От ненависти до любви

За прошедший час, я смогла каким-то чудом завести довольно интересный разговор с близкой подругой Тани. Разговор, в ходе которого она довольно осторожно пыталась меня о чём-то предупредить, но Таня появилась слишком «вовремя». И довольно холодно заткнув свою подругу, бесцеремонно схватив меня за руку, повела в какую-то из многочисленных комнат. И пока мы шли, я пыталась быстро прокрутить в голове весь разговор. Перед тем как зайти в комнату вслед за Таней, я мельком взглянула на её подругу, замечая в глазах той сочувствие, что заставило меня нахмуриться и засомневаться буквально во всём. — Проходи, не стесняйся. — Таня завела меня в комнату, тут же захлопывая за нами дверь, закрывая ту на два оборота замка, пытаясь незаметно для меня убрать ключ к себе в карман. — Тебе налить? Скорей этот вопрос она задала из вежливости, пытаясь как-то отвлечь моё внимание, ну, или же это у неё вышло на автомате. Это я смогла предположить из того, что после своего вопроса она зависла на некое мгновение, скорей всего пытаясь что-то осознать. Но её замешательство не продлилось долго, так как почти сразу же она, встряхнув головой, вальяжно прошла вглубь комнаты, доставая из мини-холодильника виски и колу, когда же я всё это время стояла на месте, молча наблюдая за её действиями. — Спасибо, но не стоит. — моргнув, выйдя из задумавшегося состояния, всё же ответила я, робко проходя вглубь комнаты, неуверенно занимая место на кровати, при этом не переставая хмуриться, пытаясь проанализировать её действия, да и всё ранее произошедшее. Весь вечер я только и хотела её внимание, но вот оказавшись наедине, мне стало как-то не по себе. Окружающая меня обстановка так и кричала: Беги. Уходи. Одумайся. Но к сожалению или к счастью, я не хочу слушать никого и ничего. Мои чувства к ней перекрывают все внутренние крики, опасения и предупреждения. Я хочу сейчас остаться здесь с ней. Пусть внутри меня и играют противоречивые эмоции. Пока я была в своих мыслях, Таня молча наблюдала за мной, и как только мой взгляд стал более осознанным, она, поймав мой взгляд, лишь неоднозначно пожала плечами, скорее всего это был ответ на мой ранний отказ. — Ну, а я пожалуй выпью. — ответила она, метнув взгляд в пол и тут же мельком взглянув на меня, она стала наполнять, непонятно откуда взявшийся бокал янтарной жидкостью. — Тебе бы я тоже советовала пригубить, но раз ты не хочешь — поставив бутылки на место, и взяв стакан в руку, она пошла в мою сторону. — то и заставлять не буду. И сев на стул прямо напротив меня, она сделала большой глоток обжигающей жидкости, даже не поморщившись. — Ну, рассказывай. — она стала внимательно наблюдать за мной и мимикой моего лица. — Как ты? Что нового? Я тяжело сглотнула,потупила взгляд в пол, не понимаю к чему всё идёт, в частности: к чему все эти вопросы. — Ну вроде всё неплх… — я не успела договорить, как её губы накрыли мои, и моё горло тут же что-то обожгло, заставляя меня закашляться до слёз и боли в лёгких. Да как она вообще смогла оказаться рядом настолько быстро и незаметно. Вот сидит напротив, а в следующее мгновение терзает мои губы. — Ну, ну. — она тут же отстранилась от меня, опираясь на свою руку, со стороны моей ноги, а другой рукой она легонько похлопала меня по щеке. — Тише, впервые пьёшь? — на её вопрос я смогла только кивнуть, продолжая задыхаться от жжения в горле. — Сейчас отпустит. — она оттолкнулась от кровати и, взяв уже пустой бокал, она вернулась к холодильнику и наполнила бокал ещё раз. — Лучше? — наполнив его до краёв и тут же осушив, спросила она, как только мой кашель немного утих. — Немного. — ответила я сиплым голосом, продолжая несильно покашливать. Очень неприятное ощущение. — Ну ничего — выдала она, вновь осушив полный бокал. — с возрастом ты почти перестанешь ощущать вкус алкоголя. — недолгое молчание. — Прямо как я. Медленно покручивая бокал и смотря куда-то в пустоту, сказала она довольно уверенным голосом. А у меня невольно возник вопрос. С чего вообще такая уверенность, что я полюблю алкоголь и буду его пить точно так же как и она? — С чего такая уверенность? — слова вырвались сами собой, явно не собираясь больше оставаться лишь моими мыслями. Благодаря чему я словила