Меня зовут Эйден Нотт

      В аврорате царило приятное спокойствие. Последний год выдался на удивление спокойным и тихим. Амелия Боунс шла на встречу с Главой Аврората, чтобы обсудить дела и просто выпить чашечку чая в приятной компании. Ходившие по зданию клерки и авроры не обращали на неё внимания, знакомые молча кивали. Настроение было отличным. Отличным, пока Амелия не увидела одну особу в дорогом черном пальто и военных ботах. Само собой, одежда маггловская. — Госпожа Ария! — к мракоборцу, что отвечает за постоянную головную боль Аврората, подбежал молодой парнишка-стажер, только-только из Академии. — Госпожа Ария? Ты серьезно? На колени, холоп! — она улыбнулась и кажется не только Боунс, но и все остальные сбились с шага. — Ого... — Мне мерещится? — шептались люди вокруг, смотря на вполне себе милую улыбку. — А я думал, что она только скалиться умеет. — сказал кто-то не слишком умный, слишком громко и поспешил ретироваться. — Что хочешь? — Вас просили зайти в отдел по задержанию. — Грюм. Скажешь ему, что я зайду после обеда. — Но госпожа... — парень умолк, встретившись с взглядом с орденоносцем Мерлина и сбледнул с лица. — Ты глухой? — Нет. — Выполнять. — Слушаюсь! — И вообще, передашь ему, что я ухожу в отпуск. Длительный. — она покинула помещение. Тишина на этаже была гробовая. — Она, что, накрасилась? — задал вопрос в воздух Кингсли. — Бруствер! — глава департамента правопорядка позвала вероятную замену для Грюма. — Вы с ней что-то сделали? — Нет. Вы к Рене? — Да. — Я вас проведу, а по пути поделюсь мыслями по поводу ее состояния. Это началось около пяти лет назад. Она тогда впервые не использовала свое право выносить приговор на месте. — Она имеет такие права?! — Да, во время войны, Крауч дал ей и Грюму особые полномочия. Потом их как-то забыли отменить, а Аврорат молчал. Это было иногда очень полезно. — Как, например, при задержании Трэверса? — Да. — Хмм... — она это обдумает и обсудит с Рене и Альбусом. Фадж в этом вопросе был некомпетентным. — Ходят слухи, что она завела роман. — Серьезно!? Это правда?! Я в это не верила! — Никто не верил. Однако факты говорят сами за себя. Прорезавшееся милосердие, добрые шутки, косметика, отпуск... Похоже, кто-то смог занять место в её сердце.       Кингсли был хорошим мракоборцем и членом Ордена Феникса. Сильный, умелый и, самое главное, адекватный. Спокойный и собранный человек, это то, что должно прийти на смену вечной жестокой паранойе Грюма и садизму Арии. Аластор Грюм и Ария Лей-Рифт. Два человека, два мага и мракоборца из разных поколений. Две иконы и два ярких примера для остальных. Два человека, что во время войны полностью слетели крышей из-за постоянного использования темной магии. Их уважают, но боятся и не любят, а некоторые даже ненавидят. Если Грозный Глаз поймал и посадил половину узников Азкабана, то Мясник Аврората увеличила кладбище темных магов раза в два. Грюм старался брать живыми, когда это возможно, а она всегда убивала. — Здравствуй, Рене. — она поприветствовала старого друга, который был на удивление доволен, а не хмур, как обычно. — Привет, Амелия, хочешь хохму? — Само внимание! — Наша убийца выходит замуж. — ... — Рот закрой, муха залетит. — В смысле!? За кого? — Она не сказала и думаю, если бы я не подписал её рапорт, то очень сильно бы пожалел. Она умеет пугать. — Угрожала? Ее давно нужно было посадить. — Нет, не угрожала... Смотрела так, как смотрела на Пожирателей десять лет назад.       Амелия вспомнила совместные операции Аврората и Ордена. Вспомнила. Сглотнула. Прониклась. Ария и правда бывала очень... Жуткой. — Сколько её не будет? — Три года. Она уже служит двадцать три. Ей осталось еще два года до почетной отставки. Так что, вернётся из отпуска и сразу в отставку. — Да уж... Чего только не бывает... А ты, я смотрю, доволен! — Конечно! От нее так много проблем, так и много пользы. Пусть отдыхает. Пожизненно. — по крайней мере, пока он Глава Аврората.

