Его бл*дский блеск для губ

— Ты адекватный вообще? Ты понимаешь, что ты сделал? Да чего ты вообще к нему полез? Это учитель! Ты его побил, ты понимаешь это? Юнги, посмотри на меня! — Чимин хоть и маленькая булочка, но сейчас очень зол. Он бежал до универа, потому что Тэхён позвонил, сказав, что его Мин Юнги и учитель Минсон дерутся. Очень интересно. Хорошо, что Гук успел, и ещё его друзья: Джин и Намджун, разнять их. Сейчас они сидят на заднем крыльце школы. Юнги, выглядит как и вчера, лишь майку белую одел, что зря, там красуются капли крови, не только его. У Юнги разбита губа и он сидит, как обиженный кот, опустив голову, надеюсь, признаёт свою вину. Как же Чимин зол. Нет, ну за приставания по лицу получить можно, но он против насилия. И тем более Юнги могут выгнать с универа, в последние полгода, серьёзно? И насилия не решит проблему, и вообще какого хрена. — Мин Юнги! Мин поднимает голову, смотря глазами, полными сожаления: — Я… я хотел защитить тебя. Он такие грязные вещи говорил и…. — Как вы вообще встретились? У тебя даже первой пары нет, какого хрена ты приперся? — Я что должен был оставить всё, как есть? Ага. Щас. Я пришёл просто поговорить, а он начал рассказывать, как лапал тебя и как тебе будет хорошо под ним. Говорить мне это посреди коридора, он ебанутый? Ну я и ударил его. Оно само, а потом, ну, да. — Мин обратно опустил голову. — Боже, дайте мне сил. Если он пойдёт к ректору, я тебя закопаю, понял? — Мг. — Ох. Иди сюда. — младший стал между его ног и обнял, положив свою голову на его волосы, поцеловал и почувствовал, как большие ладони обвили его талию, а нос уткнулся в грудь, громкий вдох. — Прости, Мини. Я хотел тебя защитить. Не хочу, чтобы моего Чимина кто-то трогал. — ещё сильнее прижал хрупкое тело к себе. — Давно я твоим стал? — А, то есть то, что тебе дрочит друг, это норма? — Нууу. — Чимин отвёл взгляд. — Только не говори, что ты и Тэхён. — Юнги испугался. — Аххахха, я шучу глупыш, фу, конечно нет. — рыжий взял его за подбородок. — Надо промыть. — достал салфетку, намочил водой из бутылки и приложил к уголку губ Юнги. — Шшш. — Мин дёрнулся, но Чимин держал его подбородок. — Пошипи мне тут, сам виноват. Тэхён лежит на большом белом диване в комнате с приглушённым светом, на фоне фильм, а он облокотился на тёплое тело и ладони Гука обнимают сзади, притягивая ближе. Тэ берёт телефон, надо позвонить Чимину, узнать, как и что с Юнги, уже вечер. Чонгук целует в макушку: — Тэхёни, посмотри на меня. — Гуки, мне надо позвонить и узнать, что и с твоим другом вообще-то. — Тэхён понимает, что Чонгук просто хочет привлечь внимания, поэтому не реагирует. Заходит в переписку и видит ещё не прочитанные сообщения. — Ну Тэ. — Чонгук облизывает ушко Тэхёна, на что тот закатывает глаза и облокачивается на Гука. Затем медленными поцелуями Чонгук спускается к скуле, шее, оставляя небольшой засос, что будет красоваться на столь идеальной коже. Немного ниже, почти на выделяющихся ключицах, прикусывает хожу, слыша негромкий стон, сразу же зализывает. Берёт подбородок и вовлекает в поцелуй, сразу требуя открыть рот, чтобы впустить чужой язык. Поцелуй ленивый, но мокрый и передаёт все чувства и желание. Язык Чонгука исследует медленно рот, проходит по ряду зубов, нёбу и сплетается с языком Тэхёна. Углубляет поцелуй и сжимает талию. Одна рука залазит под большую белую футболку, и горячие пальцы ещё сильнее