую – сожгли до самых костей. Так же ему проткнули живот до самой спины. Не далеко от трупа гея лежал труп принца. Ему ножом отрезали чёлку и им же провели по глазам два креста и порезали рот, сделав этим вечную «улыбку». К тому же Бельфегора выпотрошили, вспоров ему живот из которого выпали его внутренности. У дверей лежало тело Леви-А-Тана. Прорезав спину, они вынули его позвоночник, сняли с него скальп до самого черепа и срезали кожу вместе с мясом с ног и рук. Так же как и у Луссурии у него был проткнут живот до самой спины. У кресла Босса лежал труп Скуало. Волосы мечника были все в крови, его руки были отрублены по локоть, а ноги – по колено. Они резали его руки и ноги царапая кости. Капитану вырезали его язык, который теперь лежал рядом с ним. После всего этого Акулу добили ударом в сердце. Лягушонок, весь дрожа, долго искал глазами тело Босса, пока не увидел его вбитого за руки, за ноги и в живот мечами. Но у тела не было головы. Она была помещена на кресло Занзаса. На ней навсегда застыло выражение ярости, а на самом лице появилось множество шрамов. С его волос, как и с его тела, стекала каплями кровь. Фран еле поднялся на ноги и, пошатываясь, пошёл к выходу, но по пути он снова упал и его стошнило. Он попробовал встать, но ноги его не держали. Его снова стошнило. С усилием воли он поднялся и побрёл к выходу из замка. И уже стоя за дверью этого ужасного места, он скатился по стене замка. Его взгляд был затуманен и отстранён. Теперь он узнал, почему его и остальных вывозили из Италии. Но он никак не мог понять, как сильнейшие люди Варии могли кому-то проиграть! И как бы он над этим не думал – факт остаётся фактом. Они все мертвы! Иллюзионист подтянул к себе окровавленные колени, обхватил их руками и уткнулся в них лицом, по которому безудержно текли слёзы. Он множество раз издевался над Бел-семпаем, над Скуало, над Луссурией, над Леви-А-Таном, но он никогда не мог подумать, что ему будет так сложно их потерять…