***

      Дмитрий с интересом наблюдал за крайне редкой сценой. Эйден писал картину. За все их знакомство он видел подобное только три раза. Нотт писал портрет женщины, у нее были черные волосы, заплетенные в косу до колен, голубые глаза, что напоминали чистое летнее небо, светлая кожа и тонкий шрам под левым глазом. Самое чудное было в том, что писал он кровью различных магических животных, которые имели самую разную расцветку, начиная от обычной багряной и закачивая даже белой. — Знаешь, друг мой, не зря говорят, что люди творчества безумцы. — он сидел в кресле у камина и попивая кофе, внимательно наблюдал за действом. — Большинство художников, писателей и музыкантов имели психические дефекты. Это странная закономерность породила ошибочное мнение, что все люди творчества неадекватны или просто немного не в себе. — Прости, дружище, но после сегодняшнего зрелища ты точно немного не в себе, в прочем, как и все маги. — Ты редко собираешь всех нас. Что случилось? — Я просто опасаюсь Дамблдора. — честно ответил тот, не отвлекаясь от картины. — Он очень опасный противник во всех смыслах этого слова. Мы с тобой видели его дуэль с Геллертом. — рука с кистью на секунду замерла, но дальше продолжила выводить рисунок. — Да, а я не настолько силен и туп, чтобы бодаться с ним в одиночку. К тому же, мне он не враг. — Мне тоже. — князь пожал плечами. — Гонишь? Он посадил твоего сына! — А твоя аврорша едва не оттяпала ему руки. Я же зла на нее не держу? Мой сын, взрослый мальчик, и знал, на что идет. — Весьма равнодушная позиция. — Я бы сказал, суровая. — Знаешь, это странно, что меня вспомнили после стольких лет. — Кстати говоря, да. О тебе мало кто знал, ведь все дела в палате вел Чарльз, а тут такое... больше пятидесяти лет тебя будто и не существовало, а тут на тебе... — англичанин отложил кисть и задумчиво почесал щетину, морщинки появились у него под глазами. — Меня вспомнили явно не просто так. Предложение о моем назначении, высказал Ричард... — Пруэтт?! — он удивился. — Он же умер на войне! — Младший. — поправился Эйден. — Его сын, которого каким-то чудом вытащили живым из мертвой матери. — Да, Рик говорил, что его жена умерла во время бомбардировок Лондона. Захотела сходить в оперу. — Кстати говоря, что ты еще тут делаешь? Я, конечно, вас не гоню, но... — Скажем так, мне нужно переждать, пока бурления там утихнут. — князь чуть улыбнулся. — Мой внучок натворил делов, вот и пусть расхлебывает. Может ума наберется? — судя по интонации голоса, верил он в это очень слабо. — Тебя опять пытались убить? — Не опять, а снова! — русский шутливо отсалютовал. — Ладно, будешь почетным гостем. — Кстати говоря, — князь отбросил всю шутливость и стал таким, каким его все привыкли видеть. — Эти твои воспитанники... Может кто-то из них? — Возможно. Их немного. Всего пара семей и несколько одиночек... Семейные точно не предадут, я им еще в детстве мозги чуть-чуть поправил на верность. — Внушил мысль, а они просто привыкли к ней с годами. Изящно. — Наверно. А вот такие одиночки, как Драмер, Роулер и Готфи могли и предать. — Готфи, это тот, который чернокожий? — Да, Жерар. У него есть мотивы. Я отказал ему, когда он хотел жениться. Хотя... — А что очкарик? Насколько я понял, его защиту разума не пройти? — Талантливый малый, что еще скажешь. Вряд ли он, пусть и актер хороший, но Арию любит и свое положение тоже. — А этот Роулер? — Простой аптекарь в нашей лавке, что в Косом Переулке. — в зал вошел Себастьян. <      Себастьян Гэс. Национальность - немец. Статус крови - полукровка. Возраст - сорок семь. Резерв - три средних мага. Мастерство - Боевая и Темная Магия. Женат. Двое сыновей. Сайлус и Аделард. Седеющий крепкий мужчина с густой бородой и усами. Из-за каких-то причин, он внешне очень быстро старел, причем у его сына была замечена та же проблема. В руках у него было письмо с неизвестной печатью. — Мой Лорд, вам пришло послание от сеньора Делико Бессучи. Князь Долохов. — он уважительно кивнул. — Дмитрий, потом побеседуем. Дела рода. — Понимаю. Пойду проведаю Елену, может она уже очнулась.       Эйден сломал печать и бегло вчитался в строчки письма от испанского волшебника. Прочитав послание, он сжег его в синем пламени. Вновь неудача. Ну ничего, ждать он умеет. Вернувшись к картине, он размышлял, что делать и как менять Хогвартс. Изменить в лучшую сторону, пока не поступили его внуки. Замерев, он вспомнил очень важную вещь. В следующем учебном году поступает Гарри Поттер. Вечный источник проблем и заноза в заднице, а с ним... Цербер, василиск, Локонс, и мерзкий Реддл. Что из этого хуже, он не решался судить.       Похоже, что школьную проверку придется устроить чуточку раньше. Если Дамблдор не пойдет на компромисс, придется отправить детей в Дурмстранг. Хотя... Там же Каркаров, а еще Распутин в качестве преподавателя Магии Крови. Нет! Французов он не любил, значит Шармбатон тоже отпадает. Выходит так, что придется менять Хогвартс в ускоренном режиме. Написав письмо и отправив его директору школы, он стал собираться.       Официальный черный костюм тройка сидел, как влитой, вместе лакированными туфлями. Трость придется оставить. Надев защитные артефакты для разума в виде двух серёг и крестика, Эйден осмотрел себя. Достойно. Люди судят по обложке, поэтому всегда нужно создавать идеальное первое впечатление. Дальше лишь нужно его поддерживать. Для начала, он перенесся каминной сетью в Министерство и захватил печать главы, а затем уже в Хогвартс.

