Отголоски прошлого

      Что случилось? — Открой мне дверь, пожалуйста… Милан… — Влад скатился по двери, издавая громкий скрежет трения одежды. Немного всхлипов, и он взревел, как маленький ребенок, — пожалуйста. Мне очень нужна помощь. — Отойди от двери, я открою ее, — тихо ответила я и отворила замки. На бетонном подъездном полу сидел Владислав, весь заплаканный, мокрый и грязный. У него текли слезы вперемешку с соплями и тряслись руки, пытаясь закрыть лицо. Я подала ему свою дрожащую руку, до сих пор не понимая, что с ним происходит.       Ввалившись в мою квартиру, он просто облокотился на меня всем своим тяжелым телом и заплакал, как маленький ребенок. Я гладила его по спине, пытаясь одновременно и удержать, и успокоить. — Она… она умерла из-за меня… если бы не я… — Кто? — Я удивилась. — Лиза. Лиза мертва.       Черт возьми… — Что случилось?       Но Влад ничего не ответил мне, продолжая плакаться, так громко и горестно, что я сама тоже пустила слезу. Черт… Если она мертва, это… это очень грустно. И плохо для Влада. — Я пытался… Ничего… Совсем ничего, — я не понимала, о чем он говорит, но и не стала допытывать вопросами дальше, — я виноват! — Тише, никто не виноват. Выбор остался за ней, — я не знаю, из-за чего она умерла, но мне нужно сказать хоть какие-то слова, лишь бы поддержать его. Я представляю, каково ему сейчас. Черт, похоже, я говорю совсем не то… Как она могла сделать выбор, если умерла? Что за чертовщину я несу?       Уложив его на диван, я убрала нож обратно на свое место и налила воды. Влад снял свою куртку и кинул на пол ближе к ванне, видимо, чтобы я постирала ее или еще что-то сделала с ней. Остальные вещи тоже полетели туда же, и Влад остался только в трусах, дрожащий, плачущий и немного жалкий. Поставив воду на стеклянный столик, я взяла его одежду и кинула в корзину для белья. Не знаю, что делать. У меня прежде не было таких ситуаций. И не знаю, что говорить ему. — А теперь… расскажи мне. Просто скажи, что случилось? Полностью, — я взяла его руки в свои. — Я… я прихожу… прихожу к ней в дом… а она… — его голос дергался, а руки не переставали дрожать, — у нее шприц в вене, — он показал наглядно, — в фиолетовой вене… кровь в шприце… — Можешь не рассказывать, — прервала я разговор.       Я не знаю, что ответить… Это… Это для меня в новинку. Большую новинку. Смерть раньше никогда меня не затрагивала, только если передозировка Влада. И мне это известно, увидеть, как твой близкий тебе человек находится на грани смерти или вообще уже умер. Я помню тот день, когда Влад лежал около моей кровати, дергался с закатанными глазами и задыхался от своей пены, пытаясь что-то сказать мне. Помню, как наблюдала за скорой помощью; они откачивали его прямо на моих глазах, и я вправду помню его закрытые и одновременно закатанные глаза, будто я вижу труп. Это самое ужасное зрелище в моей жизни. И в чем я уверена, Владу сейчас очень не хорошо увидеть самый настоящий труп своей бывшей девушки.       Спустя некоторое время Влад перестал плакать, но все еще дрожал в моих объятиях. Я не отпускала его, хоть и мои конечности уже сильно затекли под весом Влада. Еще немного подождав, я услышала тихое сопение. Влад уснул. Выпутавшись из его рук, я встала и стала разминать ноги. Нужно позвонить Грише и сообщить обо всем. Может, он сообщит остальным и поможет Владу.       Время доходило до начала утра, но я понимала, что Гриша ответит в любое время на мой звонок. Набрав его, я села на подоконник и стала наблюдать за машинами около моего дома. — Милан? — Гриша ответил почти сразу же. — Ты не занят? — Я обеспокоенно стала грызть ногти, — ты в курсе, что произошло? — Что? — Лиза умерла.       Гриша замолчал. Спустя несколько секунд тишины, он прокашлялся в трубку. — Охренеть… — Единственное, что получилось сказать, — как давно это случилось? Влад в курсе? — Он сам первый узнал. Сейчас у меня, — я закрыла глаза рукой, — сегодня ночью, как я поняла. — Все хорошо? — Нет, Гриш. Ему не очень. Я никогда не видела его в таком состоянии, — облокотившись головой на стекло, я вздохнула. — Не дай ему сорваться, — единственное, что посоветовал Гриша.       Да, наверное, это самое главное сейчас.

***

      Спустя несколько дней Влад наконец пришел в норму. Все эти дни он не разговаривал, спал, ел, иногда куда-то уезжал и приезжал только через часа два или три. На все мои вопросы отвечал скомкано и непонятно. Влад был в жуткой депрессии. И достаточно клинической. Я ходила к доктору и отмечалась обо всем, что чувствую и чувствовала, рассказала про галлюцинации. В последние дни у меня сильно нарушился сон, поэтому пришлось опять сесть на таблетки. Мне сказали, что у меня сильный психоневроз из-за стресса, поэтому лечение будет долгое, а я все не могла думать о себе. Сегодня первый день, как Влад улыбнулся и что-то ответил мне. Мы даже толком не разговаривали, он только иногда переводил мне деньги на продукты и кивал, когда я спрашивала о его самочувствии. Больше никаких слов. — Если хочешь… мы можем куда-нибудь съездить, — я погладила его руку. — Я перенес тур на следующий год, — Влад отвернулся к окну, — не сейчас, Милан. Я не хочу никуда ездить. — Это ради твоего здоровья. — Я вздохнула. Не могу поверить, что предлагаю ему это, — я хочу, чтобы ты лег куда-нибудь… полечиться… — Подлечиться от чего? — Влад оскалился. — От наркозависимости, Влад. Пока не поздно… я не хочу терять тебя, понимаешь? — Я продолжала гладить его руку, чтобы он оставался спокойным. — Это не поможет, — он вздохнул, — Милан, я знаю, что зависим от наркотиков. Но я не знаю, как от этого избавиться. Там меня будут просто пичкать метадоном и держать в четырех стенах, это не поможет мне, понимаешь? — Он почесал свои руки в знак подтверждения, — я героинозависимый. Это самая сложная зависимость, которая есть у наркоманов. — Все получится, — я повернула его голову ко мне, — ты сможешь. Главное потерпеть. Мы можем устроить все на дому. — Ты не выдержишь этих картин, — Влад закрыл глаза, — я люблю тебя, Милан. Но мне кажется, что это мой путь и последние недели. — Что? — Я не выживу. Даже если буду с тобой.       Я задумалась. Он что, серьезно задумывается о смерти? — Все по… — Хватит, — Влад чуть повысил голос, — полиция уже ищет меня. Сегодня они вызвали меня в участок, но я не поеду. — Почему? — А что я скажу? Снабжал ее наркотиками и довел до самоубийства? — Влад цокнул, — меня сразу же за решетку, или еще куда похуже. В ту же самую наркологичку. — Влад, можно попробовать. Просто попробуй полечиться, я помогу тебе не сорваться, найду лучшую клинику и так далее… У меня есть знакомые из медицины, они помогут тебе. — Мне не нужна помощь, — Влад вскочил с дивана, отмахнув мою руку, — спасибо тебе ща помощь, Милан. В какой раз ты лезешь в эти дебри, хотя знаешь, что ничего хорошего не выйдет. — Не срывайся на меня, пожалуйста. — Я не срываюсь, а говорю тебе правду. Ты как гиперопекающая мамочка всюду лезешь за мной, пытаешься что-то сделать, но какой толк? Зачем ты терпишь меня? Тебе нравится страдать со мной или что? Посмотри, до чего ты довела себя. Каждый день садишься на новые диеты, обматываешь себе ноги пищевой пленкой, будто это поможет тебе, падаешь в голодные обмороки или от нервов. У тебя руки трясутся, как у старушки. И все из-за меня. И ты вправду думаешь, что поможешь мне? Помоги сначала себе! — Влад надел майку и приблизился к двери, — я сегодня не появлюсь. Можешь не ждать меня. — Влад! — Я попыталась схватить его за руку, — не уходи, пожалуйста. — Скажи спасибо, что наконец-то ухожу, — он снова выдернул руку, — позвони своему любимому Грише и позови его к себе на пососушки, может ты наконец-то отлипнешь от меня.       И он захлопнул дверь, оставив меня одну. Я продолжала глупо смотреть в пустоту. Он же сказал это на эмоциях, да? Он не на серьезе? Я и вправду веду себя так? Вытерев слезинку с щеки, я села на пол и стала ждать, пока он вернется.       Но он не вернулся. Ни к ночи, ни к утру. Похоже, это самый долгий его уход. Обычно он пропадал на часа два, пока я якобы спала, а потом возвращался, как ни в чем не бывало, и снова не разговаривал со мной, глядя в пустоту. Я замечала его уколы на руках, все новые и свежие. Я понимала, что он уходит употреблять, но ничего не могла поделать с этим. Что бы я сказала? Он бы все равно не послушал меня, как и сейчас.       На следующий день тоже не пришел. Мне нечего есть, но я и рада этому. Пришлось позвонить Грише, чтобы занять денег. Я бросила ради Влада все: работу, увлечения, себя. У меня нет сейчас даже денег, а на работу меня вряд ли возьмут куда-то, у меня маленький опыт работы. Обещанная работа Владом так и не увенчалась успехом. Мой купленный на эмоциях фотоаппарат лежит без использования, а желудок уже второй день требует еды. Слава богу, что Гриша неравнодушен ко мне и помог кое-какими средствами. Влада так и не было. И спустя два дня, и спустя три дня. Гриша, конечно же, тоже не знал, где он, как и его лучший друг Леша, как и Артем, как и Рома. Никто не знал, где он. — Он как раковая опухоль, — начал Майот, сев на мой диван. Ребята были явно расстроенные всем поворотом событий, — наверное, это самая крупная его пропажа. — Милан, ты как-то обидела его? — Леша затянулся своей электронной сигаретой. — Я предложила ему полечиться в клинике, но только из благих побуждений, — уткнувшись взглядом в пол, я начала хрустеть пальцами от волнения. — Ну это для него как смертельный удар, — Леша вздохнул, — каждый раз, когда я указывал на его зависимость, он ударял меня. Не шучу. — Сейчас не до шуток, — единственный, кто настроен серьезно, — Милан, может что-то еще такое странное в его поведении? — Он наговорил мне всякой… — чуши? Нет, это была и вправду самая правдивая правда, которую я должна была услышать, — короче, сорвался на меня и наговорил гадостей, а потом заявил, что ему ничего не поможет. — В смысле? — Артем изогнул бровь. — Он сказал, что ему осталось немного. Я не придала этому значение… — Вздохнув, я закрыла лицо рукой и перестала сдерживать себя. Слезы наконец вышли, дав слабину, — мне стоило… стоило приглядеться к его поведению… — Тише, — Гриша приобнял меня, — Владу это не свойственно. Он самый позитивный чувак, которого я знаю.       Все вздохнули и воцарилась тишина. В коридоре что-то зашуршало, и я услышала, как открывается дверь. Гриша вскочил с дивана. — Это вы меня так встречаете? — Влад усмехнулся. Он выглядел достаточно бодро и свежо, кинул связку моих ключей на тумбочку и поправил свои подстриженные волосы. Майка немного прилипла к его телу из-за жары на улице, а по виску прокатилась капля пота, — жарень на улице, да? — Он рассмеялся. — Влад, ты придурок? — Леша подошел к нему и толкнул его в грудь, — где ты был, мать твою? — Оформлял документы и таскался по полиции, — Влад немного помолчал, а потом чуть приподнял рукава на своей футболке, — смотрите.       Мы все сразу же пригляделись. Чуть зажившие ранки были немного желтые, но его вены и вправду выглядели очень даже прилично. Он что, перестал употреблять? — Милан, не хочешь похвастаться? — Он обнял меня и прижал к себе, — с завтрашнего дня у нее куча работы у Скриптонита. Представляешь, у самого Скрипа фотографировать? — Что?.. — Я все еще не понимала, что происходит, а мое заплаканное лицо не могло поменять эмоции. — А еще я записался на собрание анонимных наркоманов. Они и вправду помогают мне, — Влад не переставал улыбаться, — чего вы такие кислые? — Ну ты и придурок, — последнее, что сказал Артем, а позже все улыбнулись.       Ох тыж черт возьми… Я даже не знаю, как реагировать. Он идет на исцеление? Я наконец дождалась?

***

Спустя три месяца       Положив фотик на столик, я сняла проходной билет с шеи и упала на диван. Размяв ножки, мне захотелось просто лечь и заснуть, но впереди еще много работы. Моя новая татуировка на руке немного ныла, все-таки, это первая писанина на теле. Цветочки, завязанные в узоре сердечка с красивым контуром. Это мне Влад так подсказал. — Я принес, — поставив стакан кофе на стол, Влад прижал меня к себе и поцеловал в щеку, — уже завтра мы вылетаем. — Куда? — Я попыталась вздохнуть, но от таких поцелуев и прикосновений Влада мне было сложно дышать. Улыбка не слезала с моего лица, не смотря на усталость. Мне было немного плоховато от напряжения, в концертном зале ужасная вентиляция и слишком громко, людей столько, что я чуть не впала в панику. — В Вологду. Твоя мама и моя уже в курсе, — он выпрямил ноги точно также, как и я, — твоя татуировка… все хорошо заживает? — Он не переставал улыбаться и крутить мои волосы у себя на пальце, — я сегодня такой любвеобильный. Мне хочется сжать тебя как котенка, а потом расчленить.       Я громко рассмеялась. — Ты очень романтичный, конечно! — Я прижалась еще крепче, — мне придется проторчать в ноутбуке до утра. Обработка и все такое… — Гриша на самого себя каждую ночь мастурбирует, ему не очень важен фотошоп на его потном и жирном лице, — Влад усмехнулся, — так что можешь не напрягаться. Прошлый фотограф получала деньги просто за то, что фотографировала его с самых неудачных ракурсов. — Ну, я не такая, — я похвасталась. — Верю. У тебя и вправду талант, — Влад почесал кисти. Я по привычке взглянула на вены и увидела только маленькие шрамики. Он взглянул на меня и как всегда улыбнулся. — Давай, собирайся, — погладив по ноге, Влад чмокнул в щеку, — афтерпати еще. — Афте-что? — Тусанем. — Я не пью, ты знаешь, — встав с дивана, я сложила фотоаппарат в чехол. Влад хлопнул меня по ягодице. — Прости, не удержался! — Он поднял руки и приблизился к выходу, — жду тебя на улице.       Я насмешливо закатила глаза и подошла к зеркалу. Мои длинные блондинистые волосы были в идеальной укладке, которая даже не испортилась от пота и жира.       Ну, с Богом. Влад уже ждет меня на улице с остальными ребятами. Потусуюсь от души.       И вам тоже советую.