её суровый и в тоже время пустой взгляд, заставляющий переформулировать свой вопрос, и вновь словить беспокойство, но уже в двойном размере. Впервые вижу такой взгляд. От него бросает в дрожь. — Почему ты… так уверены, что я полюблю его также? — Ты… — я нахмурилась. — Иногда меня напрягает твоя фамильярность. — мимолетный холод и моё напряжение. — И отвечу на твой вопрос. — она пошла в мою сторону, садясь рядом. — Просто чуйка. А у меня после её ответа все противоречивые чувства и сомнения заиграли с двойной силой. Чёрт. — я сжала руками простынь, в тот момент, когда её рука легла на мою ногу. — Мне страшно. — Не бойся. — тут же последовал ответ, перед тем как её губы коснулись моих. — Доверься мне. — поцелуй в шею. — Я не причиню тебе боль. — поцелуй в уголок губ. Она целовала меня нежно, не спеша, как будто смакую этот момент, когда же я под её натиском начала расслабляться, а все мои мысли стали отходить на второй план. Незаметно для меня она повалила меня на кровать, прижав своим телом сверху. Вновь лёгкие поцелуи в губы, шею, подбородок. Мягкие и осторожные касание рук, к моему телу. Она делала всё настолько мягко, нежно и медленно, как будто боялась спугнуть, опасалась, что я убегу. — Всё хорошо? — спросила она после достаточно долгих ласк, именно тогда, когда я начала ёрзать под ней. — Не знаю. — я немного испугалась своего охрипшего голоса, совершенно не понимая странную реакцию тела. — Дальше будет только лучше. — и ободряюще улыбнувшись, оседлав мои бёдра, внимательно смотря в мои глаза, она стала неспешно стягивать с себя верх. — Нравится? — задала она вопрос, словив мой жадный взгляд на своём теле. Сил хватило лишь на мой скромный кивок и на выступ румянца на щеках, на что я сперва словила её смешок, а затем хищный взгляд. — Теперь ты. — на этих словах она неспешно стала стягивать с меня одежду, внимательно продолжая смотреть в мои глаза. Несколько мгновение, и вот я лежу под ней полностью обнажённой, в предвкушение ожидая дальнейших действий. Первый раз был сказочным. Но и в тоже время мне было больно. Но она смогла смягчить эту боль. Сделать всё, чтобы мне захотелось повторить это. И мы повторяли, раз за разом. Новые позы, места, игрушки. Она извращала меня, заставляя забыть, что такое стыд, и узнать, что такое «Госпожа» и бдсм. Она смогла показать мне другую сторону меня.

***

Как же мне сейчас больно. — слёзы без остановки лились из моих глаз. Нет никаких эмоций. Я не чувствую совсем ничего. Как она могла так со мной поступить. — эти мысли то и дело крутились в моей голове. Сейчас остались лишь сожаления и воспоминания о том дне, когда я позволила ей завести меня в ту комнату. Когда я позволила себе довериться ей, поверить и влюбиться окончательно и бесповоротно. В моей голове невольно всплывают все хорошие воспоминания. Наш первый раз. Её забота, внимание, подарки. Совместное времяпрепровождение. Какая-никакая защита. Все счастливые моменты, как одно мгновение, проносятся перед глазами, но всё это тут же перечёркивает её сегодняшний поступок. Слёзы уже закончились. Осталось лишь горькое послевкусие и гора мыслей, за которой я не заметила того, как пришла обратно домой, наплевав на все запреты и наставления отца. Окончательно потеряв страх и, наверное, смысл в жизни. Как только дверь за моей спиной закрылась, я прислонившись к той спиной, медленно съехала на пол, обнимая свои колени, поджимая их к груди. Как же мне мерзко от самой себя. — пронеслось в моей голове. — Было столько звоночков. Я видела, как она относилась ко мне. Её холод, который с каждым днём только разрастался. Но я всё терпела. Желая лишь быть рядом, ища в ней поддержку и опору… А она… — за потоком мыслей я не заметила, как из глаз пошли слёзы, а на смену им пришла истерика. Вспышки: стена-кровь, боль-удовольствие, крики-умиротворение. Когда я пришла в себя было утро или день. Не знаю. Смотреть на часы нет никакого желания. А на погром в квартире тем более. Даже убирать всё это нет никакого желания, да и кажется смысла. Мне даже параллельно на то, что подумают родители, и в каком они будут гневе. Сейчас на всё наплевать. — с такими мыслями я поднялась в свою комнату, закрываясь изнутри. Кое-как дойдя дальше, до кровати, прямо в