***

      Альбус Дамблдор созвал всех учителей в учительской для важной беседы. Прибыли все, даже вечно недовольный Снейп. — Дорогие коллеги, прошу минутку вашего внимания. Глава совета решил устроить проверку раньше указанного срока. — И когда нам его ждать? — спросила Минерва. — Надеюсь не на следующей неделе, у нас полно проблем.       Альбус посмотрел на часы, что висели на одной из стен. — Где-то минут через пять.       Учительская погрузилась в гробовую тишину. Альбус же задумался, пока остальные находились в легком шоке. К чему такая спешка? Что произошло? Ускорять проверку на целых полгода... Дамблдор допускал, что Нотт просто пустил пыль в глаза и решил застать их врасплох, но это немножко не вяжется с слухами о нём. Говорят, что он очень инертный и не любит торопиться.       В этот момент камин в учительской загорелся зеленым пламенем и из него вышел сам волшебник. Первое, что отметил директор, защитные артефакты и маггловский костюм из дорогого материала, а еще отсутствие трости. В целом, на них смотрел тот же мужчина, которого показывал Филиус. Только седины больше и появился еще один шрам на переносице. На руке был перстень главы рода. — Добрый вечер, дамы и господа. Позвольте представиться, Эйден Корнелий "Чандлер" Нотт. Новый глава Совета Попечителей. — Рады приветствовать вас. — директор широко улыбнулся и протянул руку, которою аристократ крепко пожал. — Думаю, стоит познакомить вас с личным составом? — Давайте отложим это на завтра, есть много дел, которые я бы хотел с вами обсудить. — Тогда предлагаю пройти в мой кабинет.