распыляют желание внутри. Пальчики аккуратно сжимают вставший сосок. Тэхён стонет и разрывает поцелуй. Чонгук не отступает. Другая рука ложится на домашние шорты, поглаживая возбуждённый орган: — Детка хочет. — прикусывает мочку. — Ах, Гуки. — рукой хватает плед, а второй зарывается в длинные тёмные волосы, немного поддаваясь на встречу движениям руки. Гук продолжает водить по члену через ткань, поглаживать соски и выцеловывать манящую шею, получая в ответ стоны, а то, как младший выгибается в его руках, сносит крышу. — Нет, нет, отпусти. — Тэ резко встаёт. — Ну Тэ. — Чонгук тянет его за руку на себя. — Нет. Мне надо позвонить. — вырывает руку и уходит в другую комнату, набирая Чимина. — Привет, ну как вы? — Привет, ну, на удивление Минсон ничего не рассказал и сам уволился. — Что? В смысле? — Без понятия. — Может решил, что не сможет смотреть на тебя, когда ты не с ним. Ахах. — Хаха. Может быть. — Так где вы сейчас? — Едем к Юнги. — Ммм. — Никаких ммм. Фильм и чай. — Ага, у меня тут тоже фильм идёт, но это не мешает, если что. — Ой, да иди ты. — Думаю, в ближайшее время пойдешь именно ты, туда, куда не договорил, пока, целую. Хааха. — положил трубку и вернулся к Чонгук, что сразу начал его раздевать. Долгая ночь будет. Квартира Юнги небольшая, но просторная. Молочные обои. С маленькой прихожей, слева ванная, а прямо зал вместе с кухней вдоль левой стены, барная стойка, большой черный диван, телевизор и справа дверь в комнату. — Проходи. Будешь чай? — Юнги разулся, скинул кожанку и пошёл ставить чайник. — Да. — Чимин тоже долго не стоял. Снял обувь ногами, разглядывая всё вокруг. Белая тюль красиво украшала комнату. Торшер в углу немного тускло светил, придавая атмосферу романтики. Дверь в комнату была приоткрыта и Чимин свернул туда, слыша, как Мин достал кружки и наливал воду. Комната ничем не примечательна. Большая кровать посреди с алым шёлковым постельным, должно быть приятная на ощупь. Серые обои, как будто нарисованные краской. Справа небольшой шкаф, стол. На нем компьютер, учебники, торшер и рамка с Гуком. Мило. А слева, маленькая тумбочка с кучей исписанных листов, что лежат даже на полу. И на против окна — фортепиано. Юнги стоял, облокотившись на проём двери и наблюдал за маленьким любопытным мальчиком. Такой красивый. Рыжие волосы, как всегда немного растрепанные, непослушные, хоть он постоянно их приглаживает. Легкая серая майка и скини. Его вечные скини, которые подчеркивают его красивые подкаченные ноги. И губы. Пухлые губы. В блеске. Всегда. Манящие. Чимин провёл маленькими пальчиками по клавишам: — Играешь? — громким голосом сказал Чимин, думая, что Мин в другой комнате. — Да. — тихо ответил. А Чимин немного дёрнулся. — Давно? — С 13 лет. — Юнги подошёл к фортепиано и начал играть какую-то спокойную мелодию. Чимин следил за его действиями. Внимательный взгляд за каждым своим движением. Пальцы аккуратно скользят по клавишам. Он так мило выглядит. Чимин подходит и просто обнимает сзади, прижимаясь и расслабляясь. Так спокойнее, так лучше. Юнги перестаёт играть, как только чувствует пальчики на своём торсе. Улыбка на лице. Он поворачивается, целует в макушку. — Мини. — тихо зовёт. — М? — Чимин немного отстраняется и смотрит в лисьи глаза. — Помнишь мою просьбу? — Какую? — Чимин немного растерян. — Постонешь для меня, малыш? — выговаривает прямо в губы. Пак не успевает что-то ответить, как Юнги