одежде, я упала на неё, забываясь в тяжёлом сне с бесконечными кошмарами и беспокойством. Следующий день, встретил меня не очень радостно. Горло болело от вчерашних криков. Голоса почти не было. Руки в кровь. Тело болело. Но больше всего меня удивляли спокойствие и тишина в доме, а больше всего то,что мне дали так долго просыпаться. Затишье перед бурей? — первый логичный и вполне здравый вопрос, пришедший ко мне в голову, после того, как я более-менее отошла от тяжёлого сна. А вот сейчас. Когда я полностью вернула ясность рассудка, мне стало страшно. Мало того, что я наплевала на слова отца. Так я ещё и устроила такой пиздец, за который я боюсь представить, что меня ждёт. Как только это осознание приходит. Я, наплевав на боль и мерзкое состояние, подорвалась с кровати и понеслась к выходу из комнаты, надеясь по-быстрому навести порядок, надеясь на лучшее. Но как только все преграды у двери были убраны в сторону, я, положив руку на ручку, в страхе замерла. А вдруг они дома и просто не смогли попасть ко мне в комнату, а сейчас поджидают момент, когда я выйду, чтобы всыпать мне по самое не хочу? — дрожь прошла по всему телу, за предстоящим ужасом, я даже забыла о вчерашних событиях. Меня сейчас пугало не то,что уже случилось, а то что меня будет ждать. — Вечно прятаться я всё равно не смогу. — сказала я себе под нос, пытаясь хоть как-то придать себе сил и уверенность, и вроде как немного получилось, дёрнув ручку двери, я вышла из комнаты. Дальше мне не понадобилось очень много времени для того, чтобы собраться с остатками сил и уже на свой страх и риск спуститься в гостиную, где обычно и собирается всё моё семейство. И какого же было моё удивление, когда я застала пустой дом и нетронутый, наведённый лично мной беспорядок. Может, ловушка или какое-то новое изощрённое наказание? — с такими мыслями я максимально тихо обошла весь дом, постоянно оглядываясь по сторонам, в том числе и назад, боясь, что меня кто-то схватит сзади. Да, возможно и похоже на какой-то бред из малобюджетного ужастика, но на данный момент, я пытаюсь предвидеть все возможные и неожиданные для меня моменты, варианты и исход событий. И лишь когда я полностью обошла весь дом, лично убедившись в том, что в доме ни души кроме меня, я облегчённо выдохнула, вновь оглядев весь беспорядок, приступила к уборке, включив на заднем плане тихую музыку. Как это обычно и бывает, за уборкой и хорошей музыкой, все негативные эмоции и непрошеные мысли отходят на задний план. Но рано или поздно всё хорошее заканчивается. Когда я стала отмывать кровь со стен. Перед глазами стали всплывать флешбеки недавней ночи. И что самое мерзкое во всей этой ситуации, я пыталась найти ей оправдание. После всего, я ещё на что-то надеюсь. — снова слёзы. В довольно странном эмоциональном состоянии, я закончила приводить всё в более-менее должный вид. Это если не считать пару разбитых ваз. Которые уже, как ни крути, я не смогу восстановить. Но в целом, всё выглядело как прежде. Тяжело вздохнув, вновь оглядев всю комнату, в частности оценив наведенный мной порядок, я, стянув перчатки с рук и бросив их в ведро, вытерла пот со лба и тупо, окончательно отключив инстинкт самосохранения, я пошла дегустировать папин мини-бар. Сейчас, сидя на диване в гостиной, покручивая бокал с янтарной жидкостью, мне невольно вспоминается тот день, когда Таня говорила, что когда-то я не буду чувствовать вкус алкоголя так же как и она. — А ведь тогда я ей не поверила. — усмехнувшись на тот момент своей детской наивности и глупости, я, не долго думая, осушила бокал, не почувствовав вообще ничего. Хотя нет. Горький привкус всё же был. Но то было не от выпитого алкоголя. А скорее, от самой себя. Бутылка за бутылкой. Самоанализ. Давящая тишина. И я сама не заметила, как погрузилась в крепкий, пьяный сон. Сидя всё на том же диване. Очередное пробуждение встретило меня хуже предыдущего. Голова болела, желудок просил есть. Единственное, что осталось ничуть неизменным, так это давящая тишина, которая немного начинала напрягать. Но из-за своего состояния, единственное, о чём я могла думать, так это о еде. Долго не думая, я, включив телефон, зайдя в первое попавшее приложение, заказала себе какую-никакую еду наугад и главное минералку, легла обратно спать. На этот раз я проснулась не сама, меня разбудила трель дверного звонка. Недолго полежав и вспомнив последние события, я предположила, что это был курьер с моей едой. И, о чудо, я была права.