***

      Эйден осмотрелся. Кабинет был опасным местом. Все эти безделушки и хлам, на самом деле артефакты. Защитные, атакующие, но есть в этой куче всего и просто мусор. — Могу я у вас поинтересоваться, почему вы перенесли проверку на такой срок. — спросил директор, который не выглядел, как клоун.       Плотная серая мантия, колпак, очки полумесяцем. Ухоженная седая борода и длинные волосы до плеч. Он был опасным магом. Нотт уверен, что даже под полным зельевым допингом, алхимическим усилением и ритуалами не победит его. Разница в силах слишком велика. — В следующем году мои внуки поступают в вашу школу. Я бы хотел заранее убедиться, что Хогвартс может дать им достаточный уровень образования. — Дамблдор даже не удивился, поведение Нотта типично для чистокровных. — Понимаю. Не хочется признавать, но уровень образования и правда немножко упал, текучка учителей по ЗОТИ очень большая. — Какова же причина? — Ходят слухи, что Волан-де-Морт проклял эту должность. — от упоминания имени Темного Лорда ему было ни холодно, ни жарко. — Тогда, как насчет того, что просто изменить название предмета? Защита от магических искусств? — Думаю, это вполне может сработать... — Также я бы хотел поговорить про Минерву Макгонагалл... — Она блестящий специалист и дипломированый мастер трансфигурации, к тому же зарегистрированный анимаг... — Все это прекрасно, господин директор. Однако смею заметить, что совмещение сразу трех должностей сильно нагружает нервную систему. Я слышал, что у нее столько забот с документами школы, что совсем нет времени на родной факультет. Потому я вынужден настаивать на снятии ее с одной из должностей. Какой именно выбор за вами. — Мистер Нотт, что вы скажете о том, чтобы спросить о этом саму Минерву? Она давно просила меня найти кого-то еще, но в наше время мало кого заботят дела школы. — Идея неплоха. Не могли бы вызвать госпожу заместителя? — Конечно, она уже в пути. — чары внутренней связи, хитро. — Также я бы хотел заменить профессоров истории, маггловедения и зельеварения. Я уже нашел кандидатов на их места, прошу вас ознакомиться со списком. — стопка бумаг, которую он достал из внутреннего кармана, легла на стол.       Дамблдор спокойно листал список и честно сказать, пребывал в очень смешанных чувствах. Здесь были действительно хорошие варианты, начиная Персивалем Аарлоом и заканчивая Салливан О'Коналл. Прекрасные специалисты, он лично принимал у них зачеты по зельеварению. А вот такие личности, как Нортон Шаффик и Аурелиос Придчард откровенно напрягали. История... Айдан Ботли сразу нет. Участник войны и не на их стороне. Отто фон Швайрх. Немец? Про него он не слышал. Пожилой, уже двести стукнуло. А все понятно. Ветеран многих войн, точно немножко не в себе. Мастер Рун и Трансфигурации. Нет, на крайний случай. Джонатан Роулер. Альбус напряг память. Рейвенкло, староста. Прилежный ученик и хороший ловец, играл за Англию, пока не сломал шею. Потом заработал страх полетов и теперь работает скромным аптекарем в Косом. Лиам Гринг... Нет. — Думаю, что мистер Швайрх прекрасно справиться с должностью историка школы. — Я вышлю ему запрос о встрече. Господин директор, если у вас есть свои кандидаты, то я готов выслушать. — а вот это для директора было неожиданно.       Дамблдор по новому взглянул на сидящего перед ним человека. Этим жестом он явно дает понять, что не хочет конфронтации и готов идти на компромисс. А это уже достаточно много значит для такого человека. Это много меняет. — Думаю, что новым профессором маггловедения вполне могла бы стать Маверик Течч. Она полукровка, что смогла получить параллельно еще и образование в мире простецов. — Вот как? Что же, я не против рассмотреть её кандидатуру. Кстати, почему закрыли Дуэльный Клуб? — в голосе Нотта было самое настоящее возмущение. — Нехватка рук. — нехотя признал Альбус.       Флитвик не разорвется, а давать тому Маховик... Нет, оно того не стоит. Лучше уж без клуба. Он подозревал, что полугоблин вербовщик банка. В мире магов нельзя кому-то безоговорочно доверять. — Я требую возродить его! Что это за богохульство? За все время истории школы Дуэльный Клуб всегда существовал! Это одно из тех положений, что я буду отстаивать до конца. Думаю, можно нанять отставных авроров или же действующих чемпионов для проведения хотя бы показательных занятий с детьми. — Думаю, этот вопрос можно отложить и на потом. — в кабинет вошла декан, профессор и заместитель в одном лице.       Минерва выглядела уставшей. Из-за постоянной нервотрепки, женщина выглядела старше, чем должна была. Но при этом, Эйден считал, что перед ним очень красивая женщина. Черные волосы с легкой сединой, карие глаза за стеклами очков. Он даже на мгновение залюбовался этой строгой и чопорной дамой. — Вы вызывали меня, директор? — Да, скажите, профессор Макгонагалл, какую из должностей вы желаете оставить? — Ну, наконец-то, мои молитвы услышаны. — она облегченно вздохнула. — Я бы хотела оставить свой пост профессора. — Ну, тогда на этом решили. У меня есть несколько людей на примете для ведения этого предмета. Дипломированные мастера трансфигурации и зарегистрированные анимаги. — Однако, думаю стоит пригласть их для начала на стажировку, а полноценно давать должность с нового учебного года. — высказалась Минерва и старые пни её мнение поддержали. — Господин директор, давайте остальное обсудим завтра. Не могли бы выделить мне покои? — Конечно, Мистер Нотт. Скапр! — Господин директор, вызывал Скапра? — Проводи господина председателя в покои его предшественников. — Слушаюсь!

