Это всего лишь смерть

Половину следующего дня я провожу дома. Рисую, выслушиваю бред младшей сестры, снова рисую. Я не спускаюсь к Кэролайн, оттягиваю этот момент до последнего. Телефонный звонок отвлекает меня от уничтожающих мыслей, и я с раздражением беру трубку. - Привет, Клаус. - Стеефан, друг мой. Рад тебя слышать. Как давно ты в городе? - Приехал сегодня утром. Меня не радуют последние новости. - Хочешь поговорить об этом? - Да. Встретимся в восемь? В Мистик Гриле? - Отличная идея. Давно ищу компанию, чтобы выпить. Сальваторе опаздывает, а я медленно начинаю пьянеть. Мэтт сверлит меня злобным взглядом, и я поднимаю вверх свою стопку, прежде, чем осушить. Слышу уверенные шаги за спиной и пьяно выдыхаю: - Ты крайне пунктуален. - Я заезжал к шерифу, - опираясь на деревянную столешницу, говорит Сальваторе. – Она там с ума сходит. Мне удалось убедить ее, что Кэролайн уехала на поиски лекарства, и она сделала вид, что поверила. Но так продолжаться не может. - Ты нашел его? – игнорируя лекцию об отношениях в семье Форбс, спрашиваю я. - Еще нет. Но я пришел поговорить не об этом. Я встаю со своего места и заглядываю в пшеничные глаза: - Чего ты хочешь, Стефан? - Отпусти Кэролайн, Клаус. Я отворачиваюсь и снимаю со спинки стула свою куртку. - Нет. Собираюсь уйти, но вампир преграждает мне путь. - Ты ведь сам уже этому не рад. Отпустил Тайлера, а как поступить с ней не знаешь. - Ошибаешься, - коварно улыбаюсь я. – У меня масса гениальных задумок в голове. Еще есть Ребекка. Ухмылка сползает с лица собеседника, и я чувствую этот особый привкус страха. - Будешь пытать ее? - Возможно. Пока ты не принесешь мне лекарство. А там мы что-нибудь придумаем. И поспеши. Малышка Кэролайн ведь может… Не знаю… Случайно умереть. Вечер тянется мучительно-долго. Я ворочаюсь в постели, пытаясь уснуть, но вчерашние происшествия не дают покоя. Уже не пытаюсь закрыть глаза – боюсь увидеть ее испуганное лицо и прикрытые веки. Черт! Бесхребетный осел! Ругая себя самыми последними словами, я быстро одеваюсь, беру несколько пакетов с кровью и спускаюсь в прохладное помещение. Медленно открываю дверь и всматриваюсь в темноту. Странно. Девушка лежит в той же позе, в которой я ее оставил вчера. Гоню от себя дурные мысли и присаживаюсь на корточки, переворачивая к себе жертву. Страх сжимает виски, когда я вижу огромную, незаживающую рану, которая перетекает от лица к белоснежной шее и спускается под разорванное платье. Кретин. Как я мог не заметить укус? Болван. Резко хватаю Кэролайн за плечи и начинаю трясти, не осознавая собственного подходящего безумия. - Нет-нет-нет! Кэролайн, ты слышишь меня?! Кэролайн, открой глаза!! Слышишь?! Разрываю зубами собственную руку и прикладываю к тонким бледным губам. Ничего. Она не реагирует. - Нет, Кэролайн, пожалуйста! – умоляю я, словно она может меня слышать. – Пожалуйста. Открой глаза! Открой глаза!!! На мой крик прибегает испуганная Ребекка. - Ник, что здесь… О черт! - Неси шприц! Живо! Сестра исчезает и возвращается через полминуты с заветным предметом в руке. Хладнокровно, словно делал это тысячу раз, я втыкаю иглу в свою вену, набираю достаточное количество крови и осторожно ввожу жидкость в шею девушки. Снова тишина. Осознание еще не приходит, и я замираю, понимая, что теперь остается только ждать. Ждать и бояться. Я прижимаю Кэролайн к себе и тихонько шепчу на ухо какие-то бредни: - Давай, милая, борись… Ты можешь. Я знаю… Кэролайн, девочка моя. Я больше никогда так с тобой не поступлю… Клянусь. Только живи. Чувствую теплую ладонь на своих волосах и готов расплакаться от благодарности сестре. - Ник, она же не… - Нет. Она не может. Не имеет права. Руки мои дрожат, когда я сжимаю холодные пальцы девушки, когда поглаживаю ее волнистые волосы. Они спутались. Бедняжка. Сколько же она не была в душе? Обещаю устроить ей настоящий праздник души и не чувствую стекающих по щекам слез. Я думаю о том, что произошло и осознаю свою глупость. Чувствую, как уходит жизнь. Моя жизнь. Неужели это конец? Неужели все, чего я добился – это ее ненависть и смерть? Тихое покашливание заставляет меня стряхнуть тревожные мысли. Смотрю на сестру. Это не она. Надежда накрывает с головой, застревает где-то в глотке и не дает дышать. Моя Кэролайн, моя маленькая девочка осторожно поворачивает голову, лежащую на моих ладонях, и открывает глаза. Ее взгляд. Разве может что-то быть прекраснее? - Кэролайн, - голос мой срывается, когда я сжимаю вампиршу в объятиях. Спасибо. Спасибо, что услышала. Мы сидим на полу в подземелье, прижимаясь спиной к спине. Я не вижу ее, но уверен, что поза полностью совпадает с моей – подогнутые ноги и руки, кольцом сжимающиеся на коленках. Мне хватает этого молчания с ней. Хватает того, что она не бьет меня, не кричит, не говорит. Просто позволяет мне чувствовать ее тепло и дыхание. Позволяет думать и представлять. Маленький дом у моря, пенные волны, лиловый закат. Я смог бы подарить ей весь мир. Сделать ее королевой Вселенной, самой ценной и самой вечной. Я смог бы сделать ее счастье своим и выжить без чужих смертей и боли. Я смог бы. Только бы она позволила. Я вздыхаю, чувствуя каждой клеточкой всю убогость своей души. Всю пустоту каменного сердца и ветхость собственной жизни. - Я отвратителен, - выдыхаю я и жду. - Да, - тихо говорит она. Такое короткое слово, но в нем нет ни капли боли, ни капли ненависти или отвращения. Только жалость. Безграничная жалость. - Кэролайн, - нежно выдыхаю я и опускаю взгляд в пол. – Что со мной не так? Жду ее криков, заламывания рук, обжигающих фраз, но вместо этого ощущаю лишь теплую ладонь на своей шее. - Ты просто устал. Поворачиваюсь, сжимая ее в объятиях, слышу, как скрипят хрупкие кости, но не могу ослабить хватку. Слишком нужно мне это. Слишком важно. Сердце к сердцу и выдуманный мир. И пусть это будет лишь иллюзия – черт с ней! Я хочу ее. Эту нарисованную, ничем не примечательную сказку. Улыбаюсь собственным мыслям, подхватываю принцессу на руки и выхожу из мрачного, пропитанного кровью помещения.