- думала я, сидя на диване и уплетая непонятно какой салат, запивая тот минералкой. И вот ближе к вечеру, этого же дня, я, наконец-то протрезвев, вновь начала ловить флешбеки, параллельно задумываясь, куда делась моя семья. Ничего лучше не придумав, как отговорку о том, что они просто поехали куда-то отмечать свой успех, что не могло меня не радовать, я вернулась к бару отцу и выбрав от туда несколько зацепивших моё внимание бутылок, я вернулась к своему уже полюбившемуся дивану, вновь наполняя стакан. На этот раз я выпила лишь один бокал. Но и его сполна хватило на то, чтобы я вновь вспомнила ту ужасную ночь и вновь заплакала, но в этот раз это скорей уже было от бессилия и принятия, всего того что со мной произошло. Когда же меня немного отпустило, я было потянулась к бутылке, чтобы наполнить свой бокал вновь, как поняла, что вся эта тишина и атмосфера только сильнее давят на меня и моё эмоциональное состояние. И не придумав ничего лучше чем, как заполнить эту тишину каким-либо шумом, я включила телевизор и оставила его работать на первопопавшемся канале, я потянулась за бутылкой. Особо не вслушиваясь, что там происходит. Бокал, ещё один. И тут я решила мельком взглянуть на экран. О чём тут же пожалела. Это был новостной канал. Канал на котором в данный момент шли новости. Новости о достижениях довольно богатых и влиятельных людей нашего города. И какова же была моя удача, увидеть на экране её лицо. Шанс один на миллион. Тут же мгновенный ступор. Вслед — слёзы. И в последствие очередной срыв. В этот раз алкоголь меня спас вновь. Я не помню, когда отключилась. Но проснулась я довольно резко, услышав голос отца из телевизора. А затем услышав следующие новости: — А теперь к главным новостям. Семья известного бизнесмена попала в ужасную аварию. Вечером, когда те возвращались, как сообщают источники, с очень успешной сделки. Детали которой до сих пор остаются нам неизвестны. Из-за мокрых дорог и плохого поля зрения. — я дотянулась до пульта, делая звук громче. — Биснесмен, не справившись с управлением своей машины, вылетел на встречную полосу, лоб в лоб столкнувшись с фурой. Бизнесмен и его жена погибли на месте. И на данный момент, как утверждают источники, их единственная дочь находится в тяжёлом состоянии. Шансы что она придёт в сознание крайне малы....... Ступор. Слёзы, непонятно из-за чего. Звук бьющегося стекла и мой истерический смех.

Пять месяцев спустя.

— Алиса Павловна. — мой адвокат тут же вышел за мной из зала суда. — Спасибо Вам, Павел Фёдорович. — я обернулась на него, улыбнувшись уголком губ. — Поздравляю вас с очередным выигранным делом. — я пошла дальше, он последовал следом. Оказавшись на улице, меня тут же ослепили вспышки камер. За которыми последовали назойливые вопросы журналистов. — Приятно было с вами поработать. — сказала я уже в машине. Адвокат занял место напротив меня. — Оставшаяся сумма будет переведена вам до конца сегодняшнего дня. — снова моя улыбка. — Всего доброго. — его улыбка. Я высадила его за углом судебного здания. И как только адвокат покинул мою машину, я смогла вдохнуть полной грудью. — Наконец-то всё позади. — я нажала на селектор, чтобы отдать приказ водителю. — Едем домой. Эти пять месяцев были сплошным адом. Сложнее всего конечно было выйти из запойного состояния и накатившей депрессии. Всё остальное же было более-менее сносным, но таким нудным и скучным. Все прошедшие события, я помню так чётко, как будто это всё произошло только вчера, будто всё свалилось в один день. Тогда как только я взяла себя в руки. Первое что я начала делать, так это обдумывать как мне быть дальше. На ум приходила только жёлтая пресса. Куда я и обратилась, дав новость о том, что у моего отца была не одна дочь. На многое я не рассчитывала, но новость завирусила так, что мне стало даже страшно. О последствиях данной ситуации, в тот момент, я даже и подумать не могла. После смерти моей семьи и моей новости, стало появляться масса якобы наследников, желающих откусить