Демон, потерявший свои крылья

       Плавная мелодия на пианино лилась из самой чащи леса, заставляя всех лесных обитателей замереть и направить свой взор в сторону звука, который шёл из черного особняка, напоминающий больше маленький дворец.        Тонкие изящные пальцы постепенно меняли своё положение, как и звучание из столь дивного инструмента, как пианино. Жаль, что её не услышат другие, ведь звучание было просто прекрасным, однако музыканту было на это плевать, он не играл какую-то заученную мелодию или что-то в этом духе.        Эта мелодия, которая окутала весь лес лилась из глубины его души: души убийцы, души нелюбимого в семье ребёнка, души бесчувственного садиста, души ранимого человека.        Только сейчас мужчину можно было увидеть с той стороны, которую почти не показывает никому. Почему? Всё потому, что не знает, как их правильно показать, чтобы после не остаться в одиночестве. Он слишком привык прятаться за масками, привык быть через чур вежливым и опрятным… Привык притворятся другим, но не собой…        Из-за репутации? … Репутация всегда была важна обществу, но только не ему. С самого начала своей жизни это не имело для него какой-то особой ценности. Однако такого мнения не понимали его родители, что часто избивали, лишали еды и запирали в подвале, где водились грязные крысы, которые часто его кусали. Им было плевать если из-за этого он мог подхватить сильную инфекцию, поэтому решился заняться медициной, чтобы случайно не умереть в столь прогнившем месте, где рост заразиться инфекцией слишком высок.        Возможно он тогда был не в себе, думая, что со всем справиться и всё будет хорошо. Вот только этого «хорошо» так и не было. Аластор часто считал, что он лишний в семье и лучше бы его вообще не было.        Обычный сценарий, где классическим итогом был бы, очередной маньяк или психопат, не правда ли? Вот только он всегда отличался от обычных… даже сейчас…        Будучи мальчишкой не презирал своих родителей или тех, кто часто задирал его на улице, не только потому, что их жизнь заставила так поступать. Он просто не был способен ненавидеть родителей, которые подарили ему жизнь, или тех задир, ведь в чём-то они были правы. Он был слишком слаб. Слаб для этого жестоко мира, как и его доброта, что лишь заглубляла положение. Но эта слабость в мгновение исчезла, когда в дом вошла полиция, которые после замерли с шоком смотря на два убитых тела и его плачущее лицо, чьи глаза были цвета плавленого золота.        Красивые глаза, как и бледнота кожи, что делала его ещё очаровательней. Вот только эта внешность испортила ему жизнь… Глаза перестали столь ясно сиять, потускнев навсегда…        Мелодия из весёлой, вселяющую надежду сменилась на подавленную и отчуждённую. Ему было трудно пережить этот момент. Демон тогда страдал, но не показывал окружающим, ведь так его воспитали родители. А мелодия с каждой нотой становилась более печальной и подавленной, пока не проявились маленькие проблески надежды.        Там. В детдоме, где умирают наивные надежды и приходиться быстро взрослеть, он встретил первого настоящего и на тот момент единственного друга. Хаск. Он был слишком ворчливым и дерзким ребёнком, но когда увидел, как слабого мальчика избивают старшие, то заступился. Конечно они оба отделались парочкой синяков, но Хаск тогда больше переживал за новенького, которого довольно сильно потрепали.        — Эй! — позвал мальчика Хаск, — Ты как? — вот только его нагло проигнорировали.        Мальчик лишь молча смотрел своими золотистыми глазами на разбитые очки, которые всё же одел и поспешил уйти, если бы не схватили на руку.        — Да постой ты! — сказал он, заметив, что мальчик забыл свою немного потрёпанную книгу, — Ты забыл.        Глаза посмотрели в ответ немного удивлённо, а на щеках стали немного красными, но всё же он поспешил забрать книгу и уйти, пока не вспомнил, что его держат за руку.        — Не уходи… За что они тебя так избивают? И почему ты им даже отпор не даёшь? Помереть что ли собрался? — спрашивал юноша, взяв его за плечи. Это не слишком понравилось шатену, который сначала предпринимал попытки вырваться, а понимая, что бесполезно чуть не заплакал, хоть и сдерживался изо всех сил.        — Н-не трогай меня! — сказал он        — Прости-прости! … Ты как? — спросил Хаскер, когда они дошли до лавки, на которую оба сели.        — Н-нормально… Зачем ты мне помог? … У тебя ведь из-за меня будут лишь одни проблемы… Поэтому не делай так больше… — ответил мальчишка, вытирая слёзы со своих бледных щек.        — Ещё чего! Я помог тебе потому что сам захотел и плевать я хотел, что ты принесёшь мне одни проблемы, как будто от этого что-то измениться? И тем более они меня давно бесили поэтому получили то, что заслужили! — сказал Хаск, а после заметил, на себе немного заинтересованный взгляд. От этого ему даже стало немного неловко, поэтому решил перевести тему, — Тебя кстати, как тебя зовут?        — Меня? — удивлённо спросил он, указав на себя.        — Ну не меня же! — недовольно сказал юноша, которому сначала не понравился этот неуверенный мальчик, но в нём было что-то, что его заинтересовало.        — Моё имя Аластор… Аластор Эванс… а тебя?        — Я Хаск, Хаск Варто.        Вот таким необычным было их первое знакомство, которое вызвало на лице красноволосого немного печальную улыбку. Вспоминать было очень тяжело, но, как видите, не всё в его жизни состояло из черных полос.        Радостных мгновений хоть и было предательски мало, но они грели душу Радио-Демону, побуждая взять себя в руки и идти вперёд… Вот только после этого он ничего не помнит … Все остальные воспоминания словно накрылись туманом, словно произошло что-то настолько шокирующее, что мозг напрочь отказывается вспоминать…        Он резко прекратил играть, закрыв крышку пианино. По щекам пробежала одинокая слеза, за которой последовало много других.

***

       Аластор проснулся за роялем, которое успело накрыться пылью. Судя поэтому можно было сказать, что он проспал где-то два-три дня от силы. В главную дверь стали требовательно стучаться, что лишь больше раздражало. Голова очень сильно болела, ведь у неё наступило похмелье и любой шум сейчас бесил. Но, к сожалению, он должен встать и в очередной раз надеть на себя маску безразличия или улыбчивую.        Он призвал своих теней, которые появились не, как обычно, из его собственной тени, а из темных уголков комнаты. Удивительно. Ведь это вовсе не магия, как думали многие в Аду, а лишь его способность, которая не требует магических сил, но имеет и свои нюансы.        — Примите гостей… И оденьте меня… — сказал радиоведущий, держась одной рукой за голову.        Его отвели в гардеробную, где он встретил свою первую и единственную служанку, что была здесь ещё до Ниффти. Она ничего ему не сказала насчёт вида и состояния, который кричал о том, что радиоведущему сейчас очень плохо. Молча она прогнала теней, ведь прекрасно справлялась и сама, а после пошла вслед за господином в комнату, где было много одежды разных фасонов, цвета и времени.        — Вас как одеть, господин? — спросила та, открыв большой шкаф.        — Одень, как обычно. — ответил он, превратившись в свою нормальную форму, которая немного удивила служанку, но виду старалась не показывать.        — Ясно… У вас что-то случилось? — без эмоционально спросила она, заметив в чужих глазах пугающую пустоту.        — Ты права… Но это сейчас не так важно… После гостей я планирую проехаться верхом, поэтому можешь достать подходящий костюм?        — Разумеется, господин. Айнес будет несомненно рад вашему визиту. — ответила служанка, которая достала костюм, который спустя пару минут был на демоне и смотрелся просто сногсшибательно. Волосы она хотела бы тоже привести в порядок, но он этого не позволил, решив лишь немного их причесать.        — Весьма недурно… Как я? — спросил эрцгерцог, смотря в зеркало, но после кинул взгляд на девушку, которая лишь тепло улыбнулась и дала свой ответ.        — Как всегда, великолепно, господин! … Но в следующий раз попрошу вас так сильно не напиваться. Даже если у вас что-то случилось старайтесь поменьше употреблять алкоголь, ведь сейчас вам явно плохо… а заставлять ждать гостей дурной тон, знаете ли.        — Я знаю, что в этот раз немного перебрал… Ладненько, стоит поспешить, верно? А то неизвестно, что они могут сделать с моим домом. — сказал оверлорд, немного посмеявшись, а после одев на руки черные перчатки и пару колец, направился в сторону гостиной, где его уже должны были ожидать гости.