***

      Эйден осмотрел свои покои. Домовые эльфы уже убрали пыль и обновили мебель. Покои напоминали небольшую квартирку. Отдельно туалет и каменная ванна. Просторная спальня, рабочий кабинет и зал для приемов. Уютненько. Ночевать он здесь, конечно, будет редко, но иногда будет. Механически наводя порядок, он размышлял. В принципе все прошло не так уж и плохо, как он думал. Дамблдор показал себя адекватным человеком, способным на компромисс и конструктивный диалог. Не было в нем слепой гордыни и тщеславия. Это хорошо, значит с ним можно работать.       Новый преподаватель истории будет уже завтра. Отто был сильным волшебником, путешественником и выдающимся оратором. Сможет заинтересовать детей, а то, что тот обучал Чарльза, это незначительная мелочь. Для себя он решил, что побудет председателем только следующие семь лет, пока обучаются его внуки и Гарри Поттер. От греха подальше. С такими личностями лучше держать руку на пульсе. Цербер отправится в заповедник, либо на ингредиенты. Василиска не нужно пробуждать. Он одна из защитных функций замка на случай осады и Дамблдор это знает. Обязан знать. Эйден задумался. Почему он сидит здесь? В школе? Да, долькоед, конечно, еще занимает пост верховного судьи и председателя МКМ, но львиную долю своего времени он посвящал школе. Он на секунду вспомнил дуэль Грин-де-Вальда и Дамблдора. Тот уровень волшебства, который показал Альбус, был просто... Шокирующим. У него резерв, как у пятнадцати магов, плюс подключен к одному из сильнейших магических источников в мире, а именно Хогвартсу. Плюс дружба с Фламелем, а еще феникс в качестве фамильяра, бузинная палочка и обладание светлой магией. Но пугало всех не это. Пугало всех то, что Альбус смог победить Геллерта и отделался всего лишь травмой глаз. В то время, как человек который выкашивал армии, остался жалким сквибом без ноги, части внутренних органов и спаленным напрочь магическим ядром. Конечно, ему дали титул сильнейшего мага. Некоторые старые архимаги вполне смогли бы его победить, но они личности не публичные. Наложив на двери кучу чар, он перенесся камином в министерство, а оттуда в дом и лег спать. Усыпляющее зелье в помощь. Он должен быть свежим и бодрым, завтра много дел.