хотя-бы кусок, того что нажил мой отец. И вроде бы, на этом должно было быть всё кончено. Да и я уже начала опускать руки, совершенно не зная, чего я ожидала, и что делать дальше, как тут очнулась моя сестра. Об этом трубили все новости. Попасть к ней была ещё та проблема, но всё же мне удалось это провернуть. И вот оставшись наедине, я смогла заручиться её поддержкой. И узнать, что очнуться то она очнулась, но вот только на всю жизнь она осталась инвалидом. Всё ниже шеи было парализовано. Что было несомненно мне только на руку. На фоне её инвалидности и я смогла уговорить её сказать папарацим и на официальном уровне объявить меня своей сестрой, взамен пообещав быть её правой рукой и заботиться о ней до конца её жизни. Это сработало лишь благодаря тому, что я смогла убедить её и запугать тем, что якобы уже её деньги, пока она лежит в больнице, да и проходит курс реабилитации, просто присвоят, и в конечном итоге она получит ровно ничего. На моё удивление, ну и конечно же к счастью, мои слова сработали должным образом, и вот я уже ошиваюсь рядом с ней, за спиной набирая власть и постепенно присваивая себе все деньги. Мне не понадобилось много времени. Чтобы в конечном итоге встать во главе бизнеса и послать сестру куда-нибудь, конечно же на официальных основаниях. С помощью сегодняшнего суда я смогла отсудить себе всё возможное состояние. В конечном итоге занимая место отца, становясь единственным наследником. И конечно же моё восхождение по карьерной лестнице, не утаилось от глаз и ушей высших кругов, да и прессы. Вскоре меня стали неоднократно приглашать на светские мероприятия, желая познакомиться с новым «коллегой». На одной из таких встреч, я заметила её. Всё такая же яркая, заметная и эффектная, но уже с другим подростком подле себя. Недостающие пазлы сами собой заняли своё место. Не было ненависти, не было злости, было лишь желание показать ей кого она потеряла. Ну и может быть отомстить. Но сейчас не время. — промелькнуло в моей голове, в тот момент когда наши взгляды встретились. — Оно ещё придёт. — она отвела взгляд в сторону, приобняв подростка за талию. Тогда я не знала, что это была наша последняя встреча. После этого дня, о подобных мероприятиях я могла только мечтать. Я с головой погрязла в рутинах бизнеса. Это оказалась намного тяжелее, чем я думала. Год за годом, мысли о скорой встречи заставляли меня работать всё больше и больше. И вот когда я наконец-то смогла выбраться, она как будто испарилась. Такое чувство как будто меня обвели вокруг пальца. Неприятное чувство. И лишь несколько мыслей: Я найду тебя. Как же я соскучилась. И как же хочу отомстить.

***

И вот спустя долгое время, после всего что она со мной сделала, я смогла вновь увидеть её. И какого было моё разочарование когда передо мной предстала всё та же женщина с той же внешностью, голосом, да у неё даже всё те же жесты и тот же взгляд. И я более чем уверена, что у неё все тот же характер. Но вот даже не смотря на это, уже что-то в ней не то. Ну или что-то со мной не так. Я не чувствую к ней совершенно ничего. Нет тех бабочек в животе, нет прежнего волнения. Нет тех прежних эмоций. У меня даже нет желания хоть как-то мстить ей за все её грехи, за всё то что она когда-то сделала со мной. У меня нет к ней вообще никакого интереса. Это осознание очень сильно пошатнуло меня. И вот с горой непрошенных мыслей я зашла в дом, сразу понимая, где собрались все наши общие знакомые. Незамедлительно, с бешено колотящимся сердцем я пошла на голоса. И тут, зайдя в зал, я замерла буквально на мгновение, увидев среди знакомых мне лиц маленькую копию той, кого я когда-то любила. Вдруг понимая, что былые чувства вернулись. Нет, даже не так, это не то что я когда-то чувствовала к Тане, то было что-то детское и невинное, в какой-то степени наивное и глупое. Именно то что хочет и может чувствовать ребёнок, который хочет чтобы к нему проявили какое-либо внимание и заботу. Именно то что так недоставало в детстве. А вот то что я испытала сейчас нечто другое, то чего я пока не могу до конца понять. Но это чувство очень приятное. Тёплое. Будоражащие всё внутри меня. Я хочу узнать её ближе. — это была первая мысль, когда я взяла себя в руки и заняла место в кресло.