***

       — Он же на нас не наорёт или отчитает, верно? — нервно спрашивала принцесса в сотый раз, уже сожалея, что решила послушать своих друзей из отеля, которые приехали сюда вместе с ней.        — Чар, я уверена, что он не причинит сейчас нам вреда. Тем более он — эрцгерцог, пусть это и не подтверждено официально и по началу кажется лишь дурацким слухом. Но даже если это и так, то он не отчитает тебя, ведь является защитником королевской семьи, твоей семьи. Поэтому я могу уверенно тебе сказать, что ты слишком себя накручиваешь. — успокаивала Вагата, нежно поглаживая по голове.        Всё же она тоже нервничала, ведь одно дело, если увидеть его мельком, а сейчас осознать, что с первой встречи угрожала и даже иногда наносила раны своим копьём. По закону, который, к удивлению, здесь есть за такое её положено убить самым мучительным способом. Однако Вэгги прекрасно понимала, что за свою вспыльчивость это заслужила.        Все остальные молча сидели, осматривая интерьер, который был довольно роскошным, напоминая чем-то дом прямиком из 19 века, но на самом деле предпочли просто не показывать насколько сильно они переживают. А так комната, в которую их отвели была довольно необычной. На удивление там практически не было алых оттенков, в основе был белый с некоторыми золотистыми узорам.        Это место вселяло спокойствие, особенно открытое окно, впускающее свежий ветер, что развевал алые полупрозрачные шторы. Эта обстановка заставляла невольно расслабиться, пока не услышали сквозь ковёр стук каблуков. Все заметно напряглись, зная, что к ним сейчас придёт Аластор. Непросто оверлорд, как думали они раньше, а сам эрцгерцог.        Дверь открыла служанка, которая молча простояла пару секунд, посматривая на гостей, а после встала к двери, сделав поклон. Чуть позже в комнату вошел и сам хозяин особняка, который приказал той принести чайный сервиз, ведь разговор будет довольно долгим. Сам же оверлорд направился в их сторону, но, подойдя к принцессе, сел на одно колено, вызвав у остальных недопонимание и удивление.        — Приветствую, Ваше Высочество, Шарлотта Магне и её друзья из отеля Хазбин. Я Аластор, оверлорд, но в то же время и эрцгерцог, исполнитель законов, которые ваш отец придумывает для знати. — представился он снова, поцеловав тыльную часть руки блондинки, которая заметно покраснела, отведя взгляд в сторону.        На этот раз он решил представиться как подобает его статусу, ведь решил больше не скрывать от них, кем является на самом деле.        Хоть демон и не догадывался, что об этом подозревает весь Ад, а его закидывают письмами с вызовами на поединок. Встав с колена, он присел на свободное кресло, готовясь отвечать на их вопросы. Но этому помешал звонок телефона.        — Я дико извиняюсь, но, пожалуйста, подождите пару минут. — сказал Ал, беря трубку. По ту сторону послышался голос отца Чарли, которая была очень удивлена.        Нет, она конечно знала, что король и эрцгерцог находятся в довольно близких дружеских отношениях, но не могла поверить в увиденное.        Аластор. Его улыбка сейчас стала настоящей, а глаза стали показывать лёгкую усталость. Спустя пару минут их диалога оверлорд заметил, что разговор точно может затянуться, поэтому решил побыстрее завершить звонок. Король прекрасно понимал и не стал уговаривать поболтать подольше, напротив пригласил завтра во дворец. Ал согласился, ведь Самаэль его друг, а также и король, чьи приказы не имеют права быть не выполненными.        — Ещё раз извиняюсь, что пришлось подождать… Могу ли я узнать цель вашего визита ко мне? — спросил демон, как его служанка, которая сразу же удалилась из комнаты, пришла с подносом, на котором был чайный сервиз.        