начинает выцеловывать свои любимые губы в блеске. Сразу требует приоткрыть рот, чтобы впустить чужой язык. Юнги проходиться по нёбу и сплетает языки. О нежности не может идти и речи. Чимин постанывает в поцелуй. Слюна стекает по подбородку, делая поцелуй ещё более развратным. Мин опускает свои руки на половинки, сжимает и прижимает к себе, давая возбуждениям потереться друг о друга через твёрдую ткань. Ноги Чимина подкашиваются, он хватается за плечи Юнги. Поцелуй мокрый и страстный. Мин тянет руки под майку, заставляя Чимина поднять руки, и стягивает ненужную ткань. Льнёт к чистой шее, пробуя на вкус. Ставя засосы и кусая кожу. Чимин тихо стонет и закидывает голову назад, открывая ещё больше места для поцелуев, сжимает плечи Юнги. Мин проходится губами по выпирающим ключицам, прикусывает кожу у основания шеи, целует, кусает линию подбородка и возвращается к губам: — Такой вкусный. Подталкивает к кровати. Садиться на край и призывно хлопает себе по бедру, приглашая Чимина. А он и не медлит, удобно усаживается на коленях, проводит ладонями по груди, хмуриться из-за мешающей ткани и помогает снять её. Перед ним картина на миллион. Белая нетронутая кожа, подкаченная грудь, плечи, выделяющийся пресс и ключицы, по которым сразу же проходятся губы Чимина и оставляют засос, а пальчики скользят ноготками по прессу, и немного залазят под ремень, распаляя желание ещё больше. И свое, и чужое. Юнги издаёт громкий выдох. Чимин ёрзает по его паху. Его хочется. Хотелось давно, тогда, в аудитории, прямо на столе, чтобы стоны разносились по огромной аудитории. — Чимина, встань. — сквозь тяжёлое дыхание, выдавливает Юнги. Пак встаёт и помогает Мину снять с себя скини и бельё. Возвращается обратно на колени. — Такой красивый. — Юнги начинает выцеловывать шею снова, а правой рукой тянется к тумбочке за баночкой смазки и презервативом. Он вовлекает снова в мокрый поцелуй и одновременно вводит один палец. Стенки ануса хорошо сжимают, от представления такого же давления на своём члене, в штанах дёргается. Юнги начинает двигать внутри Чимина, поглаживает по спине, успокаивая. Целуя губы, шею, грудь, языком проходиться по вставшим соскам, вызывая негромкий стон. Чимин расслабляется, и Юнги вводит ещё один палец. — Стони для меня, малыш. — и вводит пальцы до костяшек, проходясь по простате. — Аааххх. — Чимин выгибается, громко стонет, пальцами зарывается в мятные волосы и прижимается телом к прохладной коже. Юнги двигает медленно, наслаждаясь каждым всхлипом и полустоном, пальцами, что цепляются за волосы. Член трётся о торс, размазывая естественную смазку. Мин периодически задевает простату, а Чимин начинает сам насаживаться. — Аахх, хён, ещё, пожалуйста, быстрее, хён. — Чимин жмётся ближе. — Потерпи, малыш. — Мин поднимает его за ягодицы, кладёт на шёлковые простыни и снимает с себя оставшуюся одежду. Чимин бал прав, ткань очень приятна к телу. Мин открывает презерватив, раскатывает по стволу, растирает смазку и наклоняется над Чимином. — Будет немного больно, потерпи малыш. — облакачивается на две руки, и аккуратно входит во всю длину, заглушая болезненный стон поцелуем. Чимин скрещивает ноги за спиной Мина и немного давит, давая знак, что можно двигаться. И Юнги двигается. Сначала медленно, наслаждаясь тихими стонами. Мини царапает бледную кожу на спине отросшими ноготками. Затем старший кладёт одну руку на бедро, фиксируя, меняет угол проникновения и ускоряет темп. Ему нравится этот мальчик. Красивый, нежный, такой податливый. С красными щеками, прикрытыми глазами и сгорающий от возбуждения и желания. Задевает комок нервов и Чимин громко стонет, выгибаясь навстречу, волна удовольствия проходит по телу, словно молния. — Аххх, хён. Мин проводит языком по шее, слизывая капельки пота, чмокнув в губы, видит этот затуманенный наслаждением взгляд. Красивый. Невинный. — Перевернись и облокотись на локти. — чётко и ясно, чтобы Пак понял, что от него хотят. Юнги помог ему перевернуться. Чимин уткнулся лицом в локти и оттопырил пятую точку. Прекрасный вид, правда Юнги? Он проводит сначала пальцем вдоль хребта, потом прикусывает за загривок и проходится языком. Целует каждую половинку, немного разводит их в стороны и слизывает вытекающую смазку с пульсирующего кольца мышц. Чимин от таких действий громко стонет, выгибаясь ещё сильнее. Юнги вновь заполняет его и двигается быстро. За окном ночь. В комнате запах секса. Звуки шлепков тел друг о друга, стоны Чимина и тяжёлое дыхание Юнги. Он чувствует, что близок. Опирается на одну руку, а второй начинает надрачивать истекающий член. Целует в макушку. — Хороший мальчик. — целует в щёку. — Молодец, малыш. Чимин откидывает голову на его плечо, зарывается рукой в волосы. Пара толчков и он кончает с громким стоном: — Юнги~я — сжимаясь вокруг члена и Юнги делает ещё пару толчков, с рыком, прикусывая плечо Мини, изливается следом. Оргазм разливается по всему телу, принося удовлетворение. Выходит с расслабленного тела, снимает презерватив, ложиться на подушки и притягивает Чимина к себе, обнимая. — Мой малыш. — целует и проваливается в сон. Солнце освещает комнату сквозь маленькую щёлочку в шторах. Чимин открывает глаза, потирает свободной рукой. Чувствует, как чья-то голова лежит на его плече, а рука перекинута через него, и слышит тихое сопение. Чимин улыбнулся он воспоминания о вчерашнем. Он кое-как вылез из-под Юнги, чтобы не разбудить, накинул первую попавшуюся майку, как оказалось Юнги, она прикрывала пах, отлично. И направился в ванную. Он знает, что сейчас 7 утра. Каждый день встаёт в одно и тоже время, организм привык. Чимин умылся и посмотрел на себя в зеркало. Пушистые волосы, опухшие губы от поцелуев, шея с засосами и укусами Юнги. Он принадлежит терпеть Мин Юнги. Пак размешивал чай в кружке, когда услышал тихие шаги сзади, затем почувствовал руки, что обвили его талию, поцелуй в макушку и хриплое: — Доброе утро. — от чего мурашки побежали. — Доброе. — он перевернулся в руках Юнги и умилился от такого вида: растрепанные мятные волосы, сонные глаза, маленький засос Чимина у основания шеи и опухшие губы. Он чмокнул его и продолжил размешивать сахар. — Не хочу в универ. — Юнги положил голову на его плечо. — Никаких не хочу, давай, надо собираться. — Чимин попытался вывернуться из объятий, но Мин его крепко сжал и поцеловал. — Мин Юнги! — младший нахмурился. — Ладно, ладно, иду. — напоследок шлёпнул по обнажённой ягодице и скрылся в ванной. — Дурашка. Пока Юнги обувался, Чимин наносил на свои губы блеск. — Зачем ты это делаешь? — интересуется Юнги. — Они сохнут, их надо увлажнять. — Я могу это делать. — Юнги подходит и притягивает к себе за талию. — Что? — и его уже нежно целуют. — Люблю тебя говорю. — улыбка, обнажающая дёсна. — И я тебя. — щёки краснеют и Чимин утыкается в грудь старшего.