История одной смерти

-Не страшно? Сора повернула голову на звук. Рядом с ней стояла молодая женщина в брючном костюме, с собранными в низкий пучок волосами и документами в руках. Сора покачала головой. Нет. Страшно было еще утром, когда перед своим домом она увидела кровавые ошметки. И лицо. Расслабленное, в полуприкрытыми глазами и следом улыбки, словно человек смеялся, пока пролетал этажи. Сейчас же, когда в голове ярко отпечатался тот образ, девушка уже не боялась смотреть на труп. -А мне вот страшно, - прикрыла глаза незнакомка. Она тяжело вздохнула и сглотнула. -Это мой брат. Точнее, это был мой брат. Сора с распахнутыми глазами уставилась на девушку. Она боялась представить, какого ей. -Мэй. Мэй Такахаси, - протянула руку незнакомка. Сора пожала ее в ответ. -Сора Фудзита. Сочувствую вашей утрате. Мэй кивнула. Они стояли рядом, не зная что сказать друг другу в такой ситуации. Наконец, их вызвали. Девушки тихо зашли в прохладное помещение. У стены стояла больничная койка, укрытая простыней. Мэй заметила, что край ее был слегка запачкан кровью. От этого закружилась голова. Хотелось поскорей выйти из холодного помещения, воняющего гниющей плотью. И пусть родители сами разбираются с телом брата, вот уж кто точно пожелает почтить все традиции. Для них важнее было правильное захоронение и вся муторная церемония, чем смерть их единственного сына. Сора подхватила дрожащими пальцами край простыни у головы и потянула вниз. Увидев знакомое лицо, она вся задрожала. Зря она думала, что ей будет не страшно, что она уже привыкла. Нет, к смерти невозможно привыкнуть. Заметив, что Мэй старательно отводит взгляд в сторону, она поскорее укрыла тело и, легонько тронув девушку за плечо, предложила выйти. Все равно, они не могли тут что-либо поделать. Закончив с заполнением бесчисленных документов, они вышли на улицу. Смеркалось, вдалеке гремела гроза, обещая ливень. Сора подумала, что нужно скорее возвращаться домой, пока не хлынул дождь. -Зайдешь ко мне на чай? - вдруг спросила Мэй. Сора удивленно взглянула на нее, думая, что это просто дань вежливости и собираясь сказать, что поскорее поспешит лучше домой, но заметила грустный пустой взгляд девушки. Поняла, что это просто нежелание оставаться одной после смерти родного человека, нежелание чувствовать пустоту, которая уже пропитала ее душу. И тогда Сора согласилась. Сняв уличную обувь у входя, Сора прошла внутрь. Мэй включила свет в квартире, одновременно выжимая волосы. Они попали под дождь и не стали скрываться, и теперь ступали по прохладному полу, а с них ручьями текла вода. Мэй показала Соре ванную, сообщив, что принесет полотенце и сменную одежду. Постояв под горячими струями недолгое время, девушка вышла, обмотавшись полотенцем. Мэй кинула на диван стопку одежды и сама ушла в душ. Переодевшись в чистый свитер и шорты, Сора разлила по кружкам уже заваренный чай. Усевшись на диван, повернутый к окну, она укрыла пледом колени. Мэй вышла уже переодетая и, взяв кружку, села рядом. Она выглядела совсем иначе, в домашней одежде, с распущенными короткими волосами. Они слегка завивались черными волнами, прикрывая частично лицо, и вода стекала по ним, пропитывая черную футболку и смешиваясь со слезами. Да, она плакала. Незаметно слезы стекали по лицу, капали в остывший чай, безнадежно портя его. Сора и не знала, что сделать, сидела, сжав кулаки, давя слезы уже в себе. Она придвинулась к Мэй и обняла ее, и та уже плакала, не скрывая, уткнувшись в плечо и сжимая край свитера. Она была намного выше Соры, ей приходилось скрючиться, но это совершенно не мешало, это было совсем незаметно, ведь они обе были погружены в свою боль и свои переживания. -Знаешь, а ведь Рэй всегда прибегал сюда во время дождя по ночам. Сбегал от родителей и приходил сюда. И мы сидели с ним, как с тобой сейчас, оба никому ненужные и грустные, - Мей буквально зарыдала, пряча лицо в шее Сары. -Мы были друг у друга, понимаешь? Что мне теперь делать? Ради кого жить? -Мэй. Мэй, не отчаивайтесь, ладно? Пожалуйста, не надо. Я знаю, вам больно, но это временно слышите? Это все пройдет, боль всегда проходит. Да, мои слова не вернут вам брата, но и ваше отчаяние тоже. Ваш брат сделал это, потому что это было его решение, но вы в это не виноваты и не смейте делать то же, что и он, ладно? Мэй кивнула, все еще рыдая и пытаясь вытереть слезы. -Обещайте мне, Мэй. Обещайте, что не убьете себя, - Сора тоже плакала, выплескивая слезами чужую боль, словно пытаясь помочь пережить это и отпустить. -Обещаю. Девушка кивнула, принимая это обещание, которое вроде бы прозвучало искренне. Они так и уснули на этом старом диване: обнявшись, укрывшись одним тонким диванным пледом, под ропот дождя, и темные волосы Мэй сплелись с серебристыми прядями Соры, так же, как и их тела.