Она поставила чашки напротив гостей и в них был прекрасный чай с ароматом спелой малины, правда у постоянных посетителей этого поместья они заметно отличались. У Хаска она была с алкоголем, у Ниффти с вишневым соком, а у самого Аластора был коньяк слабой выдержкой, но приятным послевкусием и ароматом. Самое то, чтобы немного выйти из состояния похмелья.        — Эм… Ну с чего бы начать… Мы пришли, потому что переживали за тебя… А также хотели узнать правда ли, что ты аристократ… Да и к тому же занимающий столь высокую должность… Но ты сам ответил на их все… — говорила принцесса, которой теперь было неудобно смотреть Аластору в глаза.        — Ясно… А как вы узнали, кем я являюсь? — спросил демон, который имел некоторые догадки, но хотел, чтобы ему всё рассказали.        — Ну об этом уже говорит весь Ад, раздобыв фотографии, где вы были в своих аристократических одеяниях и в этом облике. Хотя не удивлюсь, если вы в этой глуши ничего не слышали. — ответила Вэгги, которая пыталась говорить немного почтительно, чем немного насмешила Аластора.        — Не надо столь фальшивой вежливости, мисс Вагата. Я считаю это крайне омерзительно. — ответил он, смотря янтарными очами на неё, но там не было и тени гнева или самолюбия, что заставило девушку облегчённо вздохнуть.        — Хорошо… — неуверенно сказала она, опустив голову вниз. Ей было сейчас очень неудобно перед ним.        — Вау… Ну у тебя и хоромы, клубничка! — сказал паучок, который до этого лишь наблюдал, любуясь дизайном дома. На его слова все боязно на него посмотрели, а тот старался на это не обращать внимания. Ведь Аластор не изменился и всё тот же, верно ведь?        — Спасибо за комплимент, мистер Энджел. — ответил оверлорд, приятно улыбнувшись.        — Нее… Называй меня, как обычно! — нагло потребовал белобрысик, которому не сильно нравилось, что к нему стали столь уважительно обращаются.        — Хорошо… В будущем учту, женственноподобный парнишка. — сказал он, слегка улыбаясь. Но в очередной раз зазвонил телефон, заставляя всех отвлечься, а красноволосого обреченно вздохнуть, надев на лицо уже хладнокровную улыбку.        — Аластор у провода. — сухо ответил каннибал, а после начался короткий разговор с демоном, который отвечал за письма, отправленные эрцгерцогу. Конечно делал бедолага это из-за сделки и дополнительных чар.        Он говорил, что к оверлорду поступило очень много писем с вызовами и на них надо в скором времени ответить, чтобы не создать ложных слухов, что мол он испугался или что-то в этом духе. Радиоведущий же, накрутив провод на палец, пару минут думал, слушая того.        — Все мои дела на сегодня переносится на три дня, поэтому только через три дня я начну принимать вызовы, а до этого времени предпринимай всё, что посчитаешь нужным. — он положил трубку и полностью облокотился об спинку кресла.        После все сначала молчали, но этого не допустил Хаск с Энджелом, которые стали заваливать демона вопросами, на которое сразу же получали ответ. Потом подключился персонал и это затянулось на пару часов.        Поняв, что пора заканчивать эти посиделки, оверлорд встал с кресла и сказал, что сейчас ему нужно отлучится, а они могут поехать в отель, ведь на улице стало темнеть. Никто ничего против не высказал, поэтому он спокойно направился в сторону конюшни, а именно к своему красавцу Айнесу.        Конечно все на самом деле хотели его остановить и поговорить подольше, но ничего не смогли сказать, ведь были поражены насколько сильно демон изменился и дело было не только во внешности. Однако принцесса решила последовать за ним, чтобы побыть с Алом наедине и узнать, что его так сильно беспокоит, что решил это всячески не показывать. Но короткие печальные взор не оставались незамеченными, как ему могло бы показаться на первый взгляд.