Арахабаки

      — Фёдор Достоевский, — повторил Дазай, будто пробуя имя на звучность, — Необычное имя. Иностранец?       — Что есть, то есть, — усмехнулся собеседник.       В воздухе повисло молчание. Дазай уже полностью повернулся лицом к Фёдору.       — Таааак, как я понял, ты знаком с Чуей? Где-то пару недель, так?       — Верно. Какой ты наблюдательный. Очень странно, что ты не обнаружил моё присутствие в жизни рыжика раньше.       От прозвища «рыжик» у Дазая аж лицо скривилось. Со слов других людей это наименование звучит мерзко. Только Осаму может его так называть… В плане издёвки, конечно.       — А должен был? Я Чуе не нянька, чтобы следить за его жизнью. Так, я до сих пор не понимаю, зачем ты пришёл ко мне? Мне друзья-психологи не нужны.       — Друзья-психологи? — и снова эта противная ухмылка, — Я не психолог. Просто у меня, в отличии от некоторых, получается справляться с ролью «друг, который поддержит в трудную минуту».       А вот сейчас было не приятно. То есть, Дазай в список друзей Чуи не записывался и не собирался, но почему-то это звучало ужасно. Особенно от человека, которого Накахара знает от силы две недели и уже называет себя его другом. А Осаму не может похвастаться таким призванием, хоть и находится рядом с ним уже год.       — Так ты не ответил на мой вопрос, — отозвался Дазай, стараясь не выявлять обиду на лице, — Что тебе надо?       — Я предлагаю тебе небольшую сделку. Она не так значима и важна, не переживай, — проговорил Фёдор, завидев напряжённое выражение Дазая, — Ни на тебя, ни на мафию, и уж тем более на Чую она не повлияет… (ага, ага)

***

      Чуя сидел в своём кабинете, роясь в бумагах.       *И всё же думаю, он волнуется*       "Да, блять, заткнись. Дай поработать нормально!"       *Чуя, ты всю работу уже выполнил. Мне кажется, что даже на несколько недель вперёд. Перебирать сделанную работу — не работа. *       "Да забудь ты уже про этого неженку. Бесишь, ей богу"       *Да я б о нём и не думал, но ты не забывай, в чьей голове я нахожусь*       Столь увлекательный спор прервался, как только дверь в кабинет рыжего открылась. На пороге появился Дазай, держащий какую-то баночку в руке.       — Должен вас просветить, милейший, — саркастично произнёс владелец помещения, — У вас есть свой кабинет, конченый кусок идиота! Харе ко мне шастать! Заебал!       — Не ори, пожалуйста, — не свойственно тихо и вяло ответил вошедший, укладываясь на диван, — Голова что-то кружиться…       Чуя бы не обратил внимание на поведение Осаму, не будь оно таким странным. Накахара подошёл к лежащему, всматриваясь в лицо. Бледное, с синяками под глазами и очень измученное. В руке всё ещё та баночка       — Ты чё сожрал, придурок? — выхватывая предмет с рук Осаму, спросил Накахара, — Что это за хрень?       — Не знаю…       — Всмысле?! Ты ебанутый, всякое в рот пихать, скумбрия недоношенная?! А если сдохнешь?       Ответа не последовало. Чуя ещё минуту осматривал тело напарника, что уже почти бездыханно валялось на диване, пуская слюни на подлокотник. Вроде просто вырубился и ничего серьёзного, но белизна физиономии и тяжёлое дыхание говорили об обратном. Крипово. Накахара не придумал ничего лучше, чем обратиться к Мори. Звонок один, звонок два, звонок три… Не отвечает. Точно. У него сейчас собрание с какими-то шишками. Что ж делать то? Первое — Чуя аккуратно положил на горячий, как лава, лоб мокрую тряпку. Второе — подложил под голову подушку. Третье — накрыл тело одеялом, открывая окно для проветривания. Осталось ждать босса.       "Ну пиздец. Если он сдохнет…"       *… То ты до безумия будешь тосковать и плакаться*       "… То ты захватишь моё тело и расхреначишь всё вокруг в порошок…"       *Одно другому не мешает*       Ближе к вечеру Мори всё же освободился и соизволил навестить Дазая. Быстро осмотрев тело больного, он отправил его а медпункт. Всё это время Чуя сопровождал Дазая, точнее вырубленную тушу, что всё ещё пускала слюни, но уже на белую больничную подушку. Всё же он мило спит.       Ночью Чуя отправился домой. Все мысли были о Дазае.       "Нет, конечно с нами и раньше случалось всякое дерьмо, по типу подстрела или ранения, но тут что то другое. Предчувствие мне не даёт покоя. Не решил же он сам на себя руки наложить. Он не настолько отбитый… Кхм… Не в этом плане."

***

      — И так… — Мори уставился на уже проснувшегося Дазая, — Не объяснишь мне?       — А что объяснять? Траванулся, бывает.       — Траванулся, съев яд, — Мори поставил всё ту же баночку, которую ранее держал Дазай на прикроватный столик, — Неожиданно. Правда?       — Я не знал, что это яд, — буркнул Дазай.       — Кто пихает себе в рот неизвестные таблетки?       — Ну, я…       — Что была за сделка? — всё было слишком очевидно, чтобы Огай не догадался, — Как я уже понял — эти таблетки представили не как яд, а как какое-нибудь лекарство от всех болезней. Допустим. Но что ты сделал взамен?       — Ничего серьёзного. Я бы даже сказал, сущий пустяк.       — И что же за пустяк?       — Просто один некто попросил небольшую информацию о Чуе. Ничего такого.       — Что?! — вскрикнул Мори, — Дазай! Ты разгласил информацию об одном из эсперов Портовой мафии?       — Я вас умоляю. Ничего сокровенного я не рассказал. Просто Чуя очень недоверчивый друг, что не хотел рассказывать о себе одному приятелю.       — Господи, Дазай. Молись, чтобы это не повлекло за собой последствия!..

***

      — Ситуация